deal me in, tie me up (раздай карты на меня, свяжи меня)

— Скажи хоть слово, и через минуту ты уже будешь прижат к стене, — неровно дышит Майк. Его голос такой низкий, что колени Уилла моментально подкашиваются. Уилл не думает. Ему и не нужно. Он точно знает, по каким правилам будет играть. — Свяжи меня. Майк протягивает руку, и Уилл без колебаний вкладывает в неё свою. Пальцы сжимаются, и Майк тянет его вверх, помогая подняться. Уилл смотрит на него почти отчаянно, но молчит. Он хочет, чтобы Майк вёл эту игру. Майк ловит его взгляд. Его собственный — беспокойный, метающийся, будто он сам не до конца понимает, что делать дальше. Свободная рука медленно скользит к талии Уилла, осторожно, почти пробуя границы, и мягко уводит его в сторону, подальше от дивана. Он медленно ведёт его назад, пока спина Уилла не упирается в стену с мягким стуком. Из Майка вырывается сбивчивый смешок, и Уилл тут же тихо хихикает в ответ, потому что всё это до абсурда интимно, почти нереально. Напряжение в груди Уилла мгновенно тает от смеха Майка и от глупой улыбки на его лице. Он всегда думал, что в такие интимные моменты будет зажатым, неловким, каким-то потерянным… но рядом с Майком это всё исчезает. Уилл доверяет Майку каждой бешено колотящейся клеточкой своего сердца. — Перестань смеяться, — прорычал Майк, сжимая губы, явно пытаясь взять себя в руки. — Я вообще-то стараюсь всё сделать как надо… быть серьёзным. — Да не могу я! — хихикает Уилл. — У тебя такой вид, будто ты сейчас на меня набросишься. Майк опускает голову и тоже взрывается смехом, больше похожим на нервное поскрипывание. Потом он трясёт головой, чтобы успокоиться, и снова смотрит на Уилла. — Это практика со звёздочкой, Уилл. Мы должны отнестись к этому серьёзно, — шепчет он, и на губах у него расползается озорная, почти хищная ухмылка. — О, я очень серьёзен насчёт практики, Майк, — поддразнивает Уилл. — Да, мои уроки очень… практичны, — парирует Майк, сжимая талию Уилла крепким хватом. — Мистер Уилер… — Уилл улыбается и подмигивает, а Майк буквально плывёт. — У нас урок по химии? — Нет, нам не… не нужен урок по химии, — Майк спешит убрать руку с талии Уилла, по щекам расползается румянец. — Не нужен? — переспрашивает Уилл, держась за маску беззаботности, несмотря на учащённое сердцебиение. — Ну… я бы сказал, что у нас есть химия… не химия-химия, а просто… ну… у нас есть… — Майк окончательно запутывается в собственных мыслях. — Ладно, всё! — Уилл смеётся и толкает его в плечо, заставляя замолчать. Он не хочет слушать, как Майк оправдывается. И уж точно не хочет разбирать, что именно Майк имел в виду под «химией», поэтому просто отмахивается от ситуации. Уилл улыбается, чуть игриво моргает и сводит запястья вместе, протягивая их вперёд — прямо в узкое пространство между ними. Выражение лица Майка смягчается, когда он наклоняется, чтобы перехватить запястья Уилла. Он поднимает их вверх, почти над их головами, и мягко прижимает к полке на стене. — Держись за полку, — шепчет Майк. Уилл тут же повинуется, поворачивает запястья внутрь и сжимает край. Майк фиксирует запястья Уилла одной рукой, другую подносит ко рту и зубами развязывает галстук, всё ещё обвивающий кулаки. Это выглядит… чертовски сексуально. Уилл невольно поднимает взгляд и следит за каждым движением, пока Майк берёт в руки гладкий синий галстук и аккуратно оборачивает им его запястья. Он завязывает последний узел, но что-то подсказывает, что это недостаточно надёжно. — Это слишком слабо, Майк. Я, наверное, легко выскользну из этого, — подмечает Уилл. Майк замирает. Одна его рука всё ещё удерживает запястья Уилла, а взгляд медленно скользит вниз, и наконец встречается с его глазами. — Я хочу, чтобы ты мог в любой момент выбраться, если захочешь, — тихо говорит Майк. — Если станет слишком… или ты решишь остановиться, я не хочу, чтобы ты чувствовал себя в ловушке. Это… нормально? Уилл кивает, игнорируя комок в горле. Он отказывается думать о том, насколько безопасно это ощущается. И уж точно не собирается признавать, что этот чёртов жест — возможность освободиться в любой момент… это один из самых романтичных моментов в его жизни. Вместо этого он цепляется за взгляд Майка. Слишком пристальный. Слишком… Чёрт. Это вообще не помогает. Надо срочно менять тактику. — И что ты собираешься со мной сделать? — спрашивает он, стараясь держать голос ровным. Майк отпускает его запястья и тяжело выдыхает, коротко усмехаясь. Его взгляд падает на узкое пространство между их телами. — На самом деле, я даже не думал так далеко… — признаётся он. Уилл хихикает и откидывается назад, создавая немного дистанции между ними. Он сознательно оставляет следующий шаг за Майком. Без карточек это уже не игра, и именно поэтому интересно, куда того занесёт. Майк по-прежнему смотрит вниз, его грудь быстро поднимается и опускается. — Я хочу доставить тебе удовольствие, — шепчет он, так и не поднимая глаз. Сердце Уилла болезненно дёргается от этих слов, но он не может позволить себе потерять контроль.  Глубокий вдох. — И как ты собираешься это сделать? — вызывающе спрашивает Уилл. Майк поднимает на него взгляд и резко отступает, увеличивая расстояние между ними. Уилл удерживает лицо, не давая треснуть этой хрупкой маске спокойствия, хотя внутри всё натянуто до предела. Нервы звенят от ожидания. Что же Майк сделает дальше? — Твой сон… это правда? — тихо спрашивает Майк. Конечно, Уилл говорил правду, но он не собирается это признавать… Ни за что. Но и соврать в лоб тоже не вариант. — А твой? — парирует Уилл, уворачиваясь от вопроса. Майк тоже не отвечает, он поднимает руку к своей шее. Уилл глубоко вдыхает и опускает глаза, следя, как пальцы Майка медленно скользят по его телу: от груди к животу и, наконец, к шортам. Он крепко охватывает свой член через ткань шорт. Из Уилла вырывается беспомощный, сбитый выдох, пальцы сами собой соскальзывают с полки. — Не двигайся, — шепчет Майк, и его рука замирает на месте. Уилл кивает и с новой, отчаянной хваткой сжимает край полки. Он не может оторвать глаз. Взгляд прилипает к очертаниям под тканью, слишком явным, слишком… — Смотри, — приказывает Майк. — Смотреть? — повторяет Уилл. Когда он наконец смотрит на Майка с вопросительным выражением лица, его сердце гулко стучит. Лицо Майка остаётся непоколебимым. Уиллу трудно его прочесть. — Ты думал, что он маленький. — Да, — выдыхает Уилл, цепляясь за остатки самообладания. — А ты сказал, что нет. — И я собираюсь это доказать. Чёрт возьми! Майк реально собирается… Прежде чем Уилл успевает закончить мысль, Майк хватается за пояс шорт. В одно плавном движении он стягивает их вместе с трусами. Его член вырывается наружу и ударяется о живот. Глаза Уилла расширяются. Твою мать… Вот это вид… член Майка просто сводит с ума. Уилл ощущает горячий прилив смазки, протекающий через его трусы. Он, наверное, мог бы кончить, даже не прикасаясь к себе, а просто глядя на это. Он слишком поздно понимает, что разинул рот и просто пялился. Поэтому резко поднимает глаза на Майка и встречается с вызывающей усмешкой. «О, блять…» — думает Байерс. Это чертовски несправедливо и совсем не то, что Уилл имел в виду, когда решил дёргать за ниточки. — Восемь? — с трудом пробормотал Уилл, пытаясь разрядить напряжение. Майк в ответ только фыркает. Ох, он невыносим. Он не отвечает на вопрос Уилла, а тишина сводит с ума. Уилл не бог и не измеритель членов. Он не может просто взглянуть и узнать размер… и простите его за любопытство! Восемь дюймов? Сколько? Девять!? Голова кружится. Разум возвращается к словам Майка о его сне… о том, как он собирался свести Уилла с ума. Ну, с такой валыной у него это точно получилось бы. Уилл устал от тишины и фыркает: — Ну, я вижу где-то четыре. Инсульт, похоже, реально случился, иначе это не объяснить. Майк подходит ближе, чересчур близко. Он прижимает Уилла к стене, захватывает его запястья и прочно фиксирует. Свободной рукой он подносит пальцы к губам Уилла. — Плюнь, — приказывает Майк. Уилл сбивается с дыхания, уставившись на него. Он это серьёзно? Уверенность, которая ещё секунду назад держала его на плаву, трещит по швам, но Уилл не даёт эмоциям вырваться наружу. Он медленно собирает слюну, не отводя взгляда от Майка, и сплёвывает ему в ладонь. Майк едва заметно вздрагивает, когда тёплая влага касается пальцев. Хватка на запястьях на мгновение слабеет, и тут же снова становится жёсткой. Он опускает руку вниз, взгляд следует за движением. — Смотри, — выдыхает Майк. Уилл замирает. Он знает: если сейчас опустит глаза, тонкая нить контроля мгновенно порвётся. Его накроет, и он уже не остановится, он сорвётся, вырвется из оков и рухнет на колени. Майк отпускает запястья, но тут же кладёт большую ладонь на затылок Уилла, целиком накрывая его. Уилл слегка прищуривается, не совсем понимая, к чему это. Майк ничего не говорит, а просто мягко, но настойчиво надавливает на затылок Уилла, заставляя его опустить голову. Уилл вздрагивает от этого ощутимого, почти выбивающего почву из-под ног контроля. Опускает взгляд и видит член Уилера. Колени тут же подламываются, в теле остаётся одна слабость. — Уилл, не отводи взгляд, — шепчет Майк. Уилл сглатывает, его горло пересохло, и он внимательно смотрит. Смотрит, как рука Майка медленно скользит вверх и вниз. Так мучительно медленно… с этим тихим, влажным хлюпом, который смешивается с их тяжёлым дыханием и делает воздух густым. Ноги едва держат. Уилл впивается пальцами в край полки и сжимает её так сильно, будто от этого зависит его жизнь. Майк двигается мучительно медленно, его рука скользит по длине члена так, что горло Уилла пересыхает. И Уилл чувствует это, чувствует, что Майк смотрит на него, следит за каждой его реакцией, точно знает, что делает. Заставляет смотреть. Удерживает и не даёт отвернуться. В груди Уилла вспыхивает искра неповиновения. «Почему только тебе можно получать всё это удовольствие?!» — думает он. — Я думал, ты мне хотел доставить удовольствие, — вырывается у Уилла; он поднимает голову, чтобы посмотреть на Майка. — А я разве не хочу? — тихо, почти лениво шепчет тот, убирая руку с его затылка. На лице у Майка появляется слишком самодовольная ухмылка. Настолько доминирующая, что Уилла это начинает немного бесить. Но возразить он не успевает. Майк отпускает себя и делает ещё шаг вперёд, если это вообще возможно в их ситуации, они и так стоят почти вплотную друг к другу. Он поднимает левую руку и медленно проводит пальцем по обнажённой груди Уилла. Движение неторопливое, выверенное. Доходит до шеи, и там его ладонь мягко смыкается, пальцы обхватывают, не сжимая, не давя… но тело Уилла всё равно мгновенно отзывается. Рука остаётся на месте, а Майк чуть подаётся бёдрами вперёд, прижимаясь к его члену своим. Слои одежды, которые разделяют их от прямого контакта, в этот момент почти не ощущаются. — Я… блять, — стонет Уилл, он на секунду утыкаясь лбом в плечо Майка, прежде чем снова отстраниться. Майк снова подаётся фрикцией вперёд. — Майк… — задыхаясь, выдавливает Уилл. — Скажи это ещё раз, — шепчет Майк, не отрывая взгляда. — Майк? — сбивается Уилл. — Медленнее. Уилл на секунду замирает, чувствует себя уязвимым под взглядом Майка. Но потом он смотрит на него. Майк выглядит голоднее и развязаннее, чем Уилл когда-либо чувствовал себя… и этого достаточно. — Ма-а-айк… — протяжно стонет Уилл. Звук превращается во что-то между просьбой и признанием. Слишком честное. Слишком уязвимое. У Майка срывается тихий, довольный стон. Он утыкается лбом в изгиб плеча Уилла, будто не выдерживает, и почти мурлычет от того, как его имя слетело с губ парня. Чуть смещается и ловит губами ухо Уилла: — Можно мне тебя потрогать…? — Пожалуйста. Слово звучит не как разрешение, а как мольба. Уилл просто хочет, чтобы Майк наконец-то обласкал его. Майк не теряет ни секунды. Он наклоняется, его рот находит линию челюсти Уилла. Медленные поцелуи по коже жгут, словно огонь. Уилл теряет способность думать. Каждое прикосновение выбивает из него искру эйфории, короткое замыкание, от которого в голове остаётся только белый шум. Он ощущает себя невесомым, словно пол исчез из-под ног. Из него вырывается дрожащий вдох, когда рука Майка наконец опускается ниже. Медленно скользит по телу, пока не достигает напряжения под тканью. Майк тихо выдыхает ему в челюсть и накрывает ладонью пульсирующий член, который всё ещё жаждет освобождения от лишнего слоя ткани. Проводит по нему жёстко, уверенно, почти собственнически. Уилл теряется. Пальцы вцепляются в полку так, будто это единственное, что удерживает его от падения. Он тонет в ощущениях полностью и без остатка. Майк на секунду замирает, отстраняется, взгляд падает вниз — к поясу шорт Уилла. Последним движением ладони он проводит вверх и подцепляет ткань, слегка тянет, поднимая взгляд. Спрашивает разрешения без слов. Уилл кивает. Последняя ниточка самообладания рвётся. Остаётся только голое и требовательное желание. Тяжесть под тканью становится почти болезненной…такой пульсирующей, навязчивой, отчаянно ждущей внимания. Внимания Майка. Майк подносит руку ко рту, плюёт в неё и растирает пальцы, прогревая их, прежде чем засунуть внутрь трусов Уилла. Он обхватывает его длину и тяжело вздыхает. Уилл задыхается от этого прикосновения. Его член, предательски живо реагируя, дёргается в руке Майка. «Да пошёл ты», — думает Уилл про своё достоинство. — «Да, мы все поняли, что ты в восторге». — Ты дрожишь, — мурлычет Майк, не отрывая взгляда от своих пальцев в чужих трусах. — Просто… заткнись, — выдыхает Уилл. Майк лишь усмехается и начинает двигаться. Ритм сначала медленный, тянущий, потом становится увереннее; большой палец скользит по чувствительной головке, и Уилл жмурится, теряя остатки контроля. Свободная рука Майка скользит под одно из запястий Уилла, размыкает пальцы с полки и и тут же переплетает их: ладонь к ладони. Крепко удерживает и сжимает, пока вторая рука набирает амплитуду движений, не давая ни секунды передышки. Уилл протяжно стонет и утыкается лбом в плечо Майка, когда его накрывает волна удовольствия. — Не издавай таких звуков, если не хочешь, чтобы я сошёл с ума, — шепчет Майк, сильнее сжимая его пальцы. — Ха… да ну — с трудом смеётся Уилл и поднимает взгляд. — Как будто я могу заставить тебя сойти с ума. — Думаешь, я шучу? — тихо отвечает Майк, без намёка на улыбку. Накал страстей такой, что Уилл решает не выяснять, шутит Майк или нет. Он и так знает ответ, просто не хочет задумываться. Он молчит и опускает взгляд вниз — туда, где рука Майка двигается под тканью, и прикусывает губу, стараясь хоть как-то сдержать свои стоны. Большой палец Майка тем временем лениво скользит по руке, переплетённой с его собственной. Это прикосновение такое мягкое, почти нежное. От этого контраста с тем, что происходит ниже, Уилл буквально плавится. — Ты, кстати, почти не отстаёшь в дюймах, — выдыхает Майк и прячет смешок.  — Заткнись… просто заткнись, — задыхаясь, выдавливает Уилл, и зажмуривается. Он понимает, что не такой большой, как Майк, но и не маленький. Так какого чёрта тот вообще говорит что-то подобное? Мысли закручиваются в голове: почему Майк вообще это сказал? Какая, чёрт возьми, практика предполагает сравнение размеров? Зачем ему это? Он бы не смог повторить такое с девушкой…вся эта дрочка через одежду и не только… так для чего он практикуется? Тяжесть этих слов придавливает. Уилл не может позволить себе поверить, что это значит именно то, о чём он думает. Если он кончит так, полностью уязвимый под контролем Майка, то он сойдёт с ума. Он должен был свести с ума Майка, а не наоборот. — Майк… постой, хватит, — заикается Уилл. Майк реагирует мгновенно, будто обжёгся. Рука исчезает из трусов, он резко отступает, грудь вздрагивает, глаза распахнуты, и в них читается паника. Уилл не теряет ни секунды. Он не может позволить Майку или себе зациклиться на этом.Он отпускает полку и осторожно опускает руки. — Я тоже… хочу практиковаться, — шепчет Уилл. — Я весь твой, — выпаливает Майк, слишком быстро, слишком честно. Уилл ищет в глазах Майка хоть малейшие признаки сомнения, и не находит. Он делает глубокий вдох, подносит связанные запястья к груди Майка и опускается на пол, руки скользят по телу Майка, когда он встаёт на колени. Майк тихо вздыхает и наблюдает за дальнейшими движениями. Он перехватывает запястья Уилла, не давая им соскользнуть с груди, и лихорадочно развязывает узел, давая больше свободы. Галстук падает на пол, и Майк протягивает руку, чтобы обхватить челюсть Уилла. — Ты уверен? — шепчет Майк. — Ну… не могу обещать, что всё выйдет идеально, — честно признаётся Уилл. Признание пропитано искренностью, но привычного волнения нет. Все страхи о том, что нужно быть идеальным или делать всё правильно, исчезли. Ему просто нужен член Майка во рту… прямо сейчас. — Если станет слишком… — начинает Майк, хмурясь привычной заботой. — Вишня. Да, я помню, — улыбается Уилл, поднимая руку, чтобы направить Майка. На секунду он зависает. Он мог бы отпустить ситуацию и оставить Майка самого решать, что делать дальше. Так бы он поступил раньше. Но не сейчас. Сегодня он решает быть смелым. Уилл берёт руку Майка и ведёт её к своей голове. Его пальцы мягко направляют ладонь Майка, пока тот не зарывается в волосы. Майк тихо стонет, поддаваясь, осторожно сжимая пряди, будто проверяет, можно ли. Он смотрит на Уилла и едва заметно кивает, давая разрешение, то самое последнее «да», которого Уилл так ждал. Не разрывая зрительного контакта, Уилл медленно проводит языком вдоль ствола: от основания к головке. Майк глухо стонет и тут же зажимает рот свободной рукой. — Не надо, — шепчет Уилл, позволяя прохладному воздуху обдувать член, — я хочу тебя слышать. Он уверенно накрывает кончик губами, и в ту же секунду у Майка летит к чёрту всё самообладание. Тот сжимает кулак так, что белеют костяшки, а вторая рука сильнее вцепляется в волосы Уилла. Уилл ухмыляется — он снова в игре. На секунду он отрывает взгляд, оценивая… масштаб проблемы. Чёрт. Майк действительно пугающе большой. Уилл понимает, что не сможет взять всё сразу. Ладно. Уилл смещает руку к основанию, сжимая там, где рот не справится, и решает работать сразу в двух плоскостях. Как хороший мальчик, а не как идиот, который сейчас подавится на старте. Уилл приоткрывает губы, не сводя взгляда с Майка, и снова берёт в рот только кончик. Язык медленно обводит чувствительный край. Байерс видит, как у Майка закатываются глаза. — Чёрт, Уилл… — стонет Майк. Уилл глухо стонет, и вибрация проходит по всей длине. Майк сбивается на прерывистый вдох. Темп ускоряется. Движения становятся ритмичнее и глубже, голова Уилла плавно двигается вверх-вниз, подстраиваясь под дыхание Майка. Тот едва удерживается на месте, бёдра предательски подрагивают. Уилл упирается свободной рукой в его бедро, чтобы не потерять равновесие. Пальцы, смоченные слюной, двигаются у основания и ласкают те места, до которых не достаёт шаловливый язычок. С каждым движением, с каждым скольжением вниз Уилл чувствует, как его затягивает всё сильнее. Это уже не просто игра, а чистый восторг. Ощущать Майка так, впускать его в себя… странно, но так правильно. Это грязно, сумасшедше и ошеломляюще. Но когда стоны Майка начинают сливаться в такт с его движениями, то у Уилла внизу всё болезненно отзывается, пульсирует под тканью. Голова Майка откидывается назад, и из груди вырывается сорванный, надломленный стон: — Уилл… Эта нотка отчаяния заставляет Уилла замедлиться. Он отстраняется всего на пару дюймов и поднимает взгляд. Он смотрит в тёмные глаза Майка, видит, как дрожит его грудь. — Хочешь поговорить, Майк? — дразнит Уилл. Но Майк не может. Слова просто не складываются в предложения. Дыхание не выравнивается даже без стимуляции. Он полностью вымотан и сосредоточен лишь на том, чтобы перевести дух. — Ты близок, да? — ухмыляется Уилл. — Да, — раздражённо выдыхает Майк. Уилл тихо хмыкает и задерживается на долю секунды дольше, чем нужно. Ровно настолько, чтобы Майк снова почувствовал ту самую беспомощную, тянущую жажду, от которой его самого корёжило всё лето. Он медленно проводит языком по кончику, так нарочито лениво. И Майк почти сразу чувствует, как выделяется естественная смазка, когда Уилл отстраняется. — Ты бесишь, — выдыхает Майк. Уилл в ответ только довольно мычит и опускает взгляд вниз. — Если я тебя так бешу… — тянет он, медленно размазывая влагу по кончику языком, — тогда почему ты так течёшь? Из Майка вырывается хриплый, почти сорванный стон. Его уже откровенно ведёт, ещё чуть-чуть, и он просто рассыплется к чёрту. — Не останавливайся, — шепчет он, едва слышно, больше выдыхает, чем говорит. Пальцы вплетаются в волосы Уилла, тянут вперёд, но тот только упрямо отклоняется назад, позволяя хватке натянуться до предела. — Попроси меня как следует, — невинно улыбается Уилл, как будто вообще ни при чём. — Чёрт… Уилл, пожалуйста. Пожалуйста! Уилл доволен. А потом он без предупреждения подаётся вперёд, резко и жадно обхватывает член губами, втягивает щёки и создаёт вакуум так, что у Майка подкашиваются колени и из груди вырывается ещё один сорванный стон. — Господи, Уилл… я… не останавливайся, — стонет Майк. Уилл поднимает на него взгляд. Сам он весь красный, растерянный, но с этим упрямым огоньком в глазах. Дышит тяжело, сбито, и даже не думает давать передышку, а наоборот, только ускоряется. Язык яростно работает по кончику, рука двигается быстрее, ритм становится жёстче и требовательнее. Когда дыхание Майка ломается, звучит почти беспомощный стон. Уилл лишь сильнее втягивает щёки, создавая это чертово давление, от которого внутри у Майка всё переворачивается. Майк стонет глухо и грязно, сжимает пальцы в волосах Байерса, и кончает. Уилл не отстраняется. Даже и не думает. Остаётся с ним до конца, принимает всё до последней капли. Спокойно проглатывает, позволяя Майку прожить оргазм до последней судороги. Когда Майк, наконец, успокаивается, Уилл медленно отрывается от члена. Майк отступает, согнувшись, его руки падают на колени. Он полностью повержен, глаза затуманены от шока и удовольствия. Уилл поднимается на ноги, колени предательски подрагивают, и подбирает с пола трусы Майка и протягивает ему, их пальцы на секунду касаются друг друга. Уилл тут же отдёргивает руку, будто обжигается. Он проводит тыльной стороной ладони по губам, всё ещё слегка онемевшим и влажным, и выдыхает, пытаясь выдавить улыбку: — Ну… по крайней мере, тебе не придётся менять трусы. Шутка повисает в воздухе и тихо умирает. Майк еле-еле стоит, всё ещё приходя в себя, и смотрит на Уилла так, что становится почти не по себе. Слишком внимательно, слишком… серьёзно для такой дурацкой ситуации. — Это было… чертовски хорошо, Уилл, — сбито, с остатками дрожи в голосе, выдыхает он. Уилл хмыкает и коротко смеётся, явно довольный собой, хоть и делает вид, что ничего особенного не произошло. Майк тоже улыбается и проводит рукой по затылку. Натягивает трусы, будто это внезапно самое важное дело в мире. Уилл быстро отворачивается. Странно, но ему почему-то хочется дать Майку хоть каплю приватности, хотя он только что смаковал во рту его член. — Эй, Уилл? — мягко протягивает Майк. Уилл слышит шелест трусов, щёлканье молнии шорт и наконец чувствует себя в безопасности и поворачивается. — Да? — Ты обещаешь, что будешь использовать вишню, если что? — голос Майка становится тёплым, чуть дрожащим. — Майк, я уже говорил, что буду, — смеётся Уилл. Майк не смеётся в ответ, а смотрит серьёзно. Его взгляд на мгновение падает на пол, потом снова застывает на Уилле. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки и разжимаются, будто пытаются найти опору. Уилл делает шаг вперёд и вторгается в личное пространство Майка. Воздух между ними словно застывает. Он ощущает, что Майк перегружен… после того, что случилось. Всё может стать неловким, а Уилл не хочет ещё больше проблемок. Он осторожно протягивает руку, пальцы слегка дрожат, и отводит влажные кудри со лба Майка. Он сам не понимает, зачем это делает, просто не знает, что ещё можно сделать, чтобы отвлечь Уилера. Лёгкое, почти нежное касание. Ладонь скользит по синяку и маленькому порезу. У Уилла сжимается сердце при виде всего этого. Синяк стал ещё заметнее, он маленький, но увесистый. Этого достаточно, чтобы Уилл на долю секунды нахмурился. Внезапно его пронзает острая волна желания защитить Майка. Ладонь полностью льнёт к щеке. Реакция мгновенная. Майк не просто принимает прикосновение, он его ищет. Он наклоняет голову и ластится, словно жадно ищет контакт. Майк издаёт дрожащий вздох, который завибрировал по коже Уилла. Уилл медленно опускает руку. — Ну… — начинает Майк, вздыхает и снова смотрит в пол. — Думаю, тебе захочется использовать это… а я просто хотел убедиться, что ты понимаешь… — Майк! Просто скажи, чего ты хочешь, — мягко прерывает его Уилл. Майк глотает, его голос чуть дрожит:  — Потому что я хочу… — Хочешь что? — настаивает Уилл. — Я хочу…  Уилл ждёт, но слова будто застряли в горле Майка. Он не давит, пусть Майк сам разберётся со своей внутренней борьбой. Наконец Майк поднимает взгляд, и сердце Уилла заходится в быстром темпе: — Я хочу трахнуть тебя… пальцами, — тихо выдыхает он. Уилл резко вдыхает, но момент рушится с резким скрипом двери подвала. — Майк! Мама зовёт! — громко кричит Холли сверху, будто специально стараясь перекричать всю атмосферу. Жар момента исчезает, лицо Майка мгновенно краснеет. Он отступает назад и неловко хватает рубашку с пола. — Иду! — кричит он, лихорадочно натягивая рубашку. Уилл стоит, замерев. Сердце колотится. Он слышит, как после Холли захлопывается дверь. Холодное облегчение пробегает по телу: если бы Холли спустилась хоть на шаг, то она бы застала полный хаос: Майк стоит без рубашки перед Уиллом, который тоже без неё, оба со стояками… Добравшись до верха лестницы, Майк резко останавливается и сжимает перила. Он встречается глазами с Уиллом:  — Две минуты, — шепчет, а потом мчится вверх и захлопывает дверь подвала. Уилл падает на диван, хватает свою рубашку с пола и судорожно натягивает её. Он смотрит на разбросанные карты, глубоко вздыхает и по одной собирает их, аккуратно складывая в коробку. Если бы только можно было так легко стереть напряжение ночи. Слова Майка всё ещё висят в воздухе, как непростая правда: «Я хочу трахнуть тебя пальцами». Руки Уилла дрожат, когда он кидает коробку с картами на стол. Он не позволит Майку сделать это сегодня. Он к этому совсем не готов! Вмешательство Холли оказалось настоящей милостью свыше. Спасло Уилла от необходимости объяснять Майку, что всё не так просто. Майк не может просто так трахнуть его пальцами, как можно было бы какую-нибудь девушку. Уилл резко встаёт, чтобы не поддаться искушению, хватает сумку и закидывает на плечо. Любое лишнее движение здесь — путь к катастрофе. Он просто не может остаться. Шаги Майка доносятся с лестницы громко, как барабанные залпы. Он останавливается на последней ступени и пробегается взглядом по Уиллу, потом по аккуратно сложенным картам. — Что… — начинает он. — Майк, мне нужно идти домой, — спокойно говорит Уилл. — Что? Нет! Почему? — лицо Майка мгновенно оседает, а в глазах мелькает искреннее разочарование. Уилл просто отворачивается и бросает: — Обсудим в машине, — спокойно говорит он, проходя мимо Майка и направляясь к лестнице. 

***

Поездка проходит в тяжёлой тишине. Майк держит руль так крепко, что пальцы белеют, ещё немного, и он правда его сломает. Уилл косится на его руки и думает, что, наверное, это уже перебор. Наконец Майк прочищает горло: — Это… это не то, чего ты хочешь? Уилл смотрит на него. Челюсть у Майка напряжена, взгляд прикован к дороге, будто он готовится услышать что-то неприятное. Он явно думает, что перегнул, что сделал что-то не так… и, кажется, уже заранее себя за это казнит. И Уиллу от этого не по себе. — Нет, — мягко говорит Уилл. — Просто… это не так просто. Майк косится на него, быстро, почти украдкой, будто надеется выцепить ответ прямо из выражения лица, но почти сразу снова утыкается взглядом в дорогу. — Почему? — Мне… мне нужно сначала подготовиться, Майк. Так… мне будет спокойнее, — признаётся Уилл, и щёки у него тут же предательски теплеют, стоит словам сорваться с языка. Он не собирается вдаваться перед Майком во все тонкости гейского секса… ну камон, это уже как-то слишком по-гейски даже по его собственным меркам. Но почему-то Уилл всё равно чувствует себя ответственным за тревогу Майка. Не хочется, чтобы тот решил, будто зашёл куда-то не туда или вообще перегнул палку. Майк в ответ просто кивает. Без лишних вопросов, без давления. В его глазах на секунду мелькает понимание, но Уилл уже отворачивается и не замечает. Они едут молча, и, наконец, подъезжают к дому Байерсов. Прежде чем Уилл успевает дотянуться до дверной ручки, Майк уже выскочил из машины, обогнул её и встал рядом с ним. Как только Уилл выходит, он едва успевает сделать пару шагов, как Майк уже врывается в его личное пространство, словно закрывает дверь в клетку. — Прости, — тихо шепчет Майк. — Тебе абсолютно не за что извиняться, Майк, о чём ты вообще? — смеётся Уилл, искренне сбитый с толку такими извинениями. Майк выпускает натянутый смешок, плечо чуть опускается:  — Ну… я ведь оставил тебя с синими яйцами, да? Уилл смеётся ещё сильнее. Прямота слов Майка срывает часть напряжения, которое всё это время висело между ними. — Я не ожидал, что ты захочешь отплатить, Майк… У нас это как-то не совсем так…  — Но я хотел, — резко перебивает Майк, голос вдруг становится таким серьёзным, что у Уилла ёкнуло сердце. Уилл мгновенно закрывает рот, не находя слов. Он ищет глазами Майка, пытаясь прочитать всю эту бурю, что притаилась в взгляде друга. Он не понимает, чего на самом деле хочет Майк. Девушек можно трахнуть пальцами, может, Майк просто хочет потренироваться… Нет смысла дальше ломать голову. Он не может читать мысли Майка. Уилл просто кивает, и лицо Майка мгновенно смягчается. Майк протягивает руки и обхватывает Уилла за талию. Уилл на мгновение замирает, мозг еле успевает сориентироваться, но потом он расслабляется и погружается в объятие. Он крепко обвивает руки вокруг шеи Майка. Майк прячет лицо в плечо Уилла, держится с какой-то отчаянной, почти болезненной силой. Обычно они так не обнимаются, обычно они просто отмахнулись бы друг от друга и разошлись. Но это совсем другой уровень интимности, поэтому Уилл медленно отстраняется. Майк тоже немного отходит, но не разрывает контакт полностью. Руки всё ещё плотно сжаты на талии Уилла, как будто держатся за что-то важное. Уилл смотрит на него и слегка ослабляет хватку вокруг шеи, но не отпуская полностью. Майк выглядит так, будто внутри него идёт настоящая борьба. Его глаза бегают по лицу Уилла, губы сжаты тонкой линией, будто он сдерживает слова, которые хочет сказать… или пытается удержать себя от того, чтобы сделать что-то безумное. Прежде чем Уилл успевает додумать, Майк полностью отстраняется. Он разворачивается на пятках и идёт к водительскому сиденью, будто хочет спрятаться от собственных мыслей. Уилл опирается на окно пассажирского сиденья и заглядывает внутрь, наблюдая, как Майк пристёгивает ремень. Он выглядит подавленным, и Уилл это ненавидит. Всё должно было быть просто, глупо и весело. Но стоит делу только начать казаться слишком серьёзным… и Уилл готов сойти с ума. Он понимает: нужно что-то делать. — Майк. — Да? — спрашивает Майк, сжимая руль и поворачиваясь к Уиллу. — Не смей думать о том, что я сейчас буду дрочить в душе, — подмигивает Уилл. Майк разрывается настоящим и искренним смехом. Чёрт, слава богу, это сработало. Звук его смеха такой сладкий, что можно сравнить его с идеальным броском D20, последним штрихом на картине и выигрышным лотерейным билетом сразу… Ну да кого он обманывает? Для Уилла смех Майка затмевает всё это вместе взятое. — Слишком поздно, я уже начал, — улыбается Майк и подмигивает в ответ. Он дарит Уиллу последнюю улыбку, прежде чем повернуть ключ и завести машину. Уилл делает шаг на влажную траву, чувствуя вибрацию двигателя под ногами. Он наблюдает, как задние фары постепенно тают в темноте, оставаясь неподвижным, даже когда дорога опустела. Он не позволяет себе думать. Он просто стоит, вдыхает пустоту, которую оставил Майк, и пытается не сойти с ума от ощущения, что мир вдруг стал слишком тихим.