Семейная поездка

Перси проснулся раньше, чем зазвонил будильник. Не то чтобы он много спал — несколько часов беспокойной дремы, полной обрывков тревожных снов. Серый рассветный свет просачивался через занавески, и лагерь за окном еще спал. Он тихо поднялся, стараясь не разбудить отца. Посейдон лежал на боку, отвернувшись к стене, и по ровному дыханию было не понять, спит ли он на самом деле. Перси на цыпочках прошел к двери, натягивая толстовку. Павильон для трапез встретил его пустотой и утренней прохладой. Обычно Перси любил это время — когда лагерь еще не проснулся, когда можно было побыть наедине с собственными мыслями. Сегодня эта тишина давила. Магические тарелки стояли аккуратными стопками у каждого стола. Теоретически, их нельзя было выносить из павильона. Практически, в каждом домике хранилось по паре штук — все знали, все закрывали на это глаза. Старосты делали вид, что не замечают, пока это не становилось слишком очевидным. Перси взял одну тарелку со стола Посейдона — символично, как-никак — и сунул под толстовку. Посейдон теперь испытывал человеческий голод. Эта мысль все еще казалась дикой. Бог морей голоден. Бог морей спит в моем домике на запасной кровати. Бог морей ждет, пока я, его сын-полубог, решу его семейные проблемы. Перси покачал головой, возвращаясь обратно. Отдал тарелку Посейдону, который действительно не спал, а просто лежал, уставившись в стену. Несколько неловких минут они провели в тишине, пока на тарелке не материализовались блины с кленовым сиропом. Посейдон уставился на них с таким выражением лица, будто увидел инопланетян. — Когда ты последний раз ел? — спросил Перси. — В смысле, по-настоящему? Нуждался в еде? — Посейдон нахмурился. — Не уверен, что когда-либо вообще. — Приятного аппетита, — Перси только сочувственно улыбнулся, вышел из домика и направился обратно к павильону. К завтраку народу уже собралось прилично. Перси сел за свой стол, постарался выглядеть непринужденно, обменялся приветствиями с Джейсоном за соседним столом. Помахал группе новичков, стайкой пронесшихся мимо. Все как обычно. Никаких богов, лишенных сил. Никаких пропавших трезубцев. Просто обычное утро в лагере полубогов. Куда Амфитрита могла спрятать трезубец? Мысль крутилась в голове, как заевшая пластинка. Перси машинально жевал бекон, перебирая варианты. Символично было бы спрятать в храме Посейдона. Или в том, что сейчас считалось храмом. У Ареса таким местом был авианосец «Неустрашимый» — Перси помнил, как они с Клариссой возвращали колесницу. У Посейдона вариантов было слишком много: океанариумы, морские музеи, ипподромы, яхт-клубы... Или вообще где-то на дне океана. В каком-нибудь затонувшем корабле. Или в подводной пещере. Или... Перси застонал и уткнулся лицом в ладони. — Ты в порядке? — Джейсон встал рядом, разглядывая его. — А? — Перси поднял голову. — Да, все нормально. Просто плохо спал. — Я заметил, — Джейсон склонился над ним. — Ты выглядишь так, будто за тобой всю ночь призраки бегали. — Что-то в этом роде, — пробормотал Перси. Они немного поболтали, обсуждая планы на день. Джейсон рассказывал про какие-то срочные дела где-то в Лагере Юпитера. Перси кивал, поддакивал, а в голове продолжал прокручивать варианты. Может, спросить оракула? Пророчество? При мысли о Рэйчел и ее предсказаниях Перси поежился. Всегда ли пророчества приводили к чему-то хорошему? Или спросить саму Амфитриту? Перси аж передернуло. Представил себе разговор: «Привет, мачеха, которая всё это и заварила, не подскажешь, куда ты дела трезубец моего отца, потому что он в очередной раз тебе изменил?» Да, отличная идея. Прямо суперская. Хотя постой. Если подумать... Посейдон был довольно добродушным богом, даже добрым по меркам прочих Олимпийцев. Но чтобы Амфитрита одна осмелилась лишить своего мужа — одного из Большой Тройки! — божественных сил? И почему сейчас? Романы Посейдона не были строгим секретом уже тысячи лет. Что изменилось? Перси нахмурился, глядя в свою тарелку. Детали не складывались. Что-то здесь было не так. Завтрак подходил к концу. Полубоги начали расходиться — кто на тренировки, кто на занятия, кто просто слоняться по лагерю. Перси поднялся, собирая свою посуду. И именно тогда он увидел. Джейсон. Стоял у края павильона, оглядывался по сторонам с преувеличенной небрежностью. Потом быстро, одним ловким движением, взял тарелку со стола Зевса и спрятал ее под курткой. Перси замер. Джейсон. Сын Юпитера. Бывший претор Лагеря Юпитера. Один из самых ответственных и правильных людей, которых знал Перси. Крадет магическую тарелку. Будь это кто-то другой Перси бы просто посмеялся. Или максимум шепнул предупреждение, что надо делать это менее заметно. Но Джейсон? Джейсон, который всегда следовал правилам. Который спорил с Перси о важности дисциплины и порядка. Который... Перси проводил его взглядом. Джейсон направлялся к своему домику быстрым, но не слишком торопливым шагом. Как человек, у которого все под контролем. Интересно. Перси медленно побрел обратно к себе, мысли закружились с новой силой. Может, он параноил. Может, Джейсон решил, что иногда хорошо иметь возможность перекусить, не отвлекаясь от дел и не выходя из домика. Или еще что-то совершенно безобидное. Но интуиция — та самая, которая спасала ему жизнь бессчетное количество раз — настойчиво шептала, что это не случайность. Посейдон сидел на кровати, допивая контрабандную колу (несколько штук хранилось под кроватью на всякий случай), когда Перси вернулся. Выглядел он чуть лучше — еда явно помогла, — но все еще странно... блекло для бога. Перси прикрыл дверь и прислонился к ней. — Пап, — начал он осторожно, — скажи, а до того, как вы поссорились, Амфитрита чем занималась? Посейдон поднял брови. — Да ничем особым. Течениями управляла, дельфинами руководила. Обычные дела. — И все? — Ну... — Посейдон нахмурился, вспоминая. — Встречи устраивала иногда. Со своими. — Какие еще встречи? — Женская компания, — Посейдон пожал плечами. — Она, Гера, Афродита, кто-то еще из богинь. Встречались, обсуждали свои божественные женские дела. Я особо не интересовался. Перси почувствовал, как что-то щелкнуло в голове. Детали вдруг начали складываться в картину. Ужасную, невероятную, но слишком логичную картину. В голове сразу всплыл сегодняшний сон. То, как богини поддерживали друг друга в своём несчастии и обиде, как в конце о чем-то договорились. И выглядели они очень решительно. Перси медленно повернул голову, глядя в сторону, где за стеной должен был находиться домик Зевса. — О нет, — прошептал он. — Только не это. — Что? — Посейдон насторожился. — Перси, что ты понял? Перси посмотрел на отца. В его взгляде было что-то между ужасом и восхищением. — Пап, — сказал он медленно, — а ты случайно не в курсе, как себя чувствовал Зевс последнее время? Посейдон открыл рот. Закрыл. — Ты думаешь... — Я думаю, что твоя жена объединилась с женой Зевса, — Перси присел на свою кровать, глядя в пол. — И, возможно, с несколькими другими богинями. Я думаю, что это не просто ты попал в немилость. Я думаю, что это... восстание жен. Тишина повисла тяжелая и густая. — Богини, — наконец выдохнул Посейдон. — Они действительно это сделали. И почему-то в его голосе звучало не столько возмущение, сколько что-то похожее на гордость. Мысль о том, что Перси достаточно разгрести проблемы только одного бога, казалась соблазнительной. Проще. Безопаснее. И, главное, без необходимости регулярно сталкиваться с Зевсом в состоянии «почти-смертного». Перси однажды видел Зевса рассерженным. Видеть его растерянным он не хотел даже во сне. Но оставить Джейсона одного с этим? После утреннего вида, когда тот стоял с тарелкой под курткой, будто прячет улику с места преступления, рука не поднялась. Знает Перси такие шутки судьбы: если у кого-то проблемы, они обычно оказываются общими. Особенно если эти проблемы связаны с Олимпом. Перси поднялся с кровати и направился к дверям. — Перси, ты куда? — Подожди немного. Я хочу убедиться кое в чём. Выйдя и собравшись с духом, Перси направился к домику Зевса. Бронзовая дверь, украшенная молнией, смотрелась чуть карикатурно в нынешних обстоятельствах. Он постучал. Раз — два — пауза. Дверь рывком открылась, и на пороге возник Джейсон. Волосы взъерошены, лицо бледнее обычного, взгляд нервный. Вроде пытается выглядеть непринуждённо. Не выходит. — Перси? — голос чуть дрогнул. — Что… что-то случилось? — Ничего, — слишком бодро ответил Перси. — Просто подумал, что стоит обсудить планы по расширению тренировочной зоны. Ты вчера упоминал про юго-западный склон, помнишь? — Сейчас? — Джейсон застыл, как будто он преступник, которого попросили рассказать, что он делал прошлой ночью. — А почему нет? — Перси самым невинным видом попытался сделать шаг вперёд, но Джейсон мгновенно перекрыл вход, вытянув руку поперёк проёма. Абсолютно рефлекторно. Слишком быстро. Перси приподнял бровь. — Ты кого-то там прячешь? — Никого, — слишком быстро. Слишком громко. — Просто беспорядок. Перси наклонил голову, пытаясь заглянуть внутрь. Джейсон переместился ровно туда, куда требовалось, чтобы ничего не было видно. Перси посмотрел Джейсону прямо в глаза. А потом позволил себе короткую, ехидную усмешку — ту, от которой у Джейсона всегда проскальзывала мысль «мне не нравится, куда это идёт». — Ну что, — протянул Перси мягко, почти дружелюбно, — как Владыке Зевсу спалось сегодня? Джейсон побледнел настолько, что стало ясно — всё. Раскрыт. Конец тайне. Миссия провалена. Он быстро высунулся наружу и захлопнул дверь за спиной, как будто внутри сидела дикая гарпия, а не бог-громовержец. — Ты… видел? — прошептал он. — Пока только твоё выражение лица, — ответил Перси, скрестив руки. — Но догадываюсь. У тебя тоже ночной визит? Джейсон вздохнул, будто признался в преступлении. — Он пришёл около двух. Сел на мою кровать. Сказал, что «так складываются обстоятельства» и что ему нужно… сопровождение. А ещё еда, — Джейсон покраснел. — Он был голодный, Перси. Ты вообще представляешь, как это выглядит? — Угу. Представляю, — мрачно отозвался Перси. — У меня свой эпизод был. Пара секунд тишины. Они смотрят друг на друга, оба усталые, оба понимающие слишком много. — То есть… — начал Джейсон. — Да. — Перси кивнул. — Похоже, они в одинаковом положении. — И… они пришли почти одновременно. — Наверное, разминулись по дороге, — пробормотал Перси. — Пока торопились к своим самым «надёжным» детям. Джейсон криво усмехнулся. Они сели на ступеньки, пару минут помолчали, не зная, что добавить. По всему Лагерю сновали полукровки, в небе пролетела парочка пегасов. Обычная мирная жизнь в месте, где её по определению быть не может. — Понятия не имею, что делать, — наконец признал Джейсон тихо. — Я тоже, — отозвался Перси. — Символы власти могут быть где угодно. Буквально где угодно. В океане, на Олимпе, в Подземном царстве, в каком-нибудь торговом центре в Небраске. — Помощи ждать неоткуда, — добавил Джейсон мрачно. — Папа категорически против того, чтобы кто-то узнал. Твой тоже, я думаю? — Еще как, — Перси усмехнулся без веселья. — Представляешь, что начнется, если другие боги пронюхают? Или монстры? Они на нас и так охотятся, а если узнают, что как минимум двое из Большой Тройки сейчас уязвимы... — Не хочу даже представлять. Они помолчали. Ветер шуршал листьями деревьев. Где-то вдалеке смеялись младшие полубоги — тренировка закончилась, начиналось свободное время. — Знаешь, что самое смешное? — Перси повернул голову к Джейсону, и в глазах мелькнуло что-то между весельем и сочувствием. — Мой отец хотя бы уже знает, что Зевс в таком же положении. А тебе еще предстоит «обрадовать» папу, что он не одинок в своем несчастье. Джейсон застонал, закрывая лицо руками. — Боже. Я даже не подумал об этом. Как я ему скажу? — «Привет, пап, у меня новости — хорошие и плохие. Плохие: ты всё ещё лишен сил. Хорошие: Посейдон тоже»? — Перси, это не смешно. — Немного смешно, — Перси усмехнулся. — Видел бы ты свое лицо. Джейсон опустил руки, но улыбнулся слабо. — Он убьет меня. Или попытается. Или просто будет игнорировать следующую тысячу лет. — Третий вариант звучит наиболее обнадеживающе. — Спасибо за поддержку. Они снова замолчали. На этот раз тишина была более спокойной, почти комфортной. — Нам нужен план, — наконец сказал Джейсон. — Хоть какая-то отправная точка. — Пророчество? — предложил Перси. — У нас нет Поиска. Нет официального права просить Оракула. — Ну и что? — Перси пожал плечами. — Рейчел — моя подруга. Она поможет, если сможет. К тому же, у нас нет других вариантов. Джейсон задумался, потом кивнул. — Ладно. Попробуем. *** Пещера Оракула встретила их привычной прохладой и запахом благовоний. Рейчел сидела на подушках, рисовала что-то в блокноте. Подняла взгляд, когда они вошли, и улыбнулась. — Перси! Джейсон! — она отложила блокнот. — Что привело вас сюда? — Нам нужно пророчество, — сказал Перси без предисловий. Улыбка Рейчел поблекла. Она прищурилась. — Поиск? — Не совсем. — Тогда для чего? Перси и Джейсон переглянулись. Молчание затянулось. Рейчел скрестила руки на груди. — Вы просите пророчество, но не говорите зачем и куда. Серьезно? — Рейчел, прости, — Перси потер затылок. — Это... сложно. Я не могу объяснить. Поверь, если бы мог, я бы объяснил. Но это важно. Очень важно. Рейчел смотрела на него долго, изучающе. Потом вздохнула. — Ладно. Попробую. Но не обещаю, что сработает — обычно Оракул дает пророчества только для официальных заданий. Она закрыла глаза, приняла позу медитации. Перси и Джейсон ждали, затаив дыхание. Минута. Две. Три. Ничего. Рейчел нахмурилась, сосредоточилась сильнее. Губы шевелились, будто она что-то шептала про себя. Ничего. Она открыла глаза, разочарование на лице. — Извините. Не идет. Оракул молчит. Перси опустил плечи. Джейсон сжал кулаки. — Понятно, — выдавил Перси. — Спасибо, что попыталась. Они повернулись к выходу. Рейчел смотрела им вслед с явным беспокойством. — Перси, — позвала она, — если ты в беде... — Все в порядке, — соврал он, слегка обернувшись и мягко улыбаясь. — Правда. Они почти дошли до выхода из пещеры, когда Рейчел вдруг резко вдохнула. Перси обернулся. Глаза Рейчел светились зеленым — ярким, неестественным светом. Зрачки расширились. Тело напряглось, спина выгнулась. По полу расползся зелёный шипящий дым. Голос, который вырвался из ее рта, был не ее — древний, многослойный, эхом отдающийся от стен пещеры: Идите к свету, спрятанному в смехе, Где знак морей поднят над водой. Там тень подземных царств хранит железо. Лишь в общий миг, собравшись, взойдете над горой. Зеленый свет погас. Рейчел обмякла, опускаясь обратно на подушки. Дышала тяжело, глаза снова стали обычными — зелёными, растерянными. — Что... что это было? — прошептала она, прикладывая ладонь ко лбу. Перси и Джейсон стояли замерев. — Пророчество, — медленно проговорил Джейсон. — Но я... я не пыталась, — Рейчел потрясла головой. — Я уже сдалась. Оно само... — Видимо, Оракул решил нас пожалеть, — Перси подошел, присел рядом. — Ты в порядке? — Да, вроде, — Рейчел провела рукой по лицу. — Просто... странно. Обычно я чувствую, когда оно приходит. А тут — как удар молнии. — Что оно значит? — спросил Джейсон, доставая блокнот и быстро записывая строки, пока не забыл. — Понятия не имею, — Рейчел покачала головой. — Оракул не объясняет. Только говорит. Перси и Джейсон переглянулись. — Спасибо, Рейчел, — Перси сжал ее руку. — Правда. Ты очень помогла. — Надеюсь, — она смотрела на него с беспокойством. — Перси, будь осторожен. Что бы там ни было. — Буду, — пообещал он. Они вышли из пещеры. Остановились на поляне перед входом, и Джейсон развернул блокнот, перечитывая записанное. — Итак, — начал он, — «Идите к свету, спрятанному в смехе». Что это вообще значит? — Свет в смехе, — Перси нахмурился. — Место, где светло и весело? Парк развлечений? — Может быть. «Знак морей поднят над водой», — продолжил Джейсон. — Фонтан? Водонапорная башня? — Или что-то с логотипом воды, — предложил Перси. — Баннер, реклама. — «Там тень подземных царств хранит железо», — Джейсон поднял взгляд. — Тень подземных царств. Это же про Аида? — Похоже на то, — Перси почувствовал, как в груди что-то сжалось. — Значит, он тоже... — Тоже лишен сил, — закончил Джейсон. — Персефона спрятала его символ власти. — Шлем Тьмы, — пробормотал Перси. — «Железо». Шлем же из железа, да? — Вроде того. Или из какого-то темного металла, — Джейсон кивнул. — Значит, все три символа в одном месте? — «Лишь в общий миг, собравшись, взойдете над горой», — Перси процитировал. — Собравшись. Все вместе. Мы, боги... или их символы? — Или и то, и другое, — Джейсон выдохнул. — Нам нужно найти место, собрать всех и как-то... взойти на гору. Это про Олимп? — Не знаю, — Перси потер лицо. — Это все звучит как всегда абстрактно. Джейсон задумался, глядя в блокнот. — Аид, — сказал он медленно. — Если он тоже в этом замешан... нам нужно его найти. Или хотя бы узнать, что с ним. — Нико, — сразу же откликнулся Перси. — Нужно связаться с Нико. Если кто и знает, где Аид, так это его сын. — Думаешь, он поможет? — Нико? Конечно. Он... — Перси замолчал, вспоминая. — Ладно, его отношения с Аидом сложные. Но если отец в беде, Нико не бросит его. Не такой он. Джейсон кивнул. — Хорошо. Попробуем связаться с ним. У тебя есть его номер? — Есть, — Перси достал телефон. — Хотя не уверен, что он ответит. Нико не любит телефоны. Предпочитает Ириду, все же он ещё несовершеннолетний.* — Попытка не пытка. Перси набрал номер. Гудки. Один, два, три... Голосовая почта. — Нико, это Перси, — начал он после сигнала. — Слушай, мне нужно с тобой поговорить. Срочно. Это касается твоего отца. Очень серьезное дело. Перезвони, когда сможешь. Или найди меня в Лагере. Пожалуйста. Он сбросил вызов. — Надеюсь, он услышит, — пробормотал Перси. — Услышит, — уверенно сказал Джейсон. — Нико всегда появляется, когда нужен. Даже если приходится ждать. — Что мы тогда решаем? У нас два бога, которых мы не можем просто оставить тут, а самим уйти на поиски пропажи. Придется брать их с собой. — И к Хирону за разрешением на Поиск мы пойти не сможем. Пророчество есть, конечно, но… — Не волнуйся, Хирона я беру на себя. А ты иди, у тебя сейчас будет очень трудная беседа, — Перси усмехнулся, хлопнув Джейсона по плечу. Джейсон бросил на Перси хмурый взгляд, но спорить не стал. *** Большой Дом встретил Перси привычной прохладой и тишиной. Хирон сидел в своем специальном кресле у большого дубового стола, погруженный в бумаги. Стопки документов, отчетов, писем громоздились по обе стороны. Кентавр выглядел сосредоточенным, даже усталым — явно разгребал очередную гору бюрократии. Перси бесшумно прошел внутрь и плюхнулся на стул напротив. Широкая улыбка, расслабленная поза, руки сложены на столе. — Привет, Хирон! Хирон не поднял взгляда от бумаг. — Здравствуй, Перси. — Как дела? Работы много? — Достаточно. — Погода сегодня отличная, правда? — Перси. — Да? Хирон наконец оторвался от документов и посмотрел на юношу. Взгляд был усталым, настороженным и абсолютно непроницаемым. — Что ты хочешь? Перси изобразил оскорбленное удивление. — Хирон! Я просто зашел поздороваться. Поговорить. Мы же друзья, в конце концов. — Мы наставник и ученик, — спокойно поправил Хирон. — И я знаю тебя достаточно долго, чтобы понимать: когда ты ведешь себя настолько дружелюбно, тебе что-то нужно. Перси подпер подбородок рукой, улыбка стала еще шире. — Ну, раз ты спрашиваешь... — он откинулся на спинку стула. — У меня кое-какие важные дела наметились. Надо будет уехать, найти парочку... важных штук, всякое такое. Может, недельку-другую буду отсутствовать. Хирон нахмурился. — Перси, что у тебя опять случилось? — Не скажу. — Персей. Полное имя. Плохой знак. Перси поднял руки в примирительном жесте. — Хирон, верь мне, все нормально. Пока что мир не рушится. Никаких титанов, никаких гигантов, никакого конца света. Я пришел просто предупредить, что буду занят. Хирон смотрел на него долго, изучающе. Перси держал взгляд, стараясь выглядеть максимально искренним и безобидным. Наконец кентавр вздохнул. — Хорошо. Я не буду настаивать на деталях. Но будь осторожен. — Всегда осторожен, — заверил Перси. — Это ложь, но я ценю попытку. Перси усмехнулся. Потом сделал паузу, набирая воздуха. — О, и еще... — он изобразил максимально невинное выражение лица. — Я хотел попросить Лагерь выделить деньги на поездку. Хирон приподнял бровь. — Поездку? — Ну, технически это Поиск. — Поиск? — голос кентавра стал подозрительным. — Какой еще Поиск? — Тайный, — Перси пожал плечами. — Неофициальный. Строго секретный. — Перси... — Очень важный! — быстро добавил он. — Судьбоносный, можно сказать. Хирон потер переносицу, закрывая глаза. — Хорошо. И сколько надо? — На четверых. Хирон открыл глаза. Посмотрел на Перси так, будто тот только что сообщил, что планирует ещё раз прыгнуть в Тартар. — Четверых? — переспросил он медленно. — Персей, священное число — это три. Во всех квестах, во всех пророчествиях. Трое героев. Не больше, не меньше. Это традиция. Это правило. — Я знаю, — Перси кивнул серьезно. — Верь мне, я прекрасно знаю про священное число. Но в этот раз... — он запнулся, подбирая слова. — Нужно четверо. Пока что. Поверь, есть причины. — Какие причины? — Секретные причины. — Персей. — Хирон, — Перси наклонился вперед, взгляд стал умоляющим. — Прошу. Просто доверься мне, ладно? Я не прошу без нужды. Если бы была возможность сделать по правилам, я бы сделал. Но сейчас... сейчас нужно именно так. Тишина повисла тяжелая. Хирон смотрел на Перси, изучая. Перси смотрел в ответ, стараясь вложить во взгляд всю искренность, на которую был способен. Наконец Хирон вздохнул — долго, устало. — Ладно, — сдался он. — Я выделю средства на четверых. Деньги, драхмы, запас амброзии и нектара. Но, Перси, если это обернется катастрофой... — Не обернется, — заверил Перси, вскакивая. — Обещаю. Спасибо, Хирон! Ты лучший! Он уже направился к выходу, когда Хирон окликнул его: — Перси. — Да? — Будь очень осторожен. Перси кивнул, уже без улыбки. — Буду. Он вышел, оставив Хирона в окружении бумаг. Кентавр покачал головой и вернулся к работе, пытаясь не думать о том, во что ввязался его самый проблемный ученик на этот раз.