Бездействие

Рон, прежде чем окончательно осознал, что его появление спровоцировало неловкую паузу, просто поставил тарелку с бутербродами на кофейный столик перед камином. Возможно, Гарри даже что-то съест. Но тому, похоже, было всё равно — он лишь продолжал смотреть на огонь, не отрываясь от пляшущих языков пламени. Он даже не дёрнулся, когда рыжеволосый плюхнулся рядом, потирая затёкшую спину. Драко молчал, глядя на тени, дрожащие на стенах. Было ли это неловкостью? Или же просто привычной отстранённостью? В любом случае тишина в комнате казалась слишком гнетущей. — И как часто это случается? — спросил он, стараясь, чтобы голос прозвучал более равнодушно. Рон бросил на него взгляд, но ответил не сразу. — Не могу сказать точно… — протянул он, ссутулившись. — Но в последнее время — почти постоянно. — Почти постоянно… — задумчиво повторил Малфой, даже не глядя на него. — Это началось уже после войны? — Да… думаю, да. — Рон ненадолго замолчал, откинув голову на спинку дивана. — Всё произошедшее так или иначе отразилось на всех нас. Кто-то оклемался, кто-то живёт дальше… а кто-то так и не смог выбраться. Но Гарри… Гарри так и не отпустил те годы. Малфой кивнул, сжимая пальцы на подлокотнике кресла. — Сначала он лечился, знаешь. Держался. А потом просто… забил. Полностью погрузился в работу. — Очень на него похоже, — отозвался Драко. — И, наверное, отчасти я его даже понимаю. Уизли скептически приподнял бровь, но не стал спорить. Гарри не сразу осознал, что именно его отвлекло. Сначала он просто сидел, глядя в огонь, позволяя пламени поглотить многочисленные мысли, сжечь всю тревогу, оставляя за собой лишь пустоту. Это было привычно. Безопасно. Но что-то мешало. Голос. Спокойный, ровный. Он пробивался сквозь оглушающую тишину, заполняя её. Гарри не слушал слова — только ритм, интонацию, лёгкие перепады высоты. Это было… странно. Но помогало отвлечься. Сознание медленно выбиралось из оцепенения, и смысл сказанного стал доходить до него. — …даже не представляешь, какая это пытка — запертое пространство, — говорил Драко, явно обращаясь к Рону. — Серьёзно, я готов был завыть, когда понял, что у меня нет даже окон. Рон фыркнул. — Бедняжка. Тебя держали в больничной палате, а не в Азкабане. — Разве есть разница? Гарри почувствовал, как губы дрогнули в намёке на усмешку. Он даже не заметил, как напряжение, сковывавшее тело, начало отпускать. — Если бы тебя держали в Азкабане, ты бы ощутил эту разницу, — пробормотал он, сам удивляясь, что заговорил. Драко чуть повернул голову, бросая на него внимательный взгляд, в котором скользнуло едва заметное удивление. — Поттер, ты решил снова к нам присоединиться? Гарри помедлил, словно решая, стоит ли продолжать. — Я и не уходил, — наконец ответил он, не отрывая взгляда от огня. Малфой скептически прищурился, но уголки его губ дрогнули. — Ну конечно. Ты просто сидел тут, делая вид, что мы с Уизли — иллюзия. Рон покачал головой, но не стал встревать. Он знал, что Малфой не собирался по-настоящему поддевать Гарри. Брюнет вздохнул и протянул руку к тарелке с бутербродами. — И у меня это очень плохо получается, — пробормотал он. Драко склонил голову набок, наблюдая за ним с каким-то ленивым интересом. — Возможно, я настолько невыносим, что даже в твоей голове меня не заткнуть. Гарри посмотрел на него и неожиданно усмехнулся. Он был прав. — Возможно. Рон, наблюдая за ними, только хмыкнул и едва заметно улыбнулся. — Вот это прогресс, — заметил он. — Может, теперь, когда ты, наконец, снова разговариваешь, ты вспомнишь, что у нормальных людей бывает отдых? Гарри машинально кивнул, но в голове у него вертелось совсем другое. Малфой держался спокойно — даже позволял себе саркастические замечания. Однако было ли это искренне? Или просто ещё одной маской? Он опустил взгляд на столик, почувствовав знакомый укол неловкости. — Малфой, — произнёс он тише, чем собирался. Драко лениво поднял глаза. — Что? Гарри сжал пальцы, заставляя костяшки побелеть. Он не знал, почему спрашивает это сейчас — возможно, потому что больше не мог избегать этого вопроса. — Ты… злишься на меня? На короткий миг повисла тишина. Драко не отводил взгляда, но выражение его лица оставалось непроницаемым. Затем он едва качнул головой. — А ты как думаешь? Гарри ощутил неприятную тяжесть в груди. Он и сам не знал, чего ожидал. Рон открыл рот, но передумал. Сейчас явно не тот момент, когда стоит влезать в чужие взаимоотношения. — Мне кажется… ты должен быть в ярости, — медленно произнёс Гарри, пытаясь поймать его взгляд. — Сверкать глазами, бросаться на меня с кулаками… или хотя бы пытаться перегрызть мне глотку. Драко вновь дёрнул уголком рта — то ли в усмешке, то ли в раздражении. — Так вот каким ты меня видишь? Удивительно, что я ещё ядом не плююсь, — протянул он, бросив короткий взгляд на Рона, словно предупреждая его не смеяться. Затем вновь посмотрел на Гарри. — Смысл злиться? Я уже пытался, помнишь? Результат так себе. Да, Гарри помнил. Слишком хорошо. И именно поэтому теперь не знал, чего ждать. — Так да или нет? Драко отвернулся, устремив взгляд в огонь. Некоторое время он молчал, и Гарри уже было подумал, что ответа не будет, но затем услышал: — Не знаю. Наверное, должен. — Но… почему? — Возможно, просто устал, — хмыкнул Драко. — Злиться слишком… энергозатратно. Гарри посмотрел на него, ощущая лёгкое раздражение — не на Малфоя, а на себя. Он ожидал агрессии, злости, криков — чего угодно, что смогло бы поставить их в привычные роли. Но наткнулся на то, что ещё не мог до конца осмыслить. Стоит ли ему снова попросить прощения, или этого будет мало? Чтобы он ни сделал, вряд ли сможет загладить свою вину. Гарри провёл ладонью по лицу, задержав дыхание на пару секунд, прежде чем медленно выдохнуть. — Если бы у меня была возможность устать, я бы тоже ей воспользовался, — пробормотал он, устало откинувшись на спинку кресла. Рон фыркнул. — Возможность есть, только желания нет. Гарри бросил на него раздражённый взгляд, но ответить не успел — Драко тихо усмехнулся: — Что ж, я опять согласен с Уизли. Рон картинно прижал руку к груди. — Вот это поворот. Гарри, кажется, этот день должен войти в историю. Гарри только покачал головой. Нависшее ещё недавно напряжение начало спадать. — К слову, — брюнет подался вперёд, сжимая пальцы в крепкий замок, обращаясь снова к Драко, — ты говорил, что тогда, на фабрике, ты попал в ловушку. Драко поднял бровь. — Опять допрос? Я думал, у нас тут почти душевный вечер. — Если тебе от этого легче, можешь считать, что я просто веду дружескую беседу. Рон, тихо сидевший рядом, довольно шумно вздохнул носом, раздражаясь от упоминания работы. — Всё, хватит, — перебил его Рон, поднимая руки. — Может, на сегодня уже достаточно? Гарри нахмурился. — Рон… — Нет, Гарри, серьёзно. Ты и так не спишь, не ешь нормально, носишься по всему Лондону как оголтелый. Если ты прямо сейчас не замолчишь, я тебя запру в спальне и поставлю Ребекку на стражу. — Она мне по колено. — Зато в магии она тебя уже почти перегнала, — усмехнулся Рон. — Так что не испытывай судьбу. Гарри вздохнул, устало потирая лицо. — Я просто хотел… — Ты хотел снова копаться в этом дерьме, — отрезал Рон. — И снова зацикливаться. — Это важно, Рон. — А твой сон неважен? — Я не устал, — машинально ответил Гарри. — Ага, конечно, — фыркнул Рон. Он резко встал и схватил Гарри за запястье, явно намереваясь вытащить его с насиженного места. — Всё, Поттер, марш спать. Гарри попытался вывернуться, но Рон держал крепко. — Ты что, серьёзно сейчас?.. — Абсолютно. Драко наблюдал за этой сценой с приподнятой бровью без возможности утаить веселье. — Надо же, — лениво протянул он, — оказывается, это так просто. — Слушай, Малфой, у меня двое детей, — отозвался Рон, таща Гарри за собой. — Я справлялся и не с таким. Рон с силой потянул за рукав, вынуждая Гарри подняться и следовать за ним. Сперва к лестнице, затем — наверх, по скрипящим половицам, ведущим к спальне. Драко не двинулся с места. Перед ним словно застыла сцена из прошлого: Поттер, рвущийся в бой, и рука Уизли на его плече, удерживающая и тянущая за собой. Он посчитал, что его присутствие больше не требуется. Уизли сам вызвался стать нянькой на какое-то время. Однако он не смог унять собственного любопытства, напрягая слух. — Давай, не строй из себя мученика, — проворчал Рон, окончательно затащив Гарри в комнату. Поттер тяжело выдохнул, чувствуя, как упрямство постепенно слабеет под тяжестью этого дня. Может ли он позволить себе отдохнуть? — Всё, всё, я понял. Только не веди себя, как Гермиона, — пробормотал он, стягивая пропахшую табаком рубашку. — Спасибо, что напомнил. Она как раз оставила для тебя пузырёк с успокоительным. Гарри усмехнулся, а затем окончательно сдался, откинувшись на подушку. Глаза начали слипаться почти сразу, веки налились тяжестью. Он почувствовал, как одеяло оказалось на нём, не осознавая, когда именно Рон успел его поправить. — Просто отдохни, Гарри, — донеслось сквозь полудрёму. — Завтра разберёшься. Поттер не успел ответить. Дверь тихо скрипнула, и мир вокруг погрузился в темноту. *** Тяжесть. Она заполняла лёгкие, выдавливая весь воздух. Давление окутывало его со всех сторон — глухо, безжалостно. Он дёрнулся, пытаясь вдохнуть, но вместо воздуха — лишь вязкая пустота. Руки метнулись вперёд, наткнувшись на гладкую, скользкую поверхность. Паника вспыхнула резким, ослепляющим импульсом. Он ударил. Ещё раз. Потом ещё, срывая кожу с костяшек, но стекло даже не дрогнуло. Светлые ресницы дрогнули, и глаза распахнулись, мечась по сторонам. Лёгкие горели, каждое мгновение растягивалось до мучительной бесконечности. Через густую субстанцию пробивались еле заметные проблески света, тени, словно по ту сторону кто-то наблюдал за ним. Но они были слишком далеки, слишком неясны. Его руки бессильно скользили по стенкам капсулы, не находя выхода. Он бил по стеклу, пытаясь привлечь к себе внимание, но никакой реакции не следовало. Стекло оставалось холодным и непроницаемым, словно мир за ним и не существовал вовсе. Бултыхание жидкости, заполняющей его лёгкие, становилось всё громче, заглушая любые мысли. Он попытался вдохнуть, но это сделало только хуже. Руки скользнули к горящему горлу, через которое вырывался хрип. Он ощутил, как внутренности сжимаются в судорожной попытке что-то сделать, найти хоть малейшую трещину в этом аду. Но всё, что он мог — это сдавленно стонать, неспособный освободиться от этой адской хватки. Тело предательски отказывалось подчиняться, а время казалось бесконечным, словно затягиваясь в этом туманном кошмаре. Губы дрогнули, позволяя тяжёлым векам опуститься. Он снова потерял сознание, позволяя чему-то утащить себя в бездну. Боль, холод, голод… и воздух. Всё вернулось, вырывая его из того кошмара. Веки с трудом распахнулись, как будто он боялся снова увидеть ту пустоту. Блондин рывком вскочил, откашливаясь с хрипом, не в силах остановить себя. Кашель рвал грудь, а его собственная рука сжимала горло, слегка подрагивая. То, чего он успел наглотаться во сне, оставило тяжёлое послевкусие. Судорожно хватая воздух, Драко знал, что этого будет недостаточно. Реальность начала медленно восставать из туманного бреда. Руки дрожали, но он с усилием выдохнул, опуская их, ощущая, как возвращается контроль над собственным телом. Тёмные тени, которые сохранялись в углах сознания, начали рассеиваться, оставляя только реальность вокруг. Он был в своей комнате — на своей кровати. А это лишь очередной кошмар, поглотивший его. Приводя собственное дыхание в норму, Драко услышал тихое и мирное сопение по соседству. Поттер. Тот мирно спал, накрывшись одеялом с головой, словно прячась от всех бед этого мира. Драко тяжело выдохнул, плюхнувшись обратно на подушку и уставившись в потолок. Когда он успел вернуться в комнату? Он не помнил. Не помнил и то, как позволил себе погрузиться в сон. Руки сами собой потянулись к волосам, начиная нервно перебирать их сквозь пальцы. Тишина в комнате казалась оглушающей. Пока по ту сторону неспокойно не повернулись. Гарри почувствовал, как его глаза медленно открываются, постепенно привыкая к темноте. Его взгляд упал на настенные часы напротив, показывающие время. Полночь. Тиканье часов разрывало тишину, в которую погрузилась комната после надрывистого кашля, доносящегося из ниоткуда. Может, ему это просто приснилось? Он ещё немного повалялся, но сон так и не вернулся. В горле першило, и он вдруг осознал, что голоден. Поттер раздражённо протёр лицо рукой, стирая остатки сна. Почему именно сейчас? Наверняка уже все спят. Решив, что кружка горячего чая с чем-нибудь съестным явно не повредит, Гарри с силой откинул одеяло и с неохотой поднялся. Деревянные половицы под ногами неприятно отдавали прохладой, вынуждая его сунуть ноги в тапочки — слишком милые, чтобы он признался в их существовании вслух. Чёрные зайцы с вышитыми глазами — подарок Гермионы на Рождество. Он осторожно шагнул к двери, стараясь открыть её бесшумно. Однако предательский скрип тут же разрезал тишину. Чёрт. Гарри замер, вслушиваясь. Тишина. Никаких шагов, никаких голосов. Только ровное дыхание спящего дома. Он выдохнул и, убедившись, что никто не проснулся, осторожно двинулся дальше. На лестнице сквозняк едва заметно шевелил шторы в конце коридора. Тихий шелест ткани смешивался с далёким завыванием ветра за окном. Где-то внизу, в кухне или гостиной, что-то едва слышно потрескивало — возможно, старая мебель, отзывающаяся на ночной холод. Гарри ступал осторожно, но каждый шаг отзывался в доме тихими скрипами. Он слышал, как в стенах то и дело потрескивают деревянные балки, как с улицы долетает глухой стук — наверное, ветер толкнул ставни или уронил что-то во дворе. Наконец, он добрался до кухни и щёлкнул выключателем. Тусклый свет лампы залил помещение. Всё выглядело так же, как он помнил: кружки на столе, оставленный с ужина чайник, неубранный нож на разделочной доске, который, скорее всего, оставил Уизли. Поттер, особо не раздумывая, потянулся к полке, доставая оттуда чай и сладкие сухарики. Ничего лучше он не придумал, но про здоровый завтрак подумает уже завтра. Сейчас же стоило чем-то подкрепиться и поскорее вернуться в постель. Дожидаясь, пока закипит чайник, он неожиданно для себя решил прибрать весь тот бардак, который обычно предпочитал игнорировать. Он собрал посуду и сунул её в раковину, наспех вытер стол ладонью, смёл крошки в руку и только тогда позволил себе выдохнуть. Чайник загудел, возвращая его в реальность. Гарри потянулся за чашкой, кинул туда чайный пакетик и залил кипятком. Аромат горячего напитка быстро заполнил кухню, позволяя мужчине ненадолго расслабиться. Он взял горсть сухариков, бросил их на тарелку и с тихим вздохом опустился на стул. Первый глоток оказался слишком горячим, обжигающим язык, но Поттер лишь тихо выругался и поставил чашку обратно. Ему не спалось, и это не могло не раздражать. Он уже намеревался откусить первый сухарик, как вдруг в дверном проёме показалась знакомая рыжая макушка. Рон. Растрёпанный и с полотенцем, перекинутым через плечо. — Так и знал, что увижу тебя здесь, — зевнул он, садясь напротив. — Там в холодильнике осталась пара бутербродов. Гарри приподнял бровь и, вновь сделав глоток чая, спросил: — Ты что, шпионишь за мной? Рон фыркнул, потянулся и лениво почесал затылок. — Нет, просто знаю тебя как облупленного. Если кто-то из нас не спит по ночам и шарится по кухне — это точно ты. Брюнет равнодушно пожал плечами, закидывая в рот сухарик. — Ну раз ты такой заботливый, мог бы и чайник поставить. — Ещё чего, — фыркнул Рон, — я и так уже натерпелся от твоих ночных бдений. Кстати, что это за шум был минут десять назад? Я сначала подумал, что это из твоей комнаты, и не стал проверять. Гарри замер, сжимая кружку в руках. Вспомнился приглушённый кашель, который он сначала принял за сонный бред. Малфой? Скорее всего. — Показалось, наверное, — небрежно бросил он. — А ты давай, дуй спать, а то Гермиона снова будет ворчать, что я на тебя дурно влияю. Я тоже пойду, как только допью чай. Рон не стал спорить, лишь тихо усмехнулся и укоризненно взглянул на друга. — А я, может, не просто так сижу тут с тобой? Может, я поговорить хочу? Гарри удивлённо поднял взгляд. — О чём? Рон перекинул полотенце с одного плеча на другое и, почесав затылок, нехотя произнёс: — О твоей терапии… Гарри отложил кружку и устало потёр переносицу. — Только не начинай, Рон. — Да ладно тебе. Ты ведь сам понимаешь, что это ненормально. — Что именно? — Да всё, Гарри! — Рон всплеснул руками, но тут же осёкся и понизил голос, опасаясь разбудить второго постояльца. — Ты снова утопаешь во всём этом. Снова зацикливаешься. Помнишь, к чему это может привести? Поттер отвёл взгляд, глядя в тёмный напиток в кружке, будто ища в нём ответ. — Это другое, — пробормотал он. — Сейчас нет возможности разбираться со своими проблемами. — Да ну? — Рон саркастично фыркнул, скрестив руки на груди. — Знаешь, сколько раз я уже это слышал? Гарри молчал. В воздухе повисло напряжение, нарушаемое лишь тихим тиканием настенных часов. — Я просто пытаюсь разобраться, — наконец выдавил он. — Вот именно! — Рон ткнул в него пальцем. — Ты всегда «просто пытаешься разобраться», а потом оказываешься по уши в дерьме, из которого тебя приходится вытаскивать! Поттер сжал губы в тонкую линию и вернулся к своим сухарям, откусив кусочек с показным равнодушием. Он знал, что Рон прав. Ему действительно нужна была помощь… но он не мог позволить себе отвлечься от своей работы, от тех, кому нужна его помощь. — Я в порядке, Рон, — сказал Гарри, стараясь звучать уверенно. — Ага. Конечно, в порядке, — Рон тяжело вздохнул и потёр переносицу. — Просто скажи мне одно… Ты вообще понимаешь, к чему всё это идёт? — Понимаю, — утвердительно кивнул Гарри. — А ещё я понимаю, что мир медленно, но катится в задницу, Рон. Мы на грани эпидемии, очередного кризиса, возможно даже новой войны. И ты хочешь, чтобы я просто закрыл на это глаза и занялся собой? Что будет с нашим миром? Что будет с нами? С Малфоем? Рон удивлённо вскинул брови. Он уже привык слышать подобные оправдания, но появление Малфоя в списке приоритетов заставило его по-настоящему удивиться. — Одного понять не могу… Почему вдруг тебя так заинтересовала судьба Малфоя? Раньше вы не ладили, мягко говоря. После школы вообще не пересекались особо, а сейчас такие подвиги совершаешь. Что происходит, Гарри? Гарри отложил сухарик и поглядел на друга, пытаясь найти слова, чтобы объяснить. Он не знал, что именно повергло его в такую решимость, но чувствовал, что не может просто оставить это всё без внимания. — Я не знаю. Понимаешь, просто чувствую, что если я не попытаюсь ему помочь, то никто не поможет. После того как я начал разбирать всю его жизнь по кусочкам, я не могу смотреть, что он катится в пропасть. Не знаю, может, я окончательно свихнулся? Рон покачал головой, недоверчиво усмехаясь. — Вот уж не думал, что доживу до дня, когда ты начнёшь переживать за Малфоя. — Он сцепил пальцы в замок, глядя на Гарри с прищуром. — Но нет, ты не свихнулся. Хотя ведёшь себя так, будто в ответе за каждого несчастного ублюдка, которого жизнь пнула под зад. Гарри хмыкнул, обхватывая ладонями тёплую кружку. — Если бы всё было так просто. — Ну раз ты уже втянулся, то, думаю, отговаривать тебя нет смысла. И ты знаешь, что я всегда тебе помогу несмотря ни на что. Но ты должен пообещать, что обратишься за помощью. И даже не думай находить оправдания! — Рон. — Пообещай, — твёрдо потребовал мужчина. — Обещаю. Рон пристально посмотрел на него, словно пытаясь определить, насколько искренне прозвучало это обещание. — Ладно, — наконец кивнул он, откидываясь на спинку стула. — Но знай, Поттер, если ты попытаешься меня обмануть, я мигом позову Гермиону. А ты же знаешь, насколько она бывает убедительной. Гарри скептически приподнял бровь, но уголки губ дёрнулись в едва заметной усмешке. — Угрожаешь мне собственной женой? Как низко ты пал, Уизли. — А как ещё тебя приструнить? — Рон развёл руками, затем зевнул и лениво потянулся. — Ладно, я спать. А ты тоже не сиди до утра, а то потом будешь ходить как полуживой. Гарри молча кивнул, провожая друга взглядом. На кухне воцарилась тишина, нарушаемая лишь редким потрескиванием огня в камине в гостиной. Гарри допил чай, отложил кружку и устало провёл рукой по лицу. Он понимал, что Рон прав. Но что-то внутри него не давало покоя. Что-то не давало просто отпустить ситуацию. И это «что-то» в этот самый момент лежало в соседней комнате, прикрывая глаза, но не спя. Он слышал, как ложка тихо звякнула о край кружки в руках Поттера. Как Рон потёр переносицу, шумно выдыхая. Как Гарри сжал зубы, прежде чем сказать «обещаю». Но больше всего его задело другое. «Что будет с нами? С Малфоем?» Эти слова, сказанные почти в сердцах, эхом отдавались в его голове. Поттер действительно беспокоился. Вмешивался. Влезал в его жизнь так, как не должен был. Драко невольно сжал простыню в кулаке. Зачем? Гарри Поттер всегда был раздражающе благородным идиотом, но даже для него это было чересчур. Разве не проще было списать всё на стечение обстоятельств? Но нет. Он копался. Ворошил его прошлое. Искал ответы. «Мерлин, Поттер…» — стиснув зубы, Малфой закрыл глаза, стараясь отгородиться от звуков, но они всё равно проникали в него. Ему стало вдруг… неуютно. Драко не знал, что делать с этим странным тягучим чувством, скручивающим грудную клетку. Он повернулся на другой бок, отворачиваясь, как будто это могло помочь. А на кухне уже скрипнул стул — вероятно, Гарри наконец решил вернуться в постель. Малфой ещё долго лежал, слушая, как Поттер убирает за собой чашку, как тихо шуршат шаги по коридору, как дверь в его комнату открывается… и закрывается снова. Высокие стены зала заседаний Министерства Магии нависали, словно пытались раздавить собравшихся. За массивным круглым столом уже восседали все уполномоченные лица: министр магии, руководители департаментов, представители аврората и члены медицинской комиссии Святого Мунго. В воздухе повисло напряжение. Кто-то нервно постукивал пальцами по столу, кто-то старался прочистить горло, избавляясь от кома. Другие же просто сидели, словно окаменев, избегая возможности встретиться взглядами. — Ситуация выходит из-под контроля, — наконец заговорил министр. Его голос был твёрд, но в нём слышалась тревога. — Люди напуганы. И они задаются вопросом, что скрывает Министерство. Зал ответил гнетущим молчанием. — Паника — наш худший враг, — продолжил министр, скользнув взглядом по лицам собравшихся. — Если слухи распространятся дальше, мы получим не просто беспокойство, а массовые беспорядки. — Мы уже контролируем утечку информации, — вмешался пожилой маг из Отдела Регулирования Магических Популяций. — Но если мы не предоставим людям объяснение, страх возьмёт верх. — Объяснение? — фыркнул кто-то из авроров. — А у нас оно вообще есть? В зале раздалось глухое одобрительное гудение. Несколько человек согласно кивнули. — Мы работаем над этим, — раздался раздражённый голос представителя исследовательского отдела. — Но исследования требуют времени. — Времени у нас нет! — резко перебил глава Аврората. — Мы не можем вечно скрывать правду. Мы и так работаем на изможение. — А что ты предлагаешь? — холодно осведомился кто-то из членов комиссии. — Выйти и сказать, что у нас вспышка неизвестной заразы, от которой люди превращаются в… — он запнулся, бросив взгляд на министра. — Если не предпримем жёсткие меры сейчас, потом будет поздно, — подал голос пожилой маг, отвечающий за безопасность. — Люди уже шепчутся, что что-то происходит. И они правы. — Именно поэтому Министерство вводит строгий карантин, — министр магии сложил руки в замок и посмотрел на всех присутствующих. — С завтрашнего дня усиливаем патрули. Особо опасные зоны берём под контроль. Информация остаётся закрытой для общественности. — А что делать с заражёнными? — вновь раздался голос из медицинской комиссии. Некоторые переглянулись. Ответ был очевиден. — Если они предоставляют угрозу — устранить. Солнечный свет проникал внутрь, мягко ложась на столешницы, за которыми в поте лица орудовал рыжеволосый мужчина, разрезая свежеприготовленный омлет на несколько равных кусочков. Запах жареных яиц, подрумяненного хлеба и свежесваренного кофе быстро заполнил кухню, а затем пополз дальше по дому, проникая на второй этаж. Драко Малфой, сидевший за столом с чашкой кофе, лениво поводил ложечкой по краю фарфора, наблюдая за тем, как Рон, насвистывая, хлопочет у плиты. — Ты точно умеешь готовить? — с лёгким сомнением спросил он. — А ты умеешь ценить чужой труд? — парировал Рон, подбрасывая на сковороде куски бекона. Малфой усмехнулся, но ничего не ответил. Тем временем наверху Гарри, свернувшийся калачиком в постели, уткнулся носом в подушку, но стоило едва вдохнуть, его глаза распахнулись. Запах был повсюду. Горячий, насыщенный, дразнящий… Он чувствовал каждую его нотку: лёгкий оттенок специй в омлете, сладковатый аромат масла, терпкость свежесваренного кофе. Желудок предательски сжался, требовательно напоминая, что вчера он так нормально и не поужинал. Гарри поморщился, попытался проигнорировать это, но новый вдох только усугубил ситуацию. — Чёрт, — пробормотал он, окончательно сдаваясь. Выбравшись из-под одеяла, он быстро натянул рубашку, взъерошил волосы и направился вниз, следуя за запахом, который теперь казался ему не просто манящим, а почти гипнотическим. Как только он пересёк порог кухни, Рон и Малфой одновременно подняли на него взгляды. — Ну вот, ещё один встал. Теперь можно считать, что утро официально началось, — ухмыльнулся Рон, заполняя тарелки едой и пододвигая одну к Гарри. — Садись, пока всё не остыло. Малфой тихо покачал головой, глядя на Гарри через край своей чашки. — Я не удивлюсь, если вы оба потом окажетесь в уборной, — бросил он, усмехаясь. Гарри не сдержал улыбку, садясь за стол и поднимая вилку. Запах пищи уже пробудил аппетит, и теперь ему хотелось только одного — спокойно поесть. — Как некультурно о таком говорить за столом, — ответил Рон, кидая на него взгляд, но не переставая накладывать еду на свою тарелку. Малфой пожал плечами, продолжая потягивать кофе. — Я просто констатирую факт, — ответил он с лёгким насмешливым тоном. Рон кивнул и в ответ потянулся к чашке с чаем. — Ну хорошо. Тогда твою порцию можно выбросить? — А ты всегда такой категоричный, когда тебя критикуют? — ответил Малфой, притягивая к себе третью тарелку, дабы с ней ничего не случилось. — Я ведь не отказывался от еды. Гарри, занятый поглощением омлета, вдруг поднял взгляд, полный вопросов. — А ты можешь есть обычную еду? Малфой немного замедлил движение, приподняв бровь, и, не отрывая взгляда от Гарри, тихо ответил: — Ты только сейчас об этом подумал? — спросил он, ставя кружку на стол и принимаясь за еду. — Могу. Обычная еда не насыщает, но от этого мерзкой она не становится. Гарри продолжал его изучать, пытаясь осмыслить сказанное, и едва заметно кивнул. Вопросы о том, как именно работает его организм теперь, так и оставались без ответа. Тишина за столом продержалась какое-то время — все просто ели, погружённые в свои мысли. Рон то и дело отхлёбывал чай, Малфой сосредоточенно ковырялся в тарелке, а Гарри машинально доедал свой омлет, периодически бросая взгляд то на одного, то на другого. Но вскоре привычка не давать себе расслабиться взяла верх. Он поставил вилку на тарелку и выпрямился. — Нам пора, — твёрдо заявил он, оглядывая Рона. — Рабочий день скоро начнётся, а мы тут сидим. Рон даже не вздрогнул, лишь продолжил спокойно допивать свой чай. — Вообще-то, сегодня мы можем прийти попозже, — сообщил он, лениво качнув ложкой. Гарри нахмурился. — С чего вдруг? — Указание руководства, — ответил Рон, наконец оторвавшись от кружки и взглянув на друга. — Фикс сказал, что у нас сегодня свободное утро, чтобы мы могли прийти в себя. Гарри недоверчиво скрестил руки на груди. — И ты просто решил воспользоваться этим? — Да, — спокойно ответил ему рыжеволосый. — Если ты привык всё время находиться в движении, это не значит, что и остальным такой график подходит. — Малфой, а что насчёт тебя? — неожиданно обратился к блондину, сидящему рядом. — Я согласен с Уизли. Гарри хмыкнул, в неверии качая головой. — Никогда не думал, что услышу от тебя эту фразу. Малфой лениво потянулся за чашкой, сделав ещё один глоток кофе. А Рон усмехнулся, хлопнув ладонью по столу. — Вот видишь? Даже Малфой понимает, что иногда стоит притормозить. Гарри вздохнул, понимая, что спорить с этими двумя не стоит. И, несмотря на то что его продолжало терзать гнетущее беспокойство, принял своё поражение: — Ладно, убедили, — пробормотал он, делая ещё один глоток кофе. Рон довольно кивнул, а Малфой усмехнулся, словно только что выиграл пари. Некоторое время они просто сидели в молчании, наслаждаясь редким моментом спокойствия. Гарри не мог не смотреть на него. Малфой был удивительно расслаблен, будто давно привык проводить утро в их компании. Всё это казалось правильным, но в то же время непривычным, чуждым. Чувствовал ли Рон то же самое? Первым не выдержал сам Драко. Он отодвинул пустую тарелку и, слегка потянувшись, поднялся. — Я, пожалуй, удалюсь первым, — бросил он, даже не делая попытки убрать за собой посуду. — В свою берлогу? — поддел его Рон. Малфой лишь одарил его выразительным взглядом и, не удостоив ответом, ушёл. Гарри проводил его взглядом, всё ещё пытаясь разобраться в странном ощущении, оставшемся после этого утра. Он не мог точно сказать, что именно казалось ему непривычным: то ли спокойствие Малфоя, то ли их почти дружеский завтрак, то ли собственное чувство расслабленности, от которого он давно отвык. Рыжеволосый потянулся, зевнув, и лениво откинулся на спинку стула. — Ну вот, а ты переживал, — усмехнулся он, возвращая Гарри к реальности. — Что? — Поттер нахмурился. — Что он начнёт чудить пуще обычного. Гарри покачал головой, но на губах мелькнула тень улыбки. Рон же только фыркнул, снова потянувшись к своей кружке. — Ну, раз уж у нас есть свободное утро, может, попробуем вести себя как нормальные люди? Не знаю, почитать газету, поспорить о квиддиче, наконец. Гарри скептически взглянул на него. — Самому от этого не смешно? — Но вдруг он затих. — К слову о квиддиче. Как там дела у Джинни? — О, а вот это уже интересный поворот, — протянул Рон, ухмыляясь. — Ты чего вдруг вспомнил, что у меня есть сестра — твоя, к слову, бывшая? Гарри закатил глаза. — Рон… — Ладно-ладно, без шуток, — примирительно поднял руки Уизли. — У неё всё нормально. Вчера сова от неё приходила, спрашивала, жив ли ты. — Как мило, — хмыкнул Гарри, делая глоток чая. — В отличие от тебя, Джинни хотя бы не забывает, что существует что-то, кроме работы, — не удержался от подколки Рон. Поттер только покачал головой. — А если серьёзно, Гарри. Она постоянно о тебе спрашивает. Интересуется, нашёл ли ты кого-нибудь. Вдруг ты решишь. — Нет, — тут же выпалил брюнет. — У неё же муж есть. — Ну да, — протянул Рон, откидываясь на спинку стула, — но это не мешает ей беспокоиться о тебе, знаешь ли. Гарри только вздохнул, отставляя чашку. — Мне просто не до этого. — Ну конечно, — протянул Уизли, скрестив руки на груди. — Ты всегда так говоришь. — Потому что это правда, — с нажимом ответил Поттер. — Я не хочу сейчас ни о ком думать. Рон какое-то время просто смотрел на него, затем хмыкнул. — Ну смотри, а то так и состаришься в компании отчётов и подозреваемых. — Ты сам-то не сильно лучше, — напомнил ему Гарри. — А вот и нет! У меня, между прочим, есть семья, дети, собака… — Кот. — Какая разница, — отмахнулся Рон. — В общем, ты понял мою мысль. Гарри усмехнулся, но ничего не ответил. Вопрос был закрыт. Из приятной, почти уютной атмосферы их вывел звук настенных часов — стрелки неумолимо показывали одиннадцать утра. Пора было собираться. Оба мужчины, словно по команде закончив завтрак, поднялись с насиженных мест. — Я помою посуду, а ты иди собирайся, — решительно заявил Гарри, чувствуя, что хотя бы так может отблагодарить друга за сытный завтрак. Рон не стал спорить — лишь пожал плечами и, направляясь к выходу, бросил через плечо: — Скоро вернусь и Малфоя с собой захвачу. Уборка не заняла много времени. За короткий промежуток он успел отмыть не только утреннюю посуду, но и накопившуюся за последние пару дней, чувствуя странное удовлетворение от чистоты. Закончив, Гарри вытер руки и мельком взглянул на своё отражение в кухонном окне: растрёпанные волосы, следы усталости под глазами, рубашка, помятая после сна. Пора было привести себя в порядок. Поттер направился в свою комнату, намереваясь переодеться. На полпути он уловил знакомые голоса — похоже, Рон всё же заглянул к Малфою на минутку. Оказавшись в спальне, Гарри быстро переоделся в рабочую одежду, попутно небрежно собирая волосы в короткий пучок. Закрывая дверцу шкафа, он вдруг вспомнил, что у Малфоя до сих пор нет нормальной одежды. Нет, тот мог без проблем носить его вещи, но этого явно было недостаточно. Поттер поморщился, мысленно упрекая себя за то, что до сих пор не решил этот вопрос. Надо либо купить что-то подходящее, либо отправить кого-нибудь из авроров в Малфой-мэнор за его личными вещами. Гарри тяжело вздохнул, отложив задачу на потом. Сейчас главное — работа. Толпа собралась у входа в Министерство — растянулась вдоль главной лестницы и фонтанов, заполнив почти всю площадь. Люди с возмущением в голосе поливали Министра помоями, держа в руках таблички с требованием немедленно предоставить информацию. Они были недовольны: никто не объяснял причины появления патрулей, какого-то дурацкого карантина. Ещё немного — и им вовсе запретят выходить из дома. А если пробьёт час — можно и работы лишиться. Охрана, призванная разогнать митингующих, выстроилась полукругом. С холодным, равнодушным выражением лиц они медленно оттесняли толпу от входа. Пока что без применения силы, но всё к этому шло. Героям оставалось только наблюдать за происходящим, когда сбоку вдруг появились люди в необычной для Министерства форме. Гарри прищурился. Люди в серо-графитовых мантиях двигались синхронно, словно хорошо отрепетированный отряд. Ни эмблем, ни знаков отличия — только строгие капюшоны и ледяное выражение лиц. Они шли прямо через толпу, разделяя её, будто нож, прорезающий ткань. Протестующие начинали пятиться, испуганно переглядываясь, кто-то прижимал таблички к груди, кто-то сворачивал их, будто надеялся, что это избавит от неприятностей. — Это кто вообще такие? — пробормотал Рон, нахмурившись. — Я в жизни таких мантий не видел. — Не наши, — тихо ответил Гарри. — Похоже, внутренние. Или хуже. Он невольно стиснул челюсть от бессилия. Если это прямое поручение сверху, от самого Министерства, — даже его имя тут уже ничего не значит. — Ну вот, сразу бы так. А то я уже начал не узнавать родное Министерство, — отозвался Малфой. Он стоял рядом, но по-прежнему держался в тени, предпочитая быть незамеченным. Руки прятал в карманы, поза была ровной, взгляд — отстранённым. Казалось, всё происходящее его едва ли волновало. Возможно, это было лишь первым впечатлением. — Малфой, не до те… — начал было Рон, но его слова утонули в нарастающем гуле голосов. Толпа взорвалась криками. Люди выкрикивали имена — тех, кто, по мнению «кабинетных крыс», якобы пропал без вести. — Джонас Флетчер! Он выходил за зельями и не вернулся! — Моего брата схватили посреди дня — ни слуху, ни духу! — Министр врёт! Министр молчит! Требуем ответа! Кто-то ударил кулаком по ограде, кто-то бросил табличку в сторону охраны. И всё же большинство продолжало стоять, цепко вцепившись в надежду — быть может, их услышат. Троица поначалу держалась в стороне. Ни Гарри, ни Рон, ни даже Драко не сделали ни шага вперёд, как будто хотели убедиться, что им вообще позволят пройти. Но толпа и не думала расходиться. Напротив — с каждой минутой она становилась всё плотнее, всё громче. Гарри бросил взгляд на Рона. Тот кивнул — коротко и напряжённо. Они сгруппировались, двинувшись вперёд, плечом к плечу, словно пробивая путь. Драко шёл позади, но достаточно близко, дабы поток людей не оттеснил его от двух друзей. Но тут кто-то из толпы узнал Гарри. — Это Поттер! Он должен знать! — Гарри Поттер, вы с ними? — закричала женщина у ограды. — Нас запирают в домах! У моего мужа конфисковали палочку просто так! — Скажите хоть что-нибудь! Вы же нас защищали! К ним тут же потянулись руки, кто-то схватил Гарри за плечо, кто-то — за рукав. — Пропустите! — рявкнул Рон, резко отталкивая самого настойчивого протестующего. — Мы такие же, как вы! Мы ничего не знаем! — Врёте! — ответил тот, тыча пальцем в сторону Рона. — Вы такие же, как те, кто сидят в своих кабинетах, пряча свои жирные рожи! Все вы одна шайка! Толпа сразу подхватила его слова, и волна недовольства накатила на них. Несколько человек шагнули вперёд, перегородив путь, пытаясь замкнуть их в кольцо. Блондин, чьи волосы были аккуратно завязаны в элегантный низкий хвост, с интересом наблюдал, как национальные герои, казалось, попали в ловушку, пытаясь оправдаться перед теми, кого они когда-то защищали. Толпа не ждала — они кричали, требуя ответов. Зрелище быстро наскучило. Он знал, что сейчас никто не готов к обсуждению — они не слушают. Бывший слизеринец почувствовал, как давление вокруг нарастает, и без всякой видимой торопливости, но с решимостью, подхватил обоих мужчин под локти, вырывая их вперёд. — Идём, — произнёс он тихо, но твёрдо. Они пробились сквозь толпу и мгновенно укрылись за спинами охранников. Кто-то из стражей порядка, заметив их, неторопливо шепнул, чтобы они скрылись в здании, пока те продолжают разгонять протестующих. Внутри стало гораздо тише, лишь изредка сквозь окна доносилось слабое эхо голосов бунтовщиков. — Что за?.. — вдруг спросил Рон, оглядываясь на закрытую дверь за спиной. Они не были предупреждены, что Министерство собирается вводить новые меры. — Скоро узнаем, — ответил Гарри, стремительно направляясь вперёд по длинным коридорам, даже не дождавшись спутников. Ему нужны были ответы. Немедленно. Он рванул так быстро, что Уизли и Малфою оставалось лишь догонять его. Рыжеволосый быстро перешёл на бег, но вот новоиспечённый вампир предпочёл придерживаться более сдержанной тактики, держась на расстоянии. Минув несколько пролётов и лестницу, Гарри наконец заметил Маркуса. Тот стоял у стеклянного окна, которое выходило на площадь перед Министерством. За ним происходило что-то более горячее, чем обычные распри. Протестующих теперь разгоняли, активно применяя магию, создавая настоящую бурю из вспышек и всплесков магической энергии. Мужчина обернулся, как только услышал быстрое топанье ботинок. Он знал, что эти двое будут в ярости. Гарри сердито свёл брови, явно намереваясь начать свою речь с менее уместных слов, но Фикс заговорил первым: — Это крайняя мера, Поттер. Я не рад тому, что происходит, но это распоряжение свыше. Наше дело — подчиняться приказам и делать всё возможное, чтобы вернуть контроль над ситуацией. Гарри замер, не зная, как отреагировать. Он был готов к любому объяснению, но не к этому. В голосе Фикса не было ни капли сомнений, ни признаков того, что он сам был разочарован. — Но с людьми поступают хуже, чем с домашним скотом, — не удержавшись, произнёс Гарри, в его голосе звучала едва сдерживаемая ярость. Он понимал, что неподчинение поставит под угрозу его карьеру, но разве он мог просто стоять и смотреть, как поступает Министерство? Разве мог позволить такое? Фикс не изменил выражения лица и сухо ответил: — Это временная мера. Если хотите, чтобы ситуация вновь вернулась под контроль, принимайтесь за работу. Гарри стиснул зубы. Он знал, что не имеет права спорить с Маркусом, но внутри него кипела злоба. Вопросы не прекращались, но сейчас не было времени на раздумья. Ситуация требовала немедленного вмешательства. К разговору подключился Рон: — А кто эти офицеры в серых плащах? На них не было ни знаков, ни чего-то отличительного. Фикс слегка прищурился, внимательно посмотрев на Рона. — Это нововведение, — говорил он сухо, без лишних эмоций, — поручение свыше. Думаю, вы знаете, что ситуация не из лучших, и мы не можем себе позволить обычные методы. Эти люди — из числа тех, кого называют «внутренними». Их задача — контролировать ситуацию в обществе, следить за прессой. В общем, делать всё возможное, чтобы информация не просачивалась наружу. — Он напряжённо выдохнул, заметив за спинами своих сотрудников Малфоя. — Поттер… — Да, сэр? — Я хотел поговорить по поводу вчерашнего, — неожиданно сменил тему мужчина. — А… — Поттер запнулся, вспоминая события предыдущего дня. — Простите, я был не в лучшем состоянии… — Именно поэтому я и хочу с тобой поговорить. Как проходит твоя реабилитация? Ты всё ещё ходишь к специалисту? — Нет, сэр. Работы слишком много, я не могу позволить себе отвлекаться. — Слушай меня внимательно, Поттер. Сейчас не время для самобичевания или нытья. Каждый из нас выполняет свою работу на пределе возможностей, чтобы предотвратить хаос. Но сейчас я приказываю тебе: немедленно обратись к специалисту. Мне нужен мой боец, крепкий и уверенный Поттер, а не размазня, потерянная в своих чувствах. Если ты решишь проигнорировать мой приказ, я немедленно отстраню тебя от работы. Понял? У Поттера не было возможности отказаться, отчего он лишь стиснул челюсти, сдержанно кивая в ответ. — Я понял вас, сэр, — ответил брюнет. Рон вздохнул и едва заметно наклонил голову — немой жест, означающий, что он проследит за выполнением приказа. — Прекрасно. Все отделения аврората выходят на вылазки. Вы — через два часа, как только прибудет первая группа. Теперь свободны. — Маркус сделал короткую паузу, переводя взгляд на третьего из них. — Малфой, ты отправишься к учёным. Они уже интересовались тобой. Подробностей не знаю, но не заставляй их ждать. — Он резко кивнул, давая понять, что разговор окончен. — Всё. Свободны. Мужчина вновь повернулся лицом к происходящему за окном, давая понять, что дальнейшего диалога не будет. Поттер, несмотря на противоречивые чувства, отступил. Он коротко кивнул Рону с Драко, намекая идти вперёд, не дожидаясь его. У него ещё остались дела. Ещё оставалось то, на что он действительно мог хоть как-то повлиять. Дважды просить не пришлось. Рон выдохнул и, кивнув Малфою, направился в сторону отдела. Драко шёл позади, не торопясь, будучи необычно молчаливым — Рон всё ещё не мог привыкнуть к таким переменам. Но сейчас блондин чётко сфокусировался на мысли, что вскоре вновь встретится с причиной своих ночных кошмаров. Он не мог вечно прятаться от исследователей за спиной у Поттера. Ему необходимо получить доступ к желанным записям. Чего бы ему этого ни стоило. Отдел авроров встретил их приглушённым гулом голосов, лёгким запахом кофе и привычной суматохой утренней работы. Несколько сотрудников мельком бросили взгляды на Драко, но, увидев рядом Рона, поспешили вернуться к делам. — Ого, — раздался знакомый голос. Из соседней комнаты вышел Невилл Долгопупс — в запятнанной зеленью мантии, с лейкой в одной руке и свитком в другой. Он остановился, увидев Драко. Несколько секунд молчал, изучающе глядя на него. Мужчина был наслышан о нём, но до сего дня не встречался лично. — Кто это к нам пожаловал, — засветился Невилл, освещая своей улыбкой весь этаж. — Малфой собственной персоной. Не думал, что однажды увижу тебя здесь не в наручниках, а в сопровождении Уизли. Драко поднял бровь. — В жизни много неожиданностей, — проговорил он спокойно, взгляд его остался холодным, но без издёвки. — Иногда даже приятных. — Приятных, говоришь? — переспросил Невилл, хитро прищурившись. — Что ж, если Министерство решило взять тебя под крыло, значит, у них на это есть причины. Хотя, признаться, ты… изменился, — его голос немного смягчился, пока он с интересом разглядывал мужчину перед собой. — Извини, — добавил Невилл, опустив глаза. — Это прозвучало не так. Просто… неожиданно видеть тебя таким. Драко равнодушно пожал плечами, не придавая особого значения этим словам. Он был убеждён, что многие говорят о незначительных изменениях в его характере, но не более. — Ты не первый, кто это говорит, — произнёс он сухо. — Видимо, это правда. Рон усмехнулся, почесав затылок. — Ну… по сравнению с тем высокомерным засранцем, которым ты был в школе — да, перемены впечатляют. — Спасибо, Уизли, — с иронией ответил Драко. — Твоё признание так много для меня значит. Невилл, кажется, собирался вставить ещё одно добродушное замечание, но в этот момент в помещение вошёл Гарри. Его лицо всё ещё было искажено эмоциями: брови сдвинуты, ноздри слегка расширены, взгляд сосредоточенный и острый. — О, Гарри, а я всё ждал, когда ты появишься, — радостно произнёс Невилл, но замер, заметив, что первым делом его друг направился именно к Малфою. — Я всё уладил, — резко начал Гарри, не глядя ни на кого, кроме Драко. — Сегодня тебя никто трогать не будет. Когда мы с Роном уйдём, ты останешься под присмотром Невилла. — Что? — неверяще переспросил Невилл, ошеломлённо моргая. — Со мной? — Поттер, — вмешался Драко с холодной усмешкой, — с таким же успехом ты мог бы оставить меня дома. Или лучше запереть в подвале. — Ты не в том положении, чтобы вступать в дискуссии, Малфой, — отрезал Гарри. — Это временно. Мне нужно, чтобы ты был в безопасности, пока мы будем на задании. — Может хватит вести себя так, словно я твоя ответственность? — процедил Драко, скрещивая руки на груди. — У меня по-прежнему есть право голоса. И мне решать, с кем оставаться. — На сегодняшний день это решаю именно я, — отрезал Гарри, бросив на него быстрый взгляд. — У тебя есть ровно полчаса, чтобы подготовиться. Блондин метнул выразительный взгляд на повзрослевшего Долгопупса, явно ожидая, что тот встанет на его сторону, возмутится или хотя бы выскажется против этой затеи. Однако Невилл только слегка развёл руками и, немного смутившись, поднял их в примиряющем жесте: — Я просто ботаник, — пожал плечами он. — И, между прочим, пацифист. — Великолепно, — пробормотал Драко с оттенком раздражения. — Меня охраняет садовник с душой святого. И почему ты так легко с этим согласился? Невилл задумчиво посмотрел на него, будто пытался разглядеть в этом новом Малфое хоть что-то от прежнего. — Мне просто интересно, — коротко ответил он. Гарри наконец выдохнул, понимая, что теперь сможет полноценно заняться работой. Он уже собирался подойти к Невиллу, чтобы расспросить его о происходящем, как вдруг в дверном проёме показались двое взволнованных новобранцев, спешащих прямо к ним. — О нет… — тихо прошипел Рон. — Мистер Поттер! Мистер Уизли! — окликнули их стажёры. — Только что поступило извещение: вы должны немедленно приступить к своим обязанностям. С прошлой группой что-то произошло! Рон и Гарри переглянулись. Их словно обдало кипятком, возвращая в реальность бытия. Поттер рефлекторно вытащил волшебную палочку из кобуры, даже не осознавая этого. — Что значит «что-то случилось»? — хмуро уточнил он, подходя ближе. — Связь с группой, которая выехала на юг Лондона, прервалась. Последний сигнал пришёл с окраин, — отозвался один из стажёров, запинаясь. — Фикс требует немедленного реагирования. Вас назначили старшими по выезду. — Прекрасно, — буркнул Рон, глядя в потолок. Гарри укладкой глянул в сторону Невилла с Драко, коротко кивнув. — Не геройствуй, — бросил Поттер на прощание, будто предчувствуя, что следующая встреча уже не будет такой будничной. — Я хотел сказать то же самое, — спокойно ответил Драко. Невилл поправил свою скомканную мантию и добавил: — Идите, я присмотрю за ним. Рон усмехнулся и коротко кивнул. Спустя всего несколько секунд они с Гарри уже скрылись за поворотом, растворяясь в гуле и суете авроратского утра. Малфой, ощущая на себе пристальные взгляды сотрудников, неторопливо прошёл внутрь отдела и бесшумно опустился на стул рядом с рабочим местом Долгопупса. Это был не личный кабинет, а общее пространство с несколькими столами, принадлежавшими другим аврорам. Драко молча устроился на краю стула, аккуратно сложив руки перед собой. Пространство казалось чужим — слишком ярким, шумным, живым. Он чувствовал себя вырезанным из другого мира и вклеенным в этот, как неудачная закладка. Рядом щёлкало перо, кто-то смеялся в дальней части зала, один из авроров пролистал толстую папку с таким рвением, будто хотел стереть страницы. Для Драко каждый звук отдавался в ушах. Ноздри слабо трепетали от запаха кофе, бумаги и едва уловимого металлического оттенка крови. Он поморщился, языком проходя по резцам. Он понимал, что не сможет долго оставаться в подвешенном состоянии. Его ощущения не были обманчивы — прятаться вечно не выйдет. Но сказать это вслух… Попросить. Слишком много лет он ни у кого ничего не просил. Особенно у таких, как Долгопупс. Он бросил взгляд на Невилла, тот был занят — аккуратно раскладывал свитки, сортировал стопки. В его движениях было что-то странно успокаивающее. Невилл был из тех, кто редко вмешивался, но если уж вступал в дело, то делал это с полной самоотдачей. Драко провёл рукой по виску, отгоняя мысли. Жажда знаний, информации, контроля росла, и он больше не мог позволить себе топтаться на месте. — Долгопупс, — тихо проговорил он, не поднимая голоса. Невилл поднял взгляд. — Мне нужно, чтобы ты отвёл меня к учёным. Сегодня. Желательно — как можно скорее. Невилл моргнул, не сразу поняв, что тот говорит всерьёз. — Ты уверен? Мне говорили, что ты их, как огня, избегаешь, — осторожно произнёс он. — Да, — отозвался Драко, и в его голосе не было ни капли колебания, только лёгкая усталость. Он ненадолго замолчал, будто подбирая нужные слова — не просто объяснение, а что-то вроде ключа к доверию, к сердцу Долгопупса. — Я знаю, что смогу быть полезен, — произнёс он наконец, глядя не прямо, а куда-то в пространство между ними. — Поттер слишком печётся обо мне… Ты сам видел. Возможно, он и не осознаёт, что своим желанием защитить — мешает. Оттягивает то, что должно было случиться ещё вчера. — Если отведёшь меня сейчас, то, возможно, я успею вернуться к моменту возвращения Поттера. Тогда он ничего не узнает, — добавил Драко, снова погружаясь в свои размышления. Невилл пару секунд молчал, обдумывая предложение. С одной стороны, он глубоко уважал Поттера, и если бы дело не касалось Малфоя, то он бы не стал и слушать подобные заявления. С другой стороны, он прекрасно понимал, что блондин прав. Гарри был ослеплён собственной лояльностью, пытался уберечь того, кто, возможно, больше не нуждался в опеке. — Ладно, — наконец сказал он, и в его голосе не было ни тени сомнения. — Я отведу тебя, но ты будешь там пай-мальчиком, понял? Не хочу, чтобы твои проблемы потом стали моими. Драко кивнул, а в глазах блеснуло что-то едва уловимое. — Договорились, — тихо ответил он. Невилл встал, не говоря больше ни слова, и направился к двери, открывая её. Малфой последовал за ним, чувствуя, как с каждым шагом он приближается к своей цели.