Ничего особенного | Simply So | 泛泛

У Цзоу Яна не было реального опыта столкновения со смертью. Самым близким его познанием в этой области была кончина какого-нибудь дальнего родственника, и если человек не был ему по-настоящему дорог, он даже не чувствовал особой печали. Однако сейчас несколько простых фраз матери обрисовали сцену, которую он никогда не мог себе вообразить. — И никто не знает, куда делся его папаша. Перед уходом ещё избил ребёнка так, что вся голова была в крови, она аж засохла коркой... — Мать продолжала что-то говорить, но Цзоу Ян уже не слышал. В его мозгу внезапно всплыл голос Фань Цзюня: «Когда он уходил, он сказал: вернусь — и убью тебя». Та самая фраза, поселившая в нём глубокий, неизбывный ужас, скорее всего, была сказана именно тогда. Может, и слух ему выбили в тот же вечер? Довёл жену до самоубийства, покалечил ребёнка и пообещал вернуться, чтобы довершить начатое… В кино фраза «основано на реальных событиях» часто заставляет кожу покрываться мурашками, но здесь всё это случилось с человеком, которого он знал лично. Его пробрала дрожь от затылка до пяток, по спине пробежал холод, а кожа покрылась мурашками. Мать тяжело вздохнула и вернулась к готовке. Цзоу Ян, застыв у столешницы, постоял так некоторое время, а потом быстро выхватил телефон: — Как зовут отца Фань Цзюня? — А? Фань Ган, кажется, — мать мельком глянула на него. — Тебе зачем? — Просто так. — Цзоу Ян принялся лихорадочно стучать по экрану. — Ты только не натвори дел, — предостерегла мать. — Я с дядей Лю знакома года три, и только недавно он мне хоть что-то рассказал. В такие вещи нельзя лезть просто из любопытства... — Да, я знаю, — кивнул Цзоу Ян. Фань Ган? — Хватит тут торчать, — мать легонько подтолкнула его. — Иди в комнату, только под ногами путаешься. — Я с тобой побуду. Фань Ган? — Не надо со мной быть, только мешаешь. — Ну ладно, ухожу. — Цзоу Ян, не отрываясь от экрана, побрёл в гостиную. Фань Ган, Фань Ган, Фань Ган… Перебирая разные иероглифы «Ган», Цзоу Ян хотел найти в сети хоть какие-то криминальные новости. Такой подонок вряд ли мог вести тихую жизнь все эти десять с лишним лет. Была надежда увидеть его имя в хронике — вдруг он уже в тюрьме или, что ещё лучше, приговорён к смерти. Но поиск не давал результатов. Не зная точно, каким иероглифом пишется имя, Цзоу Ян перепробовал все возможные варианты — он и не подозревал, что знает столько знаков с чтением «gang». Он даже попробовал самый абсурдный вариант, но так и не нашёл ничего, что подходило бы под описание этого человека. Куда же он делся? Где он сейчас? И правда ли он ещё может вернуться? Цзоу Ян отложил телефон и, откинувшись на спинку стула, тяжело вздохнул. Немного подумав, он снова взял мобильный и отправил сообщение Фань Цзюню: [Тренер, хочу записаться на урок] Фань Цзюнь не ответил — то ли не слышал уведомления, то ли был слишком занят. На ужин мать приготовила лапшу с густым соусом — пахло превосходно. Цзоу Ян ел, продолжая одной рукой тыкать в экран, выискивая «мужчину по фамилии Фань». Тщетно. — Не играй с телефоном за едой, — заметила мать, не отрывая глаз от телевизора. — Не смотри телевизор за едой, — парировал Цзоу Ян. Мать закатила глаза и посмотрела в его тарелку: — Вкусно? Я не знала, что ты придёшь, так что топпингов сегодня маловато. — Очень вкусно, пальчики оближешь, — кивнул он. — После такой порции Фань Цзюню пришлось бы бежать полумарафон. — Эх... — она улыбнулась, но тут же вздохнула. — Я сегодня в клубе тоже хотела лапшу сделать, накупила мяса и овощей целую гору, а теперь готовить некому. — Пусть Лю Цзэ готовит, — буркнул Цзоу Ян. — Они что, милостыню просили, пока тебя там не было? — Ну и язык у тебя, — цыкнула мать. — Раньше там была повариха, а когда она уволилась, готовил Фань Цзюнь. — Фань Цзюнь готовил? — Цзоу Ян оторвался от «мужчин по фамилии Фань» и уставился на мать. — Прямо сам? — Ага. У него неплохо получалось, правда, копался долго. — Охренеть, — Цзоу Ян был искренне поражён, ведь в клубе всегда полно народу. — Я думал, все парни умеют максимум яйца с помидорами пожарить. — Я же говорю: он очень толковый. Ребёнок, который прошёл через такое, совсем не похож на вас с Лю Вэньжуем, — добавила мать. В этот раз слова о том, что Фань Цзюнь «много страдал», не вызвали у Цзоу Яна привычного раздражения. В груди осталось только щемящее чувство сопереживания.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

— Это так надо резать? — Хоу-эр стоял у кухонного стола, скептически разглядывая соломку из огурцов, которую нарезал Фань Цзюнь. — Так, — отрезал Фань и принялся за морковь. — Для лапши... — Сунь Сюйлей, стоявший с другой стороны, засомневался. — Моя бабушка всегда режет тоньше... Фань Цзюнь подцепил одну полоску огурца и помахал ею перед носом парня: — Это, по-твоему, не соломка? — Ну... — Сунь Сюйлей не растерялся и просто слизнул огурец с его пальцев. — Это скорее бруски. Фань Цзюнь промолчал, продолжая кромсать морковь, но через секунду не выдержал и рассмеялся. Кулинар из него и правда был так себе. — Бруски так бруски, — рассудил Хоу-эр. — Их жевать дольше. — Вали отсюда, — беззлобно бросил Фань Цзюнь. — Лучше бы ты просто что-нибудь пожарил, — не унимался Хоу-эр. — Жареное у тебя всегда лучше выходит. — Ингредиенты уже готовы. — Ну ладно, едим что дают, — кивнул парень. — Мы же сегодня холодильник кокнули, теперь на ремонт тратиться... Надо экономить. Фань Цзюнь мельком глянул на него и промолчал. — А вообще — круто ты его опрокинул! — добавил Хоу-эр. — Оба — брысь из кухни, — скомандовал Фань. — Уходим-уходим, — Хоу-эр поманил Сунь Сюйлея. — Пойдём пса выгуляем, как раз к обеду вернёмся. — Брат Фань, покажи напоследок тот трюк с ножом! — взмолился Сунь Сюйлей. Фань Цзюнь вздохнул, подбросил кухонный нож вверх; клинок сделал два оборота в воздухе и с глухим стуком вонзился в разделочную доску. — Валите уже, не бесите меня. — Офигеть! — выдохнул Сунь Сюйлей. Когда ребята ушли, Фань Цзюнь остался один. Он закончил с нарезкой и даже попытался подправить самые неровные куски. На самом деле в такой тщательности не было нужды, но дядя Лю и Лю Цзэ всё ещё о чём-то спорили в зале, и делать ему было решительно нечего. Когда дядя Лю вошёл в кухню, Фань Цзюнь просто стоял, опершись на стол, и смотрел в пустоту. — Цзюнь-эр, — дядя Лю подошёл ближе. — М-м? — Фань обернулся. — Как рука? — Ерунда, царапина. — Фань Цзюнь глянул в сторону зала, но Лю Цзэ там не увидел. Они не подрались, но оба «пострадали»: Фань Цзюнь порезал руку, когда опрокидывал холодильник, а Лю Цзэ придавило ногу, когда тот упал. — Не обращай на него внимания, — сказал дядя Лю. — Характер — чёрт знает в кого... Пойдём есть. Они разложили топпинги по тарелкам, сварили лапшу, и как раз в этот момент вернулись Хоу-эр и Сунь Сюйлей с собакой. — Бабушка ещё у тёти? — спросил дядя Лю у Сунь Сюйлея. — Ага, уже неделю там, — парень увлечённо перемешивал гору овощей в своей тарелке. — Красота. Пока её нет, отец дома не появляется, я сам себе хозяин. — Если увижу тебя в игровом зале вместо школы — тебе конец, — предупредил Фань Цзюнь. — Не увидишь! — весело крикнул Сунь. Лю Цзэ промелькнул за окном кухни и ушёл со двора. К концу обеда он вернулся, зашёл на кухню и молча швырнул бумажный пакет на стол рядом с Фань Цзюнем, а сам пошёл к плите варить лапшу. Фань Цзюнь заглянул в пакет — там лежали лекарства из аптеки: мазь для заживления и водостойкие пластыри. Ничего не сказав, он доел, забрал лекарства и ушёл с собакой в новый зал. Вечером учеников не было, и в филиале стояла тишина. Фань Цзюнь включил свет. Холодильник уже поставили на место, а разбитую стеклянную дверцу Тань Жу и Хоу-эр заклеили скотчем и картоном — агрегат продолжал натужно гудеть. Фань Цзюнь достал бутылку колы — она всё ещё была холодной. Глядя на изувеченную технику, он тихо вздохнул. Раньше их ссоры с Лю Цзэ до такого не доходили. Он понимал, почему брат взбесился: при всём своём таланте бойца Лю Цзэ очень дорожил репутацией и «мозгами», а тут его так глупо подставили. И хуже всего — об этом узнали Цзоу Ян и Фань Цзюнь, которые в итоге и разрулили проблему. Это был серьёзный удар по его самолюбию. «Почему ты не был таким дерзким, когда отец тебя избивал?» В обычное время Фань Цзюнь пропустил бы эти слова мимо ушей, но сегодня он не сдержался. Единственное, на что хватило самоконтроля — это не хвататься за стул, а выместить злость на тяжёлом холодильнике. Он ведь переживал за этот зал больше самого Лю Цзэ: если филиал закроют, им обоим придётся вернуться в старое здание, где нет никаких перспектив развития. И тогда он снова станет обузой. Фань Цзюнь полез в карман за телефоном, чтобы позвонить Датоу насчёт подержанного холодильника, но карман был пуст. Он обыскал всю одежду — мобильного не было. — Где мой телефон? — спросил он у Сяо Бая, который чинно сидел рядом. Пёс встал и тихо зарычал. — Чего рычишь? Ищи телефон. — Фань Цзюнь изобразил жест разговора по трубке. Сяо Бай на пару секунд задумался и убежал в тренировочную зону. — Да нет его там, — Фань Цзюнь принялся осматривать стойку. — Наверное, в этой суматохе выпал... Сяо Бай вернулся с телефоном в зубах и аккуратно положил его у ног хозяина. — Надо же, как он туда попал... Хороший мальчик, молодец. — Фань Цзюнь потрепал пса по голове и включил экран. Там висело несколько сообщений. 【zouyang】： Тренер, хочу урок. 【zouyang】： Тренер Фань, мне нужно занятие. 【zouyang】： Эй, запиши меня. 【zouyang】： Завтра приду к тебе с проверкой. 【zouyang】： Ты что, телефон разбил? Фань Цзюнь улыбнулся и набрал ответ: 【fan】： Оставил телефон в зале. Давай послезавтра в десять утра. Ответ пришёл мгновенно: 【zouyang】： Завтра. 【zouyang】： Завтра у меня выходной. 【zouyang】： Я заплачу вдвойне. 【zouyang】： ? 【zouyang】： Спиши за два занятия.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

На следующий день Цзоу Ян стоял перед тем самым холодильником, с интересом изучая «раны» на технике. Он даже не поленился сделать фото. Потом он развязал верёвку, которая удерживала перекошенную дверцу, достал бутылку содовой и, отпив, восхищённо заметил: — Офигеть, он ещё работает? Вода ледяная. — Ага. Ещё можно толкнуть его кому-нибудь, — Фань Цзюнь за стойкой доедал порцию паровых пельменей. — Где QR-код для оплаты? — спросил Цзоу Ян, облокотившись на стойку. — Потерялся где-то. Я угощаю. Цзоу Ян покосился на его тарелку: — Тогда угости и пельменем. Фань Цзюнь поднял на него взгляд и пододвинул контейнер. Цзоу Ян подцепил один пальцами, отправил в рот и удивлённо вскинул брови: — Сколько же тут мяса! Не дожидаясь ответа, он стянул ещё один: — Реально много мяса. — Ты что, не завтракал? — спросил Фань Цзюнь. — Потом верну тебе два! Скряга, — буркнул Цзоу Ян. — Да я просто спросил... — Фань Цзюнь продолжил есть. — Тренер, — Цзоу Ян притащил стул, обошёл стойку и сел рядом. — Давай сегодня проведём «урок на свежем воздухе»? — Что? — Фань Цзюнь не понял. Он ждал, что Цзоу Ян начнёт расспрашивать о вчерашнем — мать ведь ушла домой в расстроенных чувствах, — но тот молчал, сосредоточившись на своём «двойном» уроке. — Выйдем погулять. Обучение в естественной среде. — Сбор дани с прохожих — это уголовное преступление, — серьёзно заметил Фань Цзюнь. — Зараза, — рассмеялся Цзоу Ян. — Ты невозможен. Фань Цзюнь доел пельмени. В коробке остался один. — Будешь ещё? — спросил он. — Не, я так, чисто вкус попробовать. Фань Цзюнь доел последний пельмень. — Раз уж я плачу за два урока, — сказал Цзоу Ян, — могу я выдвигать требования? Фань Цзюнь задумался. — Ладно. Спортивные штаны взял? — Обижаешь. — Цзоу Ян похлопал по рюкзаку. — Переодевайся. В Наньчжоупине была речка. Цзоу Ян об этом даже не подозревал. — А ты как думаешь, откуда в названии района «舟» — «лодка»? — удивился Фань Цзюнь. — …Как-то не задумывался. — Давай, разминайся. Дорожка вдоль реки была закрыта для машин. Здесь было гораздо тише и чище, чем на Северной улице, росло много деревьев, и несмотря на то, что время близилось к десяти, на набережной было полно физкультурников. Цзоу Ян размял плечи и ноги: — Можем просто прогуляться вдоль... — Пошёл! — не дав ему договорить, Фань Цзюнь резко сорвался с места. — Эй! Ты чего?! — Цзоу Ян опешил. Фань Цзюнь не ответил — то ли не слышал, то ли сделал вид. К тому моменту, как Цзоу Ян пришёл в себя, тренер был уже далеко. — Фань Цзюнь! — Парню пришлось со всех ног броситься вдогонку. Когда он поравнялся с Фанем, поговорить всё равно не удалось. Фань Цзюнь лишь мельком бросил: — Следи за дыханием. Цзоу Ян машинально подстроился под ритм. Дальнейший путь прошёл в молчании: Фань Цзюнь держал высокий темп, и чтобы не отстать, приходилось выкладываться по полной. Наконец, они остановились на вершине пологого склона у воды. — Отдыхаем, — скомандовал Фань. — Твою мать... — Цзоу Ян глянул на часы: ровно пять километров. — Ты это серьёзно? — Урок на воздухе, — напомнил Фань Цзюнь. — А не прогулка по магазинам. Цзоу Ян молча показал ему большой палец, спустился по ступенькам к самой воде и повалился на молодую траву. — Кайф... Фань Цзюнь спустился следом и сел рядом. — Полежи тоже. — Цзоу Ян похлопал по траве рядом с собой. Солнце припекало, и сквозь закрытые веки мир казался золотым. Фань Цзюнь молча лёг рядом. Было действительно хорошо: хоть земля ещё отдавала холодом, воздух уже прогрелся, и когда лёгкий ветерок касался лица, казалось, что он пахнет самим солнцем. Спустя некоторое время Цзоу Ян сел; спина вспотела и стала влажной. Он повернулся к Фань Цзюню. На нём сегодня была бейсболка, и в положении лёжа лицо было открыто полностью, лишь глаза прятались в тени козырька. Фань Цзюнь лежал с закрытыми глазами, погружённый в свои мысли. Цзоу Ян замер, подперев голову рукой, и стал рассматривать его. Спину уже начало припекать, но Фань Цзюнь не шевелился. Заснул? — Фань Цзюнь. — Цзоу Ян протянул руку и кончиками пальцев осторожно приподнял козырёк его кепки. Солнечный свет упал на закрытые глаза Фаня. — …М-м? — он не открыл глаз, лишь лениво прикрыл их ладонью от света. Цзоу Ян молчал. Он не сводил взгляда со шрама на переносице. Рука так и осталась висеть в воздухе, а затем пальцы сами собой опустились ниже, и Цзоу Ян почти невесомо коснулся этой отметины.