black sheep

Сириус целую неделю ждал начала зимних каникул, чтобы подкатить к Ричарду. Хоть ему и было невтерпеж и Джеймс чуть ли не толкал его сделать шаг, ну не мог он, пока большая часть школы была в замке. Он же не Сохатый, чтобы петь любовные оды о приглашении на свидании прямо во время завтрака в Большом Зале на потеху всем. Он не из тех, кто способен на проявлении нежных чувств даже один на один. В его стиле, как выразился все тот же Поттер, грузно пялиться, как какой-то маньяк. Он честно старался не смотреть, но взгляд сам падал на факультетский стол Хаффлпаффа, где сидел Ричи. И порой украдкой ловил его ответный взгляд. Определено, после того краткого разговора, который обошелся ему в три сикля, лед между ними дал трещину. Или просто Сириус хотел так думать. В первый же день каникул все пошло не по плану, хотя как такого не было. Он проспал и чертов Хвост даже не додумался его растолкать, как следует. Посему он спустился под самый конец завтрака, злой и растрепанный после сна. Из-за того, что людей было мало, те не многие ученики и учителя, что остались, трапезничали за одним столом. Он сел на самый край возле оживленной малышни и его ушей настиг интересный разговор: Ричард собирается устроить всем незабываемые выходные и пригласил желающих поиграть в снежки. Это его шанс, подумал он, хоть и не представлял, что из этого выйдет. Побесится с малышней, как один из главных дебоширов Хогвартса, да заработает пару личных баллов на свой счет. Плевое дело. Когда Сириус спустился в вестебюль, его встретили гомон голосов и скачущие малолетки с первый по третий курс, а также пара девчонок явно постарше. — Заблудился, мальчик? — издевается над ним Рич и у гриффиндорца уши вспыхивают. — Я же всем сказал, что данное мероприятие чисто для ребятишек, — он стоял сложив руки на груди и очаровательно хмурился, даже не подозревая, что всем своим видом только подогревает желание остаться. — Разве могу Я пропустить такое событие? Покажу этим проказникам, как следует веселиться, — и обезоруживающе улыбнулся. А внутри поджилки затряслись от волнения: он ещё не испытывал такого трепета только от одного разговора с кем-то. Хадсон лишь хмыкнул и отошел в сторону, чтобы провести скучнейшую лекцию (Сириус его несколько раз перебил, чтобы перевести на себя внимания, а дети остались в восторге от их небольшой перепалки), после чего навел на всех согревающие чары и повел на улицу. Ребятня цеплялась за него, словно инферналы за живую душу, пока сам Рич держал руку какого-то мальчишки со Слизерина. Тот выглядел смущено, но не вырывался. Бродяга фыркал себе под нос, пытаясь отделаться от чувства ревности (они же всего лишь дети, балбес!), но получалось скверно. Две подружки, разочарованные, что красавчик-староста обделил их своим вниманием, попытались подступиться к гриффиндорцу, но и там потерпели крах. А в какой-то момент он просто понял, что они ушли. Видимо, интерес пропал. Всей честной компанией они вышли на задний двор школы. Сириус предлагал пойти на поле для квиддича, но никто не захотел переться так далеко. Потом предложил покататься по Черному Озеру и нашел было заинтересованных единомышленников, как Рич смерил его таким строгим взглядом, что срочно пришлось пугать детей рассказами об озерном чудище, лишь бы отбить у них желание. Играть с детишками в снежки, как ни странно, оказалось весело. Все разделились на две команды: Сириус под свое крыло тут же отобрал самых сильных и крупных, дал им гордое название «Минотавры» и отправил первым делом строить крепость. Под командованием Ричи остались почти что одни девчонки и задохлики, они прозвали себя «Пикси», а после разнесли парней Бродяги в пух и прах. Это был им всем урок, что внешность обманчива, а за самой милой улыбкой (Ричарда) скрывается злой гений. Сириус в какой-то момент даже забыл о своей цели, пока изображал снежного голема и гонялся за малышней по всему двору. Те, до жути радостные, с визгами бегали от него и хохотали до колик в животе. Остановился, ища взглядом Ричи, и обнаружил его неподалеку. Он наблюдал за ними с легкой улыбкой, мягкий солнечный свет освещал его миловидное лицо. Он хотел было погнаться за ним или просто подойти и заключить в объятия. Вот только у малышни были свои планы: они восстали против злобного монстра и набросились всей толпой, да повалили в снег. Пока пытался отбиться так, чтобы никому не причинить вред, Сириус сквозь десятки детских голосов, услышал его смех. Такой до жути глупый, словно квакающий, но до боли естественный. Когда они все расходятся, дети поочередно обнимают Ричарда, а потом ластятся к Сириусу. Он для виду ворчит, растрепывая спиногрызам волосы, а самого распирает от гордости. Приятно иногда побыть старшим братом. — Чтобы все приняли горячий душ! — кричит им в след Рич, когда дети разбегаются. — Ты ещё здесь? — косится на мнущегося рядом Сириуса. Тот стоит побитым псом: уставший, голодный, охочий до ласки. Атмосфера над ним стала неожиданно плотной — казалось протяни руку и можно пощупать. — Может, — промочил горло, прежде чем озвучить свои мысли вслух. Нельзя упустить момент, нужно действовать, — многоуважаемый староста Хаффлпаффа проведет этого несчастного бродягу в ванну старост? — строит жалобный вид. — Ммм, — задумчиво протянул, смерив придирчивым взглядом. Улыбка против воли расползлась по лицу: лесть приятно обожгла уши. — Ладно, заслужил. Ты сегодня был хорошим мальчиком, — одобрительно кивнул и пошел вперед, не заметив, как мгновенно вспыхнул Сириус. Мурашки пробили от кончиков пальцев ног до самого загривка, он чуть было вслух не застонал от похвалы и со всей силы приложил рукой по лицу. Звук пощечины в пустом вестибюле оказался слишком оглушающим. Ричард удивленно обернулся, а увидев его пылающий вид, лишь хитро прищурился и назначил встречу через полчаса. Кто же знал, что совместный поход в ванну окажется настолько сложным? Он должен был догадаться. Надо было начать с чего-то полегче, какого хрена он просто не вызывался проводить его до гостиной? А этот гадский мальчишка явно наслаждался каждой секундой: раздевался нарочито медленно, ничего не стесняясь, и ухмылялся уж больно довольно. Сириус старался не пялиться. И чуть не ебнулся, в прямом и переносном смысле, когда глаза сами упали на ямочки на пояснице, куда идеально ложились его большие пальцы. — Что-то ты далеко уселся, малыш, — подразнивает. И Блэк еще больше смущается, потому что от этого дурацкого слова у него колом встал. — Мне и тут неплохо, — ответил сконфуженно, одной рукой подгоняя к себе пену. — Я тебя не слышу, — издевательски тянет. — Подойди поближе, я не кусаюсь. — Знаю я, как ты не кусаешься, — фыркает в сторону под его радостный смех. Предательский румянец расползается по шее, а дыхание сбивается с привычного ритма. Он незамедлительно ныряет под воду и подплывет ближе, но не слишком. — Доволен? — спрашивает, когда выныривает. Глаза Ричи блестят, когда он следит за тем, как капли катятся с черных волос Сириуса вниз по стройному торсу. — Блять! — испуганно дернулся Блэк, когда из воды показалась макушка Миртл. Он тут же прикрыл свое достоинство, почувствовав, как от стыда загорелись уши. Вот же позорище. — Ах, Ричи! — воскликнула приведение, и мигом очутилась подле него. Она перышком опустилась на гладь воды, положила лицо на руки и замахала ногами в воздухе. — Зайчонок, — журит пальцем, — я же говорил тебе не подсматривать? — она только по-глупому хихикнула. Он протянул руку, как если бы мог дотронуться до нее. Миртл вытянула лицо и опустила к нему голову, словно могла почувствовать тепло. — Я приду к тебе ещё поболтать, хорошо? Можешь, пока оставить нас? Не будем смущать Сириуса. — Ладно, — буркнула вяло и обижено. — Я буду тебя ждать! Ты обещал! — и после подтверждения она испарилась. Даже не заплакала ни разу. — Вы хорошо ладите, — удивился Блэк. В него Миртл впивалась клещами и не отвязывалась, пока на нее не наорешь. — Ага, жалко бедняжку, — грустно выдохнул. — Умереть в таком молодом возрасте и застрять здесь — невероятно печально, — Сириус пристыжено нахмурился. Он никогда не думал в подобном ключе, воспринимал призраков, как должное, и порой срывался, когда они выводили из себя. — А ты прямо герой всех несчастных и обездоленных, — фыркает ревностно. — Ну, наверное, так и есть, — мягко улыбнулся. — Мне несложно побыть «героем», пока остальным это внимание приятно и приносит радость. — Тогда, — Сириус запнулся, потому что собирался сказать самую романтичную херню в своей жизни и ему заранее было стыдно: — я буду твоим героем, — и Ричард безжалостно рассмеялся над его откровением. Но Бродяга не собирался отказываться от своих слов. Не теперь. — Вы сегодня в ударе, мистер Блэк, — плеснул водой в его сторону. Тон неожиданно стал серьезным, а грудные мышцы напряглись. — И что же вы хотите за предоставленную милость? — Дай мне шанс, — выпалил на духу, набравшись смелости. — Я часто веду себя, как последняя сволочь, но тогда я… не хотел… обидеть тебя. И мне жаль… — он упрямо заткнулся. Сириус был красноречив на язык, но с Ричардом он порой и двух слов связать не мог, как глупый домовой эльф. Вода вокруг него чудом не бурлила из-за накрывшего жара. — Ладно, — выдал после минутного размышления. Бродяга по-глупому заморгал. — Что «ладно»? — Я тебя прощаю, — снисходительно пояснил. — Так… просто? — все еще не верил он, что такое вообще возможно. Сам Сирус годами копил обиды и не умел их отпускать. Если бы он пришел раньше, то Ричард бы и тогда его простил? И всех этих пиздостраданий можно было избежать? — А зачем должно быть сложно? Ты извинился — разве этого мало? — беззаботно пожал плечами. — Пойдешь завтра со мной на свидание? — попытал удачу, раз она ему благоволила сегодня. — Нет, завтра я не могу. Поведу детей играть в салочки на метлах. Надеюсь, они не поубивают друг друга. — Тогда вечером? — Я обещал навестить Миртл. — Послезавтра? — Буду учить их вязать фенечки. Слишком много заказов поступило, надеюсь их немножко поэксплуатировать, — у Сириуса неосознанно дернулся глаз. Оказывается, он вообще не привык, когда ему отказывают. Тем более три раза подряд — это слишком. — Ты же просто издеваешься, да? — фыркнул и поднял жалобный взгляд. Ричард хихикнул. — Самую малость. Но, воообще, у меня серьезно расписаны все выходные… — признался несколько обречено и криво улыбнулся. К концу каникул дети будут снятся Ричарду в кошмарах, собственно, как и он им. — Из года в год еще никто не жаловался, — справедливо заметил. — Я бы тоже не осмелился, — выдохнул с полуулыбкой. Хадсон красноречиво брызнул в него водой. А затем поднялся и Сириус жадно вперился в него глазами, будто мог сожрать, и приказал себе не двигаться. Барсук медленно пробирался к нему сквозь толщу воды и пышную пену. Остановился напротив со шкодливой улыбочкой и хитринкой в глазах. Довольно прищурился, когда Сириус нервно сглотнул, и опустил руки ему на плечи. Повел одной вверх по шее, от чего кожа от его прикосновений пошла рябью, и накрыл ладонью щеку. Большой палец приятно огладил скулу. Блэк дернул головой на встречу ласке, как Миртл недавно, пытаясь получить больше. — Если мистер Блэк вдруг решит вклинится в мои планы и завтра, я не решусь его остановить, — дал жирный намек, а после убрал руки и стал выходить из бассейна. Сириус встать не решился. Потому что у него уже стояло кое-что другое.