Гонка за трон

             Паддок, суббота, утро       Макс не спал всю ночь.       Он лежал в кровати отеля, смотрел в потолок и прокручивал в голове вчерашнее интервью. «Некоторые из них — мои коллеги по паддоку». Что это значит? Кто именно? Льюис? Карлос? Кто-то ещё?       Он не хотел себе признаваться, но внутри разгоралось что-то гадкое. Липкое. Он ненавидел это чувство.       Утром он приехал в паддок раньше обычного. Хотел поймать Шарля до того, как начнётся суета. Но вместо Шарля увидел Льюиса. Тот стоял у входа в бокс Ferrari, в руках — знакомая синяя коробочка.       — Доброе утро, Макс, — Льюис кивнул с лёгкой улыбкой.       — Доброе.       Макс не стал спрашивать, что в коробке. Он и так знал. Часы. Дорогие. С гравировкой, которую Ландо успел разглядеть вчера.       — Ждёшь Шарля? — спросил Льюис.       — Нет.       — Я тоже. — Льюис посмотрел на коробку. — Хочу передать ему подарок до тренировки. Говорят, он оценит.       Макс сжал челюсть.       — С чего ты взял?       — Что оценит? — Льюис усмехнулся. — Я узнавал. Часы Piaget с гравировкой «Для будущего принца Монако». Это символично.       Макс промолчал.       В этот момент из-за угла показался Шарль. Он шёл с советником, что-то обсуждая на французском. Увидел Льюиса — и его лицо стало официальным, каким Макс никогда не видел.       — Ваше Светлость, — Льюис шагнул вперёд, протягивая коробку. — Это вам. В знак уважения и надежды на будущее.       Шарль взял коробку. Открыл. Часы блеснули на солнце.       — Спасибо, Льюис, — сказал Шарль. Голос был ровным, но Макс заметил, как дрогнули его пальцы. — Я подумаю.       Льюис кивнул и ушёл, оставив их вдвоём.       Макс стоял в двух метрах, сжимая кулаки. Шарль всё ещё смотрел на часы.       — Ты серьёзно? — спросил Макс. Голос вышел хриплым.       — Что? — Шарль поднял глаза.       — Всё это. — Макс кивнул на коробку. — Подарки, ухаживания, «я подумаю». Ты правда собираешься выбирать мужа как скаковую лошадь?       Шарль посмотрел на него. В глазах мелькнуло что-то — боль? злость? — но тут же исчезло.       — Это традиция, Макс. Ты не поймёшь.       — Тогда объясни.       — Не сейчас. — Шарль спрятал коробку в сумку. — У меня тренировка.       Он развернулся и ушёл, оставив Макса стоять посреди паддока.       «Ты не поймёшь». Это было хуже, чем если бы он послал его куда подальше.              Бокс Red Bull, после тренировки       Макс сидел в углу, сжимая бутылку с водой. Рядом возились механики, кто-то что-то обсуждал, но он не слышал.       — Эй, — Ландо плюхнулся рядом. — Ты видел, что Льюис подарил Шарлю?       — Видел.       — Часы Piaget. Я такие в каталоге видел. Стоят как моя машина.       — Мне плевать.       — Конечно, — Ландо хмыкнул. — А почему ты тогда такой злой?       Макс повернулся к нему.       — Я не злой.       — Ты злой. Все видят. Даже Даниэль спросил, не заболел ли ты.       Макс промолчал.       — Слушай, — Ландо понизил голос. — Я не лезу. Но если ты хочешь что-то сделать, лучше сделай это быстрее. Карлос, говорят, заказал книгу о династии Гримальди. Первое издание. С автографом.       — И что?       — А то, что Шарль — принц. Он привык к таким подаркам. И если ты не предложишь ничего лучше…       — Я не собираюсь ничего предлагать.       Ландо посмотрел на него, покачал головой.       — Как знаешь.       Он ушёл, оставив Макса одного.       Макс смотрел на свои руки. Они дрожали.       Почему меня это так бесит? Почему мне не всё равно?       Он знал почему. Он знал уже несколько лет. Но признаться себе боялся.              Вечер, отель Шарля       Шарль сидел на кровати, разглядывая часы. Красивые. Дорогие. Чужие.       — Вы расстроены, Ваше Светлость? — спросил советник, стоя у двери.       — Нет.       — Вы надели их только при Льюисе. Сразу сняли, как он ушёл.       Шарль усмехнулся.       — Не хочу их носить.       — Тогда зачем вы их приняли?       — Потому что так надо.       Советник помолчал.       — Господин Ферстаппен сегодня выглядел расстроенным.       Шарль поднял глаза.       — Расстроенным?       — Да. Ландо Норрис сказал моему помощнику, что Макс не спал всю ночь.       Шарль сжал часы в руке.       Он не спал. Из-за меня.       — Может, стоит сказать ему правду? — спросил советник.       — Нет. — Шарль покачал головой. — Если я скажу сейчас, он подумает, что я играю с ним. Он должен сам сделать шаг.       — А если не сделает?       Шарль посмотрел на часы. На гравировку: «Pour l'avenir Prince de Monaco».       — Тогда я выберу другого.       Слова прозвучали твёрдо, но внутри всё сжалось.       Он взял телефон. Написал сообщение: Charles_Leclerc: Ты видел часы?       Ответ пришёл через минуту. MaxVerstappen1: Видел. Красивые. Charles_Leclerc: Тебе нравятся? MaxVerstappen1: Неважно. Charles_Leclerc: Почему? MaxVerstappen1: Потому что это не мои часы.       Шарль смотрел на экран. Сердце колотилось где-то в горле. Charles_Leclerc: А чьи они? MaxVerstappen1: Твои. Ты сам сказал, что подумаешь. MaxVerstappen1: Думай.       Шарль выключил телефон. Лёг на кровать, уставился в потолок.       Думай. Он сказал «думай». Как будто я могу думать о ком-то другом.       Он закрыл глаза и увидел Макса. Злого, упрямого, красивого. С руками, которые дрожали, когда он сжимал стакан с кофе.       Сделай что-нибудь, — мысленно попросил он снова. — Пожалуйста, сделай.              Ночь, отель Макса       Макс не спал вторую ночь.       Он сидел на балконе, смотрел на огни Монако и думал. Думал о Шарле, о часах, о книге, которую заказал Карлос. О том, что Льюис уже сделал шаг. О том, что Себастьян и Джордж ужинали с советниками.       Все делают шаги. Все, кроме меня.       Почему? Потому что он боялся. Боялся, что Шарль рассмеётся. Что скажет: «Ты мой соперник, не больше». Что Макс потеряет даже то, что у них есть сейчас.       Но что у них есть сейчас? Ничего. Взгляды, случайные прикосновения, сообщения, в которых они прятались за официальными фразами.       Макс взял телефон. Открыл чат с Шарлем. Последнее сообщение: «Думай».       Он написал: MaxVerstappen1: Я не умею дарить такие подарки, как Льюис.       Ответ пришёл не сразу. Charles_Leclerc: Мне не нужны такие подарки. MaxVerstappen1: А что тебе нужно?       Долгое молчание. Макс уже думал, что Шарль не ответит. Charles_Leclerc: Ты правда не знаешь?       Макс смотрел на экран. Сердце колотилось. MaxVerstappen1: Знаю. Но боюсь ошибиться. Charles_Leclerc: А если не ошибёшься?       Макс замер.       Что это значит?       Он хотел спросить, но пальцы не слушались.       Вместо этого он написал: MaxVerstappen1: Спокойной ночи, Шарль. Charles_Leclerc: Спокойной ночи, Макс.       Макс выключил телефон, уставился на огни города.       Завтра, — сказал он себе. — Завтра я сделаю шаг.       Но знал, что это неправда.