Звезда над руинами

— Мы не будем больше бить по его теням, — отрезал КэтНап, отшвыривая обломок пластиковой маски.

— Пора найти то место, где он спит, ест и дышит.

Где он по-настоящему уязвим.

Поппи быстро пролистала данные на уцелевшем планшете, который Джиблет успел выдернуть из серверной стойки.

— Есть один сектор. Сектор «Зеро». Он не отмечен ни на одной общей карте. Но именно туда ведут все защищённые линии жизнеобеспечения: подача чистого кислорода, фильтрованная вода и отдельный энергоблок.

— Жилой отсек, — Лили сжала кулаки.

— Сойер любит комфорт, пока мы гнием в этих жестяных коридорах. Идём.

Они пробирались через лабиринт стерильных переходов, которые становились всё более роскошными.

Вместо ржавых труб здесь были панели из красного дерева (или его очень качественной имитации), а вместо мигающих ламп — мягкий, тёплый свет.

— Ни фига себе... — присвистнул Хагги, оглядываясь.

— Он тут себе целый отель отгрохал, пока мы в мусоре копались.

Внезапно коридор закончился массивной дубовой дверью с позолоченной ручкой.

Это выглядело так странно и неуместно в недрах кошмарной фабрики, что друзья на мгновение замерли.

КэтНап прислушался.

За дверью не было слышно шума машин или гула серверов.

Только тихая, едва уловимая классическая музыка.

— Лили, Граб-пак наготове. Бокси, ДогДэй — прикрывайте фланги, — скомандовал Нап и, не тратя времени на стук, с силой вышиб дверь ногой.

Они ворвались внутрь.

Комната была обставлена с пугающим изяществом: книжные шкафы до потолка, камин, в котором горело искусственное пламя, и глубокое кожаное кресло, повернутое спинкой к входу.

— Выключи эту шарманку, Сойер! — рявкнул Хагги, готовый броситься вперёд.

Кресло медленно развернулось.

Но в нём сидел не дряхлый старик и не безумный учёный.

В кресле лежал маленький, бледный человек, опутанный десятками тонких трубок, идущих от аппарата искусственного дыхания.

Его глаза были закрыты, а кожа казалась почти прозрачной.

— Это... это и есть Сойер? — прошептала Лили, чувствуя, как гнев сменяется странным чувством жалости и отвращения.

Лили сделала шаг к креслу, но в этот момент бледные веки старика дрогнули.

Сойер не открыл глаза, но его палец, лежащий на подлокотнике, судорожно дернулся, нажимая на скрытую сенсорную панель.

— Вы... вы думали... это конец? — прохрипел он, и его голос, настоящий и немощный, едва перекрывал внезапно взревевшую сирену.

Стены роскошной комнаты начали раздвигаться, открывая скрытые ангары.

Под классическую музыку из темноты вынырнули Крылатые бестии — помесь летучих мышей и дронов, их стальные крылья свистели, разрезая воздух.

Следом за ними, круша мебель, ворвались новые мутанты, еще более свирепые, чем в детском саду.

— В рассыпную! — крикнул КэтНап, но было поздно.

Одна из крылатых бестий спикировала сверху, и её мощный захват сомкнулся на голени Лили.

Раздался жуткий, глухой хруст — это лопнул не только внешний фарфор, но и внутренняя металлическая кость, поддерживающая её тело.

Лили вскрикнула, и этот крик был полон не механического шума, а самой настоящей человеческой боли.

Она рухнула на ковёр, хватаясь за ногу.

Конечность теперь висела под неестественным углом, и Лили чувствовала, как по ней проходят электрические разряды вперемешку с пульсирующей болью.

— Нога... она сломана! — прохрипела она, пытаясь отползти к стене.

КэтНап, увидев это, на секунду перестал дышать.

Ярость, которую он испытывал до этого, превратилась в нечто ледяное и смертоносное.

Его голос заглючил так сильно, что слова начали накладываться друг на друга, создавая эффект жуткого эха.

— ТЫ... ТРОНУЛ... ЕЁ... — прорычал он, и его тело начало неестественно удлиняться, готовясь к той самой кошмарной форме.

Хагги мгновенно оказался рядом с Лили.

Он подхватил её на руки, стараясь не тревожить сломанную ногу.

— Держись, малая! Мы вытащим тебя!

ДогДэй и Бокси Бу встали живым щитом, отбивая атаки мутантов, пока Джиблет лихорадочно искал в панели управления способ остановить этот хаос.

— Сойер! — крикнула Лили сквозь слёзы боли, указывая Граб-паком на кресло.

— Тебе это не поможет!

Она выстрелила синей ладонью, но не в роботов, а в аппарат искусственного дыхания Сойера, намереваясь выдернуть из него кабели питания и закончить эту битву одним рывком.

Лили, превозмогая вспышки боли в сломанной ноге, сфокусировала взгляд на сплетении проводов.

Палец нажал на спуск, и синяя ладонь Граб-пака с металлическим лязгом намертво вцепилась в главный штекер жизнеобеспечения Сойера.

— Это тебе... за Мисс Грейси! — выкрикнула она и рванула трос на себя.

ТРЕСК! ИСКРЫ!

Толстые кабели вырвались из гнезда с корнем.

Аппарат искусственного дыхания издал протяжный, затухающий свист, и ритмичное мигание индикаторов сменилось мертвенным светом.

В ту же секунду все роботы и мутанты в комнате замерли, словно у них перерезали ниточки.

Крылатые бестии рухнули на пол грудой металлолома, а мутанты повалились там, где стояли, — Сойер потерял контроль над своей «сетью»

В комнате воцарилась оглушительная тишина.

Старик в кресле широко открыл глаза — теперь они были полны не гордости, а первобытного ужаса.

Его рот беззвучно открывался, пытаясь поймать воздух, которого больше не было.

КэтНап медленно подошёл к креслу.

Его форма всё ещё была пугающе высокой, а глаза горели золотом, но ярость сменилась холодным торжеством.

— Твоё время... вышло, — прохрипел он, и его голос в последний раз глюкнул, прежде чем окончательно выровняться.

Сойер обмяк в кресле, и его взгляд остекленел.

Тиран фабрики, считавший себя Богом, погиб от рук собственного «шедевра».

— Мы... мы победили? — тихо спросил ДогДэй, всё ещё не опуская дубинку.

— Сойера — да, — КэтНап обернулся к Хагги, который бережно держал раненую Лили.

— Но фабрика всё ещё жива. И Прототип теперь единственный хозяин.

Лили опустила Граб-пак, чувствуя, как силы покидают её.

Фантомная Мисс Грейси в её сознании в последний раз улыбнулась и медленно растворилась, оставив после себя чувство выполненного долга.