Взаимное притяжение

♦️💎♦️

В горе царил жуткий холод. Эребор – сокровищница гномов, их жилище, родной дом и так далее – по факту просто одинокая скала с россыпью золота по всему полу, на которую больно наступать. Даже в сапогах. Особенно на драгоценные камни, у них такие острые углы... Кожу режут не хуже самых заточенных клинков эльфов. Вообще царство гномов не вызывало у меня никакого особого восторга. Да, огромное количество роскоши впечатляло, монолитная архитектура напоминала чем-то картины с изображением угодий хозяйки Медной горы, в которой полно малахита, а величественные орудия пыток – на самом деле громадные механизмы для кузней – не могли не вызвать трепетный дрожи. Но восхищения? Нисколечко. Разве что сааааамую капельку. Может, это мне просто не удалось рассмотреть гору основательно, найти причины, по которым гномы так желали вернуть её себе, но... Что в первый раз, что сейчас, скользя по коридорам царства полторашек безликой тенью, я не видела ничего особенного, кроме богатств. И откровенно отталкивающего интерьера. Кто, скажите на милость, собрался тут жить и жил без кислорода? Где мои окна в пол?? Да хотя бы нормальная вентиляция? Холод-холодом, но свежего воздуха как будто нет – всё перебивал затхлый запах пыли и вонь трупов. Не трудно догадаться, чьих... Старых и оставленных на верную гибель гномов. Стоило пару мгновений назад издали послышаться знакомым грубым голосам, немножко истерящих и переругивающихся, как я, лечащая в полудраконьем облике, тут же приняла человеческий. Незачем Торину и остальным знать, кто я на самом деле. Да и... Им не понять, что я такое, сколько не объясняй. Сразу прицепят ярлык «дракон = враг» и забудут, как звали. «Упёртые бараны...» — цокнула языком, бесшумно двигаясь по обрушившейся колонне прямо к цели. Все Овны поголовно. Особенно Дубощит. Зря его буквально «дубом» не назвали... Такой фиг пробьёшь. Стоит вековое дерево на дороге и об него все спотыкаются. Примерно так можно описать этого не глупого, могущественного, но слишком гордого наследника престола. «Как бы его недуг Трора не взял...» — пролетела нехорошая мысль, от которой захотелось поёжиться. Тот хотя бы старпёром был, а этот молодой, дел натворит похлеще предков. Ну, зато в легендах точно останется, как и хотел... Правда, не с той репутацией... Момент истины. Представившееся зрелище могло бы рассмешить, да желания веселиться не было: волей-неволей в голове проскальзывала огнедышащая ящерица и наш последний с ней разговор. Остекленевший взгляд окинул картину. Золотая клетка изначально предназначалась, по всей видимости, для огромных декоративных... птиц или даже для троллей, потому что тринадцать гномов в ней выглядели, как букашки-таракашки, не доставая до замка где-то почти метр. Возникший вопрос, на кой чёрт гномам вообще нужны были такие клетки, я решила отодвинуть в сторону... Пока перед глазами вставали образы циркачей, запертых под замок против их воли. — Смотрите, это же.. Не успела я шикнуть, подбираясь ближе и насчитывая всех тринадцать, как Фили с Кили на пару радостно, на всю пещеру воскликнули, срывая любую таинственность, связанную с моим именем: — Настя!! Шиканье ни к чему особо не привело; облегчённо выдохнувший Бильбо и компания настолько повеселели, что странно, как дракон не явил себя во всей красе в то же мгновение – слышно было на всю Арду, то есть, гору, этот бесподобный рёв, ей Богу. Лазая по клетке, как профессиональный скалолаз, и чувствуя, как по рукам бежит магическая энергия, намекая, что лучше ничего не ломать – током шибанёт так, что мама не горюй, я всё ждала, когда же он явится. Много времени не потребовалось. Смауг появился в течение минуты. Поначалу в горе стоял невыносимый холод. Странно, как облако пара изо рта не вырвалось – на дворе стоял октябрь, скоро зима, и в этих краях, как рассказывали гномы, пока мы сидели вокруг походного костра, она наступала резко. Сейчас в Эреборе тоже царил сквозняк: видно, всё из-за не закрытой тайной двери, благодаря которой мы сюда изначально и вошли; мороз пробирал не до костей, но достаточно, чтобы захотеть спрятаться под одеяло. И так было ровно до того момента, пока сверху не послышался неспешный перезвон сыпящихся с могучей спины монет и клацание когтей по мрамору. Смауг никуда не спешил, выплывая из тени верхних ярусов; знал, что его ловушка захлопнулась – некуда бежать. Я не брошу гномов, раз явилась сразу после нашей встречи в Эсгароте, и я не скрываюсь, не ломаю клетку, не пытаюсь схитрить, значит, это его безоговорочная победа. Остаётся только получить выигрыш. — Недолго же ты заставила меня ждать... — пыхнул спустившийся дракон мне облаком пара в лицо, тут же согревая; быстрее, чем успела осмыслить, послала ему благодарный кивок, игнорируя вопли гномов и отчаянные удары по прутьям клетки. — Я впечатлён. Не боишься меня? Не боишься, что обману? — допытывался он, продолжая делать то же, что и в прошлый раз: окольцовывать собственным телом, медленно, почти незаметно сокращая дистанцию. Тихо хмыкнула, глядя, как красиво переливается его чешуя при свете зачем-то зажжённых огромных факелов. Или как они называются? — У тебя необычное имя... Настя, — смаковал он узнанное наконец имя, с явным интересом станет расспрашивать о нём позже. Когда мы останемся наедине. — Так уж и быть, я проявлю милосердие и отпущу этот гномичий сброд вместе с вор-р-ром. Взамен ты останешься со мной навсегда. Голос дракона – бархатный, низкий, рокочущий, пронёсся по залам эхом, отпечатываться в памяти навечно, затмевая собой гул гневных голосов гномов. Вечность. Бесконечность, кольцевая линия, у которой нет финала. Этого ты хочешь, дракон Средиземья? Много чести. — У меня есть предложение, которое сумеет ответить желаниям обеих сторон, — пока Торин не начал разносить хрупкий мир в пух и прах, прямо как в Лихолесье, уже набирая в грудь побольше воздуха, нужно было действовать. Чем я и занялась, смотря в золотистые мерцающие глаза огнедышащего ящера прямо и без тени ожидаемого страха. Интригуя. — Ты отпустишь их на волю, а я останусь с тобой ровно на месяц. И если за это время ничто не заставит меня передумать, — если ТЫ не сумеешь сделать ничего для того, чтобы я пожелала остаться подле тебя по своей воле, — ты также позволишь мне уйти. Это был вызов. Неприкрытый и очень смелый с моей стороны, но кто не рискует, тот не пьёт шампанское. Стоило попытаться. И неважно, что я не пью. Была ли я уверена в том, что смогу уйти спустя намеченный срок? Нет. Понимал ли дракон, какой шанс ему выпадает? О да. Потому что ему нужна была не рабыня и не заключённая. Ему нужна была пара. Поэтому, мерцая глазами внеземной красоты, переливающимися всполохами огня кузней Мордора, он выдохнул вместе с облаком дыма, на этот раз не обжигающего, а тёплого – признак того, что успокаивается – тихое согласное: — Уговор. И одним махом распахнул клетку, скидывая завопивших на разный лад гномов прямо себе в лапу.

🔥🛑🔥

Настя... Имя, столь же необычное, как и сама девчонка, удивительно подходило ей. Было в нём что-то хорошо знакомое, неуловимо родное, что оседало горечью на языке с примесью пепла. Настя. Каждое имя имеет своё значение, и её он желал узнать как можно скорее. Но для начала, наконец, избавиться от ненавистных гномов, которые даже зажатыми в когтистую лапищу продолжали безостановочно орать что-то вроде «ты пожалеешь!», «мы этого так просто не оставим!!» и так далее. И заодно вновь обдумать мучащие с их встречи в городе мысли. Например, что такого таит в себе её прошлое, раз ей пришлось пройти адские муки, вырвав чешуи из самой чувствительной конечности? Что за балрог заставил её пойти на такое? И кто посмел оставить шрамы? Из груди вырвался рык, заставивший компанию гномов замолчать. Ненадолго, к сожалению. Когда кто-то из молодых горе-воров внезапно крикнул: «Тупая ты ящерица!», Смауг только рыкнул и мстительно сжал лапу чуть сильнее, тут же слыша испуганные возгласы и брань. Ради девчонки можно было пренебречь своим принципом и не сожрать-сжечь-раздавить воров. На этот раз. Но более исключений он делать не собирался, в чём клялся себе, грубо скидывая раскричавшуюся компанию в дыру высоко в стене, сделанную ещё им во время захвата горы, без тени беспокойства за их целостность. Если помрут при падении, не его вина. Свою часть сделки он выполнил. Возвращаясь обратно в роскошные угодья, пребывающий в раздумьях дракон на всякий случай обрушил хвостом колонну прямо на дыру, где только что скрылись лохматые коротышки, заделывая её. Больше никто не войдёт в его царство без его ведома. Он не позволит. Да и для всех будет лучше, если никто не проникнет в Эребор в ближайшие недели. Хищный оскал сверкнул в полутьме острыми клыками, в глазах снова появилась та самая тьма. У крылатых ящеров, любящих плеваться огнём, принято очень долго исполнять один танец... Который грубо можно назвать «брачным».

♦️💎♦️

Дежавю. Снова я осталась одна одинёшенька посреди никому не нужных сокровищ... Ладно, вру: они ОЧЕНЬ даже всем нужны, но точно не мне. По крайней мере, не в таком количестве. Разбрасывая ногой кучки золота направо и налево, я откровенно скучала. На закромках сознания мелькала мысль о Смауге, но я пока к ним не обращалась... Из-за страха. Страха смотреть правде в глаза. «Нужно немного времени и тогда!..» — думала я, ковыряя носком сапога очередную горку монет, и тут вдруг опять испытала чувство дежавю, когда за спиной послышался перезвон драгоценностей и повалил знакомый дым. На этот раз чужое превращение вызвало не страх, а интерес. Обернувшись, я наконец-то сумела рассмотреть мужчину в полный рост, так как в прошлые разы из-за эмоций не запомнила, как именно он выглядит. Высокий, метра два с лишним, наверное, статен, как и подобает дракону. На голове – извилистые рога, прижимающиеся к макушке, и вьющиеся короткие волосы цвета растопленного шоколада, тягучего, пряного и оттого незабываемого на вкус. Сглотнула, что не укрылось от дракона, но осталось им не понятым. В этот раз он появился в одежде: красный камзол, сшитый из увесистой парчи и расшитый золотыми нитями, на рукавах переливаются рубины – мои любимые драгоценные камни... Завороженная их сиянием, как сорока, я пропустила момент, как атмосфера начала медленно, но верно тяжелеть; как потемнел взгляд дракона и как всё сильнее от него стал валить жар. Увы, я обратила на это внимание слишком поздно, когда решила рассмотреть, какого же именно цвета его глаза, сделала шаг вперёд, вгляделась и... Чуть не оступилась от резко настигнувшего осознания того, что происходит. Снова. Опять эта ящерица... От затопившего возмущения и за испытанный лёгкий испуг я взвилась, как рассерженная кошка, машинально чуть не приняла боевую стойку и едва не зашипела, зыркнув так, что нормальный человек бы озлобился. Или как минимум ужаснулся. Но дракон лишь фыркнул, забавляясь; древний, красивый, хитрый... И жутко притягательный. Такому грех отказывать так-то, но у меня свои причины... Напоминание отрезвило, заставило успокоиться, чем вызвало у Смауга разочарованный вздох. Я мысленно саркастически заулыбалась. Ну-ну, ага, сейчас, бегу и спотыкаюсь: снова я на это не ку..! Мой протест, к сожалению, не был услышан, а я снова потеряла бдительность, как последняя дура, а не нечисть со стажем, и в следующий миг, когда я только придумала, что хотела бы спросить, ко мне нагло приблизились, требовательно впились в губы и прижали к себе так близко, что весь дух выбило в мгновение ока вместе с мыслями. Слишком сильный, слишком властный. Такому опасно хочется подчиниться. Склонить голову и навсегда присягнуть на верность, наплевав на принципы и жизненные устои. Но всё это всего лишь хотелки тела. Разум желал... Нет. Поздно отрицать действительность: мозг рационально рассуждал о плюсах и минусах совместной жизни с этим ящером, и первых было больше, чем вторых, что заставляло хотеть не избить нахала до смерти, а вцепиться руками в волосы и прижаться ближе, ещё ближе, пока все границы не будут стёрты окончательно, а души не достигнут абсолютного единения. Опасно связываться мертвецам с живыми. Но... В тот момент, чувствуя, как губы сминают чужие, а широкие руки шарятся по телу, предательски льнущему к чужому ради желанного тепла, я сдалась. Этот раунд за тобой, о Смауг Великолепнейший и Хитрейший. «Однако война ещё не проиграна!!» — наконец-то ответила на поцелуй, обращаясь в полудракона под довольный, торжествующий рык. Игра только начиналась, а мой стиль ведения боя всегда отвечал моим запросам – силы не вечны и постоянно заканчиваются, нужны перерывы, чтобы их восстановить. То есть и сражаться я люблю... Рывками. Но в гимнастике лучше так не делайте, мышцы можете порвать.

🔥🛑🔥

Жар двух нелюдей заставлял монеты поблизости жалобно желать укатиться прочь, дабы не расплавиться. В воздухе повисли не высказанные обещания и признание победы. Его, Смауга, победы – безоговорочной и чистой. Дракон ликовал: вновь заветное тело оказалось в его руках. Только на этот раз хватка была жёстче, сильнее – он всё ещё не хотел вредить, но показать, кто сильнее – о да, безусловно. И теперь старательно доказывал своё превосходство, пригвоздив тонкие руки к стене над головой, а второй ощутимо водя по нежной коже под тонкой тканью ненавистной странной одежды. Жаль, что у девчонки оказался целый комплект из этих дурацких... Как там их?.. На ухо сипло выдавили: — Водолазок... На что Смауг усмехнулся прямо в шею, оттягивая ткань и дразня короткими укусами, но пока далеко не заходя. Значит, ещё и телепат. Как занятно. Сколько же талантов в тебе скрыто, моё сокровище?.. Стоило мысли сформироваться, как тут же слух приласкал трогательный всхлип. О да, на нежности наглая девчонка реагировала особенно остро: стоило сказать, нет, просто подумать о том, как она мила и великолепна, коснуться особенно чувствительных мест, как она тут же теряла голову. Её маска невозмутимости и уверенности треснула и слетела уже на второй минуте их активного «общения». Дракон брал опытом и силой, умело шаря рукой по хрупкому телу и вжимая в холодную стену, заставляя машинально прижиматься к себе сильнее. Тесный контакт возбуждал, от похоти в глазах уже темнело, а внизу становилось слишком тягостно. Но не наказать эту чертовку за устроенный побег – и испытанный страх – Смауг просто не мог, резко отрываясь от столь желанного тела и жадно облизываясь, с удовлетворением видя, как девчонка дёргается ему навстречу, не желая лишаться столь манящего тепла. Непредсказуемая в жизни, но такая предсказуемая в постели. Прекрасно. Бесценный подарок судьбы. Хвала Темнейшему. Со стороны донёсся жалкий всхлип. Дезоориентированная, маленькая, обратившаяся по собственной воле, она едва стояла на ногах, не падая только из-за удерживающей хватки на кистях, от которой точно после останутся синяки. Каждый из них дракон одарит поцелуями, ослабляя боль; слижет слёзы, прижимая к себе, скроет за своими крыльями, спрячет от чужих глаз и сделает всё, чтобы у девчонки – Насти – пропала даже мысль о том, чтобы уйти. Однако это всё позже. Сейчас она вся в его власти. И желательно, чтобы так было всегда. Дракон хищно улыбнулся, глядя на то, как от всего лишь его мыслей девчонке хочется взвыть и полезть на стену. Потрясающее зрелище, таким хочется наслаждаться вечность, ловить губами каждый стон и всхлип, массировать внутренние стороны ладоней – те у девчонки оказались чувствительными, одного случайного касания хватит, чтобы вызвать дрожь, – и держать, держать в руках, не выпуская, никому не показывая... Стеречь, как сокровище или принцессу в башне. Желательно, в кровати запертой комнаты. Лучше всего ближайшие несколько дней, не давая продыху. Впрочем, теперь-то вечность полностью в их распоряжении. На этот раз точно. С этими выводами словно из неоткуда в свободной руке возник обруч, сделанный из заколдованного металла. К счастью, драгоценного, не хотелось наряжать девчонку во что-то безвкусное. Лучшее достойно лучшего. Взгляд ненадолго задержался на любопытнейшем предмете. Магический артефакт, упрятанный в сокровищнице гномов, выкованный специально для таких, как они... Смаугу он был не помеха. А вот девчонку, явно не имеющую опыта для противостояния подобному колдовству, должен был ненадолго лишить всех магических способностей и какое-то время запереть в четырёх стенах и в полудраконьем облике, привязав к тому, кто на неё его наденет. Временная мера, которой до последнего не хотелось пользоваться – насилие дракон всё же не любил, проявляя его в крайнем случае. А уж использовать нечто подобное на том, кто казался центром мира... Даже для него это низко. Однако у него не осталось других вариантов. Он никогда в этом вслух не признается, но... У него до сих пор в груди клокотал липкий страх того, что девчонка исчезнет. Он не может допустить этого снова. Ни. За. Что. А это... Всего лишь на месяц. Именно столько времени ему отведено на то, чтобы влюбить в себя до беспамятства и показаться с лучшей стороны. Начинать с подарка в виде этого обруча, конечно, не очень умно, но ради собственного покоя дракон был готов пойти на риск. С этой мыслью он развернулся к девчонке. Разомлевшая от его ласк, разгорячённая, румяная, она не решалась поднять на него взгляд, расфокусировано глядя куда-то в ключицы. Увлёкши её в глубокий поцелуй, дракон погладил большим пальцем согнутые костяшки, прищурено глядя на поблёскивающий при свете факелов металл... Всё шло спокойно. Однако стоило только поднести обруч к чужой шее, коснуться кожи холодной гладью... Как всякий намёк на возбуждение в чужих глазах разом пропал. Тело напряглось, застыло и вдруг начало вырываться с такой силой, что дракону оставалось только разорвать поцелуй и диву даваться, как он сумел сдержать её одной рукой. Сильная... Но что не так? Затопивший ужасом взгляд, направленный на обруч, говорил красноречивее любых слов. — Н-не надо... П-пожалуйста, — выдавили жалко, ощутимо дрожа и не моргая глядя на зажатый в когтистых пальцах предмет. Смауг покрутил его в руке, переводя взгляд то на испуганную девушку, то обратно на артефакт. — Почему ты так боишься? Это временная мера. — «Я надеюсь», — прозвучало вместе с паром, успокаивающе выдохнутом на резко побледневшее лицо. Да, слишком резкая реакция: с лица буквально схлынули все краски, стали особенно выделяться круги под глазами... Коготь осторожно провёл дорожку по тонкой коже на щеке, оставляя едва видный красноватый след. Хвост легонько коснулся чужого, желая успокоить, но тот мгновенно скрутился змеёй вокруг ноги своей хозяйки. — Не... Заковывай... Меня... — Слова давались с трудом, взгляд безотрывно следил за сжатым в руке предметом. Поняла, что это такое? — Не в ошейник... Кажется, он начинал понимать, с чего бы такая смена поведения. — Тебя волнует именно форма? — отказываться от идеи дракон не собирался, не мог позволить, чтобы вытворенное девчонкой ранее повторилось. Абсолютной уверенности в том, что она не обманет, не было, пускай та и не пыталась сбежать при первой же возможности повторно. Ему не ответили, продолжая смирять вещь взглядом, как личного врага. — Эй... Пас рукой, и обруч стал в разы меньше. Дракон протянул его к чужому лицу, десмонтриуя изменившуюся форму. — Браслет тебя устроит? Это временно. В ответ сначала сжато выдохнули, а потом рвано кивнули, чуть успокаиваясь. Достижение согласия – залог успеха семейной жизни. Их первый компромисс! «Так и до полного взаимопонимания недалеко», — внутренне ликовал дракон, перехватывая браслет поудобнее. Только стоило холодному металлу надавить на кисть, защёлкиваясь, как девчонка неестественно вздрогнула, глаза её помутнели, и она потеряла сознание, безвольно повисая в его хватке. Вот так вот, ни с того ни с сего, моментально. С шипением пришлось спешно ловить хрупкое тело и поднимать на руки. Почему-то показалось, будто девушка за время их разлуки успела потерять ещё немного в весе. «Кошмар», — недовольно рыкнул дракон, направляясь в сторону знакомых покоев. Лицо его хмурилось, а в груди колыхалось раздражение, пока каблуки сапог звонко отстукивали ритм монетами. И как же ему с ней разговаривать, если она всё время будет падать без чувств? Первым же, что он сделает, как она придёт в себя – заставит поесть. Говорят, что девушки часто падают в обмороки от голода, потому что пытаются стать якобы красивее – стройнее там, тощими... Смаугу подобное самоистязание было не к чему. Девчонка и так являлась идеальной. К чему лишние усилия?