Silent Districts

      В среду в «Танцах» появляются двое новых людей, но детектив даже не подходит: на наёмников не похожи, на людей, обладающих ценной информацией по расследованию, тоже...             Сила воли: Тебя просто отпугивают волосы. Признай это и иди поговори.       После знакомства с Клаасье – разговор с которой он тоже оттягивает – блондинистая шевелюра и впрямь отталкивающая.             Драма: Это может быть прикрытие своего рода. Камуфляж!       «Ага, да, или отпугивающий окрас...»             Авторитет: Трусишка.       Подзуживания детектив игнорирует: ему интереснее проход на побережье, который наконец-то открывается, и он, естественно, несётся исследовать, попутно цепляясь за хорошо видимые следы резины у ломбарда и на крыше последнего. Следы гонят по нему уже более ощутимый холодок. Кто-то перепрыгивает на мотокарете канал...       Ким, держащийся немного ближе вчерашнего, вопросительно глядит на него, но он молчит, настороженный предчувствием.       Последнее растёт, когда он видит погружённую в прибрежный лёд мотокарету. Ким предлагает подождать отлива; он храбрится, отчаянно сражаясь с подступающей к сознательной части рассудка мыслью, но она всё равно накидывается на него и поглощает целиком.       Приходит в себя он на снегу – примерно в том же месте, куда, придавленный осознанием, соскальзывает с сиденья качелей. Ким сидит у своего на коленях; через доску переброшена рука, голова покоится на остающемся рядом месте. Вокруг снова темно – в белый-то день...             Стойкость: Он тоже приходит в себя.             Болевой порог: Ты бы и сам как-то уже приучался пристраиваться перед отключкой...       Ким и впрямь поднимает голову, первым делом – так же, как и он, – находя его взглядом.       – Вы в порядке? Поднимайтесь, иначе промокнете. Снег уже слишком мокрый.       Сам Ким так и делает, хорошенько отряхивая штанины внизу, и он подбирается; головная боль утихает. Не совсем, все сопутствующие ломке эффекты остаются, но и на том спасибо.       Ему участливо отряхивают плечо, за которое затем подбадривающе берут – но взгляд непреклонно указывает на мотокарету.       Оказывается, чутьё у Кима достаточно неплохое: он находит своё удостоверение, на которое долго смотрит.       – Это... моё имя? – задаёт он глупейший вопрос на свете.       – Похоже на то. Эврар знал фамилию точно... видимо, полным именем вы пользуетесь крайне редко. Неудивительно; никого не называют «Гарье», так что понятно, почему более ходовым вышло сокращение «Гарри». С возвращением имени, детектив. – Ким едва заметно улыбается.       Детектив моргает. Имя ему не нравится. Но Ким так очаровательно это произносит...             Риторика: ...что уже и нравится?             Электрохимия: Я слышал этот скепсис. Для уточнения: да, нравится.             Логика: Я думаю, скепсис был не по этому поводу.             Полицейская волна: Он всё равно не будет тебя так называть. Будет по-прежнему «детектив», когда он тобой доволен, и «офицер», когда зол.       «А почему это у него всего два состояния?»             Самообладание: К тебе невозможно оставаться равнодушным. Так что, принимаешь имя?       – Пусть будет, – роняет он со вздохом, словно не ему до чёртиков нравятся звуки из уст Кима. – Смотри-ка, мы помимо расследования ещё и целого копа соберём! – хорохорится он, пока взгляд не падает на мотокарету снова. – Или... не совсем целого...       – Мне жаль, Гарри, – Ким сочувственно касается его плеча. – Мне очень жаль. Но теперь мы больше ничего здесь не можем сделать. Давайте двигаться дальше.       За неимением иных вариантов Гарри так и поступает, хоть немного приободрённый наличием документов: уже не никто. Теперь бы ещё оружие раздобыть...       Вместо этого он неожиданно раздобывает ключ к месту, где возможно бесплатно заночевать.       – Если захотите остановиться здесь на ночь, утром я буду ждать снаружи, – извещает его Ким.             Концептуализация: Теперь ты под присмотром. Строгим.       «Почему?»             Концептуализация: Он понял, что ты пытался сотворить на мотокарете. И он тебе не позволит, если узнает, что ты опять соберёшься на тот свет.       «Разве это не исключительно моё решение?» – задаётся он вопросом, встречая непроницаемый взгляд Кима.             Внутренняя империя: Было бы твоё, не заведи этот ублюдок песню о богах заново.             Концептуализация: У каждого бога сильная и категорическая воля.             Внутренняя империя: И теперь большинство из нас на него оглядывается. Что ты наделал...       – Я бы предпочёл, чтобы ты не мёрз. Стучись, когда придёшь, хорошо? Я встану, – говорит Гарри, даже не думая перечить и настаивать на том, чтобы утром самому разыскать напарника в «Танцах».             Полицейская волна: Ты утром уже разыскал напарника в «Танцах»...             Эмпатия: Ой, не хочу о нём говорить. Отвянь.       На этом всё внутри и впрямь умолкает. Несколько озадаченный Гарри направляется по деревне дальше... и знакомится с местной рыбачкой.             Грубая сила: Смотри! Меч! Нам нужно такое добыть! Поговори с ней!             Риторика: Ты воодушевился от меча или от вида красивой женщины?             Логика: После вида упившихся до черноты алкашей немудрено воодушевиться. Тем более что она в текущую фазу выглядит нормально.             Восприятие: У неё тоже кровь на руках.             Эмпатия: Но она не монстр.             Координация: Я всё ещё настаиваю на том, что нам нужно оружие. Хотя бы разговори её...             Грубая сила: Давай, позови её на свидание! Нам нужно знать, где она взяла такую штуку!       Гарри толком понимает, что такое свидание, уже когда получает ответ. Знай он заранее...             Сила воли: Ну, теперь поздно, ты уже ляпнул. Обратно не крутится. Терпи теперь взгляд лейтенанта; сам виноват.       Ким и в самом деле слегка холоднеет; наблюдает за ними какое-то время, затем скрывается за пределами видимости. Угольная взвесь в воздухе способствует. Лильенн тем временем заводит с ним разговор о боге, и он навостряет уши целиком в её сторону.             Концептуализация: Так это солнце для неё, да?.. Нам не подходит. Слишком жестокий.             Эмпатия: И слишком далекий.             Самообладание: Это, как правило, идёт в комплекте.             Энциклопедия: Но всё ещё... разговор был интересный. Мне понравилось.       Напоследок ему вручают меч. Просто... дарят. Лильенн говорит, что ей он больше не нужен.             Сумрак: Ну, глядя на него поближе... в быту найдутся штуки острее.             Грубая сила: Но не всегда прочнее. Эта пригодится. Сгодится отбиться.       Гарри искренне благодарит – и мчится искать Кима. Из-за низкой видимости делать это сложно, так что он рискует позвать.       – Ким! Ки-им!       Тишина.       – Ким? Лейтенант? Где ты?             Восприятие: Тростники неподалёку тихо шуршат. Но звука шагов нет... Что это?       «Что?»             Восприятие: Шуршит как... погремушка?..             Сумрак: Змея!       Он отпрядывает от звука, осматривая землю, но дальше случается то, чего он ожидает минимально: на него вылетает огромная змеища толщиной с его собственную руку, сразу поднимающаяся высоко, на человеческий рост.             Самообладание: Беги! И – старайся держать в поле зрения, она бросается на большое расстояние.             Энциклопедия: Что это? Гремучие змеи не вырастают до таких размеров! Что это такое?!             Сумрак: ЗАХЛОПНИСЬ, ТЫ ТРАТИШЬ ВРЕМЯ.             Восприятие: Она гремит снова!       Гарри пятится, готовый шарахнуться в сторону. Помимо шуршащего звука ему достаётся и шипения от слегка опускающейся вниз змеи, с изящным покачиванием следующей за ним.             Энциклопедия: Может, ты просто зашёл на её территорию? Просто медленно отступай! Не выказывай агрессии!             Эквилибристика: Нет, знаете, он, может, дело говорит?       Отступающий Гарри приподнимает руки, показывая, что пустые и что он вообще безобидный как котёнок. Змея движется следом, опять шипя.             Сумрак: Да пошёл он нахрен; она опять бросается!       Он отпрыгивает назад, молясь на приемлемый ландшафт под ногами.             Сумрак: Вбок, придурок!       Под ноги, к счастью, ничего не попадается. А вот змея останавливается в трёх шагах и опять поднимается повыше, чтобы в верхней точке яростно зашипеть.             Визуальный анализ: Это намеренно короткий рывок. Тебя теснят. Это не нападение.             Восприятие: Клычищи тебя не беспокоят? И... погоди-ка...       Годить некуда: его с шипением поджимают. Причём с выразительным таким...             Логика: Отступай к качелям. Вы отсидели там кучу времени, и никто вас не трогал.       Вот этой мысли он следует. Звучит резонно.             Восприятие: ...у неё короткие дорожки от глаз?             Концептуализация: Что?.. Гарри, что бы ты ни делал, не поворачивайся спиной. Вообще не отворачивайся. Возможно, ты что-то сделал.             Логика: Думаешь, это кто-то из местных? Монстр?             Концептуализация: ...идиоты.             Внутренняя империя: Нет, это ты грёбанный идиот. И физрук вслед за тобой.       Гарри находит в окружающей тьме качели... но его не оставляют в покое.             Сумрак: Умник, блин. Потеряйся в штангах. Авось да башкой долбанётся, будет время удрать.             Драма: Она почти как... как будто ругается с нами! Может... поговорить с ней в ответ?             Сумрак: Свали. Не до тебя.       Гарри отступает и к штангам, но из-за стойкого опасения отворачиваться просчитывается и врезается башкой сам, когда решает ею повертеть. Аккурат в висок.             Сумрак: Ну всё. Если не качели, то эта хрень добьёт. Адьёс. Я вас не любил.       Теперь Мартинез вечерний. Почти ночной. Воздух, однако, чистый и пронизан свечением из окон «Танцев», на балкон которых доставляет его сон.       На этот раз искать никого не надо. На этот раз он сам уже, похоже, найден; напротив него, по-кошачьи щурясь, курит молодчик, чем-то сильно смахивающий на Кима.             Визуальный анализ: Выглядит и впрямь как образец Кима лет двадцати с лишним. Просто... э... атрибутика сбивает тебя с толку.       Образец Кима по-женски отводит предплечье после затяжки, физически ощутимо ощупывая его взглядом. Падающая на одну сторону чёлка почти скрывает глаз, очки уже круглые, но линзы куда меньше привычных. Что до одежды...       Гарри непроизвольно сглатывает. Обилие ремней и пряжек вызывает в нём странное ощущение – как и едва доступная взгляду узкая полоса сетчатой майки под кожаной курткой.       Спрашивать из-за этого всего кажется максимально неуместным, но у него нет особенного выбора.       – Что? – с ним заговаривают первым, выдёргивая инициативу.       – ...будешь... э...       Сигарета немного укорачивается на очередной затяжке.       – Я помню вопрос, можешь не вымучивать, – собеседник отстраняется от перил, ступая ближе, и ему делается не по себе. – Почему нет... но что ты будешь для меня делать, мишутка?       Гарри тихонько, по инерции отступает, опасаясь отворачиваться, и его нагоняют.             Восприятие: Дым пахнет каштанами.       – Что такое? Бедного мальчугана можно было напрячь вопросом, а теперь неудобно? – интересуются у него, щурясь, почти касаясь грудью. Гарри отступает ещё и, чувствуя за собой стекло, теперь ступает вбок, нащупывая ручку двери с балкона.             Восприятие: Куртка шуршит, когда он ступает следом за тобой.             Сумрак: Вот дерьмо...             Восприятие: Ручка!       Её Гарри и дёргает, проскальзывает в дверную щель спиной...       ...и вываливается в реальность.             Сумрак: Мы живы!             Болевой порог: Эге, у мёртвых башка не болит...             Сумрак: ...почему мы живы? Глаза открывай осторожно.             Восприятие: Судя по всему, мы сидим. Спина прислонена к чему-то узкому...             Визуальный анализ: По-прежнему у качелей, похоже.       Гарри рискует приоткрыть глаз.       – Всё в порядке, детектив, – звучит рядом знакомый голос. Только немного скованно. – Приходите в себя. Нам следует работать.             Эмпатия: Такое странное ощущение... лучше не задавай вопросов. Ещё рано выяснять, в чём дело.       Он следует чутью, хорошо ему служащему, и ничего не спрашивает о том, где Кима носит. Мало ли, вдруг по нужде отходит...       Напарник поглядывает искоса на него, на сменивший хозяина меч, но тоже молчит, не задавая вопросов.       Время идёт дальше.             Координация: Кхм-кхм.       «Чего?»             Координация: Пистолет.       Спохватывающийся Гарри отправляет Кима отвозить тело в морг, подумывая, что на него по этому поводу и косятся, однако отчётливой реакции на это не следует – ни одобрения, ни укоризны касательно прошедшего времени.       – Будьте осторожны, – наставляют его перед прощанием, странно, извинительно поглядывая в глаза. – Лучше возьмите что-нибудь в книжном и проведите вечер в безопасном месте за чтением. Особенно если фаза переключится снова – а это очень вероятно.       – А если я решу ещё немного порасследовать?             Самообладание: Он едва заметно щурится.             Полицейская волна: «Я же только что сказал, что не стоит», – думает он.       – Просто не раскрывайте дело без меня, – отпускает Ким полушутку. – Осторожнее с местными, если они в дурном настрое. И следите за спиной. У части монстров шаги очень тихие.             Энциклопедия: ...а у части – громкие. Но не обычные.             Сумрак: Вообще, если тебя в них хоть что-нибудь настораживает – лучше поберечься.       На этом Ким его покидает на вечер. И он, пользуясь остающимся в его распоряжении времени, направляется к Эврару за новостями.       Его встречают ещё одним требованием. Теперь – добыть две подписи.             Логика: А я говорил, что цена завысится.       Гарри пока что задачу принимает. Но исполнять не торопится, первым делом возвращаясь в хижину на берегу, чтобы внимательнее ознакомиться с документом.             Логика: Н-да, не всё тут гладко-сладко...       Он хмурится, понимая, что именно не так; задача превращается в сугубо моральный выбор.             Координация: Моральный? МОРАЛЬНЫЙ? Забери свою пушку обратно, иначе я не дам тебе спокойно спать. Ты всех нас погубишь.             Сумрак: Эй, это мои слова.             Эквилибристика: Послушай, Эврар ведь всё равно своего добьётся, так или иначе. Ты хотя бы выгоду от этого получишь. Верни пистолет.             Техника: Ты можешь подделать подписи. Это убережёт все стороны.       Гарри так и поступает.       И, когда он собирается выходить обратно, мир снова принимает более мрачную форму. Естественно, отключая его при этом.             Логика: Надеюсь, прошло не слишком много времени.       Гарри с кряхтением поднимается с пола, придерживаясь за голову. Один плюс – можно не отряхиваться особо усердно.             Эквилибристика: Пошёл-пошёл-пошёл!       Он мчится в порт, пугающе тёмный и ржавый, и только капельку переводит дух перед одиночной встречей с пауком. Работает же он как-то уже восемнадцать лет с таким дерьмом, должен управиться сам...       Паук смеётся, потряхивая брюшком.       – Я знал, что вы наш человек, мистер Дюбуа! Мне передали, что вы отправили конвертик куда надо. А теперь...             Логика: Я говорил тебе, что цена будет завышаться!             Сумрак: Да? А как насчёт вспороть кое-кому жирное брюхо? Джойс будет просто счастлива.       – Хм... У вас сегодня встреча в десять вечера на пирсе, мистер Дюбуа, – внезапно извещают его. – Там вы найдёте свой пистолет.             Самообладание: Благодари лёгкие, едва уловимые перемены у себя на лице. Паук чует.       – Спасибо, – только и роняет Гарри, почти нежно оглаживая подушечкой большого пальца навершие рукояти меча.             Сумрак: «Я могу вернуться, если мне что-то не понравится». Паук чует и это. Брюхом-то дорожит.             Логика: Время поджимает. Иди. И постарайся не поймать на хвост ту штуку в тростниках...             Концептуализация: Штуки пока нет. Беги, проще с хвоста стряхнуть кого-то в этой темнотище, чем ползти да приглядываться.       Десяти вечера Гарри дожидается возле церкви, чувствуя себя в некоторой мере в безопасности подле этого здания, и тогда идёт на пирс.       Чего он не ждёт – вообще никак – это воя полицейской сирены.             Внутренняя империя: Только не говорите... только не говорите мне, что сейчас это будет олицетворение всей полицейской атрибутики... Я не хочу...             Эмпатия [Легендарно: Неудача]: Я не хочу больше... Я не могу.             Сила воли: Нет, ты можешь. Собери яйца в кулак и иди. Тебе нужно вернуть своё табельное оружие.             Полицейская волна: ...мне страшно.             Сила воли: Прекрати слушать себя – кроме меня – и иди. Это не так страшно.             Внутренняя империя: Мы проиграли этому единожды.             Логика: Никто не говорил, что там будет именно это. Для начала подберись поближе и просто посмотри, ладно?       Гарри хватается за самую здравую идею и осторожно идёт на звук.       К его удивлению – и огромному облегчению – он находит просто человека. Обычного. Да, деменция – это страшно, но не настолько, как аналог, в противостоянии которому он понесёт куда больший урон.             Координация: Моя детка... моя лялечка...             Сила воли: Прекрати всхлипывать над пистолетом.             Координация: Я рад. Попробуй запрети.             Сила воли: Радуйся потише. Гарри, нам пора на боковую. Не искушай судьбу сегодня больше.       Он так и поступает.       Утро уже нормальное. Ким ждёт снаружи хижины, с виду немного подмёрзший, но тем же видом показывает, что это не стоит упоминания, и Гарри выбирает за лучшее не бухтеть по поводу собственной просьбы стучаться утром. К тому же, он не чувствует себя в положении бухтеть: ему становится стыдно за украдкой добытый пистолет, который он старается не показывать. Но когда-то же надо будет сказать...       Он избегает и упоминаний, и тем, которые могут к этому подвести, отчего закономерно прикручивает болтовню, и Ким косится на него чаще и страннее вчерашнего.             Внушение: Кстати, ты сейчас можешь заниматься всякими побочными заданиями под видом поиска Руби. Он ничего не скажет.       «Почему?»             Эмпатия: Он чувствует себя виноватым.       «За что?»             Эмпатия [Немыслимо: Неудача]: Мне почём знать?       Чешущий тыковку Гарри так и поступает, почёсывая вдобавок интерес к окружающему миру – и в первую очередь к церкви: его волнует как дыра в пространстве, так и молодёжь, отстуживающая себе на льду всё возможное. К тому же, танцевальная музыка что-то в нём трогает, настолько, что он забывает даже про фазу мира вокруг...       Он зазывает потанцевать и Кима в попытке расшевелить – а то лейтенант слишком уж тщательно что-то в себе переваривает и разговаривает так, что приходится прислушиваться, – и у него удаётся! Ким с ним отплясывает! Правда, недолго, и потом, коротко жмуря чёрные глаза, уведомляет его, что идёт ненадолго проветриться. Он же... немного перебарщивает. То ли до отключки, то ли до транса...       Обдумывать всё, что к нему приходит во время недвижимого лежания на полу, он оставляет на потом, первым делом выбираясь наружу, чтобы найти Кима: мир всё ещё не переключается обратно (хоть он немного надеется, но увы, никаких безболезненных переходов), и им обоим нужно держаться вместе.       Кима снаружи нет.             Эмпатия: Может быть, возле качелей? Напоминает себе о том, что ты утопил мотокарету...             Внушение: Да ну? Хочешь сказать, что ты так сильно ему нравишься, что ему нужны такие напоминания?             Электрохимия: Ага.             Внушение: Тогда идём скорее, пока он не насмотрелся!       Гарри тихонько пробирается до качелей, но и там никого. Тогда он садится, раздумывая, и машинально насвистывает, пока думает, где имеет смысл искать ещё.             Восприятие: ...ты это слышал?             Логика: Может, к хижине? Уже вечереет, может быть, он решил, что ты натанцуешься и устанешь ещё что-либо делать сегодня...             Восприятие: Эй, там странно грохнуло второй раз...             Внушение: Или к Лильенн переговорить? Он странно отреагировал на ваше «свидание». Учитывая, что оно свиданием и не было, может быть, надо было сразу обсудить...             Грубая сила: Да какое ему должно быть дело?             Полицейская волна: Ну, мы обычно не занимаемся свиданиями на расследованиях!             Восприятие: ЭЙ!       Гарри торопливо выныривает в окружающий мир, чтобы понять, в чём дело, и у «Купри» напротив него слепяще включаются фары.             Техника: Разве она не была передней частью во льду?..       Следом рычит мотор. Передние колёса, уже находящиеся на льду, странно покачиваются, пока мотокарета выталкивает себя из проёма. За рулём никого, насколько удаётся рассмотреть прикрывающему глаза Гарри.             Концептуализация: Она жива.             Логика: В ней нет топлива!             Сумрак: Она жива, и она идёт за тобой. Беги!       «Купри», яростно взвывая мотором, выбирается на лёд, аж подбрасывая задней частью, словно лошадь, немного подправляет угол...             Сумрак: Угол тарана, БЕГИ!       ...и срывается в его сторону. Гарри успевает соскользнуть с сиденья качелей и метнуться вбок, и «Купри», тормозящая ещё загодя, только тычется крышей кабины в штангу качелей. Затем даёт задний ход, чтобы развернуться к Гарри.             Концептуализация: Ну что же, вот вам ваша полицейская атрибутика, каркуши...             Логика: Я не понимаю! Технически мотокарета – не монстр! Она даже не живая!             Энциклопедия: Ну, мотокарета – нет. А вот страхи и деяния – вполне. Лейтенант говорил, помнишь?             Эквилибристика: В сторону!       Гарри прыгает в сторону без намёка на уловки: просто бросается, падая в снег – только бы не попасть под колёса.             Логика: О боже... Что теперь с этим делать? Что он говорил? Разбираться? Как тут с этим разбираться, если и так всё понятно? У нас нет оружия, которое её возьмёт, и с ней невозможно поговорить, это чёртова машина...             Концептуализация: Ты уже посвистел.             Логика: Что?             Эквилибристика: Осторожнее возле качелей, не врежься опять головой.       Гарри принимает во внимание, пока движется вбок параллельно с поворачивающейся за ним «Купри».             Логика: Прости, что?             Концептуализация: Просто жди. Я говорил про божественную волю. Жди божественное вмешательство.             Логика: Совсем поехавший. Гарри, может быть, попробовать заманить её в канал? Оттуда точно не выберется.       «Хорошая идея...»             Восприятие: Слева! Движение!       В поле зрения из-за завесы угольной пыли появляется Ким.       – Нет! – Гарри отпугивающе взмахивает ладонью. – Не подходи!             Логика: Окей... ты уверен, что он видит то же, что и ты?       «Нет?..»             Концептуализация: Видит. Не мешай.       «Купри» немного медлит, пока Ким приближается к нему, и его бросает в дрожь: он всё равно не уверен в том, что видит или воспринимает Ким, и поэтому не уверен в дальнейших действиях.       Ким проходит мимо, мимолётно касаясь его плеча.             Восприятие: Я... всё ещё не слышу его шагов.             Сумрак: ...погодите-ка?!             Внутренняя империя: Он может не слышать наших тоже в этой фазе. Мы... Насвистывание и впрямь могло помочь.       Лейтенант тем временем бесстрашно ступает к «Купри», движущейся навстречу, и упирается ладонью в капот.             Самообладание: Он не напуган, в отличие от тебя. Для него это просто чужой страх – а он умеет подавить и собственный. Что уж говорить о твоём...             Восприятие [Легендарно: Неудача]: Он говорит что-то, но я не слышу за шумом мотора.       «Купри» сдаёт назад. Причём немного заворачивая – движется к прежнему месту обитания. Гарри бочком отступает к качелям, чтобы придержаться за штангу: в ногах правды уже маловато, особенно после испуга за обоих.             Логика: Да чтоб я сдох. Может, мы галлюцинируем?             Внутренняя империя: К сожалению, нет. Для вас обоих всё это вполне реально.       Мотокарета вползает на прежнее место обитания и проседает задней частью обратно в расколотый лёд. Фары погасают; остаётся только оранжевая куртка, сочная, словно люминесцирующая. Наступает – наконец-то – тишина. По Гарри течёт облегчение, теснясь с дурнотой; он с выдохом опирается лбом об штангу качелей...             Болевой порог [Невозможно: Неудача]: Голова...       Он сползает на колени, стараясь в процессе обняться со штангой понадёжнее, чтобы не валяться в снегу снова.       – ...детектив.       Гарри сжимает веки плотнее, машинально побаиваясь открывать глаза – вдруг ещё ничего не кончено, вдруг дальше «Квалсунд 10-20 НК» из порта приползёт, – но затем понимает, что ничего в организме не сигнализирует об опасности.       – Гарри. Вы в порядке?             Восприятие: Лица по обе стороны касается ткань перчаток. Почти ласково.             Электрохимия: Боже, как приятно.       Гарри открывает глаза, моргая на нависающего сверху Кима. И понимает, что так и сидит у качелей на коленях.             Самообладание: Неловко...             Концептуализация: Но правильно.             Внутренняя империя: Нет. Нет-нет-нет, это неправильно. Я понимаю, в церкви ты на колени завалился перед витражом, вполне оправданно, но...             Концептуализация: Ты хотел под колёса «Купри»? Цени.       – Я... да, я... жить буду. Спасибо...       Ким кивает, но пока что не отпускает.       – Кстати, я всё пытался выбрать время сказать... – делятся с ним с некоторым колебанием. – Простите, что нашипел на вас вчера. Я забыл, что для вас всё в новинку. Вы подцепили слово где-то в книжном? Или по радио?             Логика: Вчера?             Внутренняя империя: Нашипел?             Концептуализация: Ну. Вы так и не догадались...             Внушение: Так это и было по поводу свидания! А я говорил! Зависть!             Эмпатия: Возможно, даже ревность...       – Да... в книжном, – отбрехивается Гарри, пытаясь переварить откровение. Ким... не знает, что он вчера видит? Или знает?             Концептуализация: После синхронизации с тобой и знакомства с твоей «Купри» – догадывается. Кстати, не хочешь ничего сказать, пока ты там?       – Кстати, я тоже хотел сказать... я вчера вечером разыскал свой пистолет, – признаётся он, продолжая смотреть вверх. – Утром почувствовал себя... не в своей тарелке.       – О. Вот как. Я подумал, что вы на меня затаили обиду, – Ким кивает так, словно закрывает свой небольшой сторонний квест, и, отпуская его, выпрямляется. – Рад, что мы прояснили вопрос. И что вы нашли свой пистолет. А теперь вставайте, у нас всё ещё есть дела.