Мы всё равно не проживём и года

      В три часа ночи Гарри сдался и с раздражением отшвырнул бесполезную подушку в сторону. Перевернувшись на спину, он устало потер глаза.       Член пульсировал — болезненно твердый до невыносимости, и Гарри хотелось просто завыть. Он был измучен, выжат, раздражён до предела и телом, и мыслями. Ему казалось, что единственная причина, по которой он не может кончить, это он сам: слишком зацикленный, слишком напряжённый. Ведь если подумать, сама механика не казалась такой уж сложной.       И всё же, что бы он ни делал, ничего не работало. Ни подушка, ни собственная рука, вообще ничего.       Он стиснул простыни в кулаках и с досадой дёрнул ногой. Несправедливо. Застрять в этом старом доме, наедине со Снейпом, которого он даже толком ненавидеть не мог за отказ. В конце концов, Гарри младше на двадцать лет и, по сути, сейчас находится под его опекой. Не говоря о тех семи напряжённых годах в Хогвартсе.       Вместо того чтобы ещё пару часов ворочаться в постели, он решил спуститься на кухню: заварить чай, прихватить печенье и стащить из библиотеки какую-нибудь книгу, чтобы занять голову до рассвета. Может, чтение утомит его настолько, что он наконец заснёт.       Он шёл по тёмному коридору довольно бесшумно: обувь осталась в комнате. Босые ступни едва касались пола, хотя некоторые ступеньки всё равно предательски поскрипывали под его весом. Будить Снейпа ему совсем не хотелось, лучше оттянуть момент, когда снова придётся встретиться с этим тяжёлым, колючим взглядом.       Пока закипал чайник, Гарри невольно задумался: а не совершил ли он ошибку? Да, он был в отчаянии, но это же Снейп. Он бы ни за что не пошёл с таким к Дамблдору или, не дай бог, к профессору Макгонагалл. И всё же почему-то обратиться к Снейпу с этой своей маленькой (вполне средней, если уж судить по раздевалке для квиддича, спасибо большое) проблемой казалось менее неловким. Может, и зря. Может, стоило. Может, завтра утром лучше извиниться. А может, вообще никогда больше не поднимать эту тему и вместо этого написать Рону (и только Рону) длинное письмо, надеясь, что тот не умрёт от смеха.       Погружённый в мысли, Гарри вернулся в библиотеку. Заклинанием он разжёг камин и устроился на том же диване, где они со Снейпом сидели в прошлый раз. Но звук из тёмного угла заставил его вздрогнуть так, что он облил себе руку горячим чаем.       Выругавшись сквозь зубы, он поставил кружку на стол и стал высматривать Снейпа.       Тот сидел в кресле у окна, спиной к Гарри. В серебристом лунном свете его профиль казался лишь тёмным силуэтом. В правой руке он держал стакан виски, опирая его о деревянный подлокотник.       — А… здравствуйте, — сказал Гарри и сел, откусив печенье. Он быстро решил, что лучше сделать вид, будто ничего не произошло. — Не знал, что вы ещё не спите.       Снейп неохотно хмыкнул. Он сделал глоток и снова опустил руку на подлокотник. Золотистые отблески огня играли в янтарной жидкости, цепляя взгляд. Гарри не мог оторваться.       Он смотрел, как длинные пальцы обхватывают стекло, и чувствовал, как член дёргается. Чёрт. Надо бы встать и уйти, пока всё не стало ещё хуже, но упрямство не позволило. Ничего же не произошло, верно? Они просто разговаривают. Завтра всё забудется, и всё вернётся к…       — Раз уж вы не спите, полагаю, ваш маленький эксперимент успехом не увенчался.       Гарри поперхнулся крошками и громко закашлялся. Он сделал большой глоток чая, обжёг горло, и глаза защипало. Слёзы он сглотнул вместе с остатками гордости.       — Да, не особо.       — Как можно не знать, как доставить себе удовольствие, мистер Поттер? — в хриплом голосе Снейпа сквозило недоверием, и Гарри невольно задумался, сколько виски тот уже выпил.       — Я же говорил, — начал Гарри, но Снейп перебил его.       — Даже если бы вы только что обнаружили наличие собственного члена, вам бы хватило пары движений, чтобы понять, что приятно, мистер Поттер. — Его голос звучал твёрдо и ровно, но начал дрожать, когда он продолжил. — Тогда как так получается, что рядом со мной вы прекрасно знаете, что вам нравится, а в одиночестве — нет? Мм, мистер Поттер?       Сердце Гарри ускорилось — намёк был слишком очевиден. Он ответил осторожно, не уверенный в том, чего от него ждут:       — Может, когда я один, я чувствую себя странно. Глупо. Не понимаю, что делать. Я слишком много думаю, начинаю нервничать, и ничего не выходит.       Снейп сделал ещё глоток. Даже на расстоянии десяти футов Гарри услышал, как тот сглотнул, тяжело вздыхая.       — А когда вы не один?       Такого ведь ещё не случалось. По-настоящему — нет. Пять минут рядом со Снейпом не в счёт.       — Я ещё ни с кем не был, — тихо признался Гарри.       — Но удовольствие же вы испытывали.       Это не был вопрос, но Гарри всё равно ответил:       — Да. Когда сидел рядом с вами.       Между ними снова повисла тишина. Даже полено в камине не посмело потрескивать.       Снейп постукивал пальцами по стеклу, потом одним движением допил виски, опрокидывая стакан. Когда Гарри поставил кружку на стол и откинулся назад, рука Снейпа снова легла на подлокотник.       Лица профессора почти не было видно, но длинные пальцы… Гарри не мог оторваться, точно заворожённый. Из-под рукава мантии выглядывала белая манжета рубашки, сухожилия под кожей двигались, выступали и исчезали, как волны.       Одним движением пальца Снейп призвал бутылку — та наполнила стакан янтарной жидкостью почти до краёв. Потом очередным движением пальца отлетела обратно на стол.       Снейп снова поднёс спиртное к губам. Половина исчезла, прежде чем стакан с глухим стуком коснулся подлокотника. В тишине библиотеки звук прозвучал слишком громко. Гарри вдруг подумал, что рука у Снейпа дрожит, но вдруг отвлёкся, заметив подушку, зависшую рядом.       — Ну что… попробуете ещё раз? — голос Снейпа был тёмным, как виски. — В этот раз со мной в комнате?       Член Гарри мгновенно выразил интерес. Внизу живота вспыхнуло что-то — «адреналин», поспешно сказал он себе — и он прикусил губу, чтобы не застонать.       — Вы…       — Я тут не причём, — резко сказал Снейп.       «Ещё как причём», — подумал Гарри, но спорить не стал.       Всё ещё висящая в воздухе подушка ткнулась ему в плечо. Он поймал её взглядом.       — Ладно, — сказал он и опустил её себе на промежность, как в тот раз. Уже от этого хотелось застонать вголос. Что за чёрт, подумал он, но следующий вопрос Снейпа заставил его разум опустеть.       — Хотите, чтобы я просто сидел и ждал пока вы закончите или мне… говорить с вами?       Последние слова были сказаны почти шёпотом, и Гарри едва не засомневался, расслышал ли правильно. Он намеревался переспросить, но быстро догадался, что Снейп не повторит.       Ответ вырвался сам:       — Говорите со мной.       Он напрягся в ожидании реакции, но Снейп лишь крепче сжал свои длинные пальцы на стакане. Это почему-то успокоило. Он не видит Гарри, но Гарри его слышит, и этого достаточно. Ему нужен всего лишь кто-то, кто подскажет, что делать, проведёт к первому оргазму.       От одной мысли по спине побежали мурашки. Он так хотел этого. Хоть раз. Гарри действительно хватило бы одного раза. Должно хватить, ведь больше такого не повторится. Никогда.       — Что вы хотите чтобы я сделал? — голос Гарри подвёл.       Снейп издал странный звук, похожий на смесь смешка и фырканья. Гарри решил не думать об этом, чтобы не воспринимать это, как насмешку, иначе потеряет самообладание.       Снейп прокашлялся, но его тон остался таким же низким и хриплым:       — Ложись, Гарри, — попросил он, и Гарри удивлённо замер.       Снейп никогда не называл его по имени. Ни разу, даже в самых смелых мечтах он не мог себе такого представить. И уж точно не так. Не в таких обстоятельствах. Хотя, по правде говоря, нынешняя ситуация намного превосходила все его мечты.       Снейп терпеливо ждал. Свою просьбу он не повторил. В конце концов Гарри понял, что не дождётся, и послушно подчинился. Он откинулся на подушки, устроившись так, чтобы не выпускать Снейпа из виду. Хотя его лицо было скрыто в тени, лишь по краям обведённое серебристым светом, если постараться Гарри мог разглядеть движение его губ. И пальцы, обхватывающие стакан.       — Да? — выдохнул он и прочистил горло, пытаясь взять себя в руки. — Что дальше?       — Вот как это работает. Не торопись. Шаг за шагом. Сначала один, затем второй, и к десятому ты будешь извиваться, кончая.       Гарри тихо простонал от яркой картинки в голове; тело отозвалось — он невольно двинул бёдрами вверх. Ему понравилась фантазия, и он отчаянно хотел уже оказаться в ней. Он прижал подушку к груди.       — Разве не в этом цель? Десятый шаг?       — Это вызов, мистер Поттер? — протянул Снейп, и Гарри почему-то показалось, что он улыбается.       — Если хотите, — ответил Гарри, чувствуя себя смелее, чем был на самом деле. Ему пришлось буквально заставить себя ослабить хватку на подушке, чтобы не порвать ткань.       — Возможно. Но сначала я хотел бы кое-что прояснить. Если в любой момент в течение следующего часа вам захочется остаться одному, вы сразу скажете мне уйти. Ясно?       Гарри знал, что этого не случится, но все равно кивнул:       — Да.       Смысл ведь был как раз в том, чтобы Снейп оставался рядом, разве нет? С чего бы ему вдруг хотеть его прогнать?       — Вы уверены, что хотите этого?       Вместо ответа по телу Гарри прокатилась резкая волна желания. Бёдра непроизвольно подались вверх, член скользнул по плотной ткани белья, и из груди вырвался громкий стон.       — Да, я уверен, Профессор.