Клан Иллин Вэй

За завтраком, как обычно, царила уютная, живая суета. Вэй Ин уже пытался подменить чай на сладкое рисовое вино, Вэй Ян притворялся, что этого не замечает, но записывал каждое движение брата в воображаемую "Книгу Дурости", а Цзян Чэн спокойно доедал рис с тушёной капустой, изредка бросая на обоих взгляд полон сдержанного презрения. Госпожа Вэй разливала всем суп, когда Вэй Чанцзе негромко кашлянул и, положив свиток на стол, сказал: — Сегодня утром мне пришло письмо из Облачных Глубин. Орден Лань в этом году открывает свои врата для обучения — они приглашают наследников и выдающихся учеников других орденов для обмена знаниями и опыта. За столом на мгновение повисла тишина. Даже Вэй Ин перестал баловаться. — И ты хочешь, чтобы мы… поехали туда? — осторожно уточнил он. — Я ничего не хочу навязывать, — спокойно ответил старший Вэй. — Я хочу спросить у вас троих: хотите ли вы этого? Цзян Чэн застыл с ложкой на полпути ко рту. Он автоматически перевёл взгляд с Чанцзе на госпожу Вэй, затем на Вэй Яна и, наконец, на Вэй Ина. Все сидели спокойно, но в глазах братьев — живой интерес. — Учиться в Облачных Глубинах… — протянул Вэй Ян. — Строгий орден, много ограничений. Но… определённо ценный опыт. И архитектура красивая. — Я поеду! — живо воскликнул Вэй Ин, даже привстав от возбуждения. — Мне всегда было интересно посмотреть, как у них проходят лекции! И может, я, наконец, выясню, как они делают эти свои чистые щиты. Хоть бы один сломать! — В смысле — изучить, — с нажимом поправила его госпожа Вэй, еле сдерживая улыбку. — Да-да, это я и сказал! — весело кивнул он. — А ты, А-Чэн? Поедешь? Цзян Чэн поднял на него взгляд, всё ещё немного ошеломлённый. Он не ожидал… этого. Не ожидал, что его мнение вообще кто-то спросит. В Пристани Лотоса его бы поставили перед фактом. Молча. Без обсуждений. “Ты едешь, потому что так надо”. Здесь же — ему предложили выбор. Спросили его мнение. И смотрели так, будто этот выбор важен. Он кивнул: — Поеду. — Тогда я запишу всех троих, — с лёгкой улыбкой сказал Вэй Чанцзе, отодвигая свиток. — Что, все трое омег поедут в священное логово ледышек? — ехидно протянул Вэй Ян, отхлебнув чай. — Это будет интересно. Ставлю, что нас попросят говорить шёпотом и шагать с идеально ровной спиной. — А ты в ответ начнёшь говорить стихами о похищенных конфетах, — хмыкнул Вэй Ин — Кстати, — повернулся к Цзян Чэну старший брат, — если решишь, что не хочешь ехать, можешь передумать в любой момент. Главное — чтобы ты чувствовал себя уверенно. Цзян Чэн чуть опустил взгляд, чтобы скрыть лёгкую растерянность. Его поразила не сама возможность поездки, а это… ощущение, что его голос здесь — имеет вес. Он не стал ничего говорить. Только тихо кивнул и продолжил завтрак. В душе у него всё ещё бурлило — не тревогой, а странным, непривычным теплом.

༺~ [❁] ~༻

Поздно вечером, когда Вэй Ин и Вэй Ян уже давно ушли по своим "делам" (первый — подкладывать лягушку в постель одного из старших учеников, второй — писать длинное и язвительное письмо другу в соседний орден), Цзян Чэн сидел за низким столиком в своей отдельной комнате, освещённой мягким светом свечи, и писал письмо. Чернила ложились чётко, почерк был красивым, уверенным, только иногда в строках проскальзывала детская теплота. "Сестра, Я снова пишу тебе из Сумрачного Пика. Всё хорошо. Мне здесь всё больше и больше нравится. Я чувствую, что меня действительно принимают. Каждый день — тренировки, занятия, прогулки с Вэй Ином и Вэй Яном. Они очень… шумные, но по-своему заботливые. Я не думал, что смогу почувствовать себя частью чего-то… снова. Но теперь это так. Сегодня за завтраком господин Вэй сообщил, что Облачные Глубины открывают двери для обучения. И он... спросил нас, хотим ли мы туда поехать. Представляешь? Не приказал, не велел. Просто спросил. Я сказал, что поеду. Потому что действительно хочу. Хочу увидеть этот орден, узнать больше. И доказать, что я не хуже других. Я очень скучаю по тебе. Надеюсь, с тобой всё хорошо. И ты не волнуешься слишком сильно. Обнимаю тебя, А-Чэн." Он вложил письмо в активированный талисман и, поднеся его к запечатывающему символу, наблюдал, как бумага мягко засветилась и исчезла, растворившись в воздухе. Ответ пришёл быстрее, чем он ожидал. Уже через час, когда он начал было переодеваться ко сну, в комнате вновь вспыхнуло синее сияние, и послание мягко опустилось на подушку. Цзян Чэн поспешно развёрнул его. Почерк Янли был чуть наклонённым, плавным, с привычной материнской нежностью в каждом иероглифе. "А-Чэн, мой любимый братик!" Я так рада, что с тобой все хорошо. Мое сердце спокойнее, когда ты пишешь мне такие новости. А еще я рада, что ты поедешь в Гусу! Это отличная возможность. Но и у меня есть новость. Поскольку родители теперь решили, что я "единственная" наследница нашего клана (да, они до сих пор делают вид, что тебя не существует…), то я тоже должна поехать в Облачные Глубины для обучения. Они хотят, чтобы я "достойно представила клан". Что ж, я согласна, если это значит, что мы с тобой снова будем рядом. Обнимаю тебя. До встречи в Гусу. - Янли" Цзян Чэн перечитал письмо трижды, не веря своему счастью. Улыбка — настоящая, светлая — расплылась по его лицу. Он даже не понял, как засмеялся, чуть ли не вслух. “Сестра едет… Она будет там. Мы будем учиться вместе.” Он прижал письмо к груди и лёг, не гася свет. В голове крутились сотни мыслей, но все они были тёплыми. Там, в Облачных Глубинах, будет она. И, возможно, всё будет хорошо.

༺~ [❁] ~༻

Слуги и старшие адепты сновали по коридорам Сумрачного Пика с целыми ворохами свитков, мешков с талисманами, мешочками с пилюлями и коробками с запасной одеждой. На дворе царил организованный хаос — и всё это ради троих омег, которых собирались отправить в Облачные Глубины для обучения. Цзян Чэн проснулся от того, что Вэй Ин распахнул дверь ногой, влетел в комнату с криком: — А-Чэн, вставай! Сегодня великий день! День сбора, упаковки, паники и перетасовки вещей! Он зевнул, совершенно не стесняясь, и рухнул на край кровати, глядя, как Цзян Чэн сонно поднимает голову. — Ты уже собрался? — промямлил Цзян, потирая глаза. — Я? Я ничего не собирал. Всё соберёт Вэй Ян, он же у нас пунктуальный грызун. Я просто пришёл, чтобы проверить, не похитили ли тебя ночью завистливые культиваторы с горы противоположного ордена. — Глупый, — фыркнул Цзян Чэн, но на губах у него играла улыбка. Через полчаса к ним присоединился Вэй Ян, с идеально зачёсанными волосами и собранным до последнего свитка багажом. — Вы вдвоём абсолютно безнадёжны, — сказал он, оглядывая комнату Цзяна, где Вэй Ин уже устроил “гору вещей, которые могут пригодиться, но, может, и нет”. — Вот почему я заранее составил список и пометил каждому, что брать. Вэй Ин, ты забыл про запасные кисточки для духовного меча. Цзян Чэн, а ты вообще взял только одежду и печенье?! — Печенье — это святое, — тихо отозвался Цзян Чэн, прижимая мешочек к себе. — Их испекла госпожа Вэй… Вэй Ян закатил глаза, но ничего не сказал. Он сам уже спрятал в рукаве конфеты, заботливо положенные ему Цанцэ Саньжэнь.

༺~ [❁] ~༻

До обеда дети закончили все приготовления. Им выдали личные проездные амулеты, письмо от Вэй Чанцзе, чтобы передать его старейшинам Гусу, а также по талисману связи, чтобы они могли связываться с семьёй в любое время. Во дворе их напутствовали госпожа и господин Вэй. Цанцэ Саньжэнь ещё раз поправила ханьфу Цзян Чэну, заглянув ему в глаза и мягко сказав: — Если хоть кто-то посмеет обидеть тебя — дай мне знать, я лично явлюсь и устрою разборки. Понял? — Да, госпожа Вэй, — тихо, но уверенно ответил он. — Госпожа Вэй? — она изогнула бровь. Он покраснел. — …мама. Вэй Ин подавился на заднем плане от избытка эмоций. Вэй Чанцзе выдал каждому небольшую коробочку с защитными талисманами: — Это не просто для тренировки. Это — настоящая поездка. Могут быть испытания. Другие наследники будут смотреть, кто вы и что стоите. Вы должны быть готовы показать силу не только духа, но и сердца. Вэй Ин подмигнул: — Это мы умеем. Вэй Ян закатил глаза: — Кто-нибудь, заткните его до прибытия. Цзян Чэн лишь улыбнулся. Внутри у него щемило, но это было хорошее, тёплое ощущение. Он не был один. Он ехал не в неизвестность, а к новому началу. С теми, кто стал ему семьёй. А где-то в Гусу уже ждала его старшая сестра. — Ну что, поехали? — сказал Вэй Ин, бросая последний взгляд на Сумрачный Пик. — Приключения зовут.

༺~ [❁] ~༻

Лёгкий ветер обдувал лицо, развевал волосы, когда группа омег и нескольких адептов ордена Вэй скользила по воздуху на мечах в сторону Облачных Глубин. Под ними простирались холмы, озёра и поля, а впереди — тонкой серебристой линией на горизонте вырастали горные вершины Гусу. Цзян Чэн летел чуть позади всех, в полной тишине. Он держал равновесие с идеальной точностью, но взгляд его был рассеянным. Мысли путались. Он знал, что в Облачных Глубинах все будут ждать кого угодно — наследника ордена Цзян, гордого альфу, прямого и непреклонного. Но не его. Они не знали, что он теперь — адепт ордена Вэй. Что он — омега. Что его дом больше не в Пристани Лотоса, а среди мрачных гор и яркого смеха двух братьев, что летели сейчас впереди. Что его мать... нет, бывшая мать, вычеркнула его имя, как будто он был никем. Что отец… Он глубоко вдохнул. Не стоит думать об этом сейчас. — Эй, А-Чэн! — донесся голос сбоку. — Ты выглядишь так, будто мы летим не в Облачные Глубины, а в логово демонов! Это был Вэй Ин, он парил рядом, ухмыляясь. — Я просто думаю, — тихо ответил Цзян Чэн. — Думаешь, думаешь, — подхватил Вэй Ян, догоняя их и выравнивая меч. — Мы же с тобой знаем, что ты умеешь думать, Чэн, не обязательно делать это на полном серьёзе. А вдруг ты врежешься в дерево? — Это ты в него врежешься, — фыркнул Цзян. — У тебя скорость слишком высокая. — А у тебя слишком много мыслей! — подмигнул Вэй Ин. — Послушай, я знаю этот взгляд. Такой у тебя был, когда ты решал, стоит ли дать мне по голове за то, что я спрятал твои ботинки перед утренним занятием. — Это ты был?! — возмутился Цзян, вскинув голову. — О, о, начинается, — захихикал Вэй Ян. — Вот, вижу — оживился! Работаем в нужном направлении. — Вы двое… — Цзян Чэн не знал, то ли смеяться, то ли снова задуматься. Но тёплая волна пробежала по его груди. Он не был один. Он не был больше чужим. — Слушай, — сказал Вэй Ин уже спокойнее. — Мы все по-своему странные. Кто-то думает, что ты альфа, кто-то — что ты всё ещё из ордена Цзян. Да пусть думают! Это их дело. А ты — это ты. Талантливый, умный, с красивыми волосами и ножным ударом, который я до сих пор помню! — И самым острым языком из всех нас, — добавил Вэй Ян с кивком. — Серьёзно, ты порой так шикарно затыкаешь хвастунов, что я молча записываю фразы в блокнот. — А ещё у тебя прекрасная лента, — добавил Вэй Ин, подлетая ближе и любовно тронув ту самую фиолетовую ленту в волосах. — Не забудь, ты не один. И в Облачных Глубинах мы будем вместе. — Я знаю, — тихо ответил Цзян Чэн, чувствуя, как напряжение уходит из плеч. — Спасибо. — Всегда, — в унисон сказали братья, а потом Вэй Ин крикнул: — Первый, кто заметит Врата Облачных Глубин — тот заказывает ужин! — Я за сладкими булочками! — крикнул Вэй Ян и рванул вперёд. — Это был я, я увидел раньше! — завопил Вэй Ин. Цзян Чэн невольно рассмеялся и полетел за ними. И пусть впереди были новые испытания, но сейчас — в этот миг — он знал: всё будет хорошо.

༺~ [❁] ~༻

У врат Облачных Глубин царила спокойная торжественность, как и всегда. Белоснежные облака струились между горными вершинами, ветер колыхал длинные ленты, развешенные на высоких шестах, и лёгкий аромат сосны витал в воздухе. На ступенях перед главными вратами ордена Лань стояли два альфы — высокие, строгие и сдержанные, как и подобает представителям одного из самых почитаемых орденов. Лань Сичень — с мягкой, но проницательной улыбкой, и Лань Ванцзи, его младший брат, с безупречно ровным лицом, как выточенным из белого нефрита. — Они приближаются, — сказал Ванцзи, заметив серебристые полоски мечей в небе. — Вижу, — мягко кивнул Сичень, поправляя край своего рукава. Первой приземлилась делегация клана Цзян. Янли ступила с меча одной из девушек адептов изящно, с достоинством. Рядом с ней — несколько юных адептов, среди которых альфы и беты, одетые в фиолетовые мантии с символом лотоса и колокольчиками. Сичень вежливо поклонился, приветствуя их. — Приветствуем вас в Облачных Глубинах. Благодарим, что приняли приглашение. Гостевой корпус для вашего ордена уже подготовлен. — Благодарим за приём, Молодой Господин Лань, — вежливо ответила Янли с лёгкой улыбкой. — Мы признательны за возможность учиться здесь. Сичень на миг задержал на ней взгляд. Он знал Янли, знал, что она омега и всегда была опорой своему младшему брату. И вот, сейчас она — во главе делегации. Хотя, по всем правилам, должен был быть не кто иной, как Цзян Чэн — наследник, альфа, прямой представитель дома Цзян. Это казалось… непривычным. Но Сичень, воспитанный как истинный Лань, не спросил об этом напрямую. Он просто молча отметил про себя странность ситуации. — Адепт Лань Цзюнь, — обратился он к одному из учеников за спиной. — Проводите гостей в корпус северного крыла. Юноша поклонился и жестом пригласил Цзянов следовать за ним. Янли вежливо попрощалась с Сиченем и Ванцзы, уводя своих подопечных, исчезла за изгибом тропы среди белых деревьев и серых крыш. Лишь когда их фигуры скрылись из виду, Сичень произнёс, не меняя интонации: — Странно. Он стоял спокойно, но в глазах мелькнуло задумчивое беспокойство. — Ни слова о Цзян Ваньине. Ни одного упоминания. И он не с ними. Лань Ванцзи чуть склонил голову. Он, как и всегда, молчал, но через миг всё же отозвался: — Да. Это странно. В его голосе не было ни удивления, ни осуждения — лишь сухое подтверждение факта. — Возможно, он прибудет позже, — предположил Сичень, глядя на лазурное небо. — Но тогда бы об этом упомянули. Дева Цзян — не та, кто упустил бы такие детали. — Она также не солгала бы, — тихо добавил Ванцзи. Они оба на несколько мгновений замолчали. Над ними покачивались ветви, с которых свисали серебряные таблички с уставами ордена. — Мы не будем вмешиваться, — наконец сказал Сичень. — Но стоит наблюдать. Возможно, мы вскоре узнаем, почему наследника нет среди них. Ванцзи слегка кивнул. — Всё будет ясно. И они направились обратно в главный павильон, оставив за собой лишь тонкие следы на белом песке.

༺~ [❁] ~༻

Солнечный свет проникал сквозь изящную резьбу беседки, когда Лань Сичень и Лань Ванцзи неспешно прогуливались по саду. Они молчали, как часто это бывало между ними: Ванцзи погружённый в собственные мысли, а Сичень — в мягком размышлении о происходящем. Покой сада нарушил лёгкий топот — к ним приближался молодой адепт с голубым узлом на поясе. — Господин Сичень, господин Ванцзи, — почтительно поклонился юноша, — делегация клана Вэй прибыла. Они ожидают вас у внешних врат. Сичень взглянул на брата, тот почти незаметно кивнул. — Благодарим, — ответил старший Лань. — Мы направимся туда. По дороге к вратам оба Ланя сохраняли спокойствие, но внутри, как ни крути, бурлило лёгкое любопытство. Орден Вэй был молод, почти никому не известен ещё год назад, но за последнее время он стал стремительно набирать вес, принимая в свои ряды тех, кого отвергли старые кланы. Особенно интересным был их подход к омегам: орден Вэй не просто принимал их — он создавал для них возможности, силу, уважение. Для клана Лань, где традиции ценились превыше всего, это было одновременно интригующим и тревожащим явлением. У ворот их уже ждали. Первыми шагнули вперёд двое юношей — оба в чёрных одеждах с алой окантовкой. Один из них — с растрепанными чёрными волосами, с озорной, почти вызывающей улыбкой, второй — с прямой спиной, чёткими чертами лица и насмешливой ухмылкой. — Адепты ордена Вэй приветствуют вас, уважаемые господа Лань, — первым заговорил тот, что с озорной улыбкой, склонившись в грациозном поклоне. Его голос был полон лёгкости и дерзкой игривости. — Моё имя Вэй Усянь. А это мой брат, Вэй Чэнмэй. И вот — наш товарищ, Цзян Ваньинь. Сичень мягко кивнул, а Ванцзи чуть склонил голову, не проронив ни слова. Цзян Чэн шагнул вперёд и вежливо поклонился, держась сдержанно и уважительно. Он ощущал на себе пристальные взгляды обоих братьев Лань, особенно — старшего. И он знал, почему. Он носил одежду клана Вэй. Не клана Цзян, хотя его лицо — его имя — его прошлое были с ним неразрывно связаны. На голове — красная лента ученика ордена Вэй, и вплетённая чуть выше — фиолетовая. Всё в нём кричало: «Я больше не принадлежу клану Цзян». И всё же — именно это казалось странным. Сичень с лёгким изумлением отметил про себя: омега. Он знал Цзян Чэна — хотя бы по слухам, по легенде, по родословным. Его всегда представляли альфой, грозным, гордым и яростным, как его мать. А сейчас перед ним стоял юноша, спокойный, собранный, почти безмолвный. Он — в ордене Вэй. И не выглядит потерянным. Лань Ванцзи задержал взгляд не на Цзян Чэне, а на Вэй Ине. Секунду — не больше, но этого хватило. Вэй Ин, поймав этот взгляд, широко улыбнулся, прищурившись, и едва заметно кивнул. — Какой красивый альфа, — прошептал он себе под нос, толкнув Вэй Яна локтем. Тот фыркнул, закатив глаза. — Не начинай, — буркнул младший брат. — Но ты видел, да? Какой он весь... белый! — продолжал Вэй Ин, явно не особенно сдерживая себя. Цзян Чэн, услышав, бросил на него взгляд с немым осуждением, но Вэй Ин лишь подмигнул. Сичень же, всё это наблюдая, делал вид, что ничего не замечает, но в его глазах мелькала весёлая искра. Брат его — напротив — был почти статуей. — Мы рады приветствовать представителей ордена Вэй, — наконец произнёс Сичень. — Мы проводим вас к гостевому корпусу. Надеюсь, обучение здесь будет плодотворным. — Мы тоже на это надеемся, господин Лань, — ответил Цзян Чэн, спокойно. Он заметил лёгкое смятение в глазах Сиченя, но ничего не сказал. Пусть думают, что хотят. Он знал, кто он. Он знал, где его место. И когда они направились к корпусам, он шёл рядом с Вэй Ином, прямо и уверенно, неся на себе ленты, цвета, символы нового дома.