Je ne parle pas votre langue

Макс поймал себя на мысли, что ждёт каждого следующего урока как наркотик. Чтобы ещё один лишний раз полюбоваться упертым французом. Это пугало. Или не совсем. Они встречались три раза в неделю. Шарль приносил то детские книжки, то распечатки с какими-то упражнениями, то просто садился напротив и говорил: «Alors, parle-moi» . И Макс говорил. Коверкал слова, путал окончания, злился, когда Шарль смеялся, но говорил. А Шарль… Шарль постоянно пялился на Макса, вообще не скрываясь. И вот это все оказалось самой большой проблемой для Макса. С каждым разом Макс всё больше ощущал завязывающийся узел внизу живота, что выходило уже за все рамки приличия. Потому что во первых, ну не может у него вставать просто на милую мордашку человека, говорящего своим сладко-мурчащим голосом что-то по типу: «Oh-oh, lionceau, tu as encore gâché les fins» , а во вторых на очередной их встрече это могло бы стать очень заметной и неприятной проблемой и врятли бы Шарль это оценил. Хотя-я… — Ты опять витаешь в облаках? — раздался голос над ухом. Макс подскочил. Карлос стоял рядом, держа в руках поднос с едой. — Нигде я не витаю, — буркнул Макс. — Ага. — Карлос плюхнулся напротив. — Думаешь о чём-то своём. Где-то далеко-далеко, где есть парень, который из вредности не разговаривает с тобой на английском и постоянно клеит тебя, а ты только и делаешь, что клеишься, постоянно зависая на его кудрях и благородном профиле. — Заткнись. Карлос усмехнулся и сунул в рот ложку. — Кстати, о профиле. Ты в курсе, что у нас сегодня совместная пара с их группой? Макс замер. — Что? — Ага. — Карлос довольно улыбнулся. — Историю искусств забыл? Нас с ними поставили. Видимо, кому-то в деканате было скучно. Макс почувствовал, как сердце пропустило удар. Историю искусств они учили в разных потоках, но если их объединили… — И что? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно. — И то. — Карлос пожал плечами. — Сидеть будешь с нами или с ним? — С вами, — слишком быстро ответил Макс. Карлос приподнял бровь и перестал жевать. — Правда? — Да, — непоколебимо ответил Макс. — Ну-ну. Они доели в тишине. Макс старательно игнорировал ехидный взгляд Карлоса. Вообще-то друзей на непонятных мальчишек не меняют. Ну да… Аудитория оказалась большой, с высокими потолками и огромными окнами. Макс вошёл одним из последних, обводя взглядом ряды в поисках свободного места. Рядом с Карлосом места не было. Вообще свободных мест почти не было, кроме одного. Рядом с Шарлем. Шарль сидел у окна, лениво листая тетрадь, и даже не поднял головы, когда Макс вошёл. Но краем глаза Макс заметил, как дрогнули уголки его губ. — Вот чёрт, — пробормотал Макс. Пришлось идти. Его ноги в миг стали ватными и отказывались нормально шевелиться. Когда он всё-таки спустя вечность доковылял до свободного места, он плюхнулся на соседний стул, старательно глядя в другую сторону. — Oh, Maxi, quelle surprise, — раздалось справа. Голос был низким, тягучим, с нотками непередаваемого удовольствия. — On est assis ensemble. — Совпадение, — буркнул Макс. — Bien sûr. Макс покосился на него. Шарль сидел, откинувшись на спинку стула, и смотрел на него с этой своей улыбкой. Солнце падало на его лицо, высвечивая скулы и тёмные глаза. — Чего ты лыбишься? — не выдержал Макс. — Rien, — пожал плечами Шарль. — Je suis juste content de te voir. Макс почувствовал, как щёки загораются, и резко отвернулся. — Дебил. Шарль тихо рассмеялся. — Tu es très grossier, lionceau , — сказал он с придыханием, просто до жути как неприлично! Макс резко повернулся в его сторону, округлив глаза. Шарль, сделав самый невинный вид из всех возможных, резко перевёл взгляд куда-то в сторону преподавателя, который что-то нудно рассказывал, как будто бы только что ничего не произошло. Лекция тянулась бесконечно. Преподаватель бубнил про барокко и рококо, показывал слайды с соборами и картинами, а Макс изо всех сил старался не смотреть влево. Это было трудно. Потому что Шарль, кажется, специально сидел вполоборота, подперев голову рукой, и его профиль был просто… — Tu me regardes , — тихо сказал Шарль, не поворачивая головы. — Нет. — Oui, je le sens. Макс коротко вздохнул. Ладно, сыграем в эту игру. — Peut-être parce que tu le veux? — Отчеканил Макс по слогам, стараясь нигде не напутать с произношением. Или со значением слов. Шарль медленно повернул голову и удивленно-вопросительно посмотрел на него. — Quoi, Maxi? — переспросил он. — Penses-tu que je le veux vraiment? Шёпотом. Почти беззвучно. Но каждое слово было таким чётким, таким наглым, таким личным. — Oui , — сказал Макс с изучающим прищуром глядя прямо на Шарля — Или я не прав? Шарль довольно как кот прикрыл глаза и отвернулся к окну, подставив свое лицо под осенние лучи солнца. — Non, tu as raison. Mais j'aimerais que tu ne le caches pas. Je suis flatté. Макс, разобрав половину из того, что сказал Шарль стушевался. — Ой да иди ты. — Он сложил руки на парту и зарылся носом в свой локоть, чувствуя как тепло поднимается вверх по шее. — Non, Max. — Шарль наклонился к нему поближе и аккуратно положил свою руку Максу на выступавший локоть, начав легонько поглаживать его сквозь плотную ткань. — Je suis absolument sérieux. J'aime ton regard sur moi, tu ne peux pas le cacher. Макс только сбивчиво выдохнул и невольно приластился к прикосновению, которое расползалось теплом под кофтой. В конце пары, когда преподаватель объявил перерыв, Шарль вдруг опять наклонился к нему. — Tu as ton cahier? — спросил он тихо. — А? — Cahier avec français. Макс моргнул. — Ну… да. В рюкзаке. — Montre-moi. Макс полез в рюкзак и вытащил потрёпанную тетрадь, исписанную его корявым почерком. Шарль взял её в руки и начал листать, внимательно вглядываясь в каждую страницу. Он никогда до этого внимательно не проверял записи Макса. Макс наблюдал за ним и чувствовал, как внутри разрастается странное тепло. Шарль листал его тетрадь, его записи, его ошибки, его старания — и на его лице не было насмешки. Только… интерес? — Tu écris tout, — тихо сказал Шарль. — Même les mots que je dis en passant. — Ну да, — буркнул Макс. — Чтобы запомнить. Шарль поднял на него глаза. И вдруг улыбнулся. Не кривовато, не насмешливо, а тепло, открыто, почти нежно. — C'est… touchant , — сказал он тихо. — Чего? Шарль не ответил. Он перевернул ещё несколько страниц и вдруг замер. — Qu'est-ce que c'est? Макс заглянул в тетрадь и почувствовал, как краска приливает к лицу. На странице было крупно выведено: JE VEUX TE COMPRENDRE, а ниже, мелко, приписка: НЕ ПЕРЕПУТАЙ С PRENDRE, ИДИОТ. — Это… — Макс попытался выхватить тетрадь, но Шарль ловко убрал руку. — Tu as peur de te tromper encore? — Отдай. Шарль посмотрел на него долгим взглядом. Потом перевёл глаза на тетрадь, на эту корявую надпись, на предупреждение самому себе — и его улыбка стала мягче. — Tu es incroyable , — выдохнул он. Шарль смотрел на него так, будто видел в первый раз. — Tu sais, — сказал он медленно, — je pensais que tu démissionnerais dans une semaine. — Я не бросаю начатое. — Je vois. — Шарль чуть склонил голову. — Et c'est impressionnant. Макс почувствовал, как уши начинают гореть. — Ладно, — буркнул он, выхватывая тетрадь. — Хватит надо мной издеваться. — Je ne plaisante pas. — Шарль откинулся на спинку стула. — Je suis vraiment impressionné. Макс покосился на него. Шарль сидел расслабленно, но в его глазах было что-то… новое. Тёплое. — Écoute, — вдруг сказал Шарль. — Pourquoi on va à la bibliothèque tout le temps? — Потому что там тихо? — C'est ennuyeux. — Шарль посмотрел на него. — Viens chez moi. Макс поперхнулся воздухом. — ЧТО? — Pour les leçons, bien sûr, — добавил Шарль с улыбкой. — C'est plus confortable. — Я… — Макс лихорадочно соображал. — К тебе домой? — Oui, — Шарль кивнул, — j'ai des livres… de la musique, du thé. Et pas de bibliothécaire qui nous regarde. — Карлос смотрит, — вырвалось у Макса. Шарль усмехнулся. — Maxi, es-tu petit ? Avez-vous vraiment besoin d'une nounou ? Nous ne prenons pas Carlos. Макс моргнул. — То есть… только ты и я? — Bravo! — Шарль чуть наклонился ближе. — Oui, seulement toi et moi. Внутри у Макса всё перевернулось. — Я подумаю, — выдавил он. Шарль усмехнулся. — Bien sûr. Макс достал свой телефон, покрутил его немного в руках, что-то решил для себя и наконец разблокировал его и зашёл в чат с Шарлем. Тот же только внимательно следил за каждым его действием. — Напишешь тогда… м-м, адрес и время? Шарль аккуратно заглянул к Максу телефон и был умилён тому, что он увидел. — Bien sûr, oui, maintenant... Oh, Maxi, c'est vraiment sympa, mais je vais te contrarier, je ne suis pas français. — произнёс Шарль так, как будто разговаривал с ребенком. Макс опешил. Он сначала не понял что к чему, а потом понял про что Шарль, и не понял снова как такое вообще возможно. — Что?.. А как?.. — Je viens de Monaco. — Шарль тепло улыбнулся, — Je suis monégasque. Mais la façon dont je suis enregistré avec vous est toujours très agréable, j'aime. — И ты ничего сразу не сказал мне… — Он сделал самый грустный взгляд на который бал способен, — Шарль… — Макс насупился и скрыв экран телефона от глаз Шарля начал что-то яростно печатать в нём. Шарль только по-детски вздохнул, изобразив то, что ему тоже очень жаль и он очень плохо поступил, после чего собрал вещи и двинулся в сторону выхода. Но он так и не увидел самое главное. В телефоне у Макса контакт Шарля теперь красовался, как: «Принц Монако»