Часть 2
6 мая 2026 г., 18:00
***
- Морозим! — Нет, сэр, пожалуйста, клянусь, я могу добыть информацию! — попытался возразить Ник, но один из белых медведей схватил его и беспомощно наблюдал, как другой убрал доску, открыв ледяную яму под ней. Ледяной порыв ветра взъерошил шерсть Ника. Он ненавидел холод. Может быть, потому, что слишком часто оказывался в подобных ситуациях. И все же он так и не научился на своих ошибках. Если его спасет чудо и он еще раз выберется из этой передряги, то ОЧЕНЬ долго не будет приближаться к этой адской дыре под названием Тундратаун. Хуже всего было то, что Ник даже не мог винить мистера Бига за то, что тот сдержал свою угрозу. Ник вернулся ни с чем, и его единственным оправданием было то, что он дал сыну Милтона свой номер и надеялся, что тот ему позвонит. И что дальше? Как только лис мог поверить, что этой истории хватит, чтобы выбраться из передряги? Но это было все, что у него было. - Послушайте, он обязательно позвонит мне! — крикнул Ник и, не удержавшись, попытался выбраться из хватки. — Мне совсем не нравится твое упрямство, Николас. Ты слишком часто проявлял неуважение ко мне, а ведь я давал тебе столько шансов. — Голос бурозубки звучал как всегда спокойно, но Ник уловил в нем едва заметные нотки гнева. - Кроме того, ложь тебе тоже не поможет. У семьи Рысевич только два наследника. Как могло случиться, что даже мистер Биг не слышал о Поуберте? Неужели рысь солгала ему? Нет, слуга не отпустил бы их, если бы он не был членом семьи. Но действительно ли он сын Милтона? Надо было разузнать побольше, пока была возможность. - Один последний шанс, мистер Биг, большего не прошу! Он позвонит! - Нет. - Смертный приговор был произнесен, и Ник закрыл глаза, готовясь к тому, что должно было произойти, но вместо этого раздался звук, заставивший всех замолчать. Он осторожно приоткрыл один глаз, пытаясь понять, откуда доносится звук, и вдруг понял, что это его телефон. Он звонил... Его телефон звонил! - Это он! Это он, пожалуйста, дайте мне ответить! - Ник воспользовался замешательством и первым нарушил тишину. Мистер Биг поднял брови, но через секунду подал своим медведям знак, чтобы они опустили его. - Последний шанс! Включи громкую связь. Сердце Ника бешено колотилось в груди. Залезая в карман, он молился, чтобы это звонил не Финник. На экране появился незнакомый номер, и Ник снова начал надеяться. Но его надежда была ничтожна по сравнению со страхом. Что хотел сказать ему мистер Биг? Времени на раздумья не было. Ник должен был ответить, пока звонок не переключился на голосовую почту. — Ты уже по мне скучаешь? — Никогда в жизни он не был настроен флиртовать или быть обаятельным, но ему нужно было играть свою роль. Молчание. Ответа нет. Неужели это не он? — Эй, это же не Пуберт? Пуберт Рысевич из нашей компании? Это Ник. — быстро добавил он и нервно рассмеялся, чувствуя на себе угрожающие взгляды окружающих. - О да. Это я. Прости. - С души лиса словно свалился огромный груз. - Не ожидал, что ты так быстро позвонишь, — но Ник был очень рад, что тот позвонил, — хотя я и не жалуюсь. - Он нервно рассмеялся. — Ну и я тоже. — Пуберт сделал паузу, и Ник с нетерпением ждал, что тот скажет дальше, чтобы помочь ему убедить мистера Бига в своей полезности. — Но я подумал об этом и, прежде чем передумать, просто позвонил. — В его голосе было что-то странное. Он звучал немного бесчувственно, может быть, неуверенно, или Ник проецировал свою ситуацию на другого? — Я рад, что ты это сделал. Ты помог мне, и я у тебя в долгу. — Ник задумался, что бы еще сказать, чтобы показать, что Пуберт важен для него и что связь с ним имеет для Ника большое значение. — И я бы предпочел не быть в долгу перед Рысевичем. Шансов было мало. Ник ничего не знал о Рысевичах и Пуберте, но по тому, как о них отзывался мистер Биг, можно было понять, что с ними лучше не связываться. В каком-то смысле это было забавно, потому что с Пубертом все было с точностью до наоборот. — Ник, я правда никак не могу тебя понять. — Голос рыси звучал чуть веселее. Ник чувствовал то же самое, но сейчас было не время и не место поднимать эту тему. Сейчас важно было только установить контакт и положить трубку. — Это часть моего, э-э-э, плана. — Он снова заговорил игривым тоном. — Послушай, у меня был долгий день, и я еще не доехал до дома. Можно я позвоню тебе утром и мы обсудим, как я смогу тебе отплатить? Ник понятия не имел, чего от него ждет мистер Биг, и предпочел бы не обсуждать это при всех. — Да, конечно. С нетерпением жду. — Впервые за все время Пуберт действительно выглядел воодушевленным. Затем он повесил трубку. Ник медленно убрал телефон в карман и осмелился снова взглянуть на мистера Бига. Выражение лица землеройки, как и всегда, было непроницаемым. Обычно Ник всегда заговаривал первым, но сейчас он ничем не рисковал. — Что ж, это было очень интересно, — мистер Биг наконец отпустил Ника. — Пуберт Рысевич. Почему я не знал, что у Милтона есть еще один сын? — Мистер Биг обращался не к кому-то конкретно. — Может быть, он и есть слабое звено… Интуиция подсказывала Нику, что лучше держаться от этого подальше. Несмотря на то, что он знал, насколько опасен мистер Биг, он несколько раз безрассудно заключал с ним сделки, но на этот раз все выглядело серьезнее, чем могло бы быть для такого мелкого преступника, как Ник. Но в то же время ему было любопытно, и, возможно, это было к лучшему, потому что, судя по всему, теперь он тоже становился частью этой истории. — Поздравляю, мистер Уайлд. Кажется, вы только что повысили свою ценность в моих глазах. Звучало не очень обнадеживающе, но это означало, что его больше не заморозят. Надежды Ника на то, что он выполнит одно простое задание и на какое-то время исчезнет из поля зрения, официально рухнули. - Я же вам говорил. - Ник гадал, когда же ему больше не придется играть чужие роли. - Познакомься с ним и подружись. - Ник сглотнул. - То есть вы хочешь использовать меня, чтобы подобраться к Рысевичам? Может, я хотя бы узнаю, зачем вам это нужно, сэр? - Не забивай себе этим голову. Но попытаться стоило. - Что ж, тогда, думаю, мне остается только принять ваше щедрое предложение. - Сарказм был неприкрытым, но мистера Бига это не смутило. — Теперь можешь идти. Мы будем следить за тобой и скоро свяжемся. Даже не пытайся меня обмануть. Выведите его отсюда. — Он махнул одному из своих белых медведей, который тут же схватил Ника за руку и потащил к двери. — Ну, есть одно предложение. В следующий раз просто позвоните, а не похищайте меня прямо на улице. — Двигайся! — рявкнул медведь. Ник не ожидал другого ответа. Конечно, мистер Биг продолжал играть по своим правилам, а Ник, к сожалению, теперь был частью его команды. "Отлично"!***
Пуберт закрыл дверь отцовского кабинета. Он гордился собой. Он стойко перенес наказание, не жалуясь, но теперь, когда отец его не видел, Пуберт позволил себе сделать несколько глубоких вдохов и потереть грудь, чтобы унять боль. В целом сегодня ему повезло, так что решение не медлить со звонком Нику было правильным. Пуберт не сказал бы, что отец им доволен (а когда он был доволен?), но тот был не так зол, как он ожидал. Мысли Пуберта вернулись к лису. Кто такой Ник и что он задумал? Когда Пуберт столкнулся с ним на вечеринке, он был в восторге от встречи с этим лисом, потому что тот выделялся из толпы, и это было ему близко. Странно, ведь Пуберт больше всего на свете хотел быть частью толпы. Нет, он хотел, чтобы толпа признала в нем Рысевича, сына Милтона, а значит, ему нужно было одобрение отца. Таким образом, его отношение к Нику изменилось: если раньше он искренне интересовался им как животным, то теперь видел в нем инструмент, который поможет рыси сблизиться с его отцом. В подростковом возрасте им помыкали, и он смирился со своей ролью в семье, надеясь, что, когда он закончит колледж и вернется, то наконец займет свое место в семье Рысевич. Но этого не произошло. Пуберту скоро должно было исполниться тридцать, а он все еще выполнял работу, которую должны были делать слуги, в то время как его старшие братья и сестры тесно сотрудничали с отцом. - Смотри, куда идёшь, Пуберт! Кстати, о них: он столкнулся с Кэттриком. Старший брат оттолкнул его и раздражённо вздохнул. - Прости! - Это было скорее рефлекторное, чем искреннее извинение. — И вообще, что ты здесь делаешь? — Кэттрик скрестил руки на груди и посмотрел на брата сверху вниз. Пуберт ненавидел его за то, что тот был немного выше его. Ненависть между братьями была глубоко укоренившейся, и, в отличие от отца, Пуберт не стремился заслужить одобрение брата. Нет, он бы с радостью занял его место и стал любимчиком Милтона. Кэттрик и Китти были старше Пуберта, и несколько лет назад они с братом и сестрой были еще детьми и ладили между собой. Но в тот день, когда Милтон взял Кэттрика под свое крыло, чтобы сделать его своим преемником, их роли в семье были определены, а Китти, единственная девочка в семье, всегда умела обвести отца вокруг пальца. Только Пуберт остался не у дел. С тех пор все его попытки стать настоящим Рысевичем были тщетны. На самом деле все было наоборот: чем больше он старался, тем дальше от цели оказывался. — Я обращаюсь к тебе, Пуберт! — голос брата прервал ход его мыслей. Поберт ненавидел такое отношение. Кэттрик вел себя так, будто уже унаследовал место главы семьи, которое принадлежало их отцу. - Папа хотел поговорить со мной. - Он не мог сказать ему правду. Милтон Рысевич изо всех сил старался скрыть, как он обращается со своим младшим сыном, даже от родных, а Пуберт слишком боялся отца, чтобы возражать. Да и кому какое дело, особенно Кэттрику. - По поводу чего? — Не твое дело. — Он редко огрызался, но сейчас Пуберт был измотан и хотел только одного — лечь спать. Мысли в его голове крутились как сумасшедшие, а тело болело после встречи с отцом. Ему хотелось спрятаться в своей комнате, свернуться калачиком в кровати и на несколько часов погрузиться в сон, в мир без тревог и печали. — Следи за своим тоном, Поберт. Иди спать и не беспокой отца. Какая-то его часть хотела снова что-то сказать, провоцируя брата, но он решил отступить. Не стоило нарываться на неприятности после всего, что произошло сегодня вечером. Ничего не сказав, он просто кивнул и отошел от Кэттрика. Через несколько минут Пуберт наконец добрался до своей комнаты. Закрыв за собой дверь, он прислонился к ней и глубоко вздохнул. Взглянув на настенные часы, он понял, что уже далеко за полночь. Кровать манила его, но Пуберт подавил желание рухнуть на матрас и направился в ванную. Он повесил пиджак на крючок у двери, затем расстегнул рубашку и бросил ее на ванну. Пока ничего не было видно, но, осторожно коснувшись груди, он охнул от боли. Отец постарел, но удары по-прежнему были сильными. Пуберт надеялся, что ребра не сломаны. На восстановление уйдут недели. Он знал это по собственному опыту. Ему хотелось принять горячий душ, но Пуберт решил просто умыться в раковине и чем-нибудь обработать рану перед тем, как лечь спать. Наконец, устроившись под одеялом, он закрыл глаза и погрузился в сон без сновидений. На следующее утро Пуберта грубо разбудил звонок телефона. К нему разом вернулись воспоминания о прошлой ночи, и, судорожно пытаясь встать, он чуть не свалился с кровати. Попытка схватить телефон не увенчалась успехом, и он просто смахнул его с тумбочки, и тот упал на пол. — Да ладно тебе, серьезно. — Пуберт встрепенулся, наклонился и сонно ответил на звонок. — Алло? — Он не смог сдержать зевоту и тряхнул головой, чтобы проснуться. — Ой, прости, я тебя разбудил? Это Ник.
