Предательство

--- ### Сцена: Сон, который не отпускает Тишина внутри каменного укрытия становилась всё глубже, будто сама реальность решила на время отступить, позволяя двум уставшим существам просто существовать рядом, не ожидая от них ни подвигов, ни решений. Лололошка спал неспокойно. Сначала его дыхание казалось ровным, почти мирным, но спустя несколько минут в теле появилась едва заметная напряжённость. Пальцы, лежавшие на его коленях, медленно сжались, а брови чуть нахмурились, словно он пытался сопротивляться чему-то, что уже начинало возвращаться из глубины памяти. Джон почувствовал это сразу. Он не двигался, продолжая сидеть неподвижно, чтобы не разбудить его случайным движением, однако взгляд стал внимательнее, сосредоточеннее, будто он заранее знал, что именно сейчас начнётся. И действительно — спустя ещё мгновение дыхание Лололошки стало прерывистым. Он резко втянул воздух, словно задыхаясь. Плечи напряглись. А затем всё тело вздрогнуло, будто от удара. — Нет… — прошептал он сквозь сон. Голос был тихим, хриплым, наполненным отчаянной беспомощностью. Джон нахмурился. Он наклонился немного ближе, внимательно вглядываясь в лицо Лололошки, на котором сейчас отражался не покой, а мучительное напряжение. — Стой… — снова прошептал Лололошка, едва слышно. — Не надо… Его пальцы судорожно вцепились в ткань собственной одежды, словно он пытался удержаться за что-то в той реальности, которая сейчас разворачивалась перед его закрытыми глазами. И в этот момент он снова оказался там. У портала. --- Золотой свет снова слепил глаза. Крики. Грохот. Запах крови и песка. Во сне всё казалось ещё ярче, ещё болезненнее, чем тогда, наяву. Лололошка снова стоял перед механизмом отправления, а вокруг него смыкалось кольцо серебрянолицых, их оружие холодно отражало сияние портала. За ними возвышались золотолицые — неподвижные, безжалостные, наблюдающие, как за экспериментом, который должен был закончиться строго по плану. А впереди стояли те, кого он считал своими. Он снова видел лица — напряжённые, растерянные, но всё равно… неподвижные. Не делающие шаг вперёд. Не протягивающие руку. — Скажите, что это неправда… — прошептал он во сне. Его голос дрожал, ломался, терял силу. — Пожалуйста… Он снова делал шаг назад, чувствуя, как за спиной ревёт портал, как его энергия давит на грудь, не давая вдохнуть полной грудью. Он снова ждал. Секунду. Другую. Третью. Но никто не двигался. Никто. И именно этот момент — не удар, не рана, не боль — был самым страшным. Момент, когда надежда медленно превращалась в пустоту. — Помогите… — прошептал он, и на этот раз в голосе звучал уже не гнев, а отчаяние. Рука поднялась в воздух. Он тянулся к ним. К тем, кого называл друзьями. Но они стояли неподвижно. Как статуи. Как чужие. А затем — вспышка. Удар. Боль. И падение. --- — Нет! Лололошка резко дёрнулся во сне. Его тело напряглось, словно он действительно получил удар. Дыхание стало резким, сбивчивым. Он пытался вырваться из кошмара, но тот держал крепко, не отпуская. — Не оставляйте… — сорвался тихий шёпот. Джон больше не мог оставаться просто наблюдателем. Он осторожно, но уверенно положил руку на плечо Лололошки, стараясь удержать его от резкого движения, которое могло снова повредить рану. — Тихо, — негромко сказал он, наклоняясь ближе. — Ты не там. Но слова пока не доходили. Лололошка резко вдохнул и распахнул глаза. Зрачки были расширены, взгляд — растерянный, почти дикий, словно он всё ещё видел перед собой не каменное укрытие, а ослепительный свет портала. Он резко попытался отстраниться. Дыхание сбилось. Рука машинально потянулась к боку — туда, где когда-то пришёлся удар. — Не подходи! — выдохнул он, прежде чем осознал, кому именно говорит. Джон не отступил. Но и не приблизился сильнее. Он остался на месте, позволяя Лололошке самому понять, где он находится. — Посмотри на меня, — тихо сказал он. Голос был ровным. Уверенным. Настойчивым. Лололошка моргнул. Один раз. Другой. Зрение постепенно прояснялось. Золотой свет исчез. Вместо него — полумрак укрытия. Холодные камни. Тихий ветер. И Джон. Рядом. Живой. Настоящий. — Это… сон… — прошептал Лололошка, тяжело дыша. — Да, — спокойно ответил Джон. — Просто сон. Лололошка опустил голову, пытаясь восстановить дыхание. Руки всё ещё дрожали. Сердце билось слишком быстро. Он закрыл лицо ладонями, будто хотел спрятаться от собственных воспоминаний. — Я снова был там… — тихо сказал он. Голос звучал глухо. Измотанно. — Я видел их… снова видел, как они стоят… и ничего не делают… Пауза затянулась. Джон внимательно слушал, не перебивая. — Самое страшное — это не боль… — продолжил Лололошка, медленно опуская руки. — Самое страшное — это взгляд. Он посмотрел в сторону, словно снова видел перед собой ту сцену. — Когда ты понимаешь, что люди, которым ты доверял… уже сделали выбор. Тишина. Слова висели в воздухе, тяжёлые, почти материальные. Джон медленно выдохнул. А затем осторожно протянул руку. Но не сразу коснулся. Сначала остановился в нескольких сантиметрах. — Можно? — тихо спросил он. Лололошка на секунду замер. Он посмотрел на эту руку. На пальцы, которые не давили, не требовали, а просто ждали разрешения. И очень медленно… кивнул. Джон осторожно коснулся его плеча. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, но в нём чувствовалась уверенность — не в том, что всё будет хорошо, а в том, что он не позволит этому человеку остаться одному в момент слабости. Лололошка глубоко вдохнул. И неожиданно… снова придвинулся ближе. На этот раз осознанно. Не потому, что уснул. Не потому, что потерял силы. А потому, что сам выбрал это. Он опустил голову на плечо Джона, но теперь не спал. Он просто сидел так, позволяя себе быть рядом. — Мне страшно засыпать, — тихо признался он спустя время. — Потому что я знаю, что снова увижу это. Джон слегка повернул голову, его взгляд стал мягче. — Тогда не засыпай один, — ответил он негромко. Лололошка чуть нахмурился. — Ты правда собираешься сидеть здесь всю ночь? Джон усмехнулся, но без насмешки. — Я переживал вещи куда скучнее, чем наблюдение за твоими кошмарами. Лололошка тихо фыркнул, почти автоматически. Но затем снова стал серьёзным. — Ты не обязан… — Знаю, — спокойно сказал Джон. — Но я всё равно остаюсь. Пауза затянулась. Снаружи ветер усилился, заставляя камни тихо скрипеть и перекатываться где-то вдали. Лололошка закрыл глаза. Не засыпая. Просто отдыхая. Чувствуя рядом чужое присутствие — не как угрозу, а как якорь. — Джон… — тихо сказал он спустя время. — М? — Если я снова сломаюсь… ты скажешь мне? Джон на секунду задумался. А потом ответил: — Я не скажу. Лололошка нахмурился. — Почему? Джон чуть усмехнулся. — Потому что ты не сломаешься снова. Пауза. — Ты уже сломался. И теперь учишься собирать себя заново. Лололошка долго молчал. А затем тихо выдохнул: — Тогда… не уходи, пока я не научусь. Джон ничего не ответил сразу. Но его рука на плече Лололошки осталась. И этого оказалось достаточно.