Ничего особенного | Simply So | 泛泛

Завершив разговор, Шань-цзе подхватила корзину и отправилась на рынок. Раз уж в обед они едут к Цзоу Яну, нужно приготовить что-то питательное. С момента аварии прошло уже несколько дней, и Шань-цзе, видимо, считала, что сын всё это время голодал; она даже про гнев на бывшего мужа временно забыла. — Сказала, будет варить кости, — дядя Лю на кухне подготавливал специи для бульона. — Наверняка целую бадью наварит, хватит на всё их общежитие. — Угу, — Фань Цзюнь улыбнулся. Пока на кухне правила Шань-цзе, Фань Цзюню там делать было нечего. В обычных обстоятельствах ему следовало бы отправиться в новый зал — хоть сегодня у него и был выходной, он привык проводить время там. Но сейчас он не двигался, продолжая сидеть за обеденным столом. Он молча наблюдал, как дядя Лю готовит кастрюлю, приправы, термосы… Фань Цзюнь понимал, почему всё ещё сидит здесь, но не знал, как об этом сказать. Ему хотелось поехать с ними. Посмотреть на университет. Своими глазами увидеть место, где учится Цзоу Ян. Увидеть его. Позавчера, когда Люй Цзэ ездил осматривать новые помещения, Фань Цзюнь увязался за ним. Всё прошло на удивление гладко, только место оказалось не слишком подходящим — решили поискать ещё. Вылазки за пределы Наньчжоупина хоть и не давались ему совсем уж легко, но уже не требовали какой-то запредельной решимости. Однако напроситься на встречу с Цзоу Яном… В этом было что-то необъяснимое. Слова просто застревали в горле. Дядя Люй и Шань-цзе знали, что они с Яном в неплохих отношениях, но насколько «неплохих» — вряд ли догадывались. Честно говоря, он и сам этого не знал. И не понимал, почему вдруг так сильно этого захотел. — Что такое? — дядя Лю закончил с подготовкой и обернулся. — Ничего, пойду в новый зал, — Фань Цзюнь встал и направился к выходу, по привычке свистнув Сяо Баю. Пёс выскочил из конуры, неся в зубах поводок. — Цзюнь-эр! — окликнул его дядя Лю. — М-м? — Фань Цзюнь остановился, пристёгивая карабин. — У тебя же сегодня выходной? — Да. — Может... поедешь с нами? — предложил дядя Лю. — А то поедем только мы с Пэн Шань, вдруг Цзоу Ян будет чувствовать себя неловко. Фань Цзюнь помолчал пару секунд и кивнул: — Хорошо. Выйдя с собакой за ворота, он пару раз подпрыгнул на месте и потрепал пса по голове: — Ну-ка, пробежимся! Сяо Бай тявкнул и пристроился рядом, нетерпеливо перебирая лапами. Фань Цзюнь рванул вперёд, и пёс тут же обогнал его, задавая темп. В зале сейчас было затишье — учеников мало, Тэбан и Тань Жу лениво болтали у стойки. — Эй, Фань Цзюнь! — Тань Жу помахала ему рукой. — Мы тут с Тэбаном как раз гадаем: от Сюйлэя есть новости? — Пока нет, — Фань Цзюнь вздохнул, наливая воды в миску Сяо Баю. — Вчера заходил в участок. По камерам он дошёл до перекрёстка у зерновой лавки, а дальше — всё. Там «слепая зона», да ещё пара камер не работают... — Бедный пацан, — вставил Тэбан. — Если бы у него денег не было, он бы точно к тебе прибежал. Но он ведь успел что-то с собой прихватить. — В том-то и дело. — Фань Цзюнь достал телефон и закрепил его на шлейке Сяо Бая. В эти дни он боялся пропустить звонок от Сюйлэя, а теперь ещё и ждал звонка от Цзоу Яна. Слух у Сяо Бая был куда лучше его собственного; стоило телефону зазвонить, пёс тут же бежал к хозяину. Он был настолько прилежным, что приносил телефон даже из-за уведомления автокормушки Да Хэя. Когда телефон зазвонил, пёс, как и ожидалось, с лаем подлетел к Фаню. Тот взглянул на экран, нажал «ответить» и потрепал собаку за уши: — Хороший пёс. — Как-то это не очень вежливо, — раздался голос Цзоу Яна в трубке. — Это я Сяо Баю, он мне телефон принёс, — улыбнулся Фань Цзюнь. — Закончил лекции? — Как это он тебе «принёс»? — заинтересовался Цзоу Ян. — В зубах, что ли? — Он у него на спине закреплён. Он слышит звонок и бежит ко мне. — Прямо собака-поводырь для глу... — Цзоу Ян осёкся и тут же поправился: — Извини, язык мой — враг мой... — Собака-поводырь для глухих? — рассмеялся Фань. — Не слушай меня, — буркнул Цзоу Ян. — Не слышу, я же глухой, — поддразнил Фань Цзюнь. — Эй! — крикнул Цзоу Ян. — Вот теперь слышу. — Поговорил с мамой? Она ещё злится? — Она… они с дядей Лю… — Фань Цзюнь замялся. — Собираются к тебе ехать. Сейчас она там вовсю какой-то суперпитательный бульон на костях варит. — Я же просил их не приезжать! — запричитал Цзоу Ян. — Да какой там бульон, мне кусок в горло не полезет от неловкости. И тащиться в такую даль... — Я тоже еду, — сказал Фань Цзюнь. Цзоу Ян замолчал. Лишь спустя мгновение он выдохнул: — Позвони, когда будете подъезжать. Я встречу вас у ворот.

⟣ · · ⟡ · · ⟢

Запах бульона был просто божественным; Фань Цзюнь почувствовал его ещё на подходе к старому залу. Уши Сяо Бая встали торчком, и все те несколько метров от калитки до кухни он обильно поливал слюной дорожку. — Шань-цзе, косточки лишней не найдётся? — Фань заглянул в кухонное окно. — Оставила ему одну, чисто погрызть, — улыбнулась Шань-цзе и протянула тарелку с внушительной голяшкой. — Скажи Шань-цзе «спасибо», — Фань Цзюнь посмотрел на пса. Сяо Бай запрыгнул передними лапами на подоконник и дважды звонко тявкнул. Фань отдал ему кость — этого хватит, чтобы занять собаку на полчаса. Бульон был разлит по двум термосам — большому и маленькому. Маленький — лично для Цзоу Яна, большой — для его соседей. Дядя Лю аккуратно составил их на заднее сиденье своего фургона. — Поехали, — скомандовал он. — Угу. Машина выехала из Наньчжоупина тем же путём, которым несколько дней назад ушёл Сюйлэй. Хотя Фань Цзюнь понимал, что это бессмысленно, он всё равно вглядывался в каждого прохожего. Когда-то он и сам хотел сбежать, но не мог бросить мать — знал, что тогда её забьют до смерти. И не знал, куда идти. Но если бы он был постарше, как Сюйлэй… Нет. Фань Цзюнь опустил глаза, посмотрел на свои руки. Если бы Фань Ган не сбежал сам, он, скорее всего, до этих лет бы не дожил. Дядя Лю ехал по навигатору. Фань Цзюнь тоже открыл карту в телефоне, следя за маршрутом. Незнакомые улицы, незнакомые запахи. Странное чувство: он прожил в этом городе двадцать четыре года, а за пределами своего района всё казалось чужим. Фургон дяди Лю сразу бросался в глаза — на дверях красовалась надпись «Школа боевых искусств Тэнлун» и номер телефона Лю Цзэ. Мама сидела на пассажирском месте и, стоило машине замереть, пулей выскочила наружу: — Господи, ну и вид! Как же ты так умудрился! — Да не сильно, мам, — Цзоу Ян потрогал голову, проверяя, снял ли он все бинты. Остался только небольшой пластырь. — Завтра швы снимут. — А нога? — мать наклонилась и осторожно коснулась гипса. — ...Всё нормально. — Цзоу Ян перевёл взгляд на фургон. Задняя дверь открылась, и Фань Цзюнь вышел с двумя термосами в руках. Когда их взгляды встретились, Цзоу Ян улыбнулся. Фань улыбнулся в ответ и ободряюще приподнял термосы. — Рассказывай давай! — Мама легонько шлёпнула сына по бедру. — А? — Цзоу Ян растерялся. — О чём? — Мы со всем разобрались в тот же день, виновник всё оплатил, так что не волнуйтесь, тётя. Все расходы на лечение тоже покроют, — вставил Ли Чжиюэ. — Мы тогда всей толпой были. — ...Да, точно, — кивнул Цзоу Ян. В отношении к его друзьям мама была полной противоположностью отцу. Она вручила большой термос Лю Вэньжую: — Это вам, ребята. Там и мяса полно, и косточек. А у Цзоу Яна в основном один бульон… — Это ещё почему? — возмутился Цзоу Ян. — Тебе сейчас вредно жирное, — отрезала мама. — А ребятам в самый раз, им силы нужны, экзамены же на носу. — Спасибо, тётушка! — Чжан Чуаньлун счастливо прижал термос к груди. — Спасибо, мам, — пробормотал Цзоу Ян. Фань Цзюнь протянул ему маленький термос. — Спасибо, дядя, — не удержался Цзоу Ян. Фань Цзюнь на секунду опешил: — Не за что, племянничек. Парни дружно заржали и по очереди начали называть Фаня «дядюшкой». Мама явно собиралась сводить всю компанию в ресторан, но, честно говоря, эти оболтусы вместе с Ли Чжиюэ были не из тех, кого стоит знакомить с родителями — того и гляди ляпнут что-нибудь, после чего его репутация окончательно рухнет. За эти два года в университете он, может, и не был отъявленным хулиганом, но и в ряды примерных отличников точно не рвался. Так что он вежливо отказался за всех: — Они не пойдут. Цзоу Ян повёл их в неплохое заведение рядом с кампусом. Фань Цзюнь катил инвалидное кресло, а мать и дядя Лю шли впереди. — Ты всё-таки приехал, — Цзоу Ян откинул голову на спинку кресла и посмотрел на Фаня снизу вверх. — Угу, — Фань Цзюнь тоже смотрел на него. — Дядя Лю боялся, что если они приедут вдвоём, тебе будет не по себе. — О как, — Цзоу Ян скептически поджал губы. Фань Цзюнь не расслышал его возгласа. С этого ракурса волосы Цзоу Яна упали назад, открывая лоб, и полуденное солнце так ярко осветило его лицо, что он казался ослепительным. — О-о! — снова повторил Цзоу Ян. — А? Не расслышал. — Мне не неловко, — заявил Цзоу Ян. — Можешь ехать обратно. Фань Цзюнь улыбнулся: — Я и сам хотел приехать. Дядя Лю просто озвучил мои мысли первым. — Как доехали? Без приключений? — Всё хорошо. Когда не один — совсем не страшно. — После обеда я покажу тебе наш университет, — пообещал Цзоу Ян. — А у тебя нет занятий? — Нет, только самоподготовка в библиотеке, — ответил парень. — Завтра экзамен по древнекитайскому, сущий ад. Как сдам — считай, свободен. Останется ещё пара дней — и каникулы... Как будешь отмечать день рождения? — Да... обычный день. — Давай отпразднуем, — предложил Цзоу Ян. — Двадцать девятого вечером сходим куда-нибудь поужинать, а потом выпьем. — Тебе с такой ногой разве можно пить? — усомнился Фань. — Одно другому не мешает, — Цзоу Ян вытащил из кармашка кресла тонкую бамбуковую палочку и принялся сосредоточенно чесать ногу под краем гипса. — Чешется просто жуть, у меня сейчас крыша поедет… Кажется, у меня аллергия на гипс… Фань Цзюнь промолчал. Он никогда официально не праздновал свои дни рождения; тарелки лапши и маленького тортика ему всегда хватало с лихвой. Но когда Цзоу Ян заговорил о «празднике», в груди затеплилось предвкушение. Странно: взрослый человек, а радуется как ребёнок за несколько дней до даты. После обеда дядя Лю и Шань-цзе собрались обратно в Наньчжоупин. — Цзюнь-эр... — дядя Лю вопросительно взглянул на него. — Я проведу ему экскурсию по кампусу, — ответил за него Цзоу Ян. Фань Цзюнь кивнул: — Я сам доберусь на такси. — А... хорошо, хорошо, — согласился дядя Лю и тихо добавил: — Если что, звони. — Угу. За два года учёбы Цзоу Ян ни разу никого не водил по кампусу, и теперь, катясь рядом на электросамокате и отталкиваясь одной ногой, он даже немного растерялся — с чего начинать-то. — Это учебный корпус, — указал он на ближайшее здание. — Понятно. — И это тоже учебный корпус... — Угу. — А тот… ну, тоже учебный… Самое старое здание у нас… — Ясно. — А это... — Учебный корпус? — Нет, лабораторный. — А-а. — А вот это — столовая. Кормят так себе, зато порции огромные. — Ясно. — За библиотекой, если повернуть за угол, начинаются общежития... — Понятно. — А вон та белая крыша, видишь, как блестит? — Цзоу Ян указал вдаль. — Это спорткомплекс. Скоро пройдём мимо баскетбольной площадки, там я и нашёл Да Хэя. — Угу. — Фань Цзюнь послушно крутил головой вслед за его рукой. — Фань Цзюнь, — Цзоу Ян остановился, опершись на плечо тренера, чтобы не упасть с самоката. — Тебе скучно, да? — М-м? — Фань Цзюнь удивился. — С чего ты взял? — Тебе правда интересно? — Конечно, — ответил Фань. — Я же никогда такого не видел. — Ты только и делаешь, что «угукаешь», — заметил Цзоу Ян. — Я решил, что тебе смертельно скучно. — Просто я не знаю, что сказать. — Фань Цзюнь улыбнулся. — Ну, раз не скучно — поехали. Сейчас проедем ещё немного, и я покажу тебе одно классное место для отдыха. Они проехали ещё немного. — Там озеро, — сказал Цзоу Ян. — Вау! — нарочито громко выдал Фань Цзюнь. Цзоу Ян обернулся: — Ты дурак? — Боялся, что если буду «угукать», ты снова решишь, что мне скучно. Цзоу Ян и сам не замечал, какой огромный у них кампус, пока не поехал на экскурсию — даже успел устать, катаясь на самокате. — А впереди главная достопримечательность любого вуза, — он указал вперёд. — «Холм Влюблённых»! — Чего-чего? — Холм! Влюблённых! — повторил Цзоу Ян. — Обычный газон, у нас он так себе, бедненький, но там всё равно уютно. И правда, там было хорошо. У самого озера раскинулся травянистый склон — гораздо больше, чем берег реки в Наньчжоупине. Повсюду росли деревья, и ветер приносил запах травы и воды, унося дневной зной. Цзоу Ян спрыгнул с самоката, бросил его у края дорожки и на одной ноге поскакал вверх по склону: — Тут трава на солнце совсем просохла, одежду точно не испортим… Фань Цзюнь поспешил за ним и подхватил его за талию: — Ты куда собрался? — Наверх, — Цзоу Ян ткнул пальцем в макушку холма. — Оттуда вид лучше. — ...Хорошо. — Фань Цзюнь глянул наверх и вдруг почувствовал неловкость. На склоне было полно студентов. Кто-то спал, растянувшись на траве, кто-то болтал, кто-то читал или слушал музыку в наушниках. Никто особо не смотрел по сторонам, но Фань заметил одну вещь: либо две девчонки, либо парень с девушкой — а вот двух парней вдвоём не было видно. — Вот здесь, — Цзоу Ян указал на залитый солнцем участок травы, почти неестественно яркий. Фань Цзюнь разжал руки, и Цзоу Ян тут же повалился на спину, раскинув руки и ноги. — Они здесь… — Фань присел рядом и понизил голос, — учатся? — Ложись давай, — Цзоу Ян похлопал по траве рядом с собой. Фань Цзюнь лёг и повернул голову к нему. — Какая учёба, — Цзоу Ян приподнялся на локтях и огляделся. — Может, кто и зубрит, но в основном сюда парочки приходят, которым по магазинам лень таскаться. Сидят тут, милуются. — Понятно… — Поэтому и называется — Холм Влюблённых. — Цзоу Ян тоже повернул голову к нему. — ...А-а. — Фань Цзюнь замолчал.