Альфега

Лицо Бэк Канхёна без всякой причины обдало жаром. Он так и не смог заставить себя признаться, что втайне желал одиночества Квон Хэиля — чтобы тот скучал по нему так же сильно. Вместо ответа он лишь крепче сжал в руках рубашку Хэиля, прижимая её к груди. Пока Канхён молчал, Хэиль продолжил уже более строгим тоном: — Даже не думай принимать феромоны от этого мальчишки, пока меня нет. Я специально оставил кучу своей одежды, пропитанной моим запахом, так что используй её. Хэиль, очевидно, всерьез опасался, что в его отсутствие Канхён может прибегнуть к помощи Сон Тэрима. Врач предупреждал Канхёна, что для предотвращения гормонального дисбаланса ему необходимо периодически подпитываться феромонами Альфы. Если получить их от отца ребёнка напрямую не получалось, оставался альтернативный вариант — использовать феромоны доминантного Омеги. Это была временная медицинская мера: сильные феромоны доминантного Омеги вводились в организм, чтобы на короткое время сымитировать гормональный фон партнёра. Но в этом вопросе Канхён был полностью солидарен с Хэилем. Даже если бы Тэрим, обладающий силой доминантного Омеги, с радостью предложил свою помощь, Канхён категорически этого не хотел. — Мне не нужны ничьи феромоны, кроме Квон Хэиля. Он упрямо оглядел своё гнездо, до сих пор хранившее родной аромат. «Я лучше буду каждый день сооружать это гнездо и спать в нём». Канхён невольно улыбнулся, слушая, как Хэиль на том конце провода принялся привычно и безлобно ругаться: — Ах, чёрт... Ну и зачем ты это сказал именно тогда, когда меня нет рядом? Какого чёрта я вообще торчу в этих Соединённых Штатах?.. Почувствовав искреннее сожаление в его голосе, Канхён с опозданием спросил: — Ты благополучно долетел? — Да. Только тут немного шумно. Слишком много людей. Сквозь динамик телефона вместе с голосом Хэиля отчетливо пробивался гул оживленной многолюдной толпы. — А где именно ты сейчас? — На Уолл-стрит. Довольно неожиданное место. Уолл-стрит — знаменитая улица на Манхэттене в Нью-Йорке. Сердце мирового финансового центра, где располагались крупнейшие фондовые биржи, бесчисленные банки, хедж-фонды и юридические гиганты. Мысль о том, что Квон Хэиль внезапно оказался в эпицентре мировой экономики, озадачила Канхёна. Тот Квон Хэиль, которого он знал, никогда не проявлял ни малейшего интереса к финансам. Канхён уже собирался спросить о цели визита, но вовремя вспомнил, что Хэиль улетел в Штаты ради какой-то встречи. Правда, поскольку подробностей ему не сообщили, он до сих пор понятия не имел, к кому именно направился Хэиль. В конце концов, это был их первый полноценный созвон после того разговора в отеле. — И с кем же ты встречаешься? — Со своими родителями. Ответ Хэиля прозвучал вполне логично. Канхён и раньше знал, что отец Хэиля ведет крупный бизнес в США. — Ну, с их стороны было бы неправильно узнать о помолвке и — тем более — о будущем внуке из вечерних новостей. Только сейчас, задумавшись об этом, Канхён по-настоящему осознал, насколько стремительно и странно развивались их отношения. Они ведь даже толком не встречались, когда он внезапно забеременел, а теперь они уже вовсю готовятся к помолвке. Они пропустили стадию обычных свиданий. Они даже не успели стать парой. «Мы ведь по сути даже не встречаемся?..» — эта мысль сильным толчком отозвалась в груди. — «Мы... всё ещё не возлюбленные?» Разум Канхёна стремительно погружался в хаос. Человек, привыкший всю жизнь просчитывать каждый шаг, теперь остро ощущал всю абсурдность и хаотичность их связи с Квон Хэилем. Пока Канхён пытался справиться с замешательством, Хэиль добавил: — Ну и… возможно, я встречусь кое с кем, кто станет нашим новым союзником. По какой-то причине его голос прозвучал с загадочной интонацией. — О, я уже почти на месте. Наберу тебя завтра вечером. Хотя значение слова «союзник» осталось неясным, Канхён не стал задерживать Хэиля, понимая, что тот уже подошёл к пункту назначения. Скрыв лёгкую растерянность, он постарался ответить как можно непринуждённее: — Хорошо, береги себя. Я отвечу на звонок в любое время, даже если будет поздно, так что не переживай. Точно так же, как Квон Хэиль всегда ждал его звонков и отвечал мгновенно, даже будучи полусонным, Канхён хотел поступать взаимно. Для него эти разговоры стали бесценными. — Ну уж нет. Тебе нужно хорошенько высыпаться, я не собираюсь нарушать твой режим. Ты же помнишь, что ради Чуда тебе необходим полноценный отдых? Канхён хотел было возразить, что с ним всё будет в порядке, но стоило ему услышать домашнее прозвище их ребёнка, как слова застряли в горле. Он не мог упрямо настаивать на своём эгоистичном желании в ущерб малышу. Канхён неохотно уступил: — Хорошо. Тогда созвонимся завтра. — Вот и славно. Ах, какой же ты всё-таки милашка… — Перестань обращаться со мной как с ребёнком. — Теперь ты — неотъемлемая часть нашего Чуда, так что да, ты тоже мой ребёнок. Позволь мне немного тебя побаловать. Как и всегда, в словесных пикировках Хэиль не уступил ни пяди. Напоследок он озорно рассмеялся, а затем позвал партнёра уже совершенно другим, мягким и глубоким голосом: — Бэк Канхён. — Да? — В следующий раз мы обязательно пойдём вместе. Казалось бы, простая, будничная фраза, которую мог сказать каждый. Но для Канхёна в этот момент она обрела колоссальный вес. «Вместе?..» Слова Хэиля явно намекали на то, что в будущем он планирует официально представить его своим родителям как своего спутника. Сердце Канхёна бешено заколотилось. Но мысль о том, что они делают шаг навстречу общему будущему, парадоксальным образом вернула покой в его смятенный разум. — Да. В следующий раз… мы обязательно пойдём вместе. Только услышав этот искренний, твёрдый ответ, Хэиль с облегчением улыбнулся. После того как звонок завершился, Канхён снова свернулся калачиком в своём импровизированном гнезде, погружаясь в размышления. Внезапно осознанная «проблема» их неопределённого статуса явно не собиралась покидать его голову в ближайшее время.

***

В то время как в Корее, где находился Канхён, уже сгустились глубокие сумерки, на Уолл-стрит, где стоял Хэиль, день был в самом разгаре. Под ослепительно яркими лучами солнца Хэиль смотрел на экран погасшего телефона, отражаясь в чёрных стёклах солнцезащитных очков. Его грудь распирало от избытка чувств. «Да. В следующий раз… мы обязательно пойдём вместе». Тихий голос Канхёна до сих пор эхом отдавался в его ушах. Сердце готово было выпрыгнуть из груди, а к лицу прилил жар. — Чёрт, это прозвучало так, будто ты сам просишь познакомить тебя с родителями. Нет, я, конечно, и сам этого хотел, но, блин, как можно говорить это настолько сладко? Услышав Бэк Канхёна спустя несколько дней разлуки, Хэиль окончательно потерял контроль над собственными эмоциями. Во время разговора он изо всех сил старался казаться невозмутимым, контролируя каждую интонацию, чтобы его голос не дрогнул. Желание немедленно развернуться, добежать до аэропорта и сесть на ближайший рейс обратно в Корею было практически невыносимым. Бэк Канхён совершенно определённо умел сводить его с ума. Хэиль крепко сжал телефон обеими руками и сделал глубокий, прерывистый вдох. — Чёрт, как же сильно я по тебе скучаю... Но ему необходимо было терпеть. По крайней мере, до тех пор, пока он не доведёт до конца то дело, ради которого прилетел на другой конец света. Собрав волю в кулак, Хэиль решительно снял солнцезащитные очки и шагнул в массивные стеклянные двери высотки. «Wave Investment». В центре просторного, безупречно чистого вестибюля располагалась стойка рецепции, за которой дежурили сотрудники. Заметив вошедшего Хэиля, они синхронно поднялись со своих мест и вежливо поклонились. — Добрый день, господин Квон. Давно не виделись. Генеральный директор ожидает вас. Позвольте мне проводить вас к нему? — Я сам найду дорогу. Не беспокойтесь. Хэиль, свободно ответив на безупречном английском, уверенно прошёл мимо стойки в направлении лифтовой зоны. «Если подумать, меня здесь не было целый год». Пока он ждал лифт, его взгляд скользнул по вестибюлю. Персонал остался прежним, интерьер не изменился, но сама атмосфера в здании казалась куда более оживлённой и динамичной, чем раньше. Активное движение означало, что бизнес процветает, и Хэиль не мог этому не радоваться. С блеском в глазах он шагнул в открывшиеся двери прибывшего лифта. Поднявшись на верхний этаж, Хэиль уверенно зашагал по коридору и остановился в самом конце — перед массивной дверью кабинета генерального директора. Зная, кто именно ждёт его внутри, он проигнорировал сидевшую в приемной секретаршу и постучал прямо в створку. Пока растерявшаяся девушка пыталась что-то сказать, дверь распахнулась изнутри. На пороге показался импозантный, широко улыбающийся кореец лет пятидесяти. — Сын мой! Квон Тэджун, генеральный директор «Wave Investment» и по совместительству отец Хэиля, сияя от искренней радости, широко раскинул руки для объятий. Однако Хэиль ловко увернулся от него, проходя внутрь кабинета. — Ну как всегда, сама холодность. Мы не виделись целый год, а ты даже не можешь обнять отца? — А когда это я был с тобой ласков? Где мама? Тэджун шутливо надулся и указал рукой на смежную дверь в глубине кабинета с табличкой «VIP-гостиная», закрывая за сыном основную дверь. — Она там. Вместе с нашей гостьей. — Понял. Хэиль коротко кивнул и направился к гостиной, пока отец шёл следом, продолжая добродушно улыбаться. Перед самой дверью Хэиль остановился и сделал глубокий вдох, на секунду внутренне напрягшись, что было для него крайне нетипично. Затем, дважды коротко стукнув по дереву, он решительно толкнул дверь. В роскошно обставленной и просторной гостиной друг напротив друга в глубоких креслах сидели две корейские женщины. Одна из них, увлечённо что-то рассказывавшая, неуловимо напоминала самого Хэиля своей яркой, ослепительной красотой. — ...Вот именно это я ей и высказала! Так что я... О, сынок, ты уже пришёл? Мать Хэиля, Чон Ынгон, радостно, словно ребёнок, замахала руками, а её лицо мгновенно озарилось счастливой улыбкой. — Онни, посмотри, это наш Хэиль. Какой высокий и красавец, правда же? С гордостью выпрямив спину, Ынгон принялась хвастаться сыном перед своей собеседницей. В отличие от её эксцентричного и живого поведения, сидевшая напротив элегантная дама излучала абсолютное, царственное спокойствие. Её губы тронула едва заметная, утончённая улыбка, пока она внимательно изучала вошедшего Хэиля. — Да, действительно красивый юноша. На долю секунды Хэилю показалось, будто он смотрит на Бэк Канхёна. Эта мягкая, сдержанная полуулыбка, безупречная осанка, аура ледяного спокойствия и даже то, с каким благородным изяществом женщина держала фарфоровую чашку чая — всё это один в один напоминало ему о Канхёне. Присев на диван рядом с матерью, Хэиль вежливо и почтительно поклонился гостье: — Здравствуйте. Меня зовут Квон Хэиль. Я очень много слышал о вас от мамы. — От мамы? — при этом слове лицо Ынгон мгновенно просияло от умиления. Она даже шутливо шлёпнула Хэиля по плечу, пробормотав: «И что это с ним сегодня такое? Какая вежливость!», но парень ловко перехватил её руку, сохраняя безупречно серьёзное выражение лица перед гостьей. Женщина плавно опустила чашку на блюдце и заговорила. Её голос был тихим, но глубоким: — Взаимно, Квон Хэиль. Я тоже давно хотела познакомиться с тобой лично. Рада, что нам наконец представилась такая возможность. — Прошу прощения за то, что настоял на такой срочной встрече. Моё дело не терпит отлагательств. При этих словах взгляд незнакомки неуловимо обострился, став проницательным и острым: — Значит, у тебя ко мне какая-то просьба? — Да. Но прежде я должен сделать одно важное заявление. Её спокойный, давящий взгляд словно подталкивал его продолжить. Хэиль не отвёл глаз. Его губы медленно тронула уверенная улыбка: — Ваш младший сын, Бэк Канхён. В то же мгновение, стоило имени Канхёна сорваться с его губ, в глазах элегантной женщины промелькнула едва заметная вспышка. Заметив эту реакцию, Квон Хэиль без малейших колебаний, твёрдо и веско закончил: — Теперь он принадлежит мне.