haut rêve

Капли дождя беспощадно барабанили по лобовому стеклу, и дворники едва ли успевали их сметать, двигаясь в такт их постукиваний. В салоне было очень тепло – очевидно, до этого какое-то время тут работал обогреватель, и прямо сейчас это было как нельзя кстати. Тут не было ни запаха еды, ни головокружительной духоты, от которой хотелось бы просто упасть без сознания и, пожалуй, никогда больше не подниматься. Иллуги откинулся на спинку пассажирского кресла, не проронив ни слова. Только сейчас он в полной мере ощутил, как сильно болит всё тело от напряжения, накопившегося за день – причем и вправду всё. И спина, и шея, и ноги от того, что на них было проведено около десяти, а то и больше, часов без передышки, и, как обычно и бывает, руки – сегодня их вообще чуть ли не сводило под конец смены. Глядя на свою слегка промокшую толстовку – за те несколько секунд, что пришлось бежать от черного входа в ресторан до дверцы машины Флинса, дождь все равно успел поймать его — Иллуги едва слышно вздыхает. По заветам самых известных клише, под конец такого паршивого дня дождь был просто обязательным элементом – нечего было и удивляться тому, что после относительно ясного дня под вечер пошел настоящий ливень. — Привет, — наконец донеслось с водительского сиденья. — Да, — тут же неловко отозвался Иллуги, почему-то не поднимая взгляда. — Спасибо большое, что приехал. И извини сразу, что я тебя так вырвал из дома… Время позднее все-таки, я почему-то не… Повисло молчание – а у Иллуги в голове все шумело, напоминая о закончившейся смене. — День не задался? — едва слышно произнес Флинс, поглядывая на него. — Да, — спустя еще полминуты молчания тяжело выдохнул Иллуги, наблюдая за тем, как капли продолжают стекать вниз по стеклам окон. — Даже слишком. Опять внутри все напряглось – от усталости Иллуги чувствовал не столько физический, сколько какой-то эмоциональный, больше внутренний дискомфорт. Прямо сейчас очень хотелось пожалеть об отправленных смс – как будто это исправит ситуацию? Боже, Иллуги, если ты просто хотел добраться до дома не как промокшая крыса, то можно было и такси вызвать, пока время даже позволяло. Нет, додумался же написать именно ему – а у Кирилла так-то тоже сегодня был рабочий день, как будто бы он прямо горит желанием не отдыхать и отсыпаться дома после непростой рабочей недели, а ждать его под ливнем? Какая-то странная злость опять начинала закипать внутри – вот только в этот раз-то на кого злиться? Ни Ягода, ни кто-либо еще – не было больше виноватых, кроме самого Иллуги, и именно оттого он и раздражался лишь сильнее. Почему все было настолько паршиво? Почему именно сегодня и именно сейчас? Почему в принципе? Как будто бы он мало делал для того, чтобы все было совершенно по-другому? Теперь-то ситуация и вовсе была патовая – и это злило еще сильнее, чем могли бы разозлить любые ошибки, совершенные сегодня ранее. И чувствовалось это так, будто ярость, скопившуюся в нем до этого, кто-то закупорил – и теперь, когда ее становилось все больше и больше, пробка просто не выдерживала, грозясь вот-вот вылететь. Либо же бутылка вот-вот лопнет и разлетится на мельчайшие осколки. — Это нормально, — между тем снова доносится голос Флинса откуда-то снаружи его мыслей. — У всех нас бывают тяжелые дни. Иллуги пришлось стиснуть зубы – резко на него накатил стыд, потому что слова Флинса почему-то лишь сильнее раздражали. Ему и так было прекрасно понятно, что у всех бывают тяжелые дни. Как будто бы он вообще его спрашивал? Вот именно – не спрашивал, и успокаивать тоже не просил! Обязательно лезть? Ох. И вот это портило все – Иллуги, только держи язык за зубами, ты сегодня и так наговорил достаточно. Не то чтобы он считал нужным бояться, не расплачется ли Кирилл, если тот и ему нагрубит – впрочем, проверять… Нет, Иллуги, все же потрудись не усугублять ситуацию – с твоей стороны, в конце концов, это и не слишком-то вежливо – если б не Флинс, то пришлось бы тебе прямо сейчас тащиться под ливнем на уставших ногах, и повезло бы еще, если на утро ты проснешься без температуры. В общем, пока следует лишь мысленно поблагодарить его – хотя бы за то, что не проявил безразличия, и даже прямо сейчас пытался как-то его подбодрить. И то, на удачу, особо разговорить не пытался – и к лучшему, потому что Иллуги сам понимал, как он близок к тому, чтобы опять наговорить лишнего. В конце концов, Флинс тоже обычно не отличался болтливостью, а потому можно было малость расслабиться и дать себе шанс глубоко вдохнуть и выдохнуть, успокоиться и позволить мозгу перезагрузиться, чтобы потом уже находить хоть какие-то слова для… …для хоть чего-нибудь. Короче – стоило просто дать себе чуть больше побыть в прострации, остыть – понять, что вина за произошедшее лежит и на его плечах тоже; а самое главное – не дать ничему вывести его… — Ну и куда поедем? — снова прозвучал приглушенный голос Флинса, пока его пальцы постукивали подушечками по рулю в ожидании. Ох, ну за что же… — Да плевать уже! — резко выпрямился Иллуги на сиденье, дернув руками и метнув взгляд похолодевших синих-синих глаз в его сторону. — Не знаю я – куда хочешь, туда и вези. Умница, еще неплохо держался – но план сам по себе рухнул, как карточный домик, стоило лишь слабому ветерку колыхнуть его. Пора уже считать секунды до того момента, как он окажется выставленным из машины, да? Боже, ну как так-то! Кошмар-кошмар-кошмар – если перед Ягодой извиниться было еще хоть как-то реально, то здесь паника лишь сильней сжала ему горло. Это же Флинс – он, если не надо, то ничего и не скажет, он промолчит тактично, и… — Боже, прости, — спустя полминуты все же выпалил Иллуги чуть хриплым голосом – все-таки несколько дней работы вместо начальства дали о себе знать, потому что он никогда столько не говорил и уж точно не повышал голос так часто. — Прости меня, я… Вылетело. Сегодня правда дерьмо-день, и я даже не знаю, как мне справиться с ним в одиночку – или в принципе справиться. Прости. Я не хотел – знаю, я далеко не в том положении, чтобы так себя вести по отношению к тебе, ты же… Его прервал звук поворота ключа – двигатель завелся, и Флинс заодно чуть прибавил мощности обогревателю, который тут же начал приятно дуть, согревая совсем ледяные ладони. Как только на сенсорной панели отобразились все показатели, авто плавно тронулось, и тот вырулил с парковки у заднего входа в ресторан. — Э-э, Кирилл, — снова прочистил горло Иллуги. — Да, прости. Мне и не следовало тебе писать. Я просто сегодня очень сильно облажался, и я никак не могу это принять – в одного точно не могу принять. И ты имеешь полное право просто выкинуть меня из машины где-нибудь на мосту, или вообще где пожелаешь, чтобы мне неповадно было – я понимаю, что это эгоистично с моей стороны, особенно учитывая, что ты так-то тоже работаешь и, я уверен, устаешь не меньше моего… — Какая чепуха, — шеф в какой-то момент аж замер, не моргая – слово “чепуха” он вряд ли был готов услышать в такого рода разговоре – хотя, Флинс… — Я приехал, потому что мне того захотелось, Иллуги. Не захотелось бы – я бы так и написал, что не могу. …пожалуй, имел какую-то удивительную способность поражать собою. Иллуги с трудом разжал руки, до этого сами по себе сжавшиеся в кулаки до побелевших костяшек, и тихо выпустил воздух из легких. Потом еще раз вдохнул и выдохнул – будто бы вместе с выдохом освобождал и накопившуюся за день злость и усталость. — Я буду только рад, если тебе захочется выговориться мне, — между тем продолжил Кирилл. — Как-то так вышло, что я сегодня вечером был предоставлен самому себе, и… в каком бы то ни было виде, но от компании я бы все равно не отказался. Иллуги покосился на него, приоткрыв рот, будто желая что-то спросить, но в последний момент уже передумав – как будто тут и спрашивать было не о чем. Правда, вовсе не потому, что все было очевидно – как раз наоборот: Иллуги побаивался, что спроси он – вопросов возникнет лишь больше. — Ты не будешь против, если я включу музыку? — в этот раз травматолог тоже бросил взгляд в сторону замолчавшего пассажира. — Негромко совсем, для фона просто. — Конечно, — как-то даже растерявшись, кивнул тот, наблюдая за тем, как Флинс убирает одну руку с руля, чтобы открыть на сенсорной панели встроенный Spotify и нажать кнопку проигрыша, даже не выбрав плейлиста. — Я просто… Иллуги снова осекся, как только случайно столкнулся взглядом с его глазами – они встали на перекрестке, и тот впервые за недолгое время их пути позволил себе удержать зрительный контакт чуточку дольше. — Шеф уехала на эту неделю, и назначила меня своим заместителем, — начал Иллуги, снова как-то стыдливо опуская взгляд куда-то в пол – вот блин, на резиновом коврике прямо под его кроссовками уже виднелась грязь (пусть и не слишком-то критичная, как могло бы показаться, судя по его реакции). — И кроме дополнительных обязанностей, которые перешли временно ко мне, все усложнилось еще и тем, что у нас практически ежедневно была полная посадка. Вот серьезно – ни одного столика пустого. Ну а даже если и не полная посадка, то какие-нибудь банкеты-фуршеты… — Тогда это объясняет, почему мы так редко списывались на этой неделе, — невольно на душе становилось теплей от того, что Флинс поддерживал этот разговор, пусть уже и загорелся красный, и ему снова было необходимо сосредоточиться на дороге. — Ты же весь был просто завален делами. Неужели и завтра работаешь? — Да, — с какой-то грустью вздохнул Иллуги, тут же продолжая рассказ. — В общем, сегодня снова была запарка на кухне, это и так адище, потому что душно и шумно, а от этого и голова и ноги просто гудят. Я разрывался между линией, станциями и своим же рабочим местом, потому что приличную часть позиций пришлось взять просто на себя – и тут ко мне подходит растерянная Ягода, — в этот момент его голос как-то особенно напрягся. — И оказывается, что мы подали блюдо, содержащее ореховую крошку, гостю, у которого была аллергия на орехи, и о которой нас изначально предупредили. — Неужели пришлось вызывать скорую? — нахмурился Флинс. — К счастью, нет, — хмыкнул Иллуги. — Но инцидент все равно произошел – и это уже было кошмаром. Блюдо нужно переделать, а мы и так не поспевали со всеми заказами. Плюс, это репутация ресторана – такой косяк просто так уж точно не забудут, и это тоже далеко нам не на руку. Кирилл понимающе кивнул, продолжая вести машину. — В общем, я, похоже, уже просто не смог держать себя в руках, — в голосе шефа снова зазвучала вина и какая-то растерянная жалость. — Накричал на Ягоду – она ведь перепутала столики, хотя перед сменой всех предупреждали; и во время принятия заказа обычно такие детали уточняются и не забываются. Я… наговорил ей больше нужного. Ладно бы отчитал – это по-прежнему ошибка, грубая, даже очень. Но я вместо того наговорил ей лишнего – и не слишком приятного, должен сознаться. Вспоминая сказанное в адрес провинившейся официантки, Иллуги даже самому стало как-то противно от своих же слов. — Я довел ее до слез, не извинился сразу, так еще и потратил слишком много времени и своих же нервов, — наконец подытожил он, тихо вздыхая и глядя куда-то в окно – по его стеклу все бежали потоки воды, и ночные огни города просто размывались за ними, превращаясь в акварельные пятна прямо перед глазами. — А потом я почувствовал слишком острую необходимость в том, чтобы выговориться, и… — И написал мне, — закончил за него Кирилл. — Еще раз извини – я просто с ума съехал, раз вздумал, что ты в такое время согласишься ехать куда-то по такой отвратительной погоде, а не пошлешь меня куда подальше. — Я уже объяснил – будь оно мне не нужно, тебе бы сейчас пришлось плестись под дождем. — И все равно ты здесь, — Иллуги невольно улыбнулся. — Именно, — кивнул ему Флинс, нажимая кнопку сзади на руле и переключая следующий трек. Иллуги наконец позволил себе откинуться на спинку пассажирского сиденья и хотя бы попытаться полноценно расслабиться. В салоне стало еще теплей, чем было до этого, и при этом без неприятной духоты, какая обычно царила на кухне в самую запару. Наблюдая за тем, как мелькают размытые огни за окном, невольно он хотел было сказать что-то еще, но, прислушавшись к приглушенной тишине салона, вдруг уловил нечто… — Ого, что это? — невольно даже уголки его губ дрогнули вверх. — Это что, Бритни Спирс? Флинс вопросительно покосился на него, включая поворотник и всматриваясь вперед, чтобы разглядеть хоть что-нибудь за дворниками, смахивавшими дождевую воду. Переведя взгляд на сенсорную панель, Иллуги заметил название трека – да, “...Baby One More Time” звучала именно так, и он даже не ошибся. Глядя на Кирилла, который, кажется, не мог понять, что так его позабавило, Иллуги совсем расплылся в улыбке и даже позволил себе тихий смешок. — Вот уж не подумал бы. — У меня весьма эклектичный вкус. — Да уж, с этим соглашусь. — А что, по-твоему, я бы слушал? — тоже слабо улыбнувшись, фыркнул Флинс. — Классику, что ли? Или, ну там не знаю – какой-нибудь хэви метал? Кантри? — Я бы скорее поставил на джаз, чем на поп-музыку, — развел руками Иллуги. — Ну, кстати, джаз я тоже слушаю. — Значит, хотя бы одно попадание есть, да? — Да, — улыбнувшись еще сильнее, Кирилл бросил на него короткий взгляд. — Хотя слушаю больше один конкретный бэнд, мне нравится их исполнение. — И что за бэнд? — Иллуги подпер щеку рукой. — Может, мне зайдет – я тоже люблю слушать джаз. Стоит ли упоминать то, что Иллуги разве что отдаленно мог что-то знать об этом жанре, и он точно не входил в список по-настоящему любимых – пожалуй, не так уж и важно. Что точно имело значение, так это то, что в мыслях Иллуги в какой раз за день пришлось отчитать самого себя же. Ну потому что зачем – зачем он вообще это ляпнул? Предположение мелькнуло в голове – слишком нехорошее, слишком уж чудное, чтобы цепляться за него – и тут же улетело прочь. — Да ребята откуда-то из штатов, — Флинс выключил обогреватель, поскольку в салоне стало уже достаточно тепло. — “Moonlight Whispers”, у них есть как свои песни, так и каверы на другие композиции. Мне нравится в основном звучание, очень гармоничное. — Обязательно поищу и послушаю как-нибудь, — только и кивнул Иллуги, шумно выдыхая и опять отворачиваясь к окну. Да, глупость – с другой стороны, что мешает Иллуги и вправду послушать? В конце концов, будет даже неплохо, если их с Флинсом вкусы в музыке совпадут – учитывая, что он не слишком привередлив в выборе треков на фон, чего не скажешь о вкусах в еде, то это не должно оказаться какой-то проблемой. Да даже если и окажется – как будто бы прямо сейчас это было последним, о чем действительно стоило так беспокоиться. Ему по-прежнему следовало привести мысли в порядок, распутать тот огромный и сложный клубок, к которому, кажется, не притрагивались целую неделю банально из-за того, что не находилось времени. Сейчас же, когда время было – погружаться в это все уже и не хотелось. А для чего, спрашивается? Он очень устал, он в тепле, ему даже не нужно рулить и быть внимательней на дороге – а бывала парочка случаев, когда после физически изматывающих смен концентрация падала настолько, что удивительно, как он ещё ни разу не попал в ДТП. Разве что стоило озаботиться тем, что желудок по-прежнему был пуст – в рабочее время не было ни минутки на перекус, а после того, как он повёл себя так, у него и вовсе пропал аппетит, сменившись какой-то тошнотой. Теперь желание поесть, к счастью, возвращалось – вот только Иллуги даже не мог вспомнить, что вообще у него было в холодильнике. Ох, он когда вообще туда последний раз заглядывал? Всю неделю все мысли только и были забиты рестораном – оставалось лишь надеяться, что ничего там не испортилось, потому что сил разбираться ещё и с этим у него точно не найдется. Нашлись бы они хотя бы на то, чтобы до квартиры доползти и завалиться в кровать – в знак благодарности Флинсу стоило бы потом что-нибудь притащить; так уж уже сложилось, что это был наиболее оптимальный вариант. Все-таки, если бы не травматолог, то домой Иллуги вернулся бы точно не скоро, так ещё и промок бы до нитки. Домой. Иллуги поерзал на сиденье, потянувшись к окну и пытаясь вглядеться – по мере движения капли смахивал встречный поток ветра, и хоть что-нибудь да можно было разглядеть. Наверное, ему малость кажется, что это немного не та часть города, в которой находится его дом. — Так, ну… — он с подозрением покосился на невозмутимого Кирилла. — И куда это ты меня везешь? Невольно Иллуги даже издал смешок – отчего-то мысль о том, что Флинс прямо сейчас окажется каким-нибудь хирургом-маньяком, который везет его в какой-нибудь лес, чтобы там распилить и закопать (или в заброшенную больницу, чтобы потом продать по кусочкам, вот это круче звучит), показалась даже неплохим завершением такого отвратительного дня. — В смысле? — тот лишь склонил голову набок. — Я, если что, живу в ровно противоположной части города… — Иллуги неловко сложил руки лодочкой. — Я знаю. — Ну и… — Ты же сам сказал “вези куда хочешь”, — пожал плечами Флинс. — Да, и… — пробормотал Иллуги. — Куда ты, получается, меня везешь? — Ко мне домой. Ох. Ну дела, Иллуги.

***

— У тебя очень… по-домашнему. Иллуги снял кроссовки, которые, к счастью, почти не промокли и даже не запачкались, и тут же обул предложенные ему мягкие тапочки, в которых сразу стало чуточку уютней. — Правда? — Флинс усмехнулся, тоже меняя обувь и снимая с себя куртку, чтобы тут же повесить ее на крючок в прихожей. — Давай сюда свою. — Неожиданно, но да, — кивнул шеф, стаскивая толстовку на молнии, которой повезло чуть меньше, чем кроссовкам. — Вообще, я думал, что у тебя тут будет… Ну, знаешь, прям все чисто-чисто, типа как… — Сегодня не ожидал гостей, извини, — улыбнувшись, развел тот руками в ответ. — Поэтому да – может быть небольшой бардак. — …нет, я имею в виду, — Иллуги моментально залился краской, — у тебя чисто, все нормально! У меня бывает в квартире по углам комки пыли находятся – особенно когда много работаю – вот это грязно, да. А у тебя я скорее ожидал, что все будет как-то, ну… Упорядоченно, что ли? Мне казалось, у вас в больнице всегда все так стерильно и там всякие документы, медкарты и прочее составлены аккуратненько. — Так вот о чем ты, — Флинс кивнул, не прекращая улыбаться и жестом приглашая того пройти внутрь, чтобы помыть вместе руки после улицы. — Нет, кстати… Я наоборот пытаюсь делать так, чтобы мой дом минимально напоминал мне рабочий кабинет. Знаешь, это очень хорошо, особенно когда возвращаешься после долгой и тяжелой смены, проведенной в этой больничной стерильности – домашний уют позволяет хоть раз забыть о том, что ты врач. Да и в создании бардака дома тоже особо ничего плохого не вижу – особенно если своевременно его разгребать и не доводить до крайностей. — Ну нет, это я ляпнул, — покачал головой Иллуги, пытаясь согнать смущенный румянец. — Тем более, как ты правильно заметил, я тебе как снег на голову, так что… — Брось, с этим все нормально, — донесся уже откуда-то из кухни до него голос Кирилла. — Я чувствую, что все равно останусь у тебя в долгу, — невольно издал смешок Иллуги. Да, стоило и вправду сказать, что квартира Флинса выглядела далеко не так, как ее можно было себе представить, опираясь лишь на знание ее владельца. Почти во всех комнатах было достаточно темно, однако тусклый свет, разливавшийся из кухни и по коридору, совсем чуть-чуть затрагивал все остальное. Во-первых, все-таки стоило отметить, что у Кирилла было довольно чисто, даже несмотря на то, что он назвал это бардаком. Возможно, Иллуги просто сравнивал с собой и своим графиком – но, вообще-то, у сотрудников больницы нагрузка тоже ничего себе, поэтому тот факт, что квартиру явно старались не запускать, говорил разве что о чистоплотности и внимательности ее хозяина. Во-вторых, что грело и удивляло даже больше – порядок был очень… живым и почти человеческим. Иллуги краем глаза уже успел заметить целые стопки и ряды книг на стеллаже – кажется, это была гостиная, – а также аккуратно составленные вазы на нем же вместе со шкатулками на вид с очень давних времен. Виднелись и какие-то папки, и даже кусочек рабочего места – стол стоял прямо в углу, почти спрятавшись за стеллажом. Шагнув чуть вперед, Иллуги сменил угол обзора – у дальней стены стоял еще один стеллаж со стеклянными дверцами. Он тоже был весь чем-то заполнен и уставлен, однако разглядеть, чем именно, в темноте было практически невозможно. Оставив пока эту затею, шеф поспешил подтянуться на кухню, где Кирилл, судя по шуму, уже ставил чайник. — Если нужно, могу дать тебе сменную одежду, — едва Иллуги вошел на кухню, как его снова невольно вогнали в краску. — Нет, не стоит, — поспешил отказаться он – и так ведь умудрился доставить кучу неудобств за один лишь вечер, докатившись до того, что прямо сейчас попросту сидел в гостях – причем в довольно поздний час. — Я почти не промок, так что все нормально. — Как скажешь тогда, — пожал плечами в ответ Флинс, доставая из шкафчика пару коробок с чайными пакетиками. — Какой тебе? — Любой сойдет, я не привереда в этом плане, — Иллуги покачал головой, присаживаясь за стол и облегченно вздыхая – как бы то ни было, но находиться в тепле было все равно приятно, даже несмотря на то, каким непростым выдался этот день. Что-то изнутри продолжало съедать Иллуги, чего он просто на дух не выносил – не умел он держать чувства в себе так долго, им всегда надо было дать выйти на волю. Рука сама собой потянулась к телефону в кармане – как стоило бы поступить? Извиниться необходимо в любом случае, вот только было ли правильным делать это сейчас (ночью, так, для напоминания, большинство людей предпочитают спать), через смс – или дождаться завтрашней смены и принести извинения уже лично, заодно все хорошенько еще раз переварив. Хотя он уже слишком сильно сомневался в том, что сможет спокойно спать с этим – нет, нужно написать прямо сейчас и хотя бы так себя успокоить. Ягоде стоит просто знать о том, что он сожалеет и раскаивается – а дальше слово пускай будет за ней. Иллуги все равно потом придется отчитываться перед Сандроне. — Да блин… — в следующую же секунду пробормотал он, чувствуя, как желание биться головой об стену возвращается к нему вновь. Ноль. Пустой прямоугольник на черном фоне с красной полоской у самого края слева – и за что только, Мёрфи его побери? — Что там? — Флинс снова оглянулся, заливая в заварочный чайник кипяток, который тут же начал окрашиваться от чая. — Телефон сел, — вздохнул тот в ответ, откладывая его в сторону – пользы в таком случае прямо сейчас от него ждать не следовало. — Я, наверное, перед выходом на работу сегодня даже не проверил, достаточно ли зарядил его. — Может, от зарядки хотя бы ты не откажешься? Иллуги поднял на него взгляд, поймав на улыбке, и состроил отчаянную гримасу: — Мне и так неловко! — всплеснул руками он, наблюдая за тем, как перед ним сначала ставится чашка с дымящимся чаем, а затем и сахарница с ложечкой. — Ты меня как котенка бездомного с улицы подобрал и к себе привез… — Ну в чем-то сходство есть, — соглашаясь, кивнул Кирилл и уселся напротив. — …хотя, во-первых, я думал, ты отвезешь меня ко мне, а не станешь возиться, и тем более уж, во-вторых… — Иллуги набрал в легкие воздуха, но тут осекся на полуслове, вопросительно глядя на травматолога. — Что? — Ну а во-вторых? — задал встречный вопрос Флинс – и Иллуги предпочел просто закатить глаза, мирясь с тем, что что-то придется пропустить мимо ушей. — Ну а во-вторых… — все равно продолжил он. — Я, честно говоря, почти и не надеялся, что ты правда приедешь. Я был удивлен, когда ты хотя бы прочел мои сообщения! А насчет моей просьбы – мне казалось, ты скорее пошлешь меня или и вовсе заигноришь, предварительно кинув в блок. — С чего бы это? — Много кому захочется вскакивать в такое позднее время и ехать в отвратительную погоду по слякоти за каким-то идиотом, только потому что он в конец разнылся? Флинс помолчал, глядя на него, а затем произнес негромко: — Получается, как минимум мне захочется. Иллуги невольно поднял на него глаза, глядя из-под ресниц и все-таки удивленно приподнимая брови. Открыв было рот, он хотел произнести что-то в ответ, но почти сразу же закрыл его, понимая, что сказать-то и нечего. Вместо этого шеф просто снова уткнулся в кружку, от которой тянулся теплый пар, вызывающий мурашки – стоило все же признать, что руки по-прежнему были малость холодными. Флинс как-то объяснял ему это тем, что тело таким образом пытается сохранить тепло. — Кстати, — какое счастье, Кирилл сам решил прервать довольно неловкую и начинающую затягиваться паузу, — я сегодня вечером даже приготовил карбонару по рецепту, который нашел в интернете. — Да ну, — в тот же миг в глазах Иллуги мелькнула искорка. — Вижу, результатом ты доволен, да? — Более чем, — тот улыбнулся в ответ. — И это оказалось даже не так уж и сложно. — И вкусно, я думаю, — кажется, в глазах шефа прямо-таки начинал разгораться огонек – и это, пожалуй, было самым приятным для такого весьма паршивого дня. — Какой-то особенный рецепт или классика? — Скорее классика, — неловко покачал головой Флинс. — Ничего особенного – спагетти, к ним соус из желтков, сливок, ну и сыр с беконом. Добавил базилик еще. — Звучит очень аппетитно – и на вкус, думаю, не хуже. — Я тоже так считаю. Правда, доказать прямо сейчас мне это нечем – я приготовил довольно небольшое количество… Ну, знаешь, все еще не был уверен в том, что выйдет, да и думал, что снова придется есть в одиночестве. — Нет-нет, все нормально, — тут же замахал ладонями Иллуги, неловко поморщившись. — Во-первых, я и так тебе поверю! А во-вторых, я же уже говорил – я и так смущен тем, сколько неудобств тебе успел доставить за один только вечер – усложнять точно не стоит… — Брось, — только и махнул рукой Флинс, размешивая сахар в своей кружке, но тут же заинтересованно выпрямляясь и снова глядя на шефа. — Кстати, а правда – не хочешь перекусить? Мне кажется, ты должен быть голоден после такого изматывающего рабочего дня. — О, вот это ты брось, Флинс, — в отчаянии закатил глаза Иллуги. — Все и так знают, что поваров голодом никто не морит – и, повторюсь еще раз, что мне и так до ужаса перед тобой… Удивительно, как так вышло, что урчание, донесшееся из его желудка, по своей громкости было чуть ли не наравне с голосом. Флинс глядел на него, подперев щеку рукой, и всем своим видом давал понять, что сейчас любые слова будут бесполезны. Все так же молча он поднялся из-за стола и подошел к холодильнику, чтобы заглянуть внутрь. — Хочешь, я могу еще раз продемонстрировать тебе свои кулинарные навыки? — он оглянулся на Иллуги, который, кажется, уже лужицей растекался по столу, пряча лицо в ладонях. — Я недавно понял, что мне очень нравится их практиковать – а взгляд профессионала поможет направить меня. Иллуги отодвинул ладони, склонив голову набок и посмотрев на него – однако, уже без былой жалости в глазах. — Сомневаюсь, что… — Мне кажется, кое-кто сам учил меня тому, что сомнениям на кухне не место, — без тени вины перебил его Флинс. — И этот кое-кто знает об этом явно больше моего. Иллуги поджал губы, глядя на него исподлобья, а затем задумчиво отводя взгляд. — И что ты предлагаешь? — Ну… — протянул травматолог, снова вглядываясь в холодильник. Тут стоило признаться честно – поскольку он лишь делал шаги на пути к успехам в кулинарии, ингредиенты в его холодильнике пока появлялись не совсем… регулярно. Смотришь так на полки – и как будто ничего не собирается в единое целое – хотя еда как еда. — На мишленовский шедевр, конечно, оно не потянет, но… Есть яйца, багет довольно свежий, молоко, помидоры, зелень… А это лучше выкинуть… Он задумчиво свел брови над переносицей и снова взглянул на Иллуги: — Из этого ведь тоже можно что-нибудь приготовить? — Ты еще спрашиваешь, — хмыкнул тот, берясь обеими руками за теплую кружку и наконец отпивая из нее. — Скажу тебе по секрету – практически всегда можно приготовить что угодно из чего угодно. Кирилл уставился на него выжидающе. Иллуги всмотрелся в собственное отражение в гладкой поверхности чая и наконец произнес негромко: — То, что у тебя имеется должно отлично подойти для… ну, например, омлета с помидорами и зеленью, а также поджаренным на сковороде багетом. Было бы здорово еще, если б к этому счастью нашлась какая-нибудь хорошая приправа. — Ну вот видите, шеф, — улыбнулся Флинс. — Тогда это мне наверняка под силу приготовить. Едва он потянулся за необходимыми продуктами и достал их из холодильника, как в следующую же секунду рядом с ним материализовался Иллуги. — Надеюсь, ты не думаешь, что я буду сидеть и смотреть, как ты готовишь мне еду? Тот посмотрел на него и хмыкнул, закатив глаза: — Ты думаешь, я настолько плох? — он положил яйца и молоко на кухонную тумбу. — Слушай, я, конечно, постараюсь приготовить максимально хорошо и вкусно, но и ты не забывай – у меня, все-таки, медицинское образование, поэтому стать жертвой моих кулинарных изысков я тебе тоже не дам. — О-о, очень мило, ты… заботлив, прямо-таки! — у Иллуги поначалу и слов не нашлось для ответа. — Но я, вообще-то, имею в виду все одно и то же – Кирилл, мне неловко, что я доставляю столько хлопот. Поэтому имей совесть – прекрати меня смущать и дай тоже что-нибудь приготовить. Флинс открыл было рот, хитро улыбнувшись, чтобы произнести что-нибудь в ответ, но все же промолчал, продолжая глядеть на Иллуги. — Кто-то сам говорил о том, что ему не помешает взгляд профессионала. — Ну да, — согласно закивал тот, не переставая улыбаться, — если ты подскажешь мне что-нибудь, то будет неплохо. — Тогда пора бы уже начинать. Флинс, честно, подумать бы не мог, что такое наслаждение у него вызовет приготовление омлета в первом часу ночи. Иллуги подсказал, как и в каких пропорциях следует все смешать – он же взял на себя задачу приготовить. Иллуги в целом-то досталось не так уж и много работы – он поругался на Кирилла за то, что ножи явно точат не так регулярно, как следовало бы, пока нарезал томаты кубиком и параллельно наблюдал за тем, как на соседней сковороде подрумянивался золотистой корочкой нарезанный багет. — Если что, то я правда в силах сам справиться, — наконец прервал рабочую, и в то же время такую уютную тишину, повисшую между ними, Флинс. — Кирилл. — Я имею в виду – как у тебя остаются силы стоять на кухне после смены в ресторане? Неужели не хочется отдохнуть от кулинарии? Иллуги помолчал, наблюдая за тем, как шипит масло на сковороде: — Я вряд ли когда-нибудь смогу полноценно от нее отдохнуть, — он пожал плечами, опуская взгляд куда-то вниз. — Готовить на профессиональной кухне и готовить дома – совершенно разные вещи, какими бы похожими они ни казались на первый взгляд. Готовить для кого-то – совершенно другое, совершенно другая форма наслаждения самим процессом приготовления какого угодно блюда. Это отличный способ привести мысли в порядок, дать себе остыть, сосредоточиться на чем-то другом в момент, когда разум слишком обеспокоен. Мы же с тобой никуда не спешим – мы готовим, обращая внимание на все нюансы, которые тебе полезно было бы знать. На профессиональной кухне, особенно во время запары, на это времени никогда не найдется, уж поверь мне. И именно поэтому даже поварам важно готовить не только в ресторанах, но и у себя же дома – и не только мишленовские шедевры, но и самые простые, считай, элементарные рецепты. — Омлет – один из них? — Флинс невольно улыбнулся, наблюдая за тем, как Иллуги уже снимает поджаренный багет. — Именно, — убрав лопатку и выключив свою конфорку, тот поднял взгляд, тоже улыбаясь в ответ. — Полагаю, у тебя тоже все готово. — Да, — Кирилл снова обратил внимание на свой омлет – он уже выглядел слишком аппетитным, и попробовать его хотелось все сильнее и сильнее. — Можно выкладывать на тарелки? — Да – и подавать с багетом, — Иллуги отошел, чтобы дать тому пространство, чтобы развернуться в кухне – очень раздражало, знаете ли, когда во время готовки что-то мешает даже потянуться куда надо. Подойдя к окну, он заметил, что дождь все продолжал лить и, судя по всему, не собирался заканчиваться в ближайшее время. И в сон, на удивление, совершенно не клонило – Иллуги, вообще-то, рассчитывал попасть домой. Но общественный транспорт в такое время уже не ходит, такси не закажешь, а снова становиться обузой для Флинса и просить подкинуть до дома в планы пока тоже не входило. В то же время, бежать под дождем – тоже такая себе перспектива. — Слушай, я точно не сильно мешаю? — Опять все та же песня, — закатил глаза Кирилл, ставя на стол две тарелки с омлетом – стоило отметить, выглядел он просто потрясающе – хотя, возможно, дело было в том, что желудок Иллуги уже долгое время оставался пустым. — Мало ли, — тот присел за стол, беря в руки предложенные ему вилку и нож. — Может, ты вообще спать хочешь, а тебе приходится возиться с чуть-чуть нежданным гостем. — Можешь считать, что мне это в удовольствие, — травматолог хмыкнул улыбнувшись. — Да и спать, знаешь ли, как-то и не тянет. Даже удивительно. — Вот и меня тоже… — задумчиво произнес Иллуги, наконец отправляя первый кусочек в рот и растворяясь в удовольствии от такой простой, но такой вкусной еды. — Это лучшее, что мне доводилось пробовать. — Да ну, не смеши, — махнул рукой Флинс. — С чего бы этому быть лучше, чем… ну, любое блюдо, которое ты когда-либо готовил и попробовал? — Возможно, с того, что его приготовил ты – для меня, — Иллуги улыбнулся, наблюдая за тем, как Флинс притих, тоже принимаясь за свой омлет. Тишина между тем нарушалась лишь стуком капель по стеклу окна – время тянулось медленно, а сон все никак не шел. Иллуги почти было погрузился в раздумья о том, как быть дальше – завтра точно нужно будет извиниться, и подобрать слова следовало бы заранее – как вдруг до него снова донесся негромкий голос Кирилла: — Слушай, раз нам обоим не спится, — начал он, вертя в руках вилку. — У меня есть предложение, чем пока себя занять.

***

— Может, “Пятый элемент”? — Мне кажется, лучше не сегодня. — Или, может, ужастик какой-нибудь? Ты “Сияние” видел? Я все никак не могу посмотреть. — Прекрасная идея! Слушай, я люблю, конечно, пощекотать себе нервишки, но… не думаю, что стоит так рисковать, особенно после того, как мы так хорошо поели. Рассмотреть гостиную в квартире Флинса возможность все-таки выпала. Иллуги было очень приятно узнать о том, что обставлена она была весьма уютно, особенно в мягком освещении двух торшеров и наличии настенного светильника, который они решили не включать. Сама комната пусть и не была какой-то большой, однако развернуться в ней точно было где. Помимо рабочего места в виде стола и кресла, пары торшеров и двух стеллажей со всякой всячиной, в нее еще умещался мягкий диван – не слишком большой, но от того не менее уютный. Сидя на правой его стороне и откинувшись спиной на такую же мягкую подушку, Иллуги все скользил взглядом по разным полкам. Наконец-то он смог присмотреться – на одной из них все-таки была коллекция камней – самых разных, необычной формы и текстуры. Полкой ниже опять были книги, а рядом с ними стояла какая-то расписная шкатулка. Были и модели костей, и, кажется, коробка для шахмат, не обошлось и без какого-то набора посуды – бокалы, скорее всего. — Может, лучше что-нибудь легкое? — он покосился на Флинса, листающего каталог фильмов в стриминговом сервисе. — Предлагаешь какие-нибудь французские комедии? — Ну, как вариант, — Иллуги потянулся, снова откидываясь на подушки. Флинс помолчал, а затем переключился во вкладку “Для детей”. Немного полистав, он остановился на одном конкретном: — Давай посмотрим “Рататуй”? — А ты его не видел? — Иллуги удивленно вскинул брови. — Пару раз, может быть, — с сомнением покачал головой в ответ Кирилл. — Но, мне кажется, что для легкого просмотра прямо сейчас должно сойти. Или ты не хочешь? — Нет-нет, я же не говорил этого! — закатил глаза тот. — Тогда включаю, — Флинс едва заметно улыбнулся и щелкнул пультом. Честно, ни заставка, ни первые минуты мультфильма – ничего из этого не было новым ни для Иллуги, ни даже для Флинса, которому, кажется, еще удавалось помнить, про что он вообще был. Это стоило разве что того, чтобы в какой раз для себя подметить все тонкости проделанной работы. И пусть Флинс вряд ли мог бы выцепить для себя все кулинарные детали – это стоило оставить для Иллуги, – он точно в какой раз обратил внимание на музыкальную составляющую. Что-что, а это было очень хорошо – особенно в случае, когда правильно подставленный саундтрек с нуля создавал всю атмосферу. Да и не только – чего уж там, Кирилл бы и сам прямо сейчас мог бы захотеть рвануть куда-нибудь в Париж, гулять по его вечерним улицам, вдыхать приятный запах, витающий в воздухе – и, может, даже готовить еду в какой-нибудь забегаловке. Ну или не забегаловке. Невольно он покосился на Иллуги, что все это время сидел, не проронив ни слова и не отрывая взгляда от экрана. Оно как будто бы и неудивительно – а что мог бы сказать шеф? Вряд ли у него будут вопросы о том, почему происходит тот или иной поворот – вопросов о кухне от него тоже ждать не следовало бы! Что уж говорить о каких-то своих комментариях… Флинс, честно, вовсе и не сомневался в том, что тому есть что сказать – но как будто бы сейчас это не было главным. Иллуги выглядел так по-особенному. Флинс мог поклясться – редко можно увидеть такой огонь в чужих глазах. Усталость, бессилие, отчаяние – да, но никак не это. Флинс, наверное, и не мог до конца прочувствовать это сам, но просто наблюдение за этим вызывало в груди такой вихрь самых смешанных ощущений. Иллуги не казался обычным – вокруг него начинали сиять яркие пятна, отражающиеся в синеве блестящих глаз, теплой тенью падающих на кожу лица и впитывающихся в самую душу. — Слушай, — наконец произнес Кирилл, отводя взгляд ровно за секунду до того, как Иллуги посмотрел на него в ответ на возглас. Замерев в ожидании, он невольно понял, что умудрился потерять мысль, которая изначально родилась в его голове – и чтобы не затягивать неловкую паузу, пришлось сказать что-нибудь, что первым придет в голову: — Так… В Париже правда самые элитные рестораны? Неожиданно со стороны Иллуги донесся смешок – Флинс даже невольно смутился, поспешив добавить: — А, ну конечно… Столица все-таки, да? Столкнувшись с ним взглядом, он заметил, как Иллуги все не перестает улыбаться, а затем произносит: — Как раз-таки нет, — шеф скрестил руки на груди, склонив голову набок. — Гастрономической столицей Франции по праву считается Лион. Да что там – он же входит в список мировых столиц высокой кулинарии. Парижу вряд ли суждено когда-нибудь прыгнуть выше – Лион навсегда будет местом, куда будет стремиться каждый кулинар, каждый человек, чья мечта – это служить кухне и творить только в ее пределах. Флинс снова помолчал, все больше вглядываясь в чужое лицо – с каждой секундой оно становилось все удивительней и удивительней, и это тоже поражало. Он открыл рот, но несколько секунд продолжал сидеть в тишине, вновь обдумывая правильные и нужные слова. — И твоя, получается? — Что? — И ты мечтаешь об этом? Иллуги отвел взгляд снова на экран, где кинематографично возвышался вид на ночной Париж. — А кто бы не мечтал? — он вздохнул, снова откидываясь на подушки. — Там ведь… это же перестает быть работой – это образ жизни, по-настоящему. И лучшие повара там обучаются, и там открываются лучшие рестораны, и там готовятся шедевры кулинарии – ну просто наилучшие из всех тех, что когда-либо были созданы человечеством. Шеф перевел дыхание, опуская глаза куда-то на колени, поджатые ближе к себе, между тем продолжая: — Мне Лион иногда в снах моих снится – лучшие сны в моей жизни, Кирилл, — он покачал головой, прикрыв глаза. — Если бы я только мог хотя бы однажды оказаться там – открыть, может, свой ресторанчик, тоже создавать шедевры – наконец-то перестать быть су-шефом, а главное – доказать, что я способен на куда большее, чем может показаться кому-то на первый взгляд. В конце концов, жить и быть новатором в том, чем ты горишь – я бы… Синие глаза снова метнулись к травматологу, так и застывшему в молчании: — Можно ли мечтать о чем-то большем? Флинс снова молчал – так странно, но сказать и вправду было нечего. Флинс ощутил такой странный прилив тепла в груди, будто никогда в жизни не слышал ничего искренней и проще. — Это вовсе не глупо, — наконец произнес он больше себе под нос, чем в сторону шефа. — Без мечты и жить было бы скучнее. И кажется, настал черед Иллуги молчать в ответ – это, по правде, даже не смутило Флинса, никак не помешав мысли идти дальше. — В конце концов, — он шумно выдохнул, — не будь у тебя ее – вряд ли бы мы с тобой когда-нибудь встретились. В единственный раз за весь вечер им удалось взглянуть друг на друга одновременно – секунда в секунду – и Флинсу даже показалось, будто сердце невольно делает кульбит. — Да, — наконец соглашается Иллуги, улыбаясь чуть шире. — И вправду. Больше никто не проронил ни слова – они и так проболтали часть мультфильма, сильно отвлекшись от самого просмотра. И Кирилл, честно, не считал это чем-то таким уж страшным – важным было далеко не это. В конце концов, именно в таких мелочах и раскрывается нечто настолько значимое – можно сказать, сокровенное. Он все гадал, что так грело в груди его эти несколько минут – а оказалось все так просто. Иллуги ни слова не говорил про Лион ранее – ни единого словечка. И что же? А именно Флинс оказался тем, кого посчитали достаточно близким и надежным, чтобы поделиться маленькой мечтой. И от этого даже сердце стучало сильней – и в щеках потеплело – а по-другому и быть не могло. Дело все в мечтах. — Иллуги, — негромко позвал Флинс, не отрывая взгляда от экрана и вздыхая, — а как ты понял, что именно это – твоя мечта? Откуда это взялось? Молчание. Флинс уже успел мысленно себя отругать – как будто бы это что-то слишком уж личное; а Иллуги сегодня и так пришлось ему излить душу по поводу всех своих сомнений. Интерес же, однако, брал верх – и у него даже для самого себя как-то не находилось объяснений тому, почему с Иллуги так хочется разговаривать, разговаривать постоянно и даже без разницы, о чем. Интерес берет верх. — Иллуги? Так и не дождавшись ответа, Кирилл наконец повернув голову в ту сторону дивана, где все это время сидел Иллуги. Оттуда доносилось едва слышное сопение, и не нужно было слишком долго вглядываться, чтобы понять, что глаза у шефа сомкнуты. Спящий Иллуги выглядел куда безмятежней и расслабленней, чем тот, которого встретил Флинс сегодня, подъехав к ресторану – и от этого у него и самого на душе стало как-то легче. Иллуги спал, почти полностью улегшись на подушку и подобрав ноги к себе – ладони обхватили ее покрепче, чтобы устроиться поудобнее. Сон одолел его весьма быстро – оно и к лучшему, отдых после такого длинного дня точно не помешал бы. Флинс притих, выключая телевизор, и разглядывая его повнимательнее. Пепельные волосы с темно-красной прядкой совсем растрепались, обрамляя спокойное лицо, и родинка у глаза теперь стала даже как-то заметней. Футболка, чуть помявшаяся во сне, подчеркивала силуэт – Кирилл в какой раз подметил, что несмотря на невысокий рост, Иллуги по-прежнему не был тощим – скорее, попадал под категорию “в самый раз”. В общем-то… Взгляд упал на электронные часы – время и вправду позднее. Флинс снова посмотрел на Иллуги и, поколебавшись, вздохнул, выходя в коридор и совсем скоро возвращаясь с пледом, взятым из шкафа. Накрыв им спящего, который лишь чуть-чуть поерзал, слыша возню, он окинул взглядом диван. “Можно было бы и разложить его”, — мелькнула в голове мысль. Правда, ее почти сразу перевесила другая – было слишком жаль будить уже уснувшего Иллуги, а большего Флинс сделать и не мог. Дождь за окном почти прекратился – Флинс решил прикрыть на ночь окно. Он и сам уже хотел спать – выйдя в коридор, решил для начала все-таки направиться в ванную, чтобы хотя бы почистить зубы, а потом уже и лечь спать. В шкафчике очень удачно нашлась новая зубная щетка – Кирилл мысленно поставил себе напоминание уже утром достать ее и отдать Иллуги.