Сквозь стены и ноты

Тёплым ноябрьским вечером, когда по небу разлилась багряная рябь, лучи заходящего солнца мягко коснулись лица Ли Минхо. Он замер на секунду, оглядывая небосвод. Затем вдохнул поглубже, наполняя лёгкие терпким запахом опавшей листвы и влажной от недавнего дождя почвы, и выудил из багажника автомобиля последние коробки. Ощущая, как тяжесть содержимого медленно продавливает картонное дно, Минхо крепче прижал к себе коробки и вошёл в сияющее фойе новенького жилого комплекса. Стойка консьержа пустовала. За несколько заходов Минхо успел познакомиться с аджосси Им Чхолем — мужчиной лет пятидесяти в сдержанном сером пиджаке и лакированных туфлях, от которых глаза слепит почти как от дорогущего мрамора фойе. Чхоль помог донести одну небольшую сумку до лифта, после чего сразу скрылся — видимо, чтобы Минхо не подумал что тот нанялся бесплатным грузчиком. Пройдя всего пару шагов, Минхо ощутил как под пальцами неприятно скрипнул картон, грозясь исторгнуть из себя кипы книг и музыкальных дисков. На лбу снова выступила испарина, он сдул прядку волос, упавшую прямо на глаза и прибавил шагу. Возле лифтов стояла прямая фигура в капюшоне, ростом немного выше Минхо. Лифт звякнул и почти беззвучно распахнулся. Не оглядываясь по сторонам, человек в сером капюшоне ступил в кабину. – Эй, подождите пожалуйста! – вскрикнул Минхо, стараясь, чтобы его голос не превышал негласно дозволенное в этом здании количество децибел, – Придержите двери! – он стремительно сорвался с места, почти что на кончиках пальцев удерживая коробки. Пульс разогнался, заметно отдаваясь в ушах, и он понял, что погорячился решив, что осилит две тяжелые коробки и рюкзак за раз. Лифт какое-то время оставался открытым, в то время как цифры на табло соседней двери стремительно увеличивали значение. Оказавшись прямо на пороге между кабиной и залитым сумерками первым этажом, Минхо наконец сделал шаг и врезался всем весом в шустрые створки, которые, насмешливо шелестя, закрылись прямо перед его носом. По лобби разнеслось глухое "Бум", после чего его запотевшие пальцы бессильно разжались, обронив драгоценную макулатуру на пол. Минхо вскинул голову и сквозь щель запахиваемых створок, ему удалось разглядеть человека, равнодушно уставившегося в экран телефона. Это был юноша, Минхо прикинул, что он примерно его ровесник, на нём были широкие скейтерские шорты и объемный серый худи. Одна рука покоилась в кармане, другая держала телефон. Лицо было сосредоточено так, словно от этого телефона зависела вся его жизнь. Он вдруг поднял взгляд, пальцы резко метнулись к уху – вынуть наушник. Потребовалась всего одна десятая секунды, чтобы Минхо пронзил его взглядом, а незнакомец в капюшоне слегка приоткрыл рот. Затем дверь закрылась. Резво и весело. И время, будто бы снова зашагало ровным маршем. Минхо фыркнул и уселся на пол. Пока он лениво собирал свои вещи, в голову пришла мысль что этот наглый парень в рваных шортах, предпочел выбор музыки в наушниках базовой человеческой помощи. Непонятная, необоснованная злость тихонько заклокотала в груди, пока он поднимался к себе в квартиру. Когда натренированные мышцы рук и спины наконец расслабились, выпустив весь груз сегодняшнего дня, в голову Минхо неожиданно ударила неловкость. Он негромко засмеялся, и тут же замолк – его смех непривычно звучно ударился о стены, наполняя пока ещё пустую комнату эхом. – Что ж... Добро пожаловать домой. – прошептал он глядя в панорамное окно, за которым раскинулся вечерний Сонгпа-гу. На улице уже стемнело и соседние дома, здания и улицы зажглись как хрустальные ёлочные игрушки. В этом почти сказочном свете Минхо разглядел вдали разукрашенный осенним золотом Олимпик парк и одобрительно хмыкнул: – Неплохо. Даже очень. Его пальцы коснулись стен цвета айвори. На ощупь они оказались слегка шершавыми, но очень приятными. Плавно оглаживая стены, он обошёл всю квартиру. Это были три светлые и просторные комнаты. В каждой окно до потолка, сканди-люстры, дубовый паркет и эта удивительно приятная облицовка. Кухня уже была частично обустроена всем самым необходимым. Поэтому не составило бы особого труда приготовить скромный ужин, но сегодня Минхо заметно вымотался и планировал заказать доставку. Спустя пару часов, он сидел на полу гостиной. Перед ним стоял миниатюрный раскладной столик, на котором были расставлены обернутые в фольгу контейнеры с едой. Чеюк поккым был ещё горячим и наполнял всё пространство своим ярким и пряным ароматом. Минхо неспешно и с удовольствием уплетал чеюк, жареную курочку и рис, когда раздался звонок – кто-то позвонил ему по видеосвязи. – О, привет хён! – раздалось из динамика телефона, прежде чем картинка на экране приобрела отчётливые очертания. – Хай хай, – махнул Минхо, другой рукой удобно устанавливая телефон на столе, – Ты совсем не вовремя. Впрочем как обычно. – усмехнулся он, пережёвывая кусочек мяса. – Да, да, что ещё я могу от тебя услышать. – хихикнул молодой человек, а изображение на экране замерло за секунду из-за помех, – Как ты? Устроился? – Да-а, всё хорошо-о... – протянул Минхо, – Так что звонишь-то? – Эх, хён... мы здесь вообще-то все скучаем по тебе. Волнуемся, как ты будешь на новом месте, да ещё и один, а ты... – послышался ироничный вздох. – Да брось, Хёнджин! – фыркнул Минхо, – Я же на родину вернулся, а не на другую планету переехал. Пусть я и прожил большую часть жизни в Токио, это не значит что у меня здесь совсем никого нет... А ты знаешь что куча моих школьных друзей с Кимпхо сейчас большие шишки в Сеуле?... – со смехом, он положил ложку риса в себе рот. – Ну-у, если каждого мелкого чиновника и клерка называть "большими шишками", то и у меня очень много связей по всей Корее! – ответил Хёнджин, сосредоточенно опустив голову. – Эй! Ты что там, засыпаешь? – вскрикнул Минхо, – Всё тогда, давай, я отключаюсь! – Не-не-не, погоди! Просто захотелось порисовать. Вот гляди, – он подставил скетчбук ближе к фронтальной камере, а Минхо слегка сощурился чтобы разглядеть рисунок, – Нарисовал тебя! Потому что серьёзно хён, мы все уже скучаем... И я, не уверен что справлюсь с ролью ведущего хореографа без тебя... – О... – он изумлённо сложил губы в трубочку, – Красивый рисунок. Я хорошо получился, ха-ха! – Минхо отложил палочки и отодвинул тарелку с едой, – Хёнджин-а, я уверен что с тобой наша команда не пропадёт, и компания будет довольна, поэтому и замолвил за тебя словечко... Ты слишком расслабился работая рядом со мной. Пришло время вспомнить что ты настоящий танцующий намджа! – Ха-ха-ха, "танцующий намджа" звучит так нелепо, хён! – прыснул Хёнджин, тоже отложив карандаши в сторону, – Правда, спасибо тебе Минхо-я... Если на новом месте не срастётся, мы всегда, всей командой и всей звукозаписывающей компанией ждём тебя обратно, это я смело могу заявить от их имени... – его голос приобрёл твердые нотки, потому что говорил он с предельной серьёзностью. – Ох, не хватало чтобы ты ещё и расплакался, – иронично закатил глаза Минхо, – Прямо как тогда в Синдзюку... Помнишь как Ян Чонин напоил нас за идеально поставленную хореографию для сольного проекта? – Кха! Нашел что вспомнить! – кашлянул Хёнджин, удерживая телефон в руке и разглядывая содержимое холодильника, – Я тогда себя не контролировал... Я вообще изначально не хотел пить. – Ага, и поэтому ты уснул у меня в ванной, а Чонин на коврике у обувного шкафа... – хихикнул Минхо, – Эй, что ты там делаешь? – Я глянул на твой чеюк и проголодался, ищу что-нибудь перекусить. А, кстати... – Хёнджин замер на полуслове, – Что это за звук? Прежде чем его верный коллега задал вопрос, Минхо первым услышал переливчатую, струящуюся словно теплый металл, мелодию – Хм... Я не знаю... – он почесал затылок и поднялся на ноги, – Это от соседей?! – он прислонил ухо к стене. – Жесть! Какие тонкие стены, хён... Эй, они серьёзно поселили тебя в эту квартиру с хлипкими заслонками, назвав это преимуществом корпоративных бонусов? – в голосе Хёнджина звучало нескрываемое недоумение. – Эм... Видимо да. – Минхо всё так же продолжал прижиматься ухом к стене, хотя этого и не требовалось – чистый как ручей звук, мягкими вибрациями проникал сквозь каменную преграду стен. Хёнджин видел лишь ноги хёна, пока тот озадаченно вслушивался, мысленно перебирая, как поступить: – Минхо-я, что ты там встал? У меня есть хорошая идея – приезжай лучше обратно... – Идея отличная на случай провала, – изображение замельтешило, когда Минхо поднял телефон, снова направив камеру на свое лицо, – Ладно, Хёнджин-а, созвонимся позже... Я устал сегодня, валюсь с ног... – он шумно зевнул. В ответ раздалось недовольное бурчание: – Но ты же разберёшься с этим нахальным соседом? Он на время вообще смотрел? – Да-а, этим я и собираюсь заняться... И тебе бы не помешало взглянуть на время и дать хёну немного пространства! – он шутливо насупил брови, – Как-будто и не уезжал, ей богу! Всё, давай, доброй ночи... Не забудь завтра прогнать проблемную связку! – не дав собеседнику договорить, Минхо хитро улыбнулся и нажал на кнопку отключения вызова, после чего облегченно вздохнул. Звук за стеной продолжал струиться ровным потоком, пробираясь через каменный барьер сквозь микроскопические текстуры, трещинки и щели, прямиком в грудную клетку к Минхо. Он мысленно согласился с тем, что мелодия действительно красивая. Пусть и звучала она приглушённо, как если бы он включил свой любимый, оставленный в Токио, музыкальный проигрыватель на минимальную мощность, – но каким-то образом, мелодия заставляла его сердце замирать после каждого выверенного аккорда. Он устало потёр шею, ощущая как глаза сами собой слипаются, а мышцы слегка покалывает иголками. "– Может быть скоро прекратит." – понадеялся он, прибираясь под непрошенный аккомпанемент. Затем расстелив постель, он на негнущихся ногах отправился в душ. Стоя под едва тёплой струёй воды, он перебирал в голове события последних недель – слишком насыщенные и нервные. Переезд, новая работа, новый дом и новые люди, снова нужно начинать всё заново. Эта мысль немного беспокоила, отдаваясь холодком в животе. "– Что это?" – спросил себя Минхо, "– Я боюсь?". В ответ послышалась лишь его собственная усмешка, утонувшая в шуме воды. Он постоял так ещё какое-то время, глубоко задумавшись, пока не нашел в лабиринте своего разума главное успокоительное от сомнений: "– Для меня – это рост и новые перспективы. Бояться нормально. Главное не опускать руки с самого начала." – постаравшись остановиться на этой мысли, он выключил кран, позволяя сомнениям и страху утечь вместе с водой. Вышел из душа он чувствуя себя выжатым как лимон. Но к несчастью, музыкальный маньяк за стеной видимо совсем не собирался закругляться; мелодия менялась, набирала обороты и снова замедлялась почти гипнотизируя сонного Минхо. И он не придумал ничего лучше, кроме как несколько раз со всей силы стукнуть в стену кулаком. "Тум. Тум. Тум." – камень поглотил глухие удары Минхо, но на другой стороне всё тут же смолкло. Он удовлетворенно улыбнулся, как вдруг по стене прошла еле заметная вибрация – ему стукнули в ответ. – Чего?! Больной что-ли? – у Минхо вырвался вопрос в пустоту. Он коснулся шероховатости стены, ожидая начало разгоряченнного перестукивания, но соседская баллада больше не зазвучала.