Бездействие

Ночной Лондон жил своей скрытой жизнью. В переулках шептались тени, огни витрин отбрасывали зыбкие блики на мокрую мостовую, а где-то в глубине города существовал тот самый Чёрный рынок — место, где магия и законность никогда не пересекались. Рон натянул капюшон пониже, сунул руки в карманы и шагнул в лабиринт узких улочек. Он не был здесь уже несколько лет, но память о тех временах, когда приходилось работать под прикрытием, отзывалась неприятным холодом в груди. «Только разведка», — мысленно напомнил себе он, но тревога не отпускала. Его подчинённый так и не вернулся со встречи с неким контрабандистом. С самого начала Рон понимал, что должен был пойти сам. Чёртова корпоративная этика заставила его отправить на задание другого — и теперь он не мог себе этого простить. Может, стоило подождать Гарри, хорошенько обдумать план, прежде чем лезть в это осиное гнездо. Но если парнишка ещё жив, времени на раздумья нет. Чёрный рынок был опасен даже для тех, кто знал его изнутри. Если что-то пошло не так, назад дороги уже не будет. Рон лишь предполагал, куда именно стоит идти, полагаясь больше на интуицию и здравый смысл. Он избегал непрошенных взглядов патологических преступников, скользил в тенях, стараясь слиться с окружением. Не выдавать себя. Он должен выглядеть так, словно собирается совершить незаконную сделку. Но зловоние, исходящее от местных, мешало держать лицо — каждое дыхание сопровождалось сдавленным отвращением. Переулок закончился, открывая вид на небольшое заброшенное здание, больше похожее на сарай для инструментов. Здесь должна была состояться встреча… и, вероятно, здесь же исчез Чарли. Рон замер у входа, напряжённо вглядываясь в темноту. Дверь покосилась на петлях, словно её недавно взламывали или кто-то входил в спешке. Внутри было подозрительно тихо. Он осторожно шагнул вперёд, стараясь не шуметь, и толкнул дверь. Она поддалась со скрипом, открывая перед ним пустое помещение. Тусклый свет уличного фонаря едва пробивался сквозь щели в стенах, очерчивая грубые очертания ящиков и перевёрнутого стула. Никаких следов борьбы, но… что-то было не так. Рон опустился на одно колено и провёл пальцами по полу. Пыль, смешанная с чем-то липким. Он поднёс руку ближе к глазам и даже в полумраке догадался, что это кровь. — Чёрт… Он быстро огляделся. Где-то должен быть хоть какой-то след — если Чарли не ушёл отсюда сам, то его явно вынесли. Именно в этот момент где-то за спиной раздался тихий, но отчётливый звук — шаг. Рон молниеносно развернулся, выхватывая палочку. — Кто здесь? Ответа не последовало. Только приглушённое дыхание из темноты. Свет уличного фонаря мягко скользнул по волосам неизвестного, выхватывая из темноты короткие тёмные пряди, окутанные тёплым янтарным отблеском. Но лицо оставалось в тени. Тревожное, сбивчивое дыхание вдруг застыло, сменившись низким утробным рыком. Звук пробежал по спине Рона ледяным уколом, сердце мгновенно забилось быстрее. Он вскинул палочку, нацеливая её на грудь незнакомца. Но произнести заклинание не успел. Что-то тяжёлое сбило его с ног, и он с глухим стуком рухнул на пыльный деревянный пол. Острая боль пронзила плечо, когда чьи-то когтистые пальцы впились в его кожу. Существо нависло над ним, рыча и клацая клыками, целясь прямо в шею. Рон резко дёрнулся, перехватывая его запястья, но силы чудовища превосходили его в разы. Тёплая кровь стекала по порезам, но он стиснул зубы, отталкивая тварь от себя. И только когда фонарь за окном вспыхнул ярче, пробившись сквозь рассохшиеся доски, он смог разглядеть лицо… Лицо Чарли. Искажённое, болезненное, с потемневшими глазами и клыками, заострившимися во рту. Рон застыл, осознавая страшную правду. Его подчинённый не просто пропал. Он обратился. — Нет. На такую роскошь, как время, у него не было ни секунды. Упырь уже занёс руку для нового удара, его пальцы с нечеловеческой силой вцепились в вывихнутую при падении ногу Рона. Боль вспыхнула резкой вспышкой, вырывая из его горла сдавленный вздох. — Ступефай! — выдохнул он, направляя палочку вверх. Красный луч с глухим звуком врезался в грудь существа, и Чарли, замерев на мгновение, рухнул на пол, безжизненно раскинув руки. Рон тяжело дышал, ощущая, как от боли и адреналина дрожат пальцы. Переведя взгляд на неподвижное тело подчинённого, он стиснул зубы, приподнялся на локтях и, сжав палочку, в спешке вызвал патронуса. — Почему ты всё ещё здесь, Поттер? — лениво спросил Драко, повернув голову в сторону аврора. Гарри сжал губы, притворяясь, что внимательно рассматривает стену. — Просто… не хочу, чтобы ты опять взял и закрылся в себе, — наконец выдавил он. — Очаровательно. Ты ведь понимаешь, что я не котёнок, которого нужно вечно доставать с дерева? — Ага, ты скорее бешеная летучая мышь, — пробормотал Гарри, заставляя Малфоя фыркнуть. Несколько секунд тишины. Драко задумчиво водил пальцем по краю страницы, а затем бросил: — Ты боишься оставить меня одного или боишься уйти сам? Гарри нахмурился. Чёрт, Малфой был прав… В Министерстве его ждало ещё несколько часов работы, поисков зацепок и, что хуже всего, разговор с начальством. Но разве он признается в этом? Он открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь резко распахнулась. На пороге стоял главный целитель, даже не рискуя сделать шаг внутрь комнаты. — Господин аврор! — он пытался отдышаться, как будто только что пробежал километр. — Ваш коллега… Рон Уизли только что прибыл в больницу с повреждениями. Гарри мгновенно вскочил, сердце болезненно сжалось. — Что случилось? — он потребовал объяснений, не желая тратить ни секунды. — Нападение. Это был вампир. Его тоже удалось задержать… сейчас он находится в соседней палате, — кратко изложил целитель, прежде чем взглянуть на Малфоя. Тот, казалось, не был удивлён таким поворотом событий. — У меня теперь сосед появился? Давно мечтал, — фыркнул Драко, невольно принюхавшись к обилию запахов. — Ещё и такой шумный. — Не время для шуток, Малфой, — резко бросил Гарри, уже направляясь к выходу. — А кто сказал, что я шучу? — лениво отозвался Драко, но всё же поднялся на ноги. — Нет, серьёзно, у меня сейчас из ушей кровь пойдёт от его воя. Гарри ничего не ответил, слишком сосредоточенный на том, чтобы поскорее добраться до Рона. Судя по словам мужчины, тот не был искалеченным, однако брюнет всё же переживал. Как он будет смотреть в глаза Гермионе, когда та узнает об этом? — Поттер, — внезапно позвал его Драко, когда тот уже почти дотянулся до ручки двери, готовый выскользнуть из палаты. — А что, если я смогу помочь вам с этим вампиром? Гарри замер, его рука остановилась на ручке двери. — Что ты имеешь в виду? — спросил он, повернувшись к Малфою. — Я знаю, как работает их психология, как они думают. И, возможно, мне с ним будет куда проще справиться, чем… — он окинул взглядом присутствующих, — обычным людям. Драко говорил серьёзно, его взгляд был полон холодной решимости. Казалось, он осознавал важность этого предложения, но также знал, что это может быть рискованно для всех. — Зачем тебе это нужно? — недоверчиво спросил Поттер. Главный целитель, стоявший в дверях, тоже был не готов к таким решительным мерам. — Это куда лучше, чем целыми днями сидеть здесь и смотреть в потолок, — ответил Драко, не отводя взгляда. — Мистер Поттер, вы серьёзно задумались над этим? — вмешался главный колмедик, решительно отказываясь выпускать угрозу из его заточения. Однако его попытка была проигнорирована. — Малфой, ты понимаешь, насколько это безумное предложение?.. Но… мне нужно немного подумать, — сказал Гарри. — Я вернусь к тебе после того, как проведаю Рона, и дам свой ответ. Он поспешил к выходу из отделения, сопровождаемый врачом в слишком громоздких очках, всё ещё переваривая в голове слова Драко. Его шаги звучали глухо по полированным плитам больничного коридора, когда он стремительно двигался вперёд. Он не замечал, как мерцающие огни на потолке тускло отбрасывают тени, не замечал, как за его спиной закрывались двери палат, как люди отступали, чтобы дать ему пройти. Его мысли были далеко от всего этого. Он был на грани, пытаясь принять правильное решение, когда в голове вертелись слова Драко. «Он может помочь». Но как можно доверить что-то настолько опасное? И в то же время — тот сам предлагал свою помощь. Что если это именно то, что им нужно? Дыхание становилось тяжёлым, а сердце колотилось, не давая ему покоя. Минуты тянулись, но казалось, что каждый шаг приближает его к ответу. Перед ним вдруг выросли лестницы, ведущие вниз, а внизу, сквозь шум его мыслей, слышался приглушённый разговор. Он не замедлил шагов — быстрее, ещё быстрее — пока не оказался перед нужной дверью. Гарри постучал, но не ждал ответа. Он открыл дверь и оказался внутри палаты, где Рон, ещё бледный — скорее от испуга, чем от травм — лежал на кровати. В комнате было тихо, почти мертвенно тихо. — Рон, ты в порядке? — тихо спросил Гарри, подходя к кровати. Тот обернулся на него, всё ещё в шоке от увиденного. — Гарри, Чарли… Он… Рону уже не нужно было ничего объяснять. По взгляду, поведению и тону было всё понятно. Поттер без промедлений шагнул ближе, слегка приобняв Рона и прижимая его к себе в качестве соболезнования. — Я понял, Рон, — произнёс брюнет. Сейчас слова были излишни. Гарри стоял рядом, ощущая, как его сердце сжимается от боли за друга. Всё, что он мог сейчас предложить — тишину и поддержку. Потому что слова были бессильны перед тем, что переживал Уизли. — Это не твоя вина, — наконец произнёс Гарри едва слышно. — Ты не мог знать. Рон сжался в себе, но не сказал ничего. Он положил голову на подушку, закрыл глаза и пытался успокоиться, хоть и не знал, сколько времени потребуется, чтобы забыть тот ужас, который он пережил. Гарри молчал. Но он знал одно — всё, что происходило сейчас, не должно было закончиться на этом.

***

Он возвращался. Всё в голове вертелось вокруг Рона и Чарли. Волнение, тревога и ещё что-то, что не давало ему спокойно думать. Он не мог допустить, чтобы Рон страдал из-за того, что случилось. Но было ли это единственным важным? Нет, скорее до ужаса неправильным. Поттер готов был совершить непоправимую ошибку только ради намёка на прояснение. Он вскользь подумал, что, возможно, если бы Рон мог говорить, он бы сказал ему, чтобы тот перестал всё так воспринимать, но Гарри не мог отбросить все эти мысли. Так было всегда — когда что-то не укладывается в голове, ему нужно это исправить. Когда он подошёл к двери палаты, его сердце билось ещё сильнее. Почему-то ему показалось, что за этим моментом стоит нечто большее, чем просто просьба о помощи. Гарри потянулся к ручке, задержал дыхание, а затем открыл дверь. Внутри было тихо. Драко сидел на кровати, скрестив руки на груди, будто он ждал его возвращения. Он выглядел спокойным, даже слишком спокойным. Но когда Гарри вошёл, слизеринец повернул голову. Его глаза, холодные, как всегда, встретили взгляд Поттера, и Гарри почувствовал, как невыносимо тяжело ему сейчас быть рядом с ним. — Ты вернулся, — односложно озвучил Драко, и в его голосе не было ни намёка на радость. Но тем не менее это как-то заставило Гарри немного успокоиться. — Да, — спокойно ответил Гарри, вдруг вспоминая выражение лица Рона. — Ты ведь его сейчас слышишь? — Ты о нём? — переспросил Драко, указав за спину, где располагалась вторая палата, и предположительно, там был Чарли. — Да, и, честно говоря, он мне порядком надоел. Гарри вздохнул, всё ещё обдумывая своё решение. Его мысли продолжали метаться между Роном, Чарли и вампиром, который мог быть ключом ко всему этому. — И что ты будешь делать, когда попадёшь к нему? — спросил Гарри, пытаясь сконцентрироваться на настоящем моменте. Драко чуть пожевал губы, его взгляд оставался холодным и непроницаемым. Он был готов к этому вопросу, но его ответ не был столь однозначным. — Буду делать то, что нужно, — сказал Драко, выпрямляясь и взглянув на Гарри. — Возможно, мне удастся использовать немного искажённую легилименцию. Я знаю, что ты тоже хорош в этом, но использовать это на вампире крайне опасно. Это может навредить тебе, а я могу попробовать без особых последствий. Гарри почувствовал, как напряжение в воздухе нарастает. Он и сам знал, что, возможно, его сомнения — это всего лишь страх перед неизвестностью, а не реальная угроза. Вопрос в том, как он будет действовать дальше и на чью сторону он поставит своё доверие. — Хорошо… — сказал Гарри, ещё раз взвешивая все «за» и «против», — но если ты сделаешь хоть что-то, что мне не понравится, то тут же отлетишь в стену, понял? Драко едва заметно скривился, но кивнул, понимая, что Поттер серьёзен. Гарри вздохнул и встал, собираясь завершить разговор. — Пойдём, — добавил он, приглашая Малфоя выйти с ним, но по-прежнему оставляя его под бдительным наблюдением. Тема их предстоящей встречи с вампиром не оставляла Гарри покоя. Светловолосый мужчина замер, недоверчиво глядя на жест Поттера, приглашавшего его наконец выйти. Это казалось нереальным настолько, что Драко невольно ущипнул себя за кожу на руке. Он давно не покидал пределов палаты, не сталкивался с реальностью за её стенами. Там, снаружи, не было привычной безопасности — только неизвестность. Что-то внутри сжалось, когда он осознал, что они действительно собираются сделать. Проведённые дни в изоляции тянулись бесконечно, превращая его не только в узника, но и в человека, потерявшего всякое влияние на мир за пределами этой больничной клетки. И вот теперь, сделав шаг за порог, он вновь столкнулся с реальностью — той самой, от которой, возможно, никогда не уходил, но которая теперь угрожала его прежним убеждениям. Тусклый свет больничного коридора резал глаза, заставляя Драко чуть прищуриться. Каждый шаг отдавался в теле странной лёгкостью, но в то же время сковывал изнутри. Он не мог поверить, что Гарри действительно пошёл на это. Что вот так просто дал ему возможность выйти, пусть и под присмотром. Недоверие всё ещё жило в его взгляде, но он больше не позволял себе медлить. Драко осторожно провёл рукой по стене, словно проверяя, настоящая ли она, а затем поднял голову и огляделся. Коридор казался бесконечным — пустым, стерильным, чужим. Этот мир изменился без него, а он сам будто остался в прошлом. Он ощущал взгляды. Кто-то наблюдал за ним из-за стойки, кто-то украдкой выглядывал из-за дверей. Малфой знал, что в их глазах он был не человеком, а угрозой. И это бесило. — Идём, — голос Поттера вывел его из ступора. Драко не ответил. Просто глубоко вдохнул, сдерживая внутреннее напряжение, и сделал следующий шаг вперёд. Путь к соседней палате был коротким, но достаточно долгим, чтобы Малфой ощутил иллюзию свободы, пусть и призрачную. Каждый шаг по коридору казался странно значимым, словно он вновь становился частью мира, который давно отвернулся от него. Гарри же это не давало покоя. Он не сводил глаз с Малфоя, пристально наблюдая за каждым его движением. Всё это было настолько нелепо и рискованно, что даже у него, привыкшего к нестандартным ситуациям, по спине пробежал холодок. — Ты точно уверен? — спросил он глухо, почти не надеясь на честный ответ. — Это не то, с чем можно играть. Драко лишь коротко кивнул, не удостоив его взглядом. Как только дверь открылась, перед ними предстала смотровая комната — отсюда врачи и охранники могли следить за происходящим внутри палаты. Малфой фыркнул, осознавая ироничность ситуации: он оказался в том же положении, что и тот бедолага, что метался по комнате, вцепившись в голову и издавая утробное рычание. Малфой задержал взгляд на фигуре за стеклом. Вампир, некогда бывший человеком, теперь выглядел чужим даже самому себе. Его движения были резкими, судорожными, как у загнанного зверя, а на бледном лице застыла гримаса боли и ярости. — Ему уже давали кровь? — тихо спросил Малфой, не открывая своего взгляда. — Нет, — для убедительности мотнул головой, вновь взглянув на бывшего одноклассника. — Ты уверен, что у тебя получится? — Как знать. Я, по крайней мере, понимаю, через что он проходит, — ответил Малфой. В его голосе не было сочувствия. — Если есть хоть шанс, что он что-то помнит… я смогу это хотя бы попытаться выяснить. Гарри колебался. Всё внутри него твердило, что это плохая идея, что риск слишком велик. Но альтернатива? Пытаться выбить информацию силой? Это не всегда работало даже с людьми, а с существом, чья природа — следовать инстинктам, это могло только усугубить ситуацию. — Ладно, — наконец выдохнул он. — Но если он нападёт на тебя, я не стану ждать. Драко лишь усмехнулся. — Как заботливо. Не дожидаясь дальнейших приказов, он сделал шаг вперёд, а через мгновение дверь палаты щёлкнула, открывая его навстречу тому, кто когда-то был выдающимся аврором. Когда Драко вошёл в палату, Чарли резко замер. Его дыхание было прерывистым, движения — судорожными, но в глазах на мгновение мелькнуло осознание. Или это было всего лишь иллюзией? Новорождённый вампир внимательно следил за Драко, но не осмеливался сделать ни шага вперёд, словно не испытывал к нему ни малейшего интереса. Однако стоило светловолосому лишь задуматься о применении легилименции, как утробный рык стал громче, и Чарли внезапно рванул вперёд, набрасываясь на Малфоя. Гарри среагировал мгновенно — его палочка уже была наготове, но Драко даже не вздрогнул. Он знал, что нападение неизбежно. Вампир ударил его с силой, которая могла бы сбить с ног человека, но не такое же чудовище, как и он. Не отступая ни на шаг, Драко позволил вцепиться чужим когтям в собственную кожу. Однако вместо клыков, впивающихся в его кожу, последовала секундная пауза — резкая, напряжённая. Глаза Чарли дёрнулись, исказившись от внутренней борьбы, его тело словно отказывалось повиноваться. Драко смотрел прямо в эти нечеловеческие глаза, и с каждым мгновением зрачки напротив расширялись, будто утопая в невидимой пучине. — Вот так, — прошептал Малфой, проникая в его сознание. Мир вокруг померк, растворяясь в вязкой черноте чужих воспоминаний. Драко ясно слышал, как дверь снова открылась — возможно, это был голос Рона, где-то на периферии сознания звавший кого-то по имени. Драко стоял, ощущая, как по его лицу стекает нечто густое и вязкое, провоцируя его животный инстинкт. Однако, судорожно выдохнув, он открыл глаза и начал оглядываться по сторонам. Темнота, лишь несколько луж крови слабо поблёскивали вдали, привлекая внимание мужчины. Он словно увяз в болоте без возможности пошевелиться. Лишь преодолев свою брезгливость, он сделал пару шагов, исследуя внутренний мир переродившегося аврора. Мужчина чувствовал, как его собственное дыхание становилось более учащённым, реагируя на странные ощущения, исходящие от этого чуждого ему сознания. Воспоминания Чарли смешивались, казались разупорядоченными и болезненными. Он пытался сосредоточиться, отсекая лишнее, но мрак вокруг не отпускал, словно обвивал его, заставляя терять ориентиры. Тем временем запах крови становился всё ярче, почти ощутимым на вкус. Он чувствовал, как этот запах выводил его из равновесия, заставляя напряжённо сжать челюсти. Но Драко знал: сейчас главное — не поддаться инстинктам, не скатиться в хаос. Отголоски воспоминаний Чарли становились всё ярче, в них чувствовалась злоба и отчаяние. Он понял, что не просто вступил в сознание Чарли — он стал частью его боли. И каждый миг пребывания там угрожал привести к ещё большему безумию. Но другой дороги не было. Сосредоточившись на этих отголосках, Драко смог различить несколько ярко вспыхивающих картин: двое мужчин, схватив парня, насильно вливают ему в рот нечто, что вызывает у него мурашки; его тело меняется, вызывая неописуемые муки; его сознание меркнет от мучительной жажды. В один момент, когда Драко вот-вот рассмотрел лицо одного из преступников, сознание Чарли словно разбилось, отталкивая Малфоя в реальность. Драко резко отшатнулся, словно кто-то физически оттолкнул его. Мгновение — и его мир снова вернулся в острейшую реальность, болезненно вспыхнувшую перед глазами. Он почувствовал, как резкая боль прошивает его виски, как будто осколки сознания Чарли ещё продолжали цепляться за его мысли, пытаясь вырвать его обратно в эту безумную реальность. К этому времени в комнату уже вошёл Гарри, применив на бывшем подчинённом связывающее заклинание, и вопросительно посмотрел на Малфоя, ожидая его вердикта. Тот, не отрываясь от вампира, попятился назад, не решаясь озвучить свои догадки. Гарри почувствовал, как напряжение в воздухе усиливается. Малфой, казалось, замер, и его взгляд, устремлённый на вампира, выдавал внутреннюю борьбу. Словно он ждал, что скажет Гарри, но сам не был готов сделать шаг вперёд. — Драко, — произнёс Гарри, чувствуя, как начинает нарастать тревога. — Мы уходим. Немедленно. Не дождавшись ответа, Гарри схватил Малфоя за плечо и, не давая тому опомниться, потянул его обратно в сторону двери. Малфой сжал губы, но не попытался вырваться. Он, похоже, не мог совладать с тем, что только что ощутил, и Гарри не хотел оставлять его наедине с такими мыслями. Когда они вернулись в комнату наблюдения, Рон, стоявший в углу помещения, настороженно наблюдал за ними, не сводя взгляда с Малфоя. Он был напряжён, и даже в его глазах проскальзывало что-то странное. — Что там? — спросил Рон едва слышно, пытаясь понять, что конкретно они намеревались сделать. Видимо, его не волновал сам факт того, что Поттер выпустил Малфоя из заточения. Малфой молчал, опустив взгляд, но Гарри знал, что в его голове сейчас бушует шторм мыслей. — Дай ему минуту, Рон, — мягко произнёс Поттер, понимая, что друг не намерен ждать. — Нет! — рявкнул Рон, болезненно смотря через стекло на поведение Чарли. — Малфой, отвечай, что ты узнал? Блондин лишь сглотнул, избавляясь от неприятного чувства в горле. — Его больше нет, — подтвердил он самые страшные догадки, заставляя Уизли поджать губы. — Их было двое… Он видел их лица, но я не смог разглядеть. А потом его сознание просто исчез… — Я понял, — прервал его Рон, не желая дослушивать до конца. Он на мгновение замолчал, его глаза всё ещё не отрывались от Чарли, который всё так же безжалостно метался в своём одиночестве. Он казался ещё более потерянным, чем прежде, будто всё, что оставалось от его прошлой жизни, ушло вместе с теми ужасами, которые ему пришлось пережить. — Так, что теперь? — в голосе Рона сквозила усталость, словно он сам уже исчерпал все возможные варианты. — Мы должны найти их! Гарри посмотрел на Малфоя, который, казалось, погрузился в собственные мысли, не замечая происходящего вокруг. Он знал, что тот пытается найти хоть какие-то зацепки в этих воспоминаниях, но, похоже, всё было намного сложнее, чем ожидалось. — Сначала доложим начальству. Теперь они меня наконец послушают, — произнёс Гарри, всё ещё решая, как поступить с тем, что Малфой может действительно стать более полезным в этом деле. — Спокойно, Рон, мы обязательно поймаем их. Брюнет, задержав взгляд на Роне, прикидывал для себя дальнейшие действия. — Но, Рон, ты останешься в больнице. Пускай тебя осмотрят должным образом, — сказал Гарри и, несмотря на недовольство, обернулся к Малфою. — Тебя я отведу обратно. Малфой кивнул, понимая, что другого выбора у него нет, хотя он искренне хотел бы выбраться отсюда. — Ладно, ладно, — проговорил Рон, оглядев их обоих с видом, выражающим скорее усталость, чем недовольство. — Я не буду спорить. Но как только целители закончат — я вернусь на работу. Не собираюсь сидеть тут без дела, пока вы гоняетесь за этими уродами. Я ещё цел и на ногах. Гарри кивнул, ведя Малфоя обратно в коридор, придерживая его за плечо и давая персоналу понять, что для них нет угрозы. Невольно сжимая свою ладонь на его плече, он довёл его до палаты, где блондину предстояло провести оставшуюся часть своей жизни. Пока аврор старался сохранить спокойствие, внутри него бурлила нарастающая тревога. Перед тем, как покинуть слизеринца, он добавил: — Послушай… — тихо произнёс Гарри. — Я постараюсь обо всём узнать, но, возможно, на это уйдёт больше времени. На его слова вампир лишь коротко кивнул, наблюдая, как тяжёлые двери палаты захлопываются, а запах самого аврора вскоре растворился среди других ароматов. Гарри прибыл в отделение аврората, сразу переходя на быстрый шаг, бесцеремонно рассекая толпу сотрудников, которые только недавно активизировались после известий о нападении на одного из авроров. Теперь они наконец осознавали, насколько серьёзна угроза. Завтра сюда наверняка нагрянут журналисты, вынюхивая подробности… Брюнет поморщился, устало потирая лицо ладонями. Как же ему хотелось просто вернуться домой, принять горячую ванну и хотя бы на несколько часов забыться. Но вместо этого он пробирался через коридоры, наполненные суетящимися коллегами, пока наконец не добрался до кабинета Маркуса. Того самого, кто, скорее всего, не упустит случая переложить всю ответственность на подчинённых. Гарри не стал стучаться. Он просто распахнул дверь, врываясь внутрь и перебивая кого-то из представителей Министерства на полуслове. — Поттер, — прошипел Маркус, резко оборачиваясь. — Тебя что, стучаться не учили? — Прошу вас, Маркус, мы уже уходим, — поспешно вставил один из мужчин, поправляя шляпу и направляясь к выходу. Видимо, они сами хотели как можно быстрее закончить этот разговор. Гарри сжал зубы, стараясь держаться в рамках субординации, но после всего, что произошло за последние часы, сохранять спокойствие было почти невозможно. Он сделал несколько глубоких вдохов прежде, чем твёрдо заявил: — Сэр, Рон Уизли пострадал из-за ваших «сдержанных» действий. Одного из наших людей обратили в чёртового вампира. Так что, может, пора наконец начать действовать, а не закрывать на это глаза? Злоба в его голосе была ощутимой, даже несмотря на попытки говорить сдержанно. Маркус смерил его тяжёлым взглядом, скрестив руки на груди. — Ты обвиняешь меня, Поттер? — его голос был ровным, но в нём слышалась угроза. — Я говорю, что ваши методы не работают, — отрезал Гарри. — Если бы мы начали действовать раньше, возможно, нам не пришлось бы ставить под угрозу наших людей. Мужчина выдохнул, медленно опускаясь в кресло. — Думаешь, я не понимаю, насколько это серьёзно? — устало проговорил Маркус. — Думаешь, у меня нет начальства, перед которым я тоже отчитываюсь? Министерство требует доказательств, а не догадок, которых у нас и так в избытке. — Доказательства? — Гарри сжал кулаки. — У нас было бы их достаточно, если бы вы не были настолько упрямы. Маркус несколько секунд молча смотрел на него, затем потёр переносицу, будто собираясь с мыслями. — Ну и что ты предлагаешь? — спросил он, на этот раз без намёка на сарказм, скорее в раздумьях. Это был шанс. Гарри шагнул ближе, переходя в наступление. — Ещё раз прочесать места преступлений, но с применением маггловских методов. А ещё… — он замолчал на секунду, будто обдумывая свои слова. — Мне нужен Малфой для расследования. — Ты хочешь выпустить Малфоя? — Маркус усмехнулся, покачав головой, но против первой идеи возражать не стал. — Ты серьёзно? Это даже не обсуждается. — Тогда я беру его под личную ответственность, — твёрдо заявил Гарри. — Если потребуется, наложу на него ограничительные чары. Но он нужен для расследования. Маркус снова замолчал, вглядываясь в лицо Гарри, словно пытаясь понять, действительно ли тот осознаёт, что говорит. — Ты бредишь, Поттер. Никто в здравом уме его не выпустит. — Раз уж вы заговорили, то скажите мне прямо — что будет с Малфоем после завершения дела? — Гарри требовательно смотрел на начальника, не давая возможности уйти от ответа. Маркус хмыкнул, откидываясь в кресле, и сложил руки на груди. — Ещё ничего не известно, Поттер. Министерство всё ещё перебирает варианты, одним из них является заточение в Азкабане. Гарри сжал зубы. Он ожидал этого ответа, но всё равно почувствовал, как внутри поднялась волна негодования. — Он не сделал ничего противозаконного, — процедил он. — Малфой не нападал на людей, не убивал, не причинял вреда. Разве это не имеет значения? — Официально? Нет. Вампир уже сам по себе угроза, а после того, что случилось с Уизли и Чарли, никто не станет рисковать. Особенно когда газеты начнут раздувать панику, — Маркус тяжело вздохнул, затем резко наклонился вперёд. — Думаешь, людское негодование утихнет, если ты выйдешь на трибуну и заявишь, что он абсолютно безопасен? Брось эту затею и сосредоточься на деле. Группа захвата уже ждёт тебя… Свободен. Он снова оставляет его ни с чем. Просто отдаёт приказы, избегая дальнейшего спора. Гарри тихо цыкнул, выходя из кабинета быстрым шагом. Он так это не оставит. Не позволит трусливым министерским чиновникам решать судьбу невиновного. Гарри пересёк коридор отделения аврората, не обращая внимания на оборачивающихся коллег. В груди всё ещё бурлило раздражение после разговора с Маркусом, но сейчас не время на это отвлекаться. Группа захвата уже готовилась к выезду, и он не мог позволить себе задерживаться. — Поттер! — кто-то окликнул его сзади. Гарри обернулся и увидел Симуса Финнигана — одного из опытных оперативников. Тот выглядел собранным, но в глазах читалось лёгкое напряжение перед предстоящей операцией. — Всё готово, — сообщил он, догоняя Гарри. — Разведка доложила: Тёмный Лавкор работает на полную. Охраны немного, но среди них есть сильные маги. Нам стоит ждать жёсткого сопротивления. Подтверждены сделки по продаже тёмных артефактов и магических существ. Финниган на секунду замолчал, а затем добавил: — И ещё. Твой подозреваемый был там. Разведка видела его рядом с торговцами зельями. Похоже, он пытается избавиться от улик. Гарри сжал кулаки. — Значит, берём их быстро, без суеты, — кивнул он. — Нельзя допустить, чтобы эта дрянь попала не в те руки. Все на местах? — Да. Ждём только тебя. Поттер сжал челюсти и пошёл дальше, пересекаясь взглядом с теми, кто уже стоял у портключа. В этот момент раздался ещё один голос: — Подождите-ка меня. Гарри резко обернулся. Это был Рон. — Ты должен быть в больнице, — напомнил ему Поттер, окидывая друга оценивающим взглядом. — И пропустить всё веселье? Ни за что, — фыркнул Уизли. Он выглядел весьма бодро с их последней встречи. — Мне уже лучше, а ты сам знаешь, что мне есть за что с ними разобраться. Гарри хотел возразить, но в глубине души понимал: спорить бесполезно. — Ладно, — коротко бросил он, хватаясь за портключ. — Тогда за дело. Мир дёрнулся, и в следующий миг их окружила тьма. Они переместились прямо в переулок, прилегающий к чёрному рынку. Где-то впереди, за нагромождением старых кирпичных строений, мерцали огоньки, доносился гул голосов. В воздухе витал тяжёлый запах крови, металла и чего-то пряного. Гарри сжал палочку. Облава начинается. Лавкор жил своей привычной ночной жизнью: за импровизированными прилавками мелькали фигуры, в тени обменивались мешочками с неизвестным содержимым, в воздухе витали резкие запахи зелий и пыли. На первый взгляд, это было обычное место, где часто толпились бездомные в поисках наживы, но Гарри знал: здесь скрывается тот, кого он ищет. Группа авроров уже заняла позиции. Они рассредоточились по периметру рынка, слившись с толпой покупателей и торговцев. Под оборотным зельем часть их выглядела как обычные бездомные, другие держались в стороне, дожидаясь сигнала. Гарри медленно двинулся вперёд, внимательно осматривая ряды из-под накинутого капюшона. Где-то среди них должен быть подозреваемый — и он собирался его найти. — Начинаем по сигналу. Держите палочки наготове, — раздался голос Симуса Финнигана через заклинание связи. Брюнет невольно задержал взгляд на одном из худощавых мужчин, который ютился у деревянного ограждения, нервно сжимая в руках небольшой мешочек. Он не был основным подозреваемым, но в его манерах, в том, как он разговаривал, было что-то до боли знакомое. Всё выдавало в нём Лейтона… Возможно, после встречи с Чарли он додумался использовать оборотное зелье. Гарри метнул быстрый взгляд на Рона, который, спрятавшись в тени, едва заметно кивнул. Все ждали команды. — Сейчас! — коротко бросил Поттер. В тот же миг ранее рассредоточенные авроры одновременно схватились за палочки. Воздух прорезали оглушающие заклинания, вспыхнули всполохи зелёного и синего света. Торговцы с криками бросились врассыпную, кто-то пытался аппарировать, но блокирующие чары уже были наложены. Теперь началась настоящая охота. Подозреваемый мгновенно среагировал. Бросив мешок с неизвестным содержимым в сторону, моментально скрылся в толпе убегающих магов. — Он уходит! — выкрикнул Рон, бросаясь вдогонку. Гарри развернулся и нацелил палочку, выпуская «Экспеллиармус», но подозреваемый уклонился и в ответ ударил по земле каким-то зельем, которое вспыхнуло ярким, слепящим светом. А когда зрение вернулось, мужчины уже не было. Он вновь скрылся. — Чёрт! — прорычал Гарри, осматриваясь. Захваченные торговцы уже стояли под заклинаниями обездвиживания, но главная цель ускользнула. — Найдите его! — резко бросил он Финнигану. Поиски снова не увенчались успехом. Лейтон ушёл, как сквозь землю провалился, и теперь шансы поймать его становились всё призрачнее. Гарри чувствовал, как в нём закипает бессильная ярость — они были так близко! Всё было подготовлено: окружение, блокирующие чары, целая группа авроров… И всё равно он ускользнул, оставив после себя лишь панику и пару незначительных арестов. Тем временем Министерство уже принимало решение о судьбе того, кого собирались «утилизировать», пока он не причинил ещё больше бед. Гарри и Рона известили о поимке нескольких мелких преступников — торговцев крадеными артефактами и запрещёнными знаниями. Но среди них оказался и один важный человек — предполагаемый покупатель, который, судя по записям, договаривался с Лейтоном о продаже нескольких флаконов его странного зелья. Но этот человек не знал ничего важного. Он даже не знал, с чем имеет дело. — Чёрт! — Гарри с силой ударил кулаком о стену, и Рон, молча стоявший в углу, едва заметно вздрогнул. Это было катастрофой. Они снова топтались на месте. Сколько раз он слышал от начальства, что улик недостаточно? Сколько раз ему говорили, что все его догадки — всего лишь догадки? И вот, когда у них наконец был шанс поймать убийцу, всё пошло прахом. — Как?! — он метался по комнате, злость и разочарование закипали в груди. — Как, чёрт возьми, мы могли его упустить?! Он сжал пальцы до боли, ногти впились в ладони. Перед глазами всплыли лица жертв, всплыло воспоминание о Роне, ослабшем и раненом, о Малфое, который теперь заперт в четырёх стенах без права выбора. — Это был наш единственный шанс… — глухо произнёс Гарри, устало прислоняясь к стене. Он чувствовал, как злость постепенно сменяется глухим отчаянием. Они были так близко. И снова ничего. Рон лишь молча наблюдал за тихой, но вполне ощутимой истерикой своего друга, прекрасно осознавая, что Гарри уже мысленно строит план — любой, что поможет исправить ситуацию. Допрос последних свидетелей шёл полным ходом, но если и они не дадут нужной информации, то дело снова зайдёт в тупик. А преступник… Он будет действовать дальше. Быстрее. Смелее. — Гарри… — осторожно окликнул его Уизли, надеясь вывести друга из этого бешеного круговорота мыслей. Но Поттер его уже не слышал. В напряжении сжав кулаки, он резко сорвал с плеч плащ, бросил его на стул и стремительно вышел из кабинета, даже не оглянувшись. Рон тихо выдохнул, провожая его взглядом. Он знал, что остановить Гарри сейчас — невозможно. Гарри шагал по коридору, сжимая в руках свою «уловку». Он должен был всё исправить. Возможно, не поимкой преступника… но хотя бы полученной информацией, которой так или иначе владели эти мелкие крысы. Зал допросов находился в конце плохо освещённого коридора, прямо перед входом в тюремный блок, где подозреваемые ожидали транспортировки в Азкабан или другие учреждения. От затхлого воздуха и смеси множества чар здесь всегда было давяще, но сейчас у Гарри просто не было времени это замечать. Он шёл быстро, почти не глядя по сторонам, но даже так замечал, как коллеги спешно отступали, освобождая ему дорогу. Лица у всех были напряжённые — ещё бы — Поттер был в ярости. Он даже не постучал. Рывком дёрнув ручку, Поттер распахнул дверь и вошёл. В комнате было душно. Приторно пахло потом и дешёвым табаком. За столом сидел подозреваемый — мужчина лет сорока с усталым, но всё ещё наглым выражением лица. Он явно не считал себя виноватым или, возможно, рассчитывал, что защитники сумеют его вытащить. Возле другого конца стола стоял один из младших авроров, но, увидев Гарри, тот нервно сглотнул и молча отступил. Поттер даже не обратил на него внимания — он вцепился взглядом в мужчину перед собой, а затем резко захлопнул дверь так, что тот дёрнулся. — Ну что ж… Поговорим, — глухо сказал Гарри, скрестив руки на груди. Голос у него был спокойным, но в этом спокойствии читалась угроза. Мужчина явно почувствовал растущее напряжение, неловко громко сглатывая от пристального взгляда только вошедшего аврора. — Я уже час пытаюсь всем вам сказать, что ничего не знаю, — громко произнёс маг, бряцнув своими наручниками, закреплёнными на руках, по столу. После чего наступила давящая тишина. Мужчина напротив был весьма самоуверен, зная, что формально он ничего не нарушил — ну, разве что собирался купить кое-что запрещённое, но ведь это не преступление, пока сделка не заключена, верно? Он выглядел напряжённым, но дерзким, изредка бросая короткие взгляды на Поттера. — Ты зря молчишь, — холодно проговорил Гарри, опираясь на край стола и приближаясь вплотную. — Видишь ли, мы уже нашли вещественные доказательства. Он сунул руку в карман брюк и вытащил маленький флакон с мутной жидкостью. Полупрозрачная, с лёгким мерцанием на свету — так выглядели многие эликсиры, и только эксперт мог бы с уверенностью определить, что это. — Ты ведь знаешь, что это? Подозреваемый задумчиво посмотрел на флакон, будто всерьёз не знал правильного ответа. Допрашиваемый резко напрягся, его пальцы сжались в кулак, но он молчал. Гарри невольно усмехнулся. Такое поведение было ему несвойственно. — Чего сразу глазки забегали? Это то, что ты собирался купить? — он откупорил бутылочку, будто собирался сделать глоток сам, а затем неожиданно потянулся к подозреваемому, хватая его за подбородок. — Как насчёт того, чтобы проверить? Допрашиваемый дёрнулся, в ужасе распахивая глаза. — Нет… нет, стой! — голос его сорвался на визг. Он забился на стуле, пытаясь вырваться, но хватка Гарри была стальной. — Почему ты так боишься? — ледяным голосом спросил Поттер, всё ближе поднося флакон. — Ты ведь собирался это выпить? — Я… я ничего не знаю! — взвизгнул он. — Чёрт, убери это от меня! — О, так ты знаешь, что это? — Гарри усмехнулся, но в его глазах не было ни капли веселья. Допрашиваемый задрожал, проклиная всё за то, что выдал себя. Он слишком хорошо знал, как действует это зелье — Лейтон рассказал ему подробности, возможно, даже показал на ком-то эффект. Гарри удовлетворённо опустил флакон на стол. — Вот и поговорим. Мужчина ещё некоторое время колебался, осторожно подбирая слова, что только сильнее раздражало аврора. Гарри сжал кулаки, заставляя себя сохранять терпение. Наконец подозреваемый заговорил: — Я… правда не знаю, кого вы ищете, — пробормотал он, но тут же вздрогнул, услышав тихое, предупреждающее цыканье Поттера. — Я только знаю, что он торгует ворованным товаром… как и многие другие. Гарри сжал челюсть, едва сдерживая рвущуюся наружу ярость. — Это мы уже знаем, — процедил он, наклоняясь ближе. — Но он не просто торгует краденым, верно? Он испытывает что-то новое. Что было в этих зельях? Ты же не мог договориться о сделке, не зная подробностей. Мужчина нервно сглотнул, его взгляд забегал по комнате, словно он искал пути к спасению. — Я… Я не знаю! — затараторил он, сцепив пальцы в замок. — Я просто слышал, что они редкие… дорогие… но я не спрашивал, что в них! — Правда? — голос его был низким, опасно спокойным. — Так может, мы всё-таки проверим на тебе? Мужчина побледнел, вцепившись пальцами в край стола. — Нет… нет, стой! — голос мужчины сорвался, дыхание стало рваным. — Это может… оно… Гарри выжидающе склонил голову, сжимая пузырёк в пальцах. — Что? — его голос был холодным, отточенным. — Что оно делает? Давай же, облегчи нам обоим жизнь. Подозреваемый задышал чаще, его взгляд метался между пузырьком и лицом Поттера. — Он говорил, что зелье… — мужчина сглотнул, сжимая подлокотники кресла, — оно экспериментальное… Вызывает эйфорию… но последствия… — он зажмурился, точно боялся сказать это вслух. — Оно усиливает голод. Сильный, мучительный голод. Это всё! Я клянусь! — И ты просто поверил ему на слово? — голос Гарри оставался ровным, почти безразличным. — Н-нет… — мужчина отчаянно замотал головой. — Даже не попросил доказательств? — Я… я не… — И ты не видел парня лет двадцати, который интересовался этим зельем? — Поттер сделал шаг ближе, и подозреваемый вжался в спинку стула. — Вы не решили, что будет отличной идеей накачать его этой дрянью, а? — Нет… — Не бросили его в сарае? Одного? В конвульсиях? — Перестаньте! Прошу! — мужчина в ужасе замахал руками. — Я… я правда не поил его! — А КТО ПОИЛ?! — голос Гарри взорвался, как хлестнувшее пламя, заставляя его коллегу вздрогнуть от неожиданности. — Я не знаю! — взвизгнул подозреваемый. — Меня просто привели туда и показали пацана в отключке! Всё! Я больше ничего не знаю! Гарри фыркнул. Это было не совсем то, что он надеялся услышать, но хотя бы что-то. Он медленно выпрямился, с отвращением глядя на подозреваемого, который теперь выглядел бледным и измученным. Он обернулся к аврору, который вёл допрос ранее, и отрывисто бросил: — Провести допрос ещё раз. Использовать зелье правды, привлечь специалистов по легилименции. — Но… сэр… — младший аврор замялся, но осёкся, встретившись с жёстким взглядом Поттера. — Никаких «но». Выполнять. Остальное я беру на себя. Не дождавшись ответа, он резко развернулся и направился к выходу. Дверь громко хлопнула, когда он вышел из «пыточной». Там, в коридоре, его уже ждал Рон. Гарри задержался на мгновение, вглядываясь в лицо друга. Слышал ли он всё? Рон выглядел на удивление спокойным, словно заранее приготовился к этой встрече или, что более вероятно, как будто выпил успокаивающее зелье. Когда-то давно Гермиона поила его таким перед вступительными экзаменами, и сейчас выражение его лица напоминало то же отстранённое спокойствие. Облокотившись о стену, он внимательно, почти пронзительно смотрел на Гарри, явно пытаясь понять, что у того творится в голове. — Выпустил пар? — наконец спросил он, не меняя тона. Гарри коротко кивнул, давая Рону шанс продолжить. — Это ещё не всё, — тот склонил голову набок, прищурившись. — Я по глазам вижу, что ты что-то задумал. И, боюсь, даже я не смогу тебя в этом поддержать. Он прекрасно понимал, куда направится Поттер. Тот самый Поттер, который не мог пройти мимо несправедливости. Который, несмотря ни на что, продолжал рваться спасать и защищать. Но к чему это приведёт его на этот раз? — И не будешь меня останавливать? — Гарри нахмурился, глядя на друга исподлобья. — А смысл? — Рон усмехнулся, устало сметая со лба прилипшую к коже рыжую чёлку. — Как будто от этого у тебя прибавится критического мышления. Гарри чуть склонил голову, но промолчал. — Просто сделай всё, как положено, ладно? — добавил Рон, и в его голосе не было ни упрёка, ни осуждения. Только усталое понимание. Гарри не ответил. Он просто развернулся и решительным шагом направился прочь, не оглядываясь. Рон тяжело вздохнул, проводив его взглядом. Поттер уже давно не нуждался в словах поддержки или предостережениях — он принял своё решение. Ночные коридоры больничного крыла, где держали Малфоя, были пусты. Гарри не спешил. Он шагал медленно, сосредоточенно, обдумывая каждое движение. В голове шумело — смесь ярости, разочарования и ледяной решимости. Он не мог позволить себе ещё одну ошибку. Больница больше напоминала тюрьму: стерильные белые стены, зачарованные двери с усиленными заклинаниями сдерживания, минимум персонала, который тут же разбежался по рабочим местам, завидев аврора. Проходя мимо одной из дальних палат, он невольно задержал взгляд на двери, откуда доносилось приглушённое рычание. Чарли. Гарри покачал головой. Он прекрасно понимал, какой тяжёлый разговор ждёт Рона с его родными. Возможно, они поднимут шумиху, привлекут журналистов, когда не получат тело сына обратно. Мысли упрямо возвращались к одному слову. «Утилизация». Если преступник останется на свободе, сколько ещё таких, как Чарли, окажутся в этой больнице? В Азкабане просто не хватит мест. И рано или поздно Министерство примет «разумное» решение. Но Гарри отказывался об этом думать. Не сейчас. Он добрался до нужной палаты и, не раздумывая, толкнул первую дверь. Через стекло он увидел, как Малфой напрягся. На часах была почти половина третьего ночи. Гарри ненавидел ночные вылазки. Но, судя по всему, Драко не спал. — Неожиданно, — негромко проговорил вампир, однако Гарри знал, что это было сказано специально, чтобы он услышал. Поттер помедлил, но вскоре всё же вошёл в само помещение, где содержали Драко. Малфой сидел на краю койки, спина напряжена, как натянутая струна. Белая больничная рубашка смялась, подчёркивая чрезмерную худобу, а глаза сверкали в тусклом освещении — слишком светлые, слишком острые, настороженные. — Что, ещё один допрос? Или пришёл убедиться, что я не сожрал кого-нибудь из персонала? — Если бы ты кого-то сожрал, меня бы уже подняли среди ночи и вызвали сюда, — ровно ответил Гарри, входя в палату и закрывая за собой дверь. — Так что нет. Не за этим. Малфой выжидающе склонил голову. — Я теряюсь в догадках. Как там Уизли? Не покусали ещё? — с поддельной заботой поинтересовался он. Голос лёгкий, ленивый, но Поттер знал: это маска. — Тебя это правда волнует? — устало уточнил Гарри, скрестив руки на груди. — С ним всё нормально. Если не считать его моральное состояние, — сухо ответил он. На секунду воцарилось молчание, напряжённое, будто воздух в палате стал плотнее. — Я пришёл, чтобы забрать тебя, — произнёс Гарри, словно это даже не подлежало обсуждению. Малфой моргнул. — В Азкабан? Или сразу на костёр? — усмехнулся он, приподняв бровь. Гарри сделал шаг вперёд, чувствуя, как тугим узлом сжалось в груди раздражение. Этот взгляд, колючий, цепкий, с лёгкой ноткой насмешки — как будто Драко по-прежнему стоял перед ним в коридорах Хогвартса, готовый бросить очередное колкое замечание. Только теперь это был не мальчишка, а существо, которого Министерство сочло опасным. — Ты ведь знал, что я попробую это сделать, так? — спросил он, бросая короткие взгляды на дверь. Точно ли им позволят вот так просто уйти? — Были такие мысли, не спорю. Но точно я не знал, — Малфой не спешил вставать, будто чувствовал, какая опасность таится за пределами его палаты. — А у тебя, похоже, напрочь отсутствует инстинкт самосохранения. Ты хоть понимаешь, что творишь? — Прекрасно понимаю, — коротко бросил Поттер. Малфой наконец поднялся, но не спешил делать лишних движений. — Если ты сюда заявился в одиночку, значит, ты либо безумец, либо уверен, что нас никто не остановит. — Второе, — ответил Гарри, подходя ближе. — Гриффиндорская самоуверенность? — Скажем так, у меня есть план. — Надеюсь, он лучше, чем «я просто его заберу, и все закроют глаза»? — Малфой поднял бровь. Гарри невольно почесал нос. — В принципе… — Поттер, — зарычал Малфой, и в этом было столько предупреждения, что даже Гарри почувствовал, как внутри неприятно сжалось. — При любом раскладе вариантов у тебя особо нет. Министерство скорее и правда сожжёт тебя на костре, чем позволит дальше существовать. Можешь считать — я твой единственный шанс на выживание, — подманил его движением руки, явно намереваясь поскорее выбраться отсюда. — Всё-таки я был прав… Итак, герой, что ты собираешься делать? Или ты правда думал, что я просто возьму и пойду с тобой в «никуда»? — Во-первых, я бы хотел воспользоваться «Кровавым обетом». Малфой возмущённо фыркнул. — Знаешь ли, отстаивать твои интересы станет гораздо труднее, если ты попытаешься кого-то сожрать, — продолжил Гарри. — Пока ведь не сожрал, — отсёк Драко. — Это «пока». Брюнет устало выдохнул, смахивая со лба чёлку. Он и правда надеялся, что всё решится быстро… но Драко упорно колебался, сомневался. Это затягивалось, и каждый момент, когда Малфой молчал, казался бесконечным. «Ну же», — подумал Гарри, не решаясь прибегать к угрозам или манипуляциям. Это не было его стилем. Он не собирался использовать уязвимость бывшего одноклассника, но… должен был перестраховаться. Гарри стоял молча, давая Драко время осмыслить предложение. В комнате повисла тишина, и только едва слышное дыхание нарушало её. С каждым вдохом Гарри ощущал, как напряжение нарастает, как магия готова взорваться, не поддавшись желанию ждать. Наконец Драко посмотрел ему в глаза. И в этих глазах Гарри увидел всё: и упорство, и страх, и понимание неизбежности. — Только одно обещание, — прошипел Малфой, неудовлетворённый таким предложением, как бы пытаясь найти хоть какую-то лазейку, чтобы избежать этого. Гарри молча кивнул. Он подошёл ближе, не спеша, и вытащил палочку. С каждым движением он ощущал, как магия наполняет воздух. Аккуратно, с осторожностью, как если бы это было не просто заклинание, а что-то гораздо более значительное, он взял руку Драко. В следующий момент остриё его палочки вспыхнуло холодным светом, и Гарри произнёс заклинание: — Диффиндо. Лёгкий, почти незаметный порез на коже Малфоя. Гарри видел, как кровь сразу же побежала по ладони, струясь алым, и не колебался. Он повторил тот же жест со своей рукой, чувствуя, как кровь наполняет пустоту, оставленную этим заклинанием. Палочка Гарри излучала мягкий золотистый свет, и казалось, что сама магия наполняет комнату этим необычным сиянием. Зрелище было почти мистическим, а воздух стал тяжёлым, как если бы сама атмосфера реагировала на этот момент. Гарри произнёс: — Клянёшься ли ты, Драко Малфой, не нападать на людей без цели самообороны и не пить их кровь? Он тщательно подбирал слова, зная, что заклинание сработает, лишь если точно сформулировать условие. Это была магия, в которой не было места для ошибок. Малфой замолчал, казалось, что он колеблется, но затем, с болезненным выражением на лице, ответил, зная, что у него нет другого выбора: — Я, Драко Малфой, последний в своём роде, клянусь не нападать… на людей без цели самообороны и не пить их кровь, — проговорил он с тяжёлым вздохом, словно не в силах поверить, что вынужден произносить такие слова. Он чуть поморщился, ощущая, как эта клятва поглощает его волю. Когда последний кусочек магии соединился, Гарри почувствовал, как его собственная кровь на мгновение застыла. Сила клятвы была ощутимой, как невидимые оковы, надевающиеся на Драко. На его запястье появилась тонкая, почти прозрачная руна, сверкая, как холодное сияние. Это был не просто символ, а магическая печать, напоминание о том, что теперь каждое его действие было подконтрольным. Покончив с этим, брюнет отпустил чужую руку, на которой рана постепенно затягивалась. — Видишь? Не обманул, — произнёс Поттер, видя напряжение на лице слизеринца. Драко выглядел напряжённым, хотя старался скрыть это под маской холодного равнодушия. Однако лёгкое подёргивание пальцев выдавало его. — А теперь пошли… Мы и так потратили слишком много времени, пока ты созревал, — добавил Гарри, развернувшись к выходу. Малфой раздражённо фыркнул, метнул на него недовольный взгляд, но всё же двинулся следом. Он шагал бесшумно, что-то в этом движении напоминало тень, крадущуюся за добычей. Но стоило им добраться до середины коридора, как Гарри вдруг резко остановился. — Хотя… стой, — внезапно бросил он, оборачиваясь. Малфой с подозрением нахмурился, но не успел ничего сказать, потому что Поттер уже взмахнул палочкой и твёрдым голосом произнёс: — Акцио, плащ-невидимка. Воздух перед ними дрогнул, словно пространство на мгновение сжалось само в себя, а затем из пустоты плавно выскользнул знакомый поистёршийся от времени плащ. Он скользнул прямо в руки Гарри, который, ни секунды не медля, протянул его Драко. Малфой поймал ткань и задумчиво сжал её пальцами, пробегаясь по гладкой, прохладной поверхности. В воспоминаниях мелькнул Хогвартс, те самые моменты, когда этот плащ был для Поттера спасением и тайным оружием. Слизеринец всё же поджал губы, но, фыркнув, накинул плащ на себя. В следующий момент его тело исчезло, оставив лишь тонкую рябь воздуха. — Это очень плохая идея, — уже шёпотом пробормотал Малфой из пустоты, осторожно ступая за Гарри. Они двинулись дальше, растворяясь в тенях коридоров, где каждый шаг мог стать последним. Каждый шаг давался невыносимо трудно, чем Драко рассчитывал. А воздух казался другим, более живым, более насыщенным, густым, словно пропитанным самой жизнью. Запахи разлагались на сотни оттенков, тёмных, манящих, притягательных до дрожи. Запах крови. Он чувствовал её везде — в стенах, в застоявшемся воздухе, но сильнее всего — в венах людей, чьи голоса доносились из дальних помещений. Где-то там, за стенами, бились сердца, перегоняя по жилам тёплую, пульсирующую кровь. Драко стиснул зубы, заставляя себя продолжать идти, но каждый шаг отзывался глухой болью в груди. Жажда… Глотка горела, будто кто-то провёл по ней раскалённым лезвием. Вены, казалось, вот-вот начнут стягиваться в агонии, требуя. Он оступился. Резко вцепившись в стену, Драко зажмурился, сосредотачиваясь на боли, лишь бы отвлечься от звериного желания. Гарри почувствовал колебания в воздухе. Он не мог ему помочь, ведь наверняка за ним присматривали невидимые глаза. Вернуться. Эта мысль пронзила его, как удар молнии. Вернуться в камеру, где воздух был холодным и пустым. Где толком не было запахов, не было соблазна, не было этого мучительного зуда в каждой клетке его тела. Там жажда хоть и не утихала, но не раздирала его на части, не сводила с ума. Но он не мог. Он должен выбраться. Возможно, даже не ради себя. Поэтому он сжал пальцы в кулак и заставил себя сделать ещё один шаг. Затем ещё. Гарри молчаливо вёл его по лабиринту коридоров, а Драко, стискивая зубы, шёл следом, чувствуя, как его тело едва удерживается от предательской дрожи. Жажда терзала его, выворачивала изнутри, раздирала сознание на клочья. Преодолев несколько пролётов лестницы, он резко замедлился. Здесь было хуже. Гораздо хуже. Запах крови ударил в нос волной — не размытой, слабой, как раньше, а яркой, резкой, настойчивой. Сердца. Они бились так близко, будто люди стояли прямо за стеной. Драко резко втянул воздух — и тут же пожалел об этом. Рот мгновенно наполнился вязкой слюной, а в животе скрутило так сильно, что он непроизвольно сжался, словно от удара. Боль полоснула горло, прожигая его до самой груди. Глоток. Всего один глоток, и мучение прекратится. Задержи дыхание. Он резко сомкнул губы, заставляя себя не вдыхать, не слушать, не ощущать. Ещё немного. Они вот-вот должны были выйти… Ещё чуть-чуть, ещё пара шагов — и этот ад закончится. Гарри на секунду остановился у выхода, позволяя Драко проскользнуть первым. Под плащом-невидимкой Малфой пригнулся, бесшумно перетекая в темноту, проскользнув мимо стражи так же, как пробиралась по венам неутолимая жажда. Он сделал это. Но почему же вместо облегчения в его груди поселился холодный, липкий страх? Свобода. Холодный воздух ударил в лицо, проникая под кожу, вгрызаясь в кости, но Драко вовсе не чувствовал облегчения. Скорее наоборот. Запах крови внутри здания остался позади, но жажда не отступила. Она больше не давила на него, не гнала в безумие, но была рядом, настойчивым шёпотом где-то в сознании. Он стоял посреди пустынной улицы, но не ощущал себя свободным. Рядом с ним Гарри тяжело выдохнул, переводя дыхание после напряжённого «побега». Брюнет слегка огляделся, быстро проверяя обстановку. Ночь, пустынная улица, тишина — всё, как он и рассчитывал. Но он молчал. Сейчас было слишком рано выдавать себя. Малфой же поддерживал эту обстановку. Он хотел бы сказать что-то саркастичное, может быть, язвительное, но слова не приходили. Всё, что он чувствовал — усталость. Не физическую, нет. Другое. Тяжёлое, давящее, засевшее внутри него чувство, словно за этот побег он заплатил чем-то большим, чем просто подчинением чужим условиям. Вместо этого он шагнул в тень, отступая подальше от света фонаря, который медленно раскачивался на столбе. Свет раздражал. Бил по глазам. Гарри уловил движение и нахмурился. Он знал, что Малфой не дурак и не станет пытаться сбежать, но внутри всё же что-то сжалось. Беспокойство? Раздражение? Он не был уверен. Одно ясно — на кону стояло слишком многое. Молча, без лишних слов, Гарри свернул в тёмную аллею, ведущую к его дому — не самому уютному месту, если честно. Он редко там бывал, предпочитая проводить вечера с Роном и Гермионой. Драко задержался на секунду, но всё же последовал за ним, прикрывая нос рукой, словно пытаясь заглушить невыносимый запах крови, разлитый в воздухе ночного Лондона. — Долго мы будем идти? — наконец спросил Малфой, голос его был натянутым, но отстранённым. — Пока не доберёмся, — лаконично ответил Гарри, даже не оборачиваясь. Он слышал, как Драко идёт позади, его шаги почти бесшумны, даже по влажному асфальту. Вампирская лёгкость, конечно же. Но вместе с этим — хриплое, неровное дыхание, которое он явно пытался скрыть. Гарри сжал пальцы в кулак, ускоряя шаг. — Можешь опустить руку, — сказал он после минутного молчания. — Не могу, — отрезал Малфой. — Вокруг никого нет. — Дело не в этом, Поттер, — голос Драко был пропитан усталостью. — Дело в том, что я ощущаю каждый запах так, будто он врезается в мою чёртову голову. Гарри остановился. Драко замер, хмурясь из-под капюшона. Он не собирался объяснять, не собирался раскрывать, насколько плохо ему сейчас. Но Гарри уже догадался. — Сколько ты можешь продержаться? — спросил он серьёзно. — Какой ты заботливый, — усмехнулся Драко, но в этой усмешке не было злости, только пустота. — Поттер, я только что вырвался из заточения. Моё состояние — последнее, что тебя должно волновать. — Чёрта с два, — буркнул Гарри. Драко раздражённо выдохнул. — Если ты так переживаешь, можешь оставить меня здесь. — Не могу, — упрямо ответил Гарри. Малфой покачал головой, словно не веря, что они ведут этот разговор. Поттер снова пошёл вперёд. Драко последовал за ним, зная, что выхода у него нет. Он чувствовал, как жажда медленно подкрадывается к нему всё сильнее, всё мучительнее. Но выбора у него не было. Он должен идти дальше. Хоть и не уверен, как долго ещё сможет держаться. — Мы почти на месте, — бросил Гарри, резко сворачивая в переулок. Они остановились перед ничем не примечательным домом, зажатым между двумя высокими зданиями. На вид — обычный двухэтажный кирпичный таунхаус, коих в Лондоне сотни. Кирпичные ступеньки вели к чёрной двери с массивным серебряным молотком в форме совы. Гарри взялся за ручку и негромко произнёс: — Алохомора. Драко почувствовал, как вокруг дома разлилась магическая волна, рассыпаясь лёгким мерцанием, и только тогда дверь открылась. Поттер вошёл первым, придерживая дверь за собой. Малфой, всё ещё прячась под плащом, шагнул внутрь. Как только он переступил порог, дверь за его спиной с шумом захлопнулась, а по стенам вспыхнули магические огоньки, озаряя тёплым светом прихожую. Несмотря на то, что Гарри не любил проводить здесь время, сам дом оказался довольно уютным. Драко ожидал чего-то иного: беспорядка, грязной посуды, хаотично разбросанных вещей, но всё оказалось совсем не так. В прихожей стояла вешалка с аккуратно развешенными мантиями, рядом узкий шкаф с сапогами и ботинками. На стене висело пустое зеркало. Далее по коридору располагалась гостиная, где на деревянном столике стояла пара пустых кружек и засохший кусочек пирога — угощение от матери Рона. В камине, очевидно зачарованном так, чтобы огонь не был слишком жарким, мерцали спокойные оранжевые языки пламени. — Не бойся, здесь камин ненастоящий, — бросил Гарри, будто читая мысли Драко. Тот лишь хмыкнул. — Не боялся. Но всё же держался от огня подальше. Поттер шагнул вглубь комнаты, лениво скидывая ботинки. Здесь не было принято ходить в обуви — привычка, с которой он давно сжился. — Можешь снять плащ, здесь безопасно… Но стой тут, я попробую найти для тебя что-то, — бросил он на ходу, уже направляясь в сторону кухни. Он не стал уточнять, но Драко и так знал, за чем тот ушёл. Спустя пару минут Гарри вернулся, держа в руках небольшую колбу с густой, тёмной жидкостью. Животная кровь. — Лучше, чем ничего, — коротко сказал он, протягивая её Малфою. Драко молча принял сосуд, одновременно скидывая плащ на слегка помятый диван. Драко сжал колбу, поднося её к губам, но на этот раз его рука не дрожала. Он уже пил кровь, но каждый раз это было как первое испытание — каждый глоток, хотя и менее болезненный, по-прежнему был чуждым и ненавистным. Он чувствовал её тяжесть, но теперь, выпивая, он уже не мог избавиться от ощущения, что чего-то не хватает. Животная кровь не могла насытить его. Каждый раз он сдерживался, чтобы не отдать волю жажде. Гарри молчал, наблюдая за ним, и его молчание было тяжёлым, будто бы он понимал, что Драко чувствует. — Тебе нужно будет привыкнуть, — произнёс он, не выказывая ни осуждения, ни сострадания. Это было скорее как констатация факта. Драко не мог сдержать саркастической усмешки. — Привыкнуть? — его голос был хриплым, сквозь него проскакивала боль, и она ощущалась в каждом слове. — Ты серьёзно? Ты предлагаешь мне привыкнуть к тому, что теперь моя жизнь будет вечно… отравлена этим? Он сделал ещё один глоток, ощущая, как тягучая жидкость опускается в горло. Гарри тем временем подошёл к нему, внимательно следя за каждым его движением. — Ты всё ещё не можешь насытиться, да? — спросил он. Драко взглянул на него. В глазах была подавленная ярость вперемешку с усталостью. — Нет, — коротко ответил он. — Не могу. Поттер выдохнул, примерно предполагая, где бы спрятать оставшиеся запасы крови, чтобы Драко не опустошил всё за один вечер. Он прошёл вперёд, жестом приглашая блондина следовать за ним наверх. — Пойдём, — позвал Гарри, медленно поднимаясь по лестнице на второй этаж, к спальням. Драко шёл позади, всё ещё держа в руках колбу с чарующим ароматом крови. Гарри вёл его по этажу, показывая свои скромные апартаменты. Последним местом, куда они зашли, была ванная. Небольшая, но симпатичная… если не учитывать цвет плитки. — Ванна… Эх… Маггловская ванная. Тебе может быть трудно привыкнуть к этому, но если потребуется, я покажу, как правильно ею пользоваться. Только не суйся сюда, если не знаешь, ладно? Твоя регенерация хороша, но мы не знаем, как она работает с ожогами. Малфой фыркнул, чуть заметно поднимая бровь, но, казалось, он уже не так сильно возражал, как раньше. Поттер остановился в проходе, задумавшись, что ещё рассказать и показать Малфою. Может быть, тот вообще хотел уже отдохнуть, наконец? — Так, ну… Твоя комната находится рядом с моей, вторая от портрета. Там всё готово, но если что-то нужно, — он сделал паузу, — найдёшь меня на кухне, — сказал Гарри, намеренно оставив вампира, спустившись вниз, чтобы тот мог потихоньку привыкать к новой обстановке. Гарри, не оглядываясь, услышал, как за его спиной тихо захлопнулась дверь. Повернувшись, он направился на кухню, оставив Драко время на размышления. Драко остался стоять на пороге, позволяя взгляду медленно скользить по комнате. Всё было так чуждо, но при этом… не так ужасно, как могло бы быть. Простая мебель, мягкое освещение, никаких изысканных предметов или странных магических штуковин. Гарри действительно не тратил время на украшения. Всё это казалось таким обычным. Он шагнул в комнату, оглядываясь, но вскоре его взгляд вновь скользнул к окну. Драко остановился рядом с ним, интуитивно чувствуя, как холодный воздух проникает в комнату. Чувство странной тревоги не покидало его. Почему-то этот момент, эта тишина, воздух за окном… всё это как будто тянуло его к чему-то неведомому, тому, что он не мог понять. Он стоял, вслушиваясь в тишину, вдыхая ночной воздух. Как будто что-то в нём отзывалось на этот момент, напоминающее… пустоту. Ощущение безвозвратной утраты.