Сквозь стены и ноты

Ранним утром, когда тусклые лучи осеннего солнца проскользнули сквозь окна высотных зданий, заглядывая в комнаты и заливая всё тёплой бронзой, Минхо уже был на ногах. Смена обстановки не могла нарушить его привычную рутину. Поэтому не завтракая, лишь выпив воды с лимоном, он накинул спортивные штаны, толстовку и кепку, и покинул квартиру. Консьерж Им Чхоль сидел на посту, попивая свой утренний кофе и хихикая над какой-то старой комедией на ноутбуке. – Доброе утро, аджосси. – бодро поприветствовал его Минхо. – Доброе, доброе, молодой человек! – кивнул ему консьерж, – Куда это вы так рано? – На пробежку, в Олимпик парк. – он вежливо улыбнулся в ответ. – О, как здорово! Я в своё время тоже спортом занимался каждое утро! – хихикнул Чхоль, – А Олимпик парк идеальное место для пробежек! Но вот по телевизору говорят что на Корею движется ледяной циклон – в морозные дни уже не шибко побегаешь. – он задумчиво почесал седину. Минхо поджал губы и вздохнул: – Вы правы. Получить воспаление лёгких на пробежке – не лучшая перспектива. – усмехнувшись и откланившись, он направился к выходу. – А, аджосси! Может быть вы можете посоветовать мне какой-нибудь хороший зал в окрестностях? – Минхо вдруг опомнился, стоя у больших стеклянных дверей. – А да-да, конечно! У нас здесь рядом отличный тренажерный комплекс! Вы, э-э... – консьерж замялся, пытаясь вспомнить имя нового жильца. – Ли Минхо. – подсказал ему тот. – Да-да, помню-помню, Ли Минхо-ши. Так вот, хороший зал на соседней улице. Многие жильцы там занимаются. – он зачем-то понизил голос и воздел указательный палец вверх, – Даже хозяин этого здания. Хе-хе! – Хорошо, понял. Благодарю вас. – кивнул Минхо, слегка двинув уголками губ, и вышел в утреннюю прохладу. Воздух был свежим и влажным, оседая росой на козырьке кепки и ласково пропитывая поры лица. Он снова глубоко вдохнул Сеульский воздух – оказалось что тот почти не отличается от Токийского, и под заливистое щебетание птиц, направился в парк. Ноги приятно ныли, а сердце разогнавшись на пробежке быстрее чем сам Минхо – решительно гоняло кровь, настраиваясь на новый день. Но когда он вернулся в согретый теплом фойе, сердцебиение уже вернулось к своему привычному темпу. – А, молодой чело... Минхо-ши, уже вернулись? Как погодка? – седая шевелюра консьержа высунулась из "дежурного кабинета", поправляя очки, нахлобученные на кончик носа. – Да, спасибо, отличная погода! – кивнул он, проходя мимо. Им Чхоль что-то ответил ему вслед, но Минхо уже скрылся за углом, где располагаются лифты. Стоило ему протянуть руку, чтобы нажать кнопки, как один из лифтов звякнул, тихо распахиваясь. Минхо подошёл ближе, и оттуда резко вышел человек. Возможно даже слишком резко – словно привыкший к тому, что всё пространство принадлежит лишь ему одному. Его плечо задело плечо Минхо, и оба слегка ударились о створки. – Эй, осторожнее! – сохраняя самообладание, Минхо обратился к соседу. Лицо, частично скрытое под козырьком кепки показалось очень знакомым. Точно! Это же тот наглый тип из лифта, который вчера проигнорировал его. Доли секунды хватило на то, чтобы взор Минхо потемнел. Он окинул его быстрым взглядом, заметив свободную спортивную одежду, темно-каштановые пряди, спрятанные под кепкой, и взгляд карих глаз – какой-то странный, нахальный... равнодушный. – Простите. – только и ответил незнакомец, твёрдо встретив взгляд Минхо. Казалось, его лицо не выражало никаких эмоций. Но читалось в нём некое необъяснимое благородство крови, так смотрят аристократы и наследники престолов. Он будто бы видит тебя, но смотрит сквозь. Не самое приятное ощущение. Незнакомец наклонил голову в извинительном жесте и ушёл. Быстро и равнодушно. Фыркнув, Минхо вошёл в кабину лифта. Кусая нижнюю губу, он задумался и понял – не успел он обосноваться в новых апартаментах, как уже приобрел объект неприязни. – Бесит. – раздался его шёпот. Помнить раздражение долго не получалось, так как сегодняшний четверг не ограничивался для Минхо одной лишь пробежкой. Всего через три часа, у него должна была состояться очень важная встреча. Можно было бы назвать её судьбоносной, если бы судьба Минхо уже не была решена ранее – когда его, заслужившего статус одного из лучших хореографов Японии, – переманили обратно в Корею для участия в масштабном проекте крупного конгломерата. Всё то время, пока он спешно собирался на встречу, и пока его автомобиль плавно скользил по трассе, и пока он стоял в пробке, преодолевая мост через реку Ханган, – Минхо отчётливо ощущал как у него всё сильнее и сильнее сдавливает грудную клетку. Несмотря на огромный опыт и заслуженный статус, волнение никуда не исчезало, продолжая назойливо жужжать на фоне, как стая диких пчёл. Достигнув широких проспектов Чонно, сплошь и рядом заставленных массивными историческими сооружениями и современными штаб-квартирами, Минхо припарковался у стеклянного небоскрёба. В лучах дополуденного солнца, небоскрёб сиял словно циклопический алмаз, отбрасывая яркие блики на величественные серые здания по соседству. Чувствуя как ладони вспотели, Минхо несколько раз сжал и разжал их, вглядываясь в самую верхушку здания, где красовалась большая надпись «YK Const Group». И пока холодок в животе не сковал окончательно, он уверенным шагом вошёл в двери одной из крупнейших компаний по застройке во всей Южной Корее. Изнутри, статус и великолепие здания потрясали не меньше, чем его богатый фасад. Каждая деталь матового, покрытого гранитными плитами лобби – излучала строгость и выверенную точность. Казалось, первый этаж целиком высечен из цельной скалы. От чего каждый шаг Минхо эхом отдавался у него в барабанных перепонках, создавая впечатление, будто он вторгся в сакральную ауру монолитной деловитости. В центре лобби возвышалась занимательная инсталляция – под большим стеклянным куполом, прямо из пола росла живая сосна, а рядом среди валунов и почвы, протекал маленький ручей. Минхо на секунду замер, внимательно разглядывая композицию – она навевала умиротворение. Его плечи расслабились и он позволил себе вздохнуть. За массивным мраморным ресепшеном, его встретила приветливая молодая девушка в строгом брючном костюме: – Добрый день! – Здравствуйте. – слегка поклонился он, – Меня зовут Ли Минхо, у меня в десять часов встреча с господином Ким Ёнмином. – Минуточку. – девушка проверила что-то в компьютере и просияла, – Отлично! Кабинет директора на пятнадцатом этаже. Вас проводят! – она указала на мужчину-сотрудника, сидящего рядом с ней. – Прошу, идите за мной. – он встал и полы его выглаженного до ниточки пиджака легонько взметнулись. – Благодарю. – вежливо отозвался Минхо, направившись вслед за безымянным провожатым. Войдя в лифт, Минхо взглянул на своё отражение: чёрный, изысканный костюм Gucci, который он купил в Гиндзе полгода назад – идеально сидел на нём, подчёркивая его эффектную внешность и фигуру, удивительно совмещающую в себе мужественность и хрупкость. На ясной, V-образной линии лица обрамленной короткими, тёмными прядями, сияли гипнотически притягивая, большие янтарные глаза. Он поправил галстук и выхватил в отражении любопытный взгляд сотрудника. Заметив что его поймали на разглядывании, тот сконфуженно опустил глаза. Электронное табло замерло на отметке "15", створки растворились, открывая вид на стеклянный коридор, за матовыми стенами которого, располагались несколько кабинетов вышестоящего руководства и большой конференц-зал с дубовым столом – именно там решаются судьбы и планируются важные проекты. – Кабинет директора в конце коридора. Вас встретит секретарь! – сообщил провожатый не выходя из кабины. Минхо кивнул и ступил на этаж. Если в лобби жизнь растекалась как горячий источник, создавая из стука каблуков, шуршания выглаженных костюмов, приглушённых голосов, клацанья компьютерной клавиатуры – одну большую и сложную симфонию. То здесь, тишина была почти осязаемой – густая как мёд, она пахла дорогим парфюмом и кожей. Пока Минхо шествовал по этому хрустальному лабиринту безмолвия, его шаги утопали в бархате коврового покрытия. – Добро пожаловать, Ли Минхо-ши. Господин Ким Ёнмин вас ожидает! – неожиданно звонко для всей серьёзности обстановки, раздался голос личного секретаря директора – женщины средних лет в бежевой шелковой блузе. Минхо снова поблагодарил и поклонился. А затем вошёл в кабинет человека, который из сотни людей, выбрал именно его.