Ничего особенного | Simply So | 泛泛

Он вдруг поймал себя на мысли: он уже очень давно не ел с мамой два раза подряд. Это было приятно, но в то же время внутри грызло беспокойство. Мать была влюблена, дело шло к свадьбе, и нынешнее положение вещей — то ли временная ссора, то ли окончательный разрыв — оставалось неясным. Сам Цзоу Ян в делах сердечных не разбирался, да и его друзья по общаге были из тех, кто на День святого Валентина просто заваливается спать, так что он не знал, нормально ли такое затишье. Он лежал на кровати, обнимая подушку. То ли утренняя тренировка выжала из него все соки, то ли рассказы Фань Цзюня оказались слишком тяжёлым грузом — он чувствовал себя вконец измотанным. После обеда он провалился в сон и проснулся только к пяти. Телефон разрывался от уведомлений. Быстро пролистав список, он увидел сообщения от Лю Вэньжуя, новости из общего чата и пару рассылок от магазинов одежды. Он специально прокрутил ниже: от Фань Цзюня ничего не было. Цзоу Ян открыл чаты один за другим. Лю Вэньжуй звонил несколько раз и оставил с десяток гневных сообщений. В общем чате тоже ничего нового: банда дружно обвиняла Цзоу Яна в том, что они не смогли покорить вершину во время дневного похода в горы только потому, что он не брал трубку. — Придурки, — негромко усмехнулся он и зашёл в диалог с Фань Цзюнем. Имя в профиле у Фаня было самым обычным — просто иероглиф «Фань», а на аватарке при беглом взгляде казалось, что там что-то мультяшное. Но стоило развернуть картинку, как он увидел Яцзы — мифического зверя, свирепого и мстительного. Он не ожидал, что Фань выберет такой аватар. Казалось, этот зверь мог сожрать того поросёнка, которого нарисовал сам Цзоу Ян, раз восемьсот. — Ян-ян! — крикнула мать из гостиной. — Я в магазин за продуктами! Цзоу Ян немного подумал, спрыгнул с кровати и приоткрыл дверь: — Давай лучше выберемся куда-нибудь поужинать. — В ресторан? — мать замерла. — Это же лишние траты. — Хочу поесть где-нибудь в городе, — настоял он. — Ладно, — она помолчала, а потом развернулась к своей комнате. — Пойду переоденусь. — Угу. — Ты тоже смени одежду, не иди в том, в чём утром махал кулаками, — донеслось из комнаты. На самом деле Цзоу Ян уже сменил спортивную форму, но всё же выбрал свежий комплект. Когда они оба, принарядившись, встретились в гостиной, мать рассмеялась: — Надо же, обычный ужин, а мы так вырядились. Прямо торжественный приём. — Праздники же, — Цзоу Ян лениво зевнул. Пока они стояли у дороги в ожидании машины, мать внимательно посмотрела на сына: — На твой день рождения... может, купим тебе машину? — Что? Машину мне? — Цзоу Ян опешил. — Зачем она нужна? Ты ведь всё равно не водишь. — Не знаю, — ответила она. — Но ты-то умеешь. — И что, я буду ездить на ней в универ? Раз в неделю туда-обратно? — хмыкнул он. — Да я её разобью быстрее, чем доеду. — Не болтай чепухи! — она в шутку шлёпнула его, но тут же вздохнула. — Твоя тётя купила машину Сяо Линь... — Линь-цзе оканчивает вуз и выходит на работу, — резонно заметил Цзоу Ян. — Мне-то куда спешить. Мать промолчала. Цзоу Ян знал, что её отношения с братьями и сёстрами были прохладными; они редко общались, но всегда негласно соревновались друг с другом, особенно после её развода. — Лучше прибереги деньги, и когда я получу диплом, купишь мне что-нибудь приличное, — Цзоу Ян обнял мать за плечи. — Как тебе такой план? От двухсот тысяч и выше. — Раскатал губу, — осадила его мать. — Машина Сяо Линь со всеми сборами обошлась всего в шестьдесят. — Ну, на такое я не согласен, — цыкнул Цзоу Ян. — Я человек, привыкший к роскоши, такие лишения не по мне. — Один пафос от тебя, — беззлобно проворчала она. — А что поделать? Какая мать — такой и сын. Она улыбнулась: — Твой язык — точь-в-точь как у твоего... Цзоу Ян тут же зажал ей рот ладонью: — Эй-эй-эй, давай без этого. Сейчас расстроишься, аппетит пропадёт, а виноват буду я. Где справедливость? Она не стала продолжать, лишь легонько хлопнула его по руке.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

— Не пересолено? — спросил Фань Цзюнь у дяди Лю. — Мне нормально, — ответил тот и покосился на Лю Цзэ. — Не солёное? Лю Цзэ ничего не ответил, лишь молча качнул головой и продолжил сосредоточенно работать палочками. Сегодня детей за столом не было, и ужин проходил в тишине и непривычной спешке, словно они вернулись на несколько лет назад, когда дядя Лю ещё не был знаком с Шань-цзе. Лю Цзэ, как обычно, управился за несколько минут, поставил пустую миску и вышел. Фань Цзюню показалось, что в кармане звякнул телефон. Он вытащил его, но экран был пуст. Он положил мобильный на стол и продолжил есть. Галлюцинации? — Сегодня... — дядя Лю пододвинул стул ближе. — Цзоу Ян приходил на урок, верно? — Угу, — кивнул Фань Цзюнь. — Утром. — Он ничего... — дядя Лю оглянулся на дверь. — Ничего не говорил? — Спрашивал, не ругался ли Лю Цзэ на Шань-цзе, — тихо ответил Фань Цзюнь. — Я сказал, что нет. Что он только на него наорал. — Ну ты и выдал, — дядя Лю невесело усмехнулся, а потом вздохнул. — На Цзоу Яна тоже зря он сорвался. Парень ни в чём не виноват, хотел как лучше, а в ответ — ругань. Тут любой бы обиделся. — Ты не пробовал позвонить Шань-цзе? — спросил Фань. — Звонил, — дядя Лю нахмурился. — Не берет. — Ну так звони ещё, — посоветовал Фань Цзюнь. — Её сын в таких случаях может и три тысячи раз набрать. — Когда Цзоу Ян придёт в следующий раз? — спросил дядя Лю. — Не знаю. Праздники закончатся, учёба начнётся — времени у него будет поменьше. — Фань Цзюнь взял телефон и бесцельно пролистал ленту, в итоге открыв аватар Цзоу Яна. Раньше он не рассматривал картинку, но теперь, увеличив её, заметил в углу подпись: «Цзоу Ян». Неужели он нарисовал это сам? Он умеет рисовать? — А? — Фань Цзюнь вынырнул из своих мыслей, не расслышав, что сказал дядя Лю. — Я говорю, иди отдыхай, — повысил голос тот. — Я сам тут приберусь. — Схожу в новый зал, — Фань Цзюнь поднялся. — Сегодня у Тэбана два вечерних урока, и собака ещё там. — Ладно, иди. Пока дядя Лю мыл посуду, Фань Цзюнь вышел во двор. На улице уже стемнело. Свет не горел, и тишина казалась более гнетущей, чем обычно. Возле торгового центра было оживлённо, празднично, но Северная Малая улица жила по своим законам: после краткого дневного шума сумерки уносили с собой последние звуки жизни вместе с лучами заходящего солнца. Стоя посреди двора, Фань Цзюнь вдруг почувствовал странную пустоту. Раньше, когда Шань-цзе уходила, он не ощущал этого так остро, но сегодня перемена почти ощущалась физически. Он поднял голову, поправил козырёк панамы и уставился в ночное небо. Издалека донеслись крики. Фань Цзюнь повернул голову, подставляя правое ухо. Звуки приближались. — Сунь опять сына лупит, — донёсся голос дяди Лю из окна кухни. — Стоило вернуться, и сразу за ремень... Пойду гляну... — Я сам. — Фань Цзюнь направился к воротам. В следующую секунду мимо него молнией пролетел Сунь Сюйлей. Он был уже в десяти метрах, когда до слуха долетел его полный слез и отчаяния крик: — А-а-а! А-а-а! Следом, едва переводя дух, промчался его отец. Когда Фань Цзюнь вышел на улицу, вокруг уже собрались соседи. Кто-то пытался бежать за Сунем-старшим, уговаривая: — Хватит! Перестань! — Тоже мне, «воспитание»... Просто злость на ребёнке вымещает! Сегодня Сунь Сюйлей не побежал в зал искать защиты у «брата Фаня». Его пороли стабильно раз в месяц, но не каждый раз он искал спасения у тренера. — Цзюнь-эр! — Лао Сы подкатил на своём трёхколёсном электроцикле. — Куда они рванули? Дом Лао Сы стоял по соседству с домом бабушки Сунь Сюйлея, и сегодня он, видимо, тоже не выдержал. — Вдоль по улице... — Фань Цзюнь проследил за направлением побега и запрыгнул в кузов. — Разворачивайся, поедем в обход. Сунь Сюйлей свернул на перекрёстке налево. Фань Цзюнь знал этого пацана: он был смышлёным и не стал бы убегать далеко в незнакомые места. Спасение можно было найти только там, где его знают соседи. Скорее всего, он сейчас нарезал круги по переулкам Северной улицы. С его выносливостью он мог бы просто бегать по знакомым дворам, пока отец окончательно не выдохнется. Лао Сы развернулся и погнал в противоположную сторону. Как и ожидал Фань Цзюнь, едва они повернули за угол, вдалеке показался Сунь Сюйлей, замыкающий круг. Лао Сы притормозил. Фань Цзюнь спрыгнул на тротуар и встал прямо посреди дороги. Увидев его, мальчишка мгновенно разрыдался и закричал сквозь слёзы: — Фань-гэ! Сы-гэ! — Сюда, быстро! — крикнул Лао Сы. Мальчик рванул к ним. Фань Цзюнь посторонился, пропуская его: — Садись к Лао Сы. Сам он перегородил дорогу. Секундой позже перед ним вырос запыхавшийся отец Суня, изрыгающий проклятия: — А ну не лезь не в своё дело, мать твою! Фань Цзюнь не шелохнулся. Когда Сунь-старший попытался навалиться на него плечом, чтобы сбить с пути, Фань коротко заблокировал удар. Десять лет назад отец Суня немного тренировался у дяди Лю, и хотя алкоголь изрядно подточил его силы, звериная мощь в нём ещё оставалась. Удар получился ощутимым. Пользуясь инерцией, мужчина попытался обхватить его за талию и ударить коленом в живот. Фань Цзюнь был готов. Сегодня Сунь-старший выпил больше обычного и пёр напролом, как заведённый. Удар коленом оказался тяжёлым. Фань Цзюнь нахмурился: — Это фол. — Да я твою мать... — мужчина разразился грязной бранью, не отпуская его и готовясь к новому удару. Фань Цзюнь просто накрыл его рот ладонью, с силой надавил на голову, отталкивая назад, а другой рукой резко сорвал его пальцы со своего пояса. Последовал мощный толчок. Сунь-старший, спотыкаясь, рухнул на землю и уставился на него бешеными глазами. Фань Цзюнь указал на него пальцем: — Следи за языком. Он уже собрался повернуться к мальчику, но в этот момент отец Суня снова вскочил. На этот раз его целью был не тренер. — А ну иди сюда, щенок! — взревел он. — Я тебя сегодня живьём закопаю! Тебе конец! Фань Цзюнь замер. Отец Суня всегда устраивал из порки целое представление, и такие фразы в этих краях звучали часто. Но сегодня… этот выкрик вонзился в него, как раскалённая игла. Он задел самый глубокий, самый болезненный нерв его памяти. В ушах внезапно возник оглушительный звон. — Что ты сказал? — Фань Цзюнь повернул голову, голос его стал хриплым. — Да какое тебе дело, я сына учу... — Сунь-старший снова рванул к мальчику, прячущемуся за Лао Сы. — Сдохни. — Фань Цзюнь резко выкинул ногу вперёд, пробивая прямой удар. Подошва кроссовка с силой впечаталась точно в грудь мужчины. Отец Суня отлетел назад больше чем на метр, тяжело рухнув на асфальт. Он ещё попытался приподнять голову, но руки и ноги бессильно раскинулись в стороны, и он затих. Фань Цзюнь не сводил с него застывшего взгляда. Сквозь звон в ушах он едва различил испуганный голос Лао Сы: — Пиздец… Фань Цзюнь, ты что...

⟣ · · ⟡ · · ⟢

— Если не запишемся сейчас, потом времени точно не найдём! — Лю Вэньжуй сидел на скамейке музейной площади, держа в одной руке мороженое, а в другой — телефон с расписанием. — Тут всё забито, мне кажется, мы даже мало заплатили за учёбу. — Вы же вроде «инвесторы», — Цзоу Ян достал телефон и начал строчить сообщение Фань Цзюню. — С каких это пор акционеры платят за вход? — Это корпоративные бонусы, понимать надо, — важно заметил Ли Чжиюэ. — Мне тоже записываться к Тань Жу? — Чжан Чуаньлун с сомнением разглядывал экран. — Можешь не записываться, — подколол Цзоу Ян. — Просто стой рядом и смотри, как она тренирует других. 【zouyang】：Запиши нас. Парни хотят групповой урок. — Ты вообще человек или как? — огрызнулся Чжан. — А ты сам себя слышишь? — парировал Цзоу Ян. — Ты купил курс у Тань Жу, не записываешься на занятия... тогда что ты вообще собрался делать? — Я её побаиваюсь, — признался Чжан Чуаньлун. — Ребёнок просто стесняется, — Ли Чжиюэ покровительственно похлопал его по голове. — Какое там стесняется! — Чжан сунул телефон под нос Ли Чжиюэ. — Ты посмотри её ленту, от неё за версту жаждой крови несёт! Фань Цзюнь не отвечал. Цзоу Ян отправил ещё одно сообщение. 【zouyang】：Тренер Фань, проснись. Пора зарабатывать на хлеб. Прошло пять минут, но ответа не было. Цзоу Ян цыкнул и нажал кнопку голосового вызова. Тишина. — Что такое? Занят? — Лю Вэньжуй заглянул в экран. — Не знаю. Сейчас позвоню. — Цзоу Ян набрал номер. «Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети...» Цзоу Ян повесил трубку и посмотрел на Лю Вэньжуя. — Что случилось, дорогуша? — Тот вопросительно вскинул брови. — Выключен. — Сел, может? — Не знаю. — Цзоу Ян нахмурился и проверил ленту Фаня. Ничего подозрительного. Последний пост — вчерашние пельмени и баоцзы, явно выставленные, чтобы позлить Лю Цзэ. «Неужели они снова сцепились?» — Давай съездим проверим, — предложил Ли Чжиюэ. — Мы всё равно уже осмотрели все музейные каталоги, на вечер планов нет. — Поехали. — Цзоу Ян развернулся в сторону парковки. Пока Лю Вэньжуй, вцепившись в руль, продирался сквозь поток машин, следуя подсказкам навигатора, у Цзоу Яна зазвонил телефон. — Перезвонил? — Лю мельком глянул на него. Цзоу Ян схватил трубку и заорал вместе с парнями на заднем сиденье: — На дорогу смотри! — Смотрю я, смотрю! — Лю Вэньжуй вцепился в руль ещё крепче. — Это мама, — сказал Цзоу Ян. Отвечая на звонок, он почувствовал лёгкое разочарование. — Привет, мам. — Я сейчас поеду в зал, — сказала мать. — Вернусь поздно, поужинай сам. — Что случилось? — Цзоу Ян мгновенно выпрямился. — Что-то произошло? Я не могу дозвониться до Фань Цзюня, у него телефон выключен. — Сама ещё точно не знаю, — вздохнула она. — Дядя Лю ничего толком не объяснил. Поеду разузнаю и тогда скажу. — Мы как раз туда едем, — сообщил Цзоу Ян. — Хотели на занятие. — Ну, раз так — увидимся там. И за рулём поосторожнее. Цзоу Ян повесил трубку, чувствуя, как внутри всё пустеет. — Что там? — спросил Ли Чжиюэ. — Не знаю. Лю Вэньжуй с его навыками вождения ни за что не полез бы в узкие переулки Северной улицы, так что машину пришлось оставить на ближайшей стоянке. Парни, запыхавшись после быстрой ходьбы, вошли во двор старого зала. Мать ещё не приехала. На первый взгляд всё было как обычно: из тренировочного зала доносились глухие «панг-панг». Но уже через секунду Цзоу Ян почувствовал, что что-то не так. Сяо Бай, который бешено вилял хвостом у своей конуры при его виде, был привязан. «С Фань Цзюнем что-то случилось». Из зала вышел Лю Цзэ. Увидев компанию, он нахмурился: — Ты чего здесь? — Где Фань Цзюнь? — спросил Цзоу Ян в лоб. Лю Цзэ окинул взглядом его и парней за его спиной, а потом глухо произнёс: — Под арестом. Его забрали в полицию.