Все грани жестокости

      Расслабленная и довольная, Лили неспешно возвращалась из прачечной. Не до конца высохшие пшеничный локоны немного завивались на кончиках, разбрасывая мелкие капельки воды по подолу старого платья.       Наконец-то она полностью вымылась, постирала все вещи и развесила сушиться до завтра. Девушка была чистоплотной и не упускала ни малейшей возможности освежиться, но из-за немалого количества людей в замке это было делать сложнее, чем дома. Лили уже мысленно перебирали идеи того, как можно будет уложить длинные волосы, а, может быть, даже заплести пару незамысловатых косичек либо жгутов. Затем она наденет какое-нибудь яркое платье… И хотя бы на время прикинется той, кем она на самом деле не есть.       Но резкий звон металла о металл неожиданно оборвал эту мысль. Лили остановилась и как следует прислушалась. Звук исходил из внутреннего дворика, потому она направилась к ближайшему окну и осторожно выглянула улицу.       Голубые глаза в удивлении распахнулись: наемница никогда не видела ничего подобного вживую. Внизу, на небольшом тренировочном поле, она увидела рыцарей, которые отрабатывали удары на мечах друг с другом.        Она тихо приоткрыла дверь на помост, подошла к перилам и оперлась на них ладонями, жадно всматриваясь в происходящее. Голубой взгляд метался, цеплялся за каждое движение, каждый удар с неимоверным любопытством. Здесь были рыцари королевской гвардии, несколько молодых лордов из замка, в том числе и сын лорда Эшфорда, а также пара неизвестных ей людей. Среди тренирующихся она углядела даже принца Валарра. Перевела взгляд чуть дальше.       Кроваво-алая свободная рубаха была распахнута у шеи, чёрные штаны ярко оттеняли белые волосы и бледное лицо, на котором, впрочем, сейчас проступил небольшой красивый румянец. Эйрион был, как всегда, восхитителен.       Он двигался невероятно. Лёгкая ткань слегка прилипала ко влажной от пота спине, подчёркивая красивый рельеф мерно играющих мышц при каждом движении. Плавные, быстрые и четкие маневры он делал настолько естественно и грациозно, что, казалось, родился с этим умением.       Чертово совершенство. Лили поймала себя на том, что попросту пялится.       Эйрион был хорош. Очень хорош. Лучше многих на поле, и уж точно несравнимо лучше неё. Откровенно говоря, у девушки против него не было ни единого шанса.       Когда принц вступил в поединок с одним из рыцарей, оторваться стало ещё труднее. Мгновенные сильные удары сменялись быстрыми манёврами, они сходились и двигались вокруг, словно в танце.       Даже здесь он оставался воплощением грации.       Через несколько минут мужчины разошлись на перерыв. Она стояла на помосте, но все внутри жаждало оказаться внизу, на поле, и попробовать каково оно — тренироваться с настоящими рыцарями, а не корячиться где-нибудь в лесу, отбивая атаки дяди каким-нибудь захудалым деревянным мечом. Даже сама мысль о том, что ее кто-нибудь туда пустит, рассмешила, потому Лили просто продолжила наблюдать.       Эйрион перекинулся парой слов с одним из рыцарей, взял воду и сделал несколько спокойных глотков, мягко открыв порозовевшую утонченную шею, пока на лице играло легкое удовольствие.       Но стоило ему развернуться, как от умиротворения не осталось и следа, а все пространство заполнила черная, едкая ненависть. Перемена была настолько разительной, что Лили стрельнула глазами вслед за фиолетовыми и наткнулась на принца Валарра. Вся его холодная ярость была сфокусирована на кузене.       Но почему?       Эрион намного лучше его в бою, она сама видела. Они вроде даже не ругались, даже в поединке ни разу не сошлись. Да и темноволосый принц не выглядел конфликтным. Валарр - второй на очереди претендент на железный трон, но она не замечала за Эрионом жажды власти. Да даже внешностью…       Ответом на повисший в воздухе вопрос неожиданно стал Бейлор Таргариен, который как раз выходил из замка. Поравнявшись с сыном, он одобрительно похлопал его по плечу и что-то произнес с теплой улыбкой. Наверное, он его похвалил. Было очевидно, что юноша далеко не самый сильный мечник на тренировке, но отец все равно им гордился.       Взгляд Эйриона был испепеляющим, но это была не ненависть, как она изначально решила. Это была зависть. Чистая, неприкрытая зависть. Мейкар никогда бы так не подошёл к сыну, похлопав того по плечу. Потому что этот самый сын вздрагивает от малейшего прикосновения.       В груди что-то сжалось. Где-то в глубине души она, наверное, тоже завидовала Валарру. Да, дядя заботился о ней, но хвалил только за дело, за результат или достижение, а просто так, потому что гордится или любит — никогда. В его понимании она всегда могла лучше, даже когда выкладывалась на полную. Но Лили не чувствовала ни злости, ни ненависти. Только тихую, едва уловимую тоску по тому, чего у неё никогда не было. А еще она искренне радовалась за принца, которого миновала та же участь.       Хоть кому-то здесь должно было повезти, верно?       Полный размышления взгляд мягко плыл к Эйриону. Пребывая в задумчивости она и не заметила, как сосредоточенно уставилась прямиком в его спину.       Видимо, принц ощутил пристальное внимание, ведь сразу же развернулся, вмиг встретившись с ней потемневшим взглядом. Лили резко захлопала ресницами, пойманная на горячем, но отворачиваться было уже поздно. Сперва юноша растерялся, но этот момент длился лишь долю мгновения. Сиреневые глаза мгновенно наполнились злобой, только теперь на нее направленной.       Он понял. Понял, что она поняла.       По спине пробежал холодок. Внутри шевельнулось тяжёлое предчувствие надвигающейся беды, и, словно в подтверждение, Эйрион скривился в едкой, ледяной усмешке. — Кто-то любит совать повсюду свой любопытный маленький носик? — Донесся до нее громкий голос. — Так спускайся же, не стой на проходе.       Лили напряглась всем телом, сжала перила. Осторожно и медленно она начала спускаться по деревянным ступеням во двор, продолжая удерживать его пылающий взгляд. — Я не сделала ничего дурного, — Тихо произнесла девушка, стараясь держать осанку. — Смотреть на тренировки не запрещено. — Нет, конечно. — Хищно блеснул аметистовый взгляд. — Но раз уж тебе так любопытно, бери меч и становись напротив меня.       Лили замерла на последней ступеньке. Должно быть, он шутит. — Меч? — Переспросила ошеломленная девушка. — Но я ведь даже не воин.       Эйрион только вальяжно перенес вес с одной ноги на другую, поставил меч острием на каменистую землю и на него оперся. — И что? — Приторно игриво ответил он. — Тебе же интересно. Я даю тебе шанс смотреть с первых рядов. — Да нет… Я… — Она запнулась. — Не могу. — Невежливо отказываться от предложения принца.       Лили озадаченно глянула на него еще раз. Он в действительности требует от нее сражаться с ним на мечах?       Девушка обвела взглядом поле. Неожиданный выкрутас привлек внимание находившихся рядом. Лили почувствовала на себе разномастные взгляды, поежившись. Она все еще не привыкла к повышенному вниманию.       Первым делом, конечно же, накатило желание объяснить мерзавцу, что наемница не позволит себя унижать привселюдно, целому замку на потеху. Вместе с ним взыграло стремление принять вызов, но именно этого от нее хотел Эйрион, и далеко не с добрым умыслом. Третье… Третье желание было одновременно самым сложным и самым притягательным. Оно тихо шелестело в ушах опасной мыслью: «А что если попробовать? Ты ведь сама хотела». Когда ещё ей подвернется такая возможность? Но вместе с тем гневный голос разума запрещал ей поддавать хоть малейшей угрозе задачу с поиском драконьего яйца.       Мысль о том, чтобы попробовать свои силы с ним, будоражила кровь. Возможно, взяв меч в руки, она не покажет своё истинное нутро?       Даже не тревожила мысль о том, что она может получить серьезные травмы. Но Эйрион же не убьет ее на потеху толпе?       Принц стоял расслабленный и с легкой игривой насмешкой рассматривал неуверенное лицо. Опершись на длинный меч он спокойно ждал ее решения. Удивительно что эта невозмутимость делала его еще более притягательным.       Он знал, что она не отступит.       Слуги, укрывающиеся за тенями стен, тихо перешептывались и бросали на нее любопытные взгляды, рыцари стояли в отдалении, так же отслеживая происходящее. Людей было мало, но что-то подсказывало, что зрителей еще набежит. Конечно, не каждый день ведь увидишь, как принц отделает мечом неудачливую служанку.       Всякий взгляд, любая тень, малейший звук казались ей громче. Даже ветер, который шуршал травой, отдавался в ушах сильнее.       Все ожидали ее следующего шага. И она, решившись, ступила на землю. Соблазн был слишком велик, чтобы отказаться.       Шагнув на гравий с последней деревянной ступени под пристальными взглядами толпы, Лили рассудила не выдавать полностью своих навыков, но и не прикидываться совсем уже немощной. Рыцари приостановили разговоры, слуги притихли у стен, Эйрион улыбнулся шире.       Девушка отвела взгляд от довольных, горящих опасным огнем фиолетовых глаз, и направилась к стойке, где осталось несколько свободных мечей. Пока она рассматривала оружие, вспоминая наставления дяди о том, как правильно выбрать, с противоположного конца поля донесся ясный, звучный, красивый голос: — Эйрион, остановись.       Сердце пропустило удар и наемница повернула голову. Эйрион тоже обернулся. Все взгляды устремились на Валарра, который пристально смотрел на двоюродного брата. Лили не ожидала увидеть в принце защитника, и странное тепло прошлось по спине. Неужели он его остановит? — Не бойся, кузен, я ей не наврежу, — произнёс Эйрион, возвращая взгляд Лили, уголки его губ чуть дернулись. — По крайней мере, не слишком.       Только вот в сиреневых глазах светилось совершенно иное. Он собирался навредить. Чтобы Эйрион — да остановился? Отказался от издевательства по собственной воле? Да как бы не так. Он скорее удавится, чем отступится.       Дело в том, что Бейлора, который мог бы мог все это остановить, к моменту вызова уже не было, остался лишь его сын. А тот, хоть и принц, фактически остановить Эйриона не в силах, а рыцари рядом даже слова поперек не осмелятся сказать. Как там звучит их клятва? Быть храбрым, справедливым и защищать слабых да невинных?       Лили снова опустила взгляд на мечи и хмыкнула. Если так, справляются они с ней чрезвычайно дерьмово.       Выбор перед ней предстал невелик: три клинка, очевидно не самого высокого качества или удобства, посему никто их не взял. Но девушка присмотрелась к небольшому мечу посредине. Он выглядел хорошо сбалансированным, не слишком длинным, не слишком тяжёлым. Оружие было добротным, но, вероятно, из-за скромных размеров ни одному из мужчин здесь не подошло.       Стоило взять этот меч в руку — и он лёг идеально. Словно под нее созданный. Лили глубоко вздохнула, развернулась к Эйриону и крепко сжала эфес.       Пути назад не было.       Тот уже стоял в центре поля, делано безмятежный, с лёгкой усмешкой и сверкающими глазами. Девушка медленно подошла и встала напротив.       Лили не была полноценно напугана, скорее, сильно взволнована. Она сомневалась, что он ее убьет, но что если оставит серьезные раны или увечья?       По фиолетовым глазам было невозможно прочитать истинные намерения, и это только усиливало тревогу. Может быть, повезёт, и кто-нибудь вроде Мейкара появится снова и остановит все это? Жаль только, что его нигде не было.       Лили осторожно подняла меч. Как только лезвие взмыло вверх, Эйрион точным и быстрым движением выбил его из девичьих рук. Сильная боль пронзила кисти, и наемница сжала зубы, чтобы сдержать стон. Удар пришелся так, чтобы намеренно причинить ей наибольшую боль. Эйрион лишь безжалостно усмехнулся и произнёс: — Поднимай.       Наемница нервно выдохнула и, не сводя взгляда с довольного принца, потянулась за оружием. Она вернулась к стойке и перехватила рукоятку покрепче.       Эйрион снова ударил, но уже не так подло. Лили отбила удар по касательной, точно так, как учил её Джоэль. Но за первым маневром моментально последовал второй и пришлось сделать пару шагов назад, чтобы увернуться.       Они обменялись ещё парой ударов. Лили не показывала всех навыков, но даже попытайся она это сделать — и близко с ним не сравнится. А принц даже не напрягался. И это еще с поврежденной спиной. Если ей не было страшно, то, как минимум, не по себе. Стоило на мгновение отвлечься на мысли, как Лили получила удар.       Прямым колющим рассечением он прошелся по ребрам, оставляя тонкий неглубокий кровавый надрез. Она взмахнула рукой и отклонилась, чтобы не получить порез еще и на внутренней стороне плеча. — Ай! — Вскрикнула девушка скорее от неожиданности, чем от боли.       Наемница сразу же приняла оборонительную стойку, направив на оппонента меч. Кровь слегка пропитала ткань платья, заострив все инстинкты.       Возьми он левее — и Лили бы уже задыхалась собственной кровью из-за пробитого легкого. Но принц только зацепил её по касательной, правда, выбрав для этого самое болезненное место. Он пытался убить ее, но промахнулся, либо изначально собирался сделать ей лишь очень больно? Что ж. Оставалось только одно: не позволить ему ни того ни другого. Наемница сосредоточилась на нём полностью, привычно игнорируя боль. Эйрион слегка склонил голову, заинтересованно рассматривая её. — Кто научил тебя держать меч? — Мой дядя, — ответила Лили, не отрывая от него глаз. С него станется отвлечь её, а потом всадить клинок куда-то в живот. — Он сражался против восстания Блэкфайеров.       Полуправда. — С чего бы ему учить обычную девчонку обращаться с мечом? — Я сильно просила!       Эйрион медленно прокрутил меч рукой. Интересно.       Лили отбилась от очередной пары его ленивых атак. Все еще неуклюже, но уже не позволила ему снова её достать. Они начали двигаться по кругу, изучая друг друга.       Может, девушка и не была сильной мечницей, но умела хорошо читать противника. Наемница улавливала почти незаметные микродвижения в его теле. Юноша чуть щурил уголки глаз перед атакой. Почти неуловимо смещал левое плечо когда собирался сделать шаг вбок.       Когда Эйрион поднимал меч для удара, Лили отметила, как он переносит вес на одну ногу и чуть опускает корпус. Возможно, ей стоило сделать так же. Девушка плавно перенесла вес. Оказывается, так действительно легче отбить удар.       Они синхронно сместились в стороны, и как только наемница увернулась от еще одного, правда, обманчивого маневра, Эйрион резко ударил её плашмя по колену кончиком лезвия. Попал прямо в чашечку, гад. Удар хоть и не режущий, но был невероятно болезненным. Нога отозвалась мгновенной вспышкой, и Лили едва не потеряла равновесие, стиснув зубы, чтобы не вскрикнуть.       Чёрт. Теперь девушка не была уверена, что сможет нормально опираться на эту ногу. Так она еще более уязвима.       И все же, страх шевельнулся где-то под ранеными ребрами.       Наемница резко подняла взгляд и зло посмотрела в сиреневые глаза. Он только хищно оскалился в улыбке, завидев на ее лице гримасу боли.       Я могу сделать еще больнее, если захочу. — вот, что говорил его взгляд.       Девушка стиснула зубы и выпрямилась, проглатывая все ощущения. Хотелось как следует разукрасить красивое личико парой хорошеньких синяков. Но с мечом она не могла достать его даже при всём желании. Были бы кинжалы…       Лили резко тряхнула головой, отгоняя лишние мысли.       Сосредоточься.       Они снова начали обходить друг друга по кругу. Эйрион отметил, как в её движениях появилась едва заметная хищность. Она не походила на испуганную крестьянку. Или же умело это скрывала. Среди голубых океанов искрился интерес, несмотря на боль и негодование. Пара обменов ударами подтвердили его мысли.       Либо она быстро учится, либо… — И долго он тебя тренировал? — спросил Эйрион, не отводя взгляда. — Не слишком. — отмахнулась девушка.       Лили отбивала его удары заметно увереннее, чем всего несколько минут назад. Она действительно училась быстро, даже чересчур. Уже не позволяла задеть поврежденную ногу, двигалась точнее, слаженнее, иногда копировала его собственные движения. Девушка слишком быстро считывала его реакции как для крестьянки, которую добрый дядюшка научил держать меч шутки ради.       Если она не врала, то по крайней мере, недоговаривала.       Эйрион сделал обманный выпад, нарочно открыв бок. Лили, конечно же, сразу повелась: сделала резкий шаг вперёд и попыталась достать его. Но принц с легкостью ушёл в сторону, и девушка пролетела мимо по инерции — именно так, как он и рассчитывал. Юноша резко схватил до сих пор влажные волосы и дёрнул к себе. Меч выскользнул из девичьих рук. Ее реакция была мгновенной: Лили поймала его руку, не дав полностью удержать захват, и тут же вывернулась, в следующий момент получив пинок коленом в живот. Воздух выбило из лёгких, и она свалилась на спину. Эйрион шагнул следом и уже занес меч, но в последний момент наемница извернулась, выбросила руку и успела схватить свой клинок, заблокировав удар поперёк. Сталь столкнулась со сталью резким, громким звоном.       Она врала.       Юношу удивило, насколько быстро и уверенно Лили действовала. Большинство на её месте уже дергались бы в его хватке, пытались вырваться, цеплялись бы за руки или за собственные волосы. Или, по крайней мере, растянулись бы на земле со сбитым дыханием. Но порядком растрёпанная, с торчащими во все стороны прядями и сбитым дыханием, девушка сидела перед ним сосредоточенная, немного испуганная, только крепче сжимая меч в руках. Она не отвлекалась ни на боль, ни на падение. Только глаза блестели. Эйрион слегка прищурился, изучая её пристальнее, чем раньше. — Значит, ты умеешь драться. — произнес он наконец. — Необычное умение для простолюдинки вроде тебя. — Мы живем в мире мужчин. — Медленно поднялась наемница. — Хочешь выжить — придется научиться защищаться.       Эйрион хмыкнул и отошел, дал ей немного пространства.       Стоило Лили занять боевую стойку по новой и сделать выпад, как он тут же прошелся клинком по касательной, целясь в бедро. Точнее, в то место, где оно оставалось секунду назад. Наемница быстро убрала ногу, но лезвие всё равно зацепило ткань, распоров часть подола.       Чёрт.       Эйрион довольно усмехнулся. Теперь она точно больше не наденет это тряпье. Лили же возмутилась в ответ. Скалился бы он так, будь на ней платье, которое сам подарил?       Клинки вновь столкнулись со звоном. Наемница уже наловчилась не только защищаться, но и отвечать, пробовать, искать момент чтобы достать его, хотя и безуспешно пока что. Эйриону ничего не стоило предугадать любой ее ход и отбить удар непринужденным движением.       Чем ярче разгорался азарт в бирюзовом пламени, тем яснее он ощущал собственное удовольствие от этой игры. Принц попробовал зацепить ее подножкой, но девушка сразу же увильнула, не позволив повалить себя на землю. Ее реакции были действительно быстрыми, хоть и ошибок она допускала кучу. Эйрион замечал, как в её движениях все чаще проступало что-то хищное и неожиданно находил это весьма привлекательным. Ей шло быть такой.       Невольно залюбовавшись, он чуть было не пропустил очередной выпад, но вовремя отбил его по касательной. Лили довольно ухмыльнулась и сразу же получила плашмя по предплечью, зло зашипев. Теперь пришло время усмехнуться Эйриону: девушка сразу же подобралась, стерев улыбку.       То ли ей казалось, то ли что-то менялось, но в его движениях больше не чувствовалось прежнего желания причинять боль и вредить ей. Все больше и больше девушке доставалось за настоящие ошибки и промахи.       Лили изо всех сил старалась не выдать в глазах растущее удовольствие, но стоило взглянуть на веселую усмешку и становилось ясно, что не получилось. К её удивлению, в фиолетовых глазах плескалось то же самое: азарт и живой интерес. Словно ему тоже нравилось происходящее. Она думала, что принцу быстро наскучит возиться с ней, ведь какой ему прок, если не для забавы? Но Эйрион не спешил заканчивать бой, даже наоборот — с интересом следил за движениями, парируя удары и с ленивой грацией отвечая в ответ.       Он сделал неожиданный выпад, и Лили пришлось быстро уйти в сторону, сделав пару шагов. Как назло, разрезанная ткань платья провисла. Раздался громкий треск, когда Лили, перецепившись, с силой рухнула вниз, счесав ладони и подбородок до крови.       Ей послышалось, или толпа ахнула? Она поморщилась.       Моментально опустив меч, Эйрион инстинктивно шагнул к ней и забегал по женскому силуэту взглядом в поисках травм. Но ничего серьезного не было, только царапины. Раздражение ковырнуло в груди от всколыхнувшейся за нее тревоги, но он быстро оправдал это мыслью, что просто не хочет искать себе новую служанку. — Вот и всё? Не впечатляет. — насмешливо отозвался принц. — В рыцари тебя точно не возьмут.       Лили же зло приподнялась на локтях и глянула перед собой, стиснув зубы.       Валарр, завидев падение и то, что она больше не поднимается, направился к ним. Он и без того слишком долго оставался в стороне. — Довольно, — произнёс принц, не сбавляя шага.       Девчонка, наверно, была напугана до смерти и вот-вот могла расплакаться из-за боли. А Эйрион стоял над ней, даже не думая подать руку.       Каким ублюдком нужно быть, чтобы так обращаться со слабой служанкой? Мысль о том, как он забавлялся от ее боли и унижения, вызывала у Валарра резкое отвращение.       Девушка держалась достойно, куда лучше, чем можно было ожидать. Но что она могла противопоставить тому, кто взял меч в руки, только научившись ходить?       Тем временем наемница поднялась на руках и села на колени. Ей с трудом удалось сдержать глухой гневный рык и дикое желание ударить кулаком о землю со всей силы. Проиграть Эйриону — одно. Но так глупо запутаться в собственной юбке…       Лили скривилась. Проклятущие платья. В штанах действительно лучше.       Вытерев грязь, наемница подхватила лежащий неподалеку меч, даже не поморщилась. Поднявшись на ноги, девушка отряхнула одежду, пока Эйрион пялился на то, как она сжимала меч окровавленными пальцами.       Платью пришел конец окончательно и Лили зло рванула подол, отбросив ненужный кусок ткани в сторону. Подкладка осталась, но толку от неё было мало: полупрозрачная ткань не могла скрыть оголенную почти до колена ногу. Неприлично, конечно, но всяко лучше, чем вновь расквасить лицо.       Слава богам, кинжал был на другом бедре. Тыльной стороной ладони девушка вытерла кровь с подбородка. Тяжело выдохнув, наемница выпрямилась, подняла меч перед собой и заняла боевую стойку. — Я в порядке.       Валарр остановился. Поле застыло. Рыцари переглянулись, а зрители по краям притихли, устремив взор на двух молодых людей в центре. Валарр с недоумением глянул на служанку, затем перевёл вопросительный взгляд на блондинистого кузена.       С трудом оторвавшись от окровавленных пальцев, Эйрион скользнул по женскому силуэту к глазам, особенно задержавшись на открытой ноге. После небольшой паузы уголок его губ дрогнул в едва заметной ухмылке. Он лениво прокрутил меч в руке и сделал шаг назад, освобождая ей больше пространства, затем тоже занял боевую стойку, принимая вызов. — Правда? — произнёс он, чуть прищурившись. — Тогда докажи.       В небесных глазах вспыхнул огонь, и на губах дрогнула ответная улыбка. Адреналин, опасное искушение и странное, почти пьянящее чувство восторга смешались в один горячий поток, разогнав кровь. Эйрион не спешил нападать, оставив ей первый ход. Лили сжала меч крепче и сделала несколько выпадов.       Эйрион с удовольствием наблюдал, как сияют ее глаза, как сбивается судорожное дыхание, а гибкое тело реагирует на каждый из его жестов. Он играл с ней, задавал ритм, провоцировал, проверял и ощущал, насколько прекрасно она его чувствовала, отвечая тем же.       Словно два хищника, нашедших удовольствие в совместной охоте.       Через некоторое время принц начал замечать, что девушка понемногу выбилась из сил, хотя и старалась этого не показать. Он не стал дожидаться ее полного истощения, и в тот миг, когда Лили снова допустила ошибку, быстрым движением выбил меч из её скользких рук.       Клинок звонко упал на камни, пролетев еще несколько метров. Эйрион оказался у нее за спиной и прижал к себе, приставив лезвие к тонкой шее, ясно показав этим, что она проиграла.       Принц чувствовал, как она тяжело переводит дух, да и сам дышал неровно. Эйрион уже привык к осторожным, невесомым касаниям. Привык, что ее руки постоянно блуждали по его телу. Но прежде он сам никогда служанку трогал. Не так. Ощущения были непередаваемые. — Тебе это нравится. — хрипло произнес он ей на ухо.       Лили рвано выдохнула, когда теплое дыхание коснулось её ушка, а в нос ударил пряный, пьянящий аромат весны. Кислорода и так не хватало, а рядом с ним его становилось ещё меньше. Эйрион снова был слишком близко. Девушка всей спиной ощущала его жар через ткань, тяжесть руки поперек талии, холод клинка у горла. — Это лучше, чем драить полы.       Принц чуть усмехнулся, непроизвольно втягивая ее сладкий аромат. Лезвие медленно скользнуло вдоль её шеи, едва касаясь раскрасневшейся кожи. Он с удовольствием наблюдал, как Лили подается назад и практически кладет голову ему на плечо, окончательно сбив и до того судорожное дыхание. — Да, с полами придется повременить. — произнес он насмешливо, имея ввиду кровавые ссадины. — Хотя обычно люди предпочтут их вместо лица в крови.       Девушка снова подалась назад, когда он прижал клинок к горлу еще сильнее, намеренный пробудить ее страх. Но стоило прижаться к нему побольше, как наемница чуть не подскочила. Под ягодицами явственно чувствовалась твердая и горячая выпуклость в области паха. Эйрион лишь усмехнулся в ответ на ее реакцию и, тихо посмеиваясь, наклонился ниже и прошептал ей в висок: — А вот ты и испугалась. — Ему хотелось прикусить хрящик ее ушка, но, наверное, для нее это будет слишком.       Теплая рука на талии незаметно для всех остальных сделала почти невесомое поглаживающее движение. Дыхание участилось, она нервно сглотнула, когда легкая возбуждающая дрожь пробежалась по телу. — Или это не страх? Снова краснеешь, как монашка. — Я не… Не краснею. — Она неразборчиво пробормотала очевидную для них двоих ложь. Ей казалось, что все тело горит. — Даже твоя шея залилась краской. — Это все из-за тебя! — Лили разнервничалась еще сильнее. — Это неприлично, ясно? — Такое дерзкое существо. Не боится взять в руки меч, но пугается члена.       Жар усилился, щеки по новой заливались краской от его слов. Девушка непроизвольно дёрнулась, но лезвие не позволило отступить, он все так же вжимал ее в себя. Мужское дыхание тоже стало тяжелым. — Ты играешь нечестно, — только и выдавила наемница, с трудом удержав голос ровным. — Ты всё ещё ждёшь от меня честности? — Провел он большим пальцем под ее резко поднимающейся и опускающейся грудью. — И тебе не достанется за это представление от отца? — У меня есть прекрасная служанка, которая с легкостью обработает раны в случае чего.       Лили тяжело выдохнула, не находя, что ответить. Эйрион усмехнулся снова и наконец убрал меч от горла. Лёгким движением подтолкнул её вперёд. Наемница сделала несколько шагов, впуская, наконец, воздух в трахею и обернулась к нему. Щёки всё ещё были алыми. — Ты теряешь всю свою дерзость, когда смущена, — улыбаясь, заметил принц. — Возможно, мне стоит пользоваться этим чаще.       Он спокойно убрал меч в ножны и огляделся. Люди вокруг с интересом поглядывали в их сторону, но большинство делало вид, что заняты своими делами. А людей-то набежало поглазеть. — Твой дядя тебе как отец, не так ли? — Да… Как отец, — ответила Лили чуть тише. В её голосе проскользнула едва заметная грусть.       Эйрион хотел что-то добавить, но его прервал голос сбоку. — Принц Валарр попросил меня осмотреть ваши ладони и рану. Позволите?       К ним приближался мейстер Йормвель, уже протянув руку в сторону Лили. Девушка с благодарностью взглянула на Валарра. Хоть кто-то здесь помнил о чести. Но стоило сделать шаг навстречу к мейстру, как Эйрион резко оказался перед ней, наполовину преградив путь. Она невольно остановилась. — С чего это королевскому мейстру возиться с обычной крестьянкой? Пусть найдет кого-нибудь своего уровня.       Возмутиться бы, но Лили лишь недоуменно покосилась на принца. В голосе звучала насмешка и показное равнодушие, однако сам Эйрион встал чуть впереди нее и отгородил плечом почти так же, как делал дядя. Наемница заметила, как напряглись мышцы его спины, а пальцы крепче сжали эфес меча.       Она не выдала ни одной явной реакции, хотя и сочла это довольно странным. Решив не вдаваться в лишние мысли, девушка лишь вежливо, хоть и неловко, склонила голову в знак благодарности и отошла в сторону, направившись прочь, только на половине дороги вспомнив, что стоило вернуть меч.       Можно было поинтересоваться причиной странного поведения, но когда Лили принесла ужин, он был чем-то занят. На столе лежали листы, а юноша что-то сосредоточенно выводил. Даже головы не поднял, лишь коротким жестом указал, куда поставить еду.       Лили задержалась на мгновение, но решила не тревожить его понапрасну. Сейчас ответа всё равно она не дождется.