Семейная поездка

Кливленд встретил их оранжевым закатным светом, пробивающимся сквозь городские высотки. Перси вел минивэн по загруженным улицам — город был большим, шумным, живым.  Кладбище Лейк Вью раскинулось перед ними неожиданно просторное и... уютное? Не то слово, которое обычно приходит в голову про место захоронений, но другого Перси подобрать не мог. Это был скорее парк в центре города с могилами между деревьев, чем кладбище в классическом понимании. Широкие аллеи, ухоженные газоны, старые дубы и клены. Надгробия и памятники встраивались в ландшафт органично — там семейный склеп под сенью ивы, здесь ряд скромных крестов у пруда. Днем это место, наверное, выглядело мирным. Почти живописным. Сейчас же, когда солнце касалось горизонта, окрашивая все в густые золотисто-багровые тона, атмосфера была... другой. Они вышли из машины молча. Перси огляделся, ощущая нарастающую тревогу в груди. Людей было немного, машин на парковке и того меньше. Городская жизнь была близко, но её шум доносился сюда чуть приглушенно, как будто у этого места была своя особая почтительная атмосфера.  Тени от деревьев черными неровными полосами ложились на дорожки. Туман начинал сползать между надгробий — легкий пока, едва заметный, но явно собирающийся сгуститься с наступлением ночи. Нико посмотрел на небо. Луна уже висела над горизонтом — большая, почти полная, с каким-то желтоватым оттенком. — Полнолуние сегодня, — пробормотал он, и в голосе прозвучало беспокойство. Аид уже направлялся к воротам — уверенно, не оглядываясь. Остальные поспешили за ним. — Я просто уточню, — начал Перси, догоняя бога, — мы все идем сейчас на кладбище, чтобы ночью искать Шлем Аида, который еще называют Шлемом Ужаса? — Да, — отрезал Аид, не замедляя шага. — На кладбище, — повторил Перси. — Я услышал с первого раза. — Ночью. — Еще не ночь. Вечер. — Скоро ночь, — возразил Перси. — И, знаете, обычно когда люди попадают в неприятности в фильмах ужасов, это происходит именно так. Кладбище. Ночь. Туман. Луна. Аид презрительно фыркнул. — Я — повелитель мертвых. Мне тут нечего бояться. — Технически, сейчас ты — ослабленный повелитель мертвых без своего символа власти, — напомнил Нико осторожно. Аид остановился так резко, что Посейдон едва не врезался в него. Медленно повернул голову, глядя на сына. — У тебя есть возражения против моего плана? — Нет, пап, — быстро ответил Нико. — Просто... констатирую факты. — Тогда идем. Они прошли через ворота. Дорожки кладбища разбегались в разные стороны — гравий хрустел под ногами. Аид шел впереди, явно зная куда. Остальные следовали цепочкой. Поначалу казалось, что все идет правильно. Аид двигался уверенно, сворачивая то влево, то вправо, огибая памятники и склепы. Прошло минут десять. Может, пятнадцать. Перси начал замечать знакомые детали. Вот этого ангела с разбитым крылом они уже проходили. И эта скамейка под дубом тоже была. Он обернулся к Джейсону. Тот нахмурился, явно думая о том же. — Мы ходим кругами? — тихо спросил Джейсон. — Похоже на то, — так же тихо ответил Перси. Нико услышал. Огляделся, пытаясь сориентироваться. — Странно, — пробормотал он. — Я не чувствую ничего необычного. Никаких чар, никакой магии. — Может, просто заблудились? — предположил Джейсон. Но что-то подсказывало Перси, что дело не в этом. Еще через несколько минут он осознал что-то еще — шума города больше не было слышно. Вообще. Ни гудков машин, ни далеких сирен, ни гула жизни. Только тишина, нарушаемая их собственными шагами и шорохом листьев. — Мы далеко ушли от ворот? — спросил он, оглядываясь. — Не должны были, — ответил Нико. — Прошли минут двадцать максимум. — Тогда почему не слышно города? Все замолчали, прислушиваясь. Перси прав — только тишина. Зевс нахмурился. — Аид, — начал он осторожно, — ты уверен, что знаешь куда идти? Аид обернулся резко. — Да, — отрезал он. — Абсолютно уверен. — Потому что мы уже второй раз проходим мимо этого склепа, — Посейдон указал на небольшое каменное строение справа. Аид посмотрел на склеп. На его лице мелькнуло раздражение. — Это... другой склеп. — С такой же надписью? — Посейдон прищурился, читая: — «Семья Хартвелл. Покой вечен». — Совпадение. — Аид... — Я знаю это место! — голос бога стал громче, почти яростным. — Я провел здесь сотни часов! Это было наше место встреч с Персефоной, когда она выходила на поверхность летом. Мы гуляли по этим аллеям, сидели у того пруда, разговаривали под этими деревьями. Я знаю каждый камень здесь! Повисла тишина. Посейдон и Зевс переглянулись — быстро, но красноречиво. У них не было таких романтичных мест для встреч с женами. Гера предпочитала Олимп. Амфитрита — подводное царство. Личных, особенных уголков, где они могли быть просто вдвоем, не было. А у Аида и Персефоны было. Это кладбище. И теперь жены двоих из них не помогали совсем. А Персефона, несмотря на свой гнев, все же оставляла подсказки. Пусть и загадочные. Аид пошел дальше — быстрее, решительнее. Они петляли еще минут двадцать. Туман становился плотнее, луна поднималась выше, тени делались еще более четкими и... живыми? Перси начинало казаться, что они двигаются независимо от источников света. И вот наконец, когда все уже начали сомневаться, дорожка вывела их на небольшую площадку. Несколько небольших прямоугольных надгробий, выступающих из земли, деревья вокруг. В центре была статуя. Ангел Смерти Победаносец. Даже в темноте — а ночь уже почти наступила — фигура выглядела завораживающе. И тревожно. Бронзовая скульптура сидела на постаменте, крылья распростерты широко, будто обнимая пространство вокруг. Две руки твердо опирались на потухший факел. Лицо склонено вниз — скорбное, застывшее в вечной печали. От дождей и времени на лице образовались черные подтеки — будто ангел плачет. В лунном свете они казались свежими, влажными. — Вот, — выдохнул Аид с явным облегчением. — «Бронзовый страж не опускает крылья. Тишина у воды». Это здесь. Он приблизился к статуе, разглядывая ее со всех сторон. Остальные последовали его примеру. Перси обошел постамент справа — ничего необычного. Камень, бронза, выговоренная фамилия HASEROT. Сзади на выступах камня был накидан мелкий мусор. Джейсон проверил слева — тот же результат. Нико подошел спереди, вглядываясь в лицо ангела. — Танатос, — пробормотал он. — Точнее, художественное изображение. Смерть Победаносная. Странная концепция, если подумать. — Победа над смертью? — предположил Джейсон. — Или смерть как победитель, — возразил Нико. — Зависит от точки зрения. Они продолжали искать. Проверили каждый сантиметр постамента, каждую складку бронзовой мантии, каждое перо крыльев. Ничего. Никаких скрытых отделений. Никаких магических знаков. Никакого намека на то, где может быть спрятан Шлем Тьмы. Нико даже попытался напрямую взаимодействовать с бронзой — положил руки на факел, пытаясь призвать силы Подземного царства, почувствовать связь. Ничего. — Может, он внутри постамента? — предположил Перси. — Нужно как-то открыть? Они попытались сдвинуть плиты — бесполезно. Слишком тяжело и, судя по всему, вообще цельная конструкция. Прошло еще минут десять безрезультатных поисков. — Может, подсказка не про эту статую? — осторожно предположил Джейсон. Аид хмуро покачал головой. — Нет. Это точно здесь. Персефона не стала бы давать неверную подсказку. — Тогда мы что-то упускаем, — Нико отошел на несколько шагов, разглядывая ангела издалека. — Но что? Туман сгустился еще больше. Фонари вдоль дорожек горели тускло, давая скорее намек на свет, чем реальное освещение. Только луна спасала — яркая, почти полная, хотя ее свет теперь приобрел какой-то нездоровый красноватый оттенок. — Надо уходить, — наконец сказал Посейдон. — Слишком темно. Вернемся утром, когда будет светло. Спокойно все осмотрим. Аид стиснул зубы, явно не желая отступать. Но возразить было нечего — в такой темноте они и правда могли упустить важные детали. — Ладно, — процедил он. — Утром вернемся. Они развернулись, собираясь уходить. И услышали скрежет. Все замерли. Медленно, очень медленно обернулись. Статуя изменилась. Она больше не смотрела вниз. Голова повернулась — теперь лицо было обращено прямо на них. Скорбное выражение исчезло. Взгляд стал жестким, холодным. Почти живым. Тело подалось вперед — едва заметно, но достаточно, чтобы создать ощущение, что ангел готов встать. Мышцы, если бы у бронзы были мышцы, выглядели напряженными. Одна рука отпустила факел и тянулась в их сторону — решительно, угрожающе. Статуя застыла в новой позе. Снова неподвижная. Но теперь — явно враждебная. Тишина была оглушающей. — Она... двинулась, — прошептал Джейсон. — Ага, — так же тихо ответил Перси. Нико сглотнул. — По идее, — начал он, голос дрожал слегка, — это изображение Танатоса. Через призму культуры, конечно, но все же. И Танатос... он служит моему отцу. Не должен нападать на своего повелителя. — Уверен? — спросил Перси, не отрывая взгляда от статуи. — Нет, — честно признался Нико. Джейсон медленно придвинулся к ангелу, вглядываясь в новое положение фигуры. Может, сейчас, когда поза изменилась, откроется что-то новое? Нико присоединился к нему, обходя статую с другой стороны. Перси остался стоять, прислушиваясь. Что-то было не так. Что-то кроме ожившей статуи. Ощущение чужого присутствия — не одного, многих — начало ползти по спине холодком. Он вгляделся в туман между деревьями. Щелчок. Потом еще один. Шаги — тихие, неровные, шаркающие. Шорох листьев, хруст веток. И фигура. Человек шел по дорожке — неспешно, но целеустремленно. Прямо к ним. Что-то было не так с его походкой. Он натыкался на могильные плиты, но не останавливался. Врезался в низкую ограду, обходил ее, продолжал идти. Споткнулся о корень дерева, покачнулся, выровнялся и снова двинулся вперед. — Ребята, — позвал Перси тихо. — У нас компания. Все обернулись. Еще одна фигура показалась справа — так же механически двигаясь через препятствия. Потом еще одна. И еще. Из тумана, из-за деревьев, из-за склепов — они появлялись со всех сторон. Десятки. Может, больше. Когда первая фигура вышла в лунный свет, стало ясно, что это такое. Мертвец. Разложившийся частично — кожа серая, провалившаяся, кое-где видны кости. Одежда истлевшая, висящая лохмотьями. Глаза мутные, безжизненные. Но двигался он удивительно проворно — гораздо быстрее, чем можно было ожидать от зомби из фильмов. — О нет, — выдохнул Нико. Мертвецы продолжали появляться. Их становилось все больше — двадцать, тридцать, может, пятьдесят. Кто-то относительно свежий, кто-то давно умерший, кто-то вообще скелет с клочками истлевшей одежды на костях. И все они двигались к группе. — Нико! — крикнул Джейсон. — Останови их! — Я пытаюсь! — Нико вытянул руки вперед, концентрируясь. Голос стал громче, властным: — Остановитесь! Именем Аида, повелителя мертвых, приказываю вам остановиться! Мертвецы не остановились. Даже не замедлились. — Не работает! — Нико попытался снова, вкладывая больше силы. — Повинуйтесь! Бесполезно. Они продолжали идти — неумолимо, механически. Первый мертвец был уже в нескольких метрах. Протянул руку — пальцы с обломанными ногтями, кожа слезла, обнажив кость. Перси выхватил Анаклузмос, отсекая руку одним движением. Та упала на землю, но мертвец продолжил идти, протягивая культю. Джейсон призвал свой меч, атакуя следующего зомби. Удар в грудь — тот даже не дрогнул. Пришлось отсечь голову, чтобы остановить. Нико пустил в ход свой стигийский меч — рассекая, рубя, пытаясь сдержать натиск. Но их было слишком много. — Отступаем! — крикнул Перси. — Назад! Они начали пятиться, прикрывая богов. Посейдон, Зевс и Аид стояли в центре — беспомощные без своих сил, зависимые от защиты сыновей. Перси отсек еще одну руку, пнул зомби в грудь, отбрасывая его. Но на место упавшего приходили двое новых. — Их слишком много! — Джейсон срубил голову скелету, тут же развернулся к другому. — Мы не продержимся! — Туда! — Нико указал мечом направо. — Склеп! Между деревьями виднелось небольшое каменное строение — семейный склеп, метров пять на пять. Вместо двери — кованая решетка. Они ринулись туда — бегом, отбиваясь от хватающих рук. Перси первым добрался до решетки, рванул. Та поддалась — заржавевшие петли скрипнули, но открылось. — Внутрь! Быстро! Зевс с Аидом вбежали первыми. За ними — Нико, Джейсон. Перси задержался на секунду, отсекая руку мертвецу, который уже почти схватил Посейдона за плечо. Потом метнулся внутрь, захлопывая решетку за собой. Снаружи послышался глухой удар — первый мертвец налетел на прутья. Потом второй. Третий. Нарастающий шум слился в единый давящий гул. Перси отступил на пару шагов назад, переводя дыхание. В склепе было темно, тесно и пахло веками. Снаружи — сотни мертвецов и лунный свет, который больше не казался красивым. Отлично, подумал он. Просто отлично.