Ничего особенного | Simply So | 泛泛

Цзоу Ян, должно быть, изрядно вымотался на утренней тренировке, потому что сейчас он спал необычайно крепко. Даже резкий звук телефона Фань Цзюня не заставил его пошевелиться. Фань Цзюнь, не глядя на экран, первым делом нажал кнопку беззвучного режима и, стараясь не шуметь, вышел с мобильным на кухню. Звонил Лю Цзэ. По дороге домой Фань Цзюнь отправлял ему сообщение, но тот долго не отвечал, и вот теперь соизволил набрать сам. Голос его звучал крайне недовольно. — Когда он пришёл, ты был один? — спросил Лю Цзэ. — Ещё был... Цзоу Ян и его однокурсники. — Фань Цзюнь поначалу не хотел об этом упоминать, но Лю Цзэ ежедневно проверял журнал посещаемости, так что скрывать правду не было смысла. — Ого, ну и нагрузили же вас, — Лю Цзэ холодно усмехнулся. — И что вы наговорили старику Лю? — Расспросили, в чём дело, — ответил Фань Цзюнь. — Сказали, что подождём твоего возвращения и всё обсудим. — Да о чём там обсуждать, — отрезал Лю Цзэ. — С ним вообще бесполезно разговаривать. — На сколько он хочет поднять аренду? — До сорока пяти. И это не считая коммуналки, платы за управление и прочих поборов сверху, — Лю Цзэ явно был в ярости. — Я на такое ни за что не соглашусь. Если бы не отец, который вцепился в этот старый зал, и если бы не удобство бегать между двумя точками, я бы в жизни не остался в этой дыре... Фань Цзюнь промолчал. Его задели эти слова: дядя Лю проработал в «этой дыре» больше десяти лет. — Если он придёт снова — просто закрывай дверь перед его носом, — скомандовал Лю Цзэ. — В августе его контракт с торговым центром истекает, и ты всё равно не сможешь продолжать работу, — напомнил Фань Цзюнь. — Что будешь делать тогда? — Там видно будет. В крайнем случае просто закрою филиал, — бросил Лю Цзэ. — Ты шутишь? — Фань Цзюнь не верил своим ушам. — Я уже начал подыскивать другое место. — ...Вообще-то, повышение аренды — это не такой уж неподъёмный груз. Если переедешь, все деньги, вложенные в ремонт и переоформление, просто вылетят в трубу. И неизвестно, сколько придётся судиться с ТЦ, чтобы выбить хоть какую-то компенсацию... — Не надо за меня переживать, — перебил Лю Цзэ. — Даже если я прогорю до нитки, тебя это не коснётся. — Я не за тебя переживаю. — Фань Цзюнь редко спорил с Лю Цзэ, но сейчас гнев начал закипать в нём вопреки обычному спокойствию. — И за отца моего переживать не надо, — добавил Лю Цзэ. — Лю Цзэ, у тебя что, мышцы вместо мозгов выросли? — сорвался Фань Цзюнь. — Что ты сказал?! — голос Лю Цзэ мгновенно взлетел до крика. — Ты что, тоже оглох? — парировал Фань Цзюнь. — ...А ну повтори! — заорал Лю Цзэ. — Какую фразу? — уточнил Фань Цзюнь и, не дожидаясь ответа, выкрикнул в трубку: — Мышцы вместо мозгов у тебя выросли! И тут же сбросил вызов. Телефон Лю Цзэ зазвонил снова почти мгновенно. Фань Цзюнь поставил аппарат на беззвучный режим и молча наблюдал, как вызов сбрасывается сам собой. Только после этого он убрал мобильный в карман и вышел из кухни. Едва он открыл дверь, как увидел, что Цзоу Ян уже проснулся и, откинувшись на спинку дивана, внимательно наблюдает за ним. Фань Цзюнь замер на мгновение: — Проснулся? — Угу, — кивнул Цзоу Ян. — И когда же ты... проснулся? — Фань Цзюнь глянул на часы: до трёх оставалось ещё двадцать минут. — Ещё когда твой телефон зазвонил. — Цзоу Ян сладко зевнул. — ...А я думал, ты не слышал. — Фань Цзюнь присел рядом на диван. — Пришлось немного притвориться спящим, чтобы избежать неловкости, — признался Цзоу Ян. Фань Цзюнь достал телефон и сбросил очередной входящий от Лю Цзэ. — Лю Цзэ на тебя орал? — Цзоу Ян повернул голову к нему. — Прямо — нет. — Зато ты его обложил напрямую. — Цзоу Ян взял свою недопитую бутылку латте и сделал пару глотков. — ...Ну да, — подтвердил Фань Цзюнь. Цзоу Ян рассмеялся: — А я думал, ты не умеешь на него ругаться. — Ещё как умею, — ответил Фань Цзюнь. — Мы в детстве даже дрались. — И кто побеждал? Фань Цзюнь посмотрел на него. — О? — Цзоу Ян приподнял бровь в предвкушении. Фань Цзюнь с улыбкой ответил: — Я ни разу в жизни не смог его побить. — Да ладно, — Цзоу Ян опешил. — Быть не может. — Правда. С самого детства не мог с ним справиться. Цзоу Ян явно был не согласен с таким положением дел, хотя сам Фань Цзюнь говорил об этом вполне примирённо. — То, что ты вообще осмеливался с ним драться в детстве — уже круто, — заметил Цзоу Ян. — Ты ведь был на чужой... «...территории», хотел сказать он, но вовремя осёкся. После сна соображалось туго, и язык чуть было не выдал лишнего. — Посылаю тебе тысячу строк своей тоски... — Цзоу Ян быстро потёр лицо ладонями, пытаясь скрыть заминку. — А? — Фань Цзюнь не понял. — ...Но не дотечь им до восточного берега реки Чу, — прочистил горло Цзоу Ян и, потянувшись за очками, водрузил их на нос. — Чего? — Фань Цзюнь всё ещё непонимающе смотрел на него. Цзоу Ян промолчал, сосредоточенно разглядывая Да Хэя в его кошачьем домике. Спустя мгновение Фань Цзюнь усмехнулся: — Ты хотел сказать «жил из милости»? — Угу, — глухо отозвался Цзоу Ян. Слово уже сорвалось, скрывать было нечего. — Ты просто не смел его побеждать. Да и здоровье у тебя тогда... наверняка было похуже, чем у него. Фань Цзюнь промолчал. — А когда выросли... — начал было Цзоу Ян. — Когда выросли — тем более не могу, — напомнил ему Фань Цзюнь. — Не надо слепо в меня верить. — Зараза, — рассмеялся Цзоу Ян. — Сейчас мы уже не дерёмся, — добавил Фань Цзюнь и, помедлив, вставил: — Если только ты нас не провоцируешь. — Иди ты! — Цзоу Ян так развеселился, что едва не пролил остатки кофе на футболку. Фань Цзюнь снова глянул на телефон: до трёх оставалось всего несколько минут. Цзоу Ян нехотя поднялся с дивана: — Ладно, пора мне. — Пойдём вместе, — Фань Цзюнь тоже встал. — Мне нужно в новый зал. Лю Цзэ, скорее всего, приедет туда скандалить. — Слушай, скажу прямо, хоть это и прозвучит грубо, — заметил Цзоу Ян. — Не лезь ты в это дело. Он твоей заботы не оценит. Если всё получится — заслуга будет его, а если прогорит — виноватым сделает тебя. — Знаю, — Фань Цзюнь отправил пустую бутылку в урну. — Но я всё равно ничего не могу с этим поделать. У входа в торговый центр уже в три часа дня развернули шашлычную палатку. Цзоу Ян стоял к ней спиной. — И какая из них твоя? — спросил Фань Цзюнь, стоя напротив него и вглядываясь в ряды лотков. — Первая же! Всё, не смотри туда. — Хорошо. — Фань Цзюнь с улыбкой перевёл взгляд на него. Цзоу Ян глянул в телефон: машина была уже в пятистах метрах. — Завтра идёте в горы? — поинтересовался Фань Цзюнь. — Не факт. Вечером собирались в бар, так что если загуляем, завтра можем и не проснуться. — Понятно. — А ты в следующие два дня... работаешь? — спросил Цзоу Ян. Он замолк на полуслове. Шань-цзе говорила, что Фань Цзюнь почти не покидает Наньчжоупин, но сам Фань об этом не упоминал. Раз он не говорил, значит, Цзоу Ян как бы «не знает», и продолжать вопрос было бы странно. — Завтра у меня выходной, — ответил Фань Цзюнь. — А послезавтра уроки весь день. — Ясно. Ну, тогда ты... — Если захочешь прийти на занятие, — прервал его Фань Цзюнь, — просто предупреди меня заранее. — Договорились. Цзоу Ян чувствовал, что хочет сказать что-то ещё, но в итоге передумал. В голове всё ещё было мутно после сна. Сев в лифт, он отправил отцу сообщение, что приехал. Обычно тот отвечал мгновенно, но сегодня в чате была тишина. Загадка разрешилась сама собой, стоило Цзоу Яну выйти из лифта. Из-за двери квартиры доносились женские крики, сопровождаемые звоном разбитого стекла. Цзоу Ян замер на пороге. Ситуация была крайне неловкой: заходить в такой момент совсем не хотелось, но и просто развернуться и уйти он не мог. Любопытство всё же брало верх — хотелось разобрать, о чём спор. Но прежде чем он успел вникнуть в суть ругани, дверь распахнулась, и из квартиры выскочила женщина. Цзоу Ян едва успел отпрянуть, чтобы она не снесла его с ног. Лицо её было в слезах. Она на мгновение замерла, увидев его, и выкрикнула: — А ты-то зачем припёрся?! — К отцу пришёл. — Проваливай! — она с силой толкнула его в плечо. Цзоу Ян не стал уклоняться. Его отбросило к стене, и сумка соскользнула на пол. Из квартиры на шум вышел отец, приглушённо рыча: — Ты что творишь?! Больше не на ком злость сорвать? На него-то за что бросаешься! — Ах ты! — женщина в ярости ткнула в него пальцем. Цзоу Ян молчал и не двигался, не сводя глаз с её руки. «Ударь его. Ну же, врежь ему!» — подначивал он её мысленно. Но она лишь гневно указывала на отца, не решаясь на удар. Цзоу Ян разочарованно вздохнул про себя. — Сяо Ян, подожди меня в беседке, — распорядился отец. — Ладно. — Цзоу Ян поднял сумку и пошёл к лифту. Тот застрял где-то наверху, поэтому он толкнул дверь на лестницу и пошёл пешком. Беседка стояла в саду жилого комплекса. Раньше отец часто вытаскивал его сюда, чтобы под взглядами проходящих мимо соседей вести «доверительные беседы». Плохие оценки, дерзость, игры на компьютере, поздние возвращения домой — повод всегда находился. Цзоу Ян до сих пор отчётливо помнил то чувство жгучего стыда и ярости, которое испытывал здесь в детстве. В этот раз он не стал стоять по стойке смирно. Отец подошёл к нему и с тяжёлым вздохом присел рядом. — Что случилось? — спросил Цзоу Ян. — Не бери в голову, — махнул рукой отец. — Никто покоя не даёт. Цзоу Ян промолчал. — Все эти дни был дома? Никуда не ездил? — Сегодня пообедал с однокурсниками. В праздники на улице слишком людно, не хочется никуда выбираться. — Ты весь в меня, — заметил отец. — Тишину любишь. Посидеть с книгой и чашкой чая — лучшее удовольствие. — Наверное. — Цзоу Ян не стал спорить. — Сейчас это уже почти роскошь, — отец на секунду замялся. — Если бы Тяньжуй... Цзоу Ян, даже играя роль, не мог заставить себя слушать похвалы в свой адрес за счёт брата. Он перебил отца: — У каждого своя натура. Люди разные, не стоит требовать невозможного. Отец замолчал и спустя некоторое время растроганно похлопал его по плечу. — Хотел сегодня вместе пообедать, — сказал он, — но, видимо, придётся перенести на другой раз. — Да, это не к спеху. Можно просто посидеть и поговорить за чаем. — Это важно, — возразил отец. — Просто иногда боюсь, что твоя мать будет недовольна. Решит, что я отнимаю у неё сына. — Она не вмешивается в мои дела, — улыбнулся Цзоу Ян. — Понятно. Цзоу Ян уже прикидывал, как бы поскорее смыться, когда на дорожке перед беседкой показались Цзоу Тяньжуй и его мать. Судя по всему, они направлялись к чёрному выходу из комплекса. Хоть они и прошли мимо беседки явно намеренно, ни один из них даже не повернул головы в их сторону. Отец, приглашая его, явно не ожидал такого скандала дома, и теперь было видно, что настроение вести беседы у него пропало. — Может... — Цзоу Ян решил воспользоваться моментом, — выпьем чаю в другой раз? Тебе сейчас... — Всё в порядке, Сяо Ян, — отец снова похлопал его по руке. — Не обращай внимания. — Пап, собственное спокойствие важнее всего. — Цзоу Ян посмотрел на него со всей искренностью, на которую был способен. — Ты... Сяо Ян... — у отца внезапно покраснели глаза. — Ты такой... — Я пойду. — Цзоу Ян не дал ему войти в роль страдальца, быстро встал и подхватил сумку. Ещё минута, и отец бы точно расплакался, а утешать его в планы Цзоу Яна не входило. В такси на пути домой пришло несколько уведомлений. Отец перевёл ему деньги: обычную сумму на жизнь и ещё восемь тысяч сверху. Цзоу Ян удивлённо приподнял бровь. Следом пришло сообщение: «Не сиди вечно дома, съезди куда-нибудь с друзьями. Если понадобятся деньги — говори, не экономь». Цзоу Ян не стал отвечать сразу. Он смотрел в окно автомобиля и тихо выдохнул. Мысль о том, что в «образцовой семье» отца начались проблемы, приносила ему едва уловимое чувство удовлетворения. Дома он первым делом увидел в прихожей обувь матери. — Мам? — позвал он. — Так рано? — она выглянула из кухни. — Я думала, вы с Лю Вэньжуем до самого вечера будете гулять. — Да нет. — Цзоу Ян не стал говорить, где был, и бросил сумку на диван. — А ты почему дома? — Я теперь все праздничные дни буду дома. — Она скрылась обратно на кухне. Цзоу Ян замер, а потом прошёл следом, наблюдая, как она моет овощи. — А что... — начал было он, желая узнать о делах в зале. Но мать перебила его, указывая на плиту: — Хватит стоять без дела. Иди рис поставь. Цзоу Ян насыпал рис в кастрюлю и встал у раковины, дожидаясь своей очереди. — Что опять застрял? — обернулась мать. — Рис промыть надо. — У нас что, один кран в доме? — Целых восемьсот штук. — Цзоу Ян подхватил кастрюлю и ушёл в ванную. Поставив рис, он снова вернулся к столешнице и стал смотреть, как мать режет овощи. — Отойди, что ты тут высматриваешь? — Что там в клубе случилось? — спросил он напрямую. — Ничего, — она нахмурилась. — Тебя это не касается. Ходи на свои уроки и не забивай голову. — Это из-за аренды нового филиала? Мать промолчала. Нож в её руках застучал по доске громче и быстрее. Закончив с нарезкой, она глухо произнесла: — Тебе не стоило вмешиваться в его дела. — Да кто вообще хочет лезть в его дела! — В Цзоу Яне мгновенно вспыхнуло глухое раздражение, копившееся весь день. — У меня своих забот полно! Кто он такой вообще, чтобы я ради него старался! Мать замерла, нож в её руке остановился. Она повернулась и внимательно посмотрела на сына. Цзоу Ян встретил её взгляд. Спустя паузу она вдруг усмехнулась: — Ну и манеры у тебя. — Зато красавчик? — парировал он. — Красавчик, красавчик... — Мать вернулась к готовке. — Иди отсюда, не мешайся под рукой. Цзоу Ян достал телефон и быстро отправил Фань Цзюню сообщение, спрашивая, что происходит. Но тот не отвечал — то ли был на уроке, то ли снова спорил с Лю Цзэ. — Это Лю Цзэ запретил тебе приходить? — спросил он мать. — Все сейчас на взводе, — ответила она. — Поговорим об этом через пару дней. Цзоу Ян подошёл ближе: — Все? Это кто именно? — Тебе лишь бы поглазеть на скандал, — она покосилась на него. — Ждёшь, когда рванёт? — Я что, похож на такого человека? — Цзоу Ян помедлил пару секунд. — Фань Цзюнь и Лю Цзэ подрались? — Вот видишь! Я же говорила, — мать вздохнула. — Они не подерутся. Фань Цзюнь никогда не поднимет на него руку. Просто слово за слово... У Лю Цзэ характер — не пойми в кого, как вспылит — язык за зубами не держит. Цзоу Ян нахмурился: — Он припомнил Фань Цзюню его прошлое? — Было дело, — мать переложила овощи в миску и тяжело вздохнула. — Фань Цзюнь от злости холодильник перевернул. — Ого, — Цзоу Ян приподнял бровь. — Он запустил холодильником в Лю Цзэ? — Да что ты такое городишь! — она строго посмотрела на него. Но Цзоу Ян уже понял главное: вспышка гнева Фаня была вызвана упоминанием прошлого. О чём именно шла речь? Когда Фань рассказывал об отце, он казался почти спокойным. — Лю Цзэ сказал что-то про его мать? — спросил Цзоу Ян. — Нет, на такое он бы не решился… — мать осеклась. — Погоди, ты знаешь? — Нет. Фань Цзюнь никогда не говорил о ней, только сказал, что её нет в живых. — Цзоу Ян помедлил несколько секунд и тихо спросил: — Что с ней случилось? — Повесилась. Дядя Лю не знает всех деталей, знает только… — она болезненно нахмурилась. — Сяо Ян, только не вздумай говорить об этом при Фань Цзюне. Никогда. Этого мальчика так жалко… — Понял. — Цзоу Ян почувствовал, как в груди стало тесно. — Когда дядя Лю её нашёл, она уже висела, — голос матери дрогнул. — А Фань Цзюнь просто сидел рядом на полу. И никто не знает, сколько времени он там просидел…