Альфега

Пока менеджер Пак и охранники, состоящие исключительно из бет, наводили порядок в специальной комнате, Квон Хэиль вывел Бэк Канхёна в коридор. И в этот момент Канхён заметил, что с его спутником что-то не так. — Фу, чёрт... — Квон Хэиль сглотнул ругательство и внезапно пошатнулся. Бэк Канхён быстро поддержал его за плечи и встревоженно спросил: — С тобой всё в порядке? Плохо себя чувствуешь? — Нет... со мной всё в порядке. Хотя он и утверждал, что всё в норме, Бэк Канхён прекрасно понимал, что это далеко не так. Лицо Квон Хэиля сильно раскраснелось, словно в лихорадке, по всему телу выступил холодный пот, а дыхание стало прерывистым и обжигающе горячим. Время от времени он крепко зажмуривался или с трудом сглатывал, словно отчаянно сопротивлялся какому-то мощному внутреннему импульсу. Бэк Канхён легко догадался о причине. В специальной комнате стояла невыносимая, удушливая атмосфера, буквально пропитанная феромонами омеги, которые бесконтрольно извергал Ким Джэ Ён. Воздействие такой критической концентрации феромонов неизбежно провоцировало спонтанный гон у любого находящегося рядом Альфы, независимо от того, насколько силен был его доминантный статус. Будучи Альфой, Квон Хэиль просто не мог избежать этой естественной биологической реакции. «Я оказался слишком недальновиден». Бэк Канхён мысленно винил себя за то, что не предусмотрел этот момент. Сам он запечатал свои железы ещё до того, как феромоны Ким Джэ Ёна заполнили помещение. Благодаря этим жестким мерам предосторожности, направленным на полную блокировку синхронизации, он остался абсолютно невосприимчив к чужому запаху. Но Квон Хэиль ворвался в комнату совершенно неподготовленным, из-за чего принял весь сокрушительный удар феромонов на себя. — Где... где... — Дыхание Квон Хэиля становилось всё более рваным. Его затуманенный взгляд метался из стороны в сторону, отражая жестокую внутреннюю борьбу между разумом и дикими инстинктами. Бэк Канхён быстро огляделся по сторонам. Менеджер Пак, мгновенно оценив критическую ситуацию, поспешил к ним. — Что случилось? Почему директор в таком состоянии?.. — Думаю, он подвергся слишком сильному воздействию феромонов Ким Джэ Ёна. Нам нужно срочно где-нибудь его уложить. Услышав слова Бэк Канхёна, менеджер Пак заметно побледнел и поспешно указал на ближайшую свободную VIP-комнату. — Давайте отведём его сюда. Длинный кожаный диван в этой VIP-комнате был достаточно просторным, чтобы Квон Хэиль мог на нем расположиться. Когда Бэк Канхён помог ему лечь, его собственное лицо омрачилось тяжелой думой. «Похоже, он временно потерял контроль из-за сильнейшей феромональной интоксикации... Что мне теперь делать?» У доминантных Альф циклы гона обычно отличались строгой регулярностью с минимальными отклонениями, поэтому такие внезапные, спровоцированные извне вспышки были полной неожиданностью. Бэк Канхён не мог сообразить, за что хвататься в первую очередь. Если гон уже захлестнул организм Квон Хэиля, обычные подавители будут абсолютно бесполезны. Может, стоит просто переждать, раз это временный сбой? Но никто не знал, сколько это продлится — несколько часов или целые сутки... Самым быстрым и естественным способом завершить гон у Альфы всегда был секс. Но приводить сюда Ким Джэ Ёна, чей организм был насильно перегружен препаратом, не шло и речи. Найти же другого свободного Омегу, готового добровольно лечь под обезумевшего от гона доминантного Альфу в столь короткие сроки, тоже было задачей не из легких. Бэк Канхён с нарастающей тревогой посмотрел на Квон Хэиля, который тяжело и хрипло дышал на диване. Затем, повернувшись к менеджеру Паку, он серьезно спросил: — Менеджер Пак, Квон Хэиль в последнее время с кем-нибудь встречается на постоянной основе? — Что? Встречается? — В таком состоянии неизвестно, сколько он выдержит. Секс помог бы ему быстрее прийти в себя и стабилизировать организм. Если у него есть кто-то близкий, этот человек хотя бы не станет сопротивляться во время процесса. Менеджер Пак немного помедлил с ответом. Точнее, он ответил, но без единого слова. Он просто пристально, с немым укором посмотрел на Бэк Канхёна, и в его глазах отчетливо читалось: «Да этот человек — ты». Неловко почесав щеку, менеджер Пак выдавил: — Ну... я попробую кого-нибудь найти на нижних этажах. Омега ведь подойдет, верно? Даже если у Квон Хэиля сейчас не было постоянного партнера, у него хватало мимолетных связей в прошлом. Вполне вероятно, что кто-то из его бывших пассий как раз сейчас танцевал на первом этаже клуба. Бэк Канхён сделал шаг вслед за менеджером Паком к дверям, намереваясь помочь сузить круг поисков среди Омег. — И еще, нам нужно прямо сейчас попытаться хоть немного сбить ему температуру... Не успел Бэк Канхён договорить, как над его головой внезапно нависла огромная, обжигающе горячая тень. «Меня сейчас сожрут». Острое ощущение смертельной опасности мгновенно прошибло все его инстинкты, заставив судорожно сглотнуть. Бах! Дверь с оглушительным грохотом захлопнулась, оставив ошеломленного менеджера Пака по ту сторону коридора. Двери в VIP-зонах были спроектированы так, чтобы открываться и закрываться абсолютно бесшумно, а значит, этот резкий звук был вызван мощным ударом тяжелой мужской ладони. Бэк Канхён не мог заставить себя даже повернуться. В его сознании завыл дикий сигнал тревоги. — Где... Горячее, влажное дыхание опалило его затылок. Волосы на теле Бэк Канхёна буквально встали дыбом. — Хённим? Ты пил и ел с этим черносердым лисом? Бэк Канхён невольно вспомнил недавние слова Пэк Сохуна и мысленно покачал головой. «Нет. Это далеко не лиса, хён». Очередной тяжелый, хищный выдох коснулся его шеи совсем близко. Плечи Бэк Канхёна резко дернулись. Было полное ощущение, будто огромный, изголодавшийся тигр замер у него за спиной, готовый в любую секунду перекусить ему горло. Бэк Канхён медленно, преодолевая сопротивление собственного тела, повернул голову к застывшей позади фигуре. В тот самый миг, когда их взгляды встретились, — а глаза Квон Хэиля буквально полыхали безумным животным жаром, — владелец клуба резко, одним движением взвалил Бэк Канхёна себе на плечо и направился к массивному дизайнерскому столу. Прежде чем Бэк Канхён успел осознать эту внезапную смену положения, его грубо швырнули лицом вниз прямо на полированную столешницу. Сверху на него навалилась сокрушительная, непреодолимая тяжесть чужого тела. А затем горячий, влажный язык медленно скользнул по его беззащитному затылку. — Фу!.. Это ощущение было настолько интенсивным, словно чужой язык бесцеремонно скреб по нежным мышцам под кожей. Тело Бэк Канхёна инстинктивно содрогнулось от этого глубокого, пугающего прикосновения. Квон Хэиль настойчиво прижимался к его шее, жадно и тяжело облизывая кожу у самого основания волос, словно пытаясь проникнуть под нее. Невыносимый, обжигающий зуд смешивался с первобытным страхом быть немедленно укушенным. Казалось, если это продолжится еще немного, его затылок просто расплавится от этого жара. — Квон… Хэиль! … Ах! Квон Хэиль, намертво придавив спину Бэк Канхёна своим торсом, прерывисто, с хрипом выдохнул: — Бэк Канхён... чёрт... Ха-а, я сойду с ума из-за тебя... Горький, сорванный голос Хэиля завибрировал прямо у кожи Канхёна. — Ты вообще соображаешь... как ты сейчас пахнешь? — Что?.. Ах! Прежде чем Бэк Канхён успел спросить, что это значит, острые зубы Квон Хэиля с силой впились ему в затылок, заставив судорожно выгнуть спину. — Черт... от тебя пахнет... перезрелыми гранатами, которые вот-вот лопнут от сока... Бэк Канхён, намертво прижатый к столу, пребывал в полном замешательстве. Если бы он был Омегой, такой укус означал бы завершение процесса запечатления. «Сумасшедший...» Поскольку он сам был Альфой, биологическая метка не могла сформироваться — ощущалось лишь сильное жжение и острая боль от зубов на голой коже. Но Квон Хэиль и не думал останавливаться, он укусил снова, еще сильнее. — Хэ..! Пульсирующая, электрическая боль мгновенно распространилась по позвоночнику. Бэк Канхён почувствовал колоссальную опасность, исходящую от этого дикого, незнакомого обращения. «Я не могу стать Омегой! Это биологически исключено!» Квон Хэиль был полностью не в себе — он с остервенением кусал другого Альфу за затылок, словно ведомый слепым инстинктом обладания. Но даже во время самого яростного гона Альфы никогда не впивались бездумно зубами в шею кому попало. Запечатление между Альфой и Омегой всегда было сакральным, непреложным актом. Природа жестко контролировала этот процесс, сдерживая даже самых обезумевших от похоти хищников. Покусывания и ласки допускались, но полноценный укус... Инстинкт, заставивший Квон Хэиля пойти на это, означал лишь одно: его привязанность и собственничество по отношению к Бэк Канхёну давно вышли за рамки всякого разумного контроля. Однако Бэк Канхён до последнего отказывался верить, что Квон Хэиль испытывает к нему настолько глубокие чувства. Он всегда считал частые подшучивания, флирт и чрезмерную заботу Хэиля лишь проявлением дружеской симпатии и легкой небрежной нежности. С момента их первой встречи владелец клуба всегда вел себя раскованно и беззаботно. Их отношения не поддавались четкому описанию — они были просто двумя Альфами, которые на удивление хорошо ладили друг с другом. И этого было явно недостаточно, чтобы оправдать попытку запечатления. «Значит, это действие препарата Ким Джэ Ёна. Это побочный эффект. Если этот наркотик стирает подсознательные барьеры и заставляет бросаться на своего же вида, то он невероятно опасен». Бэк Канхён окончательно отбросил идею позвать стороннего Омегу, чтобы успокоить Квон Хэиля. Если тот в таком состоянии без разбору впивался зубами в затылок Альфы, то подпущенный близко Омега подвергся бы смертельной опасности немедленного и жесткого подчинения. «Тогда что же мне делать?..» Пока он лихорадочно соображал, как привести Квон Хэиля в чувство, обжигающее дыхание снова опалило его шею. Горячие губы Хэиля начали покрывать влажными, быстрыми поцелуями свежие следы от своих же зубов. — Черт... Я должен... очень сильно злиться на тебя сейчас... Ха-а... — хрипло шептал Квон Хэиль. — Бэк Канхён, перестань строить из себя героя... Я должен был тебя распять за это... Значит, он всё ещё злился из-за того, что Канхён сознательно подставился под удар в той комнате? Квон Хэиль продолжал настойчиво лизать и целовать поврежденную кожу на затылке Бэк Канхёна, едва слышно бормоча сквозь тяжелые вздохи: — Ха-а... милый... почему ты такой сладкий... Бэк Канхён... Его затылок продолжал гореть от этих ласк, словно кожу намеренно покрывали медом. Но это не поддавалось никакой логике. Феромоны, которые спровоцировали этот дикий гон у Квон Хэиля, принадлежали Ким Джэ Ёну. Так почему же владелец клуба был так маниакально сосредоточен на теле Бэк Канхёна? Его собственный слабый запах Альфы должен был давно раствориться в той удушливой атмосфере. В полном замешательстве Бэк Канхён скосил глаза на свою руку. На тыльной стороне его левой ладони, намертво прижатой к столу, виднелись засохшие капли темной крови. Это был след от прокола иглы шприца, которым он перехватил вторую дозу нелегального препарата. «Инъекция?..» В тот момент, когда игла вонзилась ему в руку, он отчетливо почувствовал, как содержимое шприца попало в его кровоток. Ему ввелась почти половина дозы, предназначенной для Ким Джэ Ёна. Глаза Бэк Канхёна резко расширились от внезапного озарения. А Квон Хэиль, полностью погруженный в свой животный транс, снова с силой прижался к нему сзади. — Фух!.. Преодолевая резкую вспышку боли, Бэк Канхён попытался повернуться лицом к Квон Хэилю. — Бэк Канхён... Квон Хэиль теперь откровенно, тяжело терся своим эрегированным пахом сквозь одежду о его бедра. Он вел себя как разъяренный, доведенный до предела зверь. — Хочу тебя... трахать... Я так сильно хочу тебя трахнуть... — Его набухший член настойчиво вжимался в ягодицы Бэк Канхёна. — Можно мне войти? А? Бэк Канхён... Я сейчас просто сдохну от этого... Квон Хэиль ухмылялся, глядя на Бэк Канхёна сверху вниз абсолютно безумным взглядом. Из уголка его губ капала слюна, выдавая в нем ненасытного, потерявшего разум хищника. Растерянность и паника в сознании Бэк Канхёна мгновенно сменились глухим, тяжелым смирением. Почему он понял это так поздно? Феромоны, которые свели Квон Хэиля с ума и спровоцировали этот разрушительный гон, были вовсе не запахом Ким Джэ Ёна. Это был его собственный аромат Бэк Канхёна — насильно измененный и многократно усиленный попавшим в его кровь наркотиком.