Тьмой ко мне вернувшийся

      Экзамен по основам владения мечом прошел безупречно. Цзинь Юй, несомненно, мог гордиться своими учениками. Он всегда гордился. Однако результаты экзамена по каллиграфии глубоко опечалили его. Старшие ученики показали себя достойно, но младшие, казалось, совсем не уделяли времени занятиям. Фэн Сяо, хоть и был самым неуклюжим в письме на Пике Небес, демонстрировал рвение к боевым искусствам, поражавшее даже Цзинь Юя. Это напоминало ему самого себя в юности, вызывая у Мастера мягкую улыбку при взгляде на маленького ученика.              Из рассеянных мыслей его вывел стук в дверь павильона учений. Цзинь Юй оторвал взгляд от пергамента, испещренного каракулями его младшего ученика, и произнес:              — Войдите.              В павильон вошел Линь Юйчэнь. Его обычно мягкие черты лица сейчас приобрели оттенок настороженности. Навряд ли итоги экзамена могли вызвать у него беспокойство, и потому вид ученика вызывал удивление у Цзинь Юя уже в который раз за это восемнадцатое перерождение.              — Учитель, прошу прощения, что отвлекаю, — произнес юноша, слегка склоняясь в поклоне. Цзинь Юй лишь махнул рукой, призывая его подойти ближе и рассказать, что стряслось. Тогда Линь Юйчэнь продолжил: — На Пик Небес пожаловал Мастер Хуа Чуаньшэн с Пика Белого Лотоса.              — Хорошо, я выйду и встречу его, — кивнул Цзинь Юй, поднимаясь. Он свернул пергамент и упрятал его в широкие рукава светлых одежд.              Линь Юйчэнь поспешил покинуть павильон, а Цзинь Юй прошел на центральную террасу. Там, в беседке, он увидел изящный образ Бессмертного в белоснежных одеждах. Хуа Чуаньшэн, потягивая ароматный чай, любовался безупречным видом растительных гор. Теплый ветер разносил запахи жасмина, лечебных трав и полыни. Ученики, отвлекшись от занятий, посвящали свободное время играм и тренировкам. На Пике Небес царили спокойные дни, не нарушающие умиротворение совершенствующихся. И лишь Хуа Чуаньшэн, своим присутствием, напоминал Цзинь Юю о том, что в мире совершенствующихся все же что-то происходит.              Заметив приближение своего младшего брата, Хуа Чуаньшэн поднялся и поприветствовал его подобающим образом. Сложив руки в приветственном поклоне, он мягким, ровным тоном произнес:              — Младший брат Цзинь, рад встрече с тобой.              Цзинь Юй, утомленный этим официальным приветствием, лениво кивнул и опустился на скамью в беседке. Он придвинул к себе вторую чашу, стоявшую на столике из красного дерева, и налил себе чаю.              — Старшему брату не стоит склонять голову передо мной, — прокомментировал Цзинь Юй, но Хуа Чуаньшэн, Мастер Пика Белого Лотоса, будто проигнорировал эту просьбу, усаживаясь напротив.              — Что привело тебя на Пик Небес? — добавил Цзинь Юй, встретившись взглядом с фиалковыми глазами Чуаньшэна.              — Церемония передачи обязанностей в школе Байлу уже совсем скоро. Старшая сестра Мянь Фан занимается приготовлениями, я же хотел предложить твоему Пику присоединиться к подготовке.              Цзинь Юй знал, что Хуа Чуаньшэн скажет именно это. И каждый раз соглашался, хотя уже знал все детали, вплоть до самой церемонии. В прошлом, когда Хуа Чуаньшэн просил его принять участие в подготовке к церемонии, сам старший брат отправился на зов о помощи к клану семьи Шу в город Белого Журавля. Там завелся демонический змей-оборотень, что заманивал жителей и убивал, высасывая из них жизненные соки.              Цзинь Юй считал, что это не стоит его внимания. Тем более, после того, как они запечатали Врата Тьмы, Мастер и так не злоупотреблял использованием своего Нефритового меча. На это у него были веские причины, а потому он решил не подвергать себя даже малейшей опасности.              — Брат, — Цзинь Юй покрутил в руке пиалу с чаем, делая вид, что задумался над предложением. — Почему бы тебе самому не присоединиться к подготовке?              — Клан Шу попросил помощи у мастеров Байлянь-цзяо. Я подумал, что ты откажешься от этого дела, — мужчина отвел взгляд, делая глоток чая. — Ты перестал носить с собой меч, отказался от использования своих сил после того, что произошло в год закрытия Врат Тьмы. Я собираюсь в город Белого Журавля, поэтому не смогу помочь старшей сестре…              — А как же младший брат Линь Хао? — изобразил удивление Цзинь Юй. — Разве он сейчас чем-то занят?              Выражение лица Хуа Чуаньшэна изменилось. Но, как и прежде, Цзинь Юй не мог понять, была ли это злость или крайняя настороженность.              — Он тоже отказался, — наконец ответил Мастер Пика Белого Лотоса.              — Что ж, — кивнул Цзинь Юй, поднимаясь. — Тогда я все же отправлюсь в город Белого Журавля. А к старшей сестре Мянь отправишься ты со своими адептами.              Эти слова немало удивили Хуа Чуаньшэна. Он встал следом за братом, и в его голосе прозвучали настороженные нотки:              — Ты даже мечом перестал пользоваться, Цзинь Юй! Как ты сможешь себя защитить без него?              — Да брось, Чуаньшэн, — улыбнулся Цзинь Юй. — Я все еще заклинатель, и за этот век вобрал в себя знания из всех библиотек Поднебесной. Мне не ровня и высококлассный заклинатель с божественным мечом.              Как только Цзинь Юй поспешил откланяться, чтобы подготовиться к пути и собрать нескольких адептов своего Пика, он услышал за спиной голос брата:              — Но твоя духовная сила нестабильна…              Цзинь Юй медленно остановился. Ни в одной из своих жизней он не говорил об этом ни одному из братьев.              Тогда Хуа Чуаньшэн продолжил:              — Я слышал от девы Гу из ордена лекарей, что ты приходил за лекарственными травами. Она спросила меня о твоем состоянии, а я и не знал, что сказать, ведь был не в курсе. Поэтому ты перестал пользоваться мечом? Если это из-за техники Печати Девяти Небес, то…              — Брат, ты ошибаешься, — поспешил сказать Мастер Пика Небес. Он развернулся к Хуа Чуаньшэну, и его лицо смягчилось, а голос стал нежнее. — С этим глупым младшим братом все в порядке. Я лишь переживал о своем совершенствовании и решил проконсультироваться с лекарем. Вскоре я планирую посетить Пещеру Спокойствия для усмирения циркуляции духовной энергии. А в городе Белого Журавля меч мне не понадобится.              Хуа Чуаньшэн сомневался, отпускать ли брата, но не смог сопротивляться его воле, позволив отправиться на зов клана Шу.       

***

      Всю свою жизнь Цзинь Юй был поглощён борьбой, терзаемый дилеммой: спастись самому или победить демона, принявшего облик Ху Ланя. Он упустил из виду, что последние дни его существования как заклинателя могли быть наполнены умиротворением. Разве не в этом заключалась истинная судьба наставника — посвятить себя ученикам?              На пике его славы было четверо младших и одиннадцать старших учеников. Пятеро из них уже стояли на пороге завершения своего самосовершенствования, и скоро Цзинь Юй должен был проститься с одним из них, Линь Юйчэнем. Линь Юйчэнь приходился младшим братом Мастеру Пика Пурпурного Тумана, Линь Хао, одному из трёх владык горы Саньциншань. Когда Линь Юйчэня впервые представили к обучению на Пик Пурпурного Тумана, мальчик, в то время ещё совсем юный, отказался идти под начало своего брата, сам избрав своим наставником Цзинь Юя. Тогда Цзинь Юй был поражён витком судьбы. Линь Хао не стал настаивать, лишь попросил Цзинь Юя взять его брата в ученики. Не мог же он отказать брату по оружию, верно? И потому возлагал на Линь Юйчэня великие надежды, которые юноша оправдал безупречно. Можно было с уверенностью сказать, что он был лучшим учеником Цзинь Юя, и Мастер гордился им, словно собственным сыном.              Теперь же Цзинь Юй чувствовал, что ему следует уделить больше внимания младшим. А именно — Фэн Сяо, который походил на неукротимую бурю посреди песчаной пустыни. За ним требовался присмотр, ведь юный возраст ещё не позволял ему осознать всю жестокость заклинательского мира.              После обеда Цзинь Юй попросил Линь Юйчэня собрать провизию для пути до города Белого Журавля. Пока юноша спешно исполнял поручение учителя, Цзинь Юй удалился в свой домик. Собрав с десяток талисманов, он застыл, бросив взгляд на стену, где висел его меч.              «Быть может, старший брат был прав…»              Слова о том, что он подвергает себя опасности, не были пустым звуком. Хоть Мастер и был искушен в перерождениях, он не знал, сможет ли вернуться, если смерть настигнет его прежде, чем Ху Лань.              Выйдя из домика, Цзинь Юй завел руки за спину. Его длинный хвост тёмных волос покачивался в такт движениям. На поясе светлых одежд покоился Нефритовый меч в блестящих ножнах, чья тяжесть давно напоминала Мастеру о бремени прожитых лет.              Направляясь на поиски старшего ученика, он свернул к кухне, где, по его мнению, мог находиться Линь Юйчэнь. Едва он собрался войти, как до его слуха донёсся девичий голос из глубины помещения:              — Братец Линь, я не хочу об этом слышать! — говорила одна из учениц, Яо Ци. — Учитель не подвергает себя опасности, он просто настолько силен, что может не носить с собой меч!              — Сестра, меч — основа каждого заклинателя…              — Да, но наш учитель — не какой-то там заклинатель! — упрямо парировала девушка.              Линь Юйчэнь, казалось, не желал спорить, и, тихо вздохнув, ответил:              — Ты права, наш учитель — великий человек. Я просто… переживаю о нём, — в его голосе промелькнуло что-то, что заставило сердце Цзинь Юя сжаться. Он так и не вошёл, оставшись стоять за дверью кухни.              Если бы Линь Юйчэнь знал, что ждет духовный мир в будущем… Если бы Цзинь Юй смог обезопасить учеников, если бы он мог предотвратить раскол Врат Тьмы…              Но он не мог.              Фигура Мастера скрылась на тропинке, ведущей к вратам пика, где он решил дождаться Линь Юйчэня и Яо Ци. Отправляясь в город Белого Журавля, он не хотел подвергать опасности тех, кто шёл с ним. О себе он не беспокоился, поэтому меч, висящий на поясе, мог быть обнажен в случае угрозы Линь Юйчэню и Яо Ци.              Когда ученик и ученица предстали перед ним, первым делом Линь Юйчэнь, казалось, искренне удивился, увидев своего учителя с мечом на поясе. Яо Ци со смешком поддразнила своего старшего брата, но Цзинь Юй сохранил полное бесстрастие и повёл их вниз по лестнице, к подножию пика.              Там их встретил ещё один сюрприз: юноша с волосами, собранными в шишку, в синих одеждах и с зелёными глазами склонился в приветствии перед Мастером.              — Ученик из Пика Белого Лотоса Сюань Фэн приветствует Мастера Пика Небес, — произнес он, выпрямляясь и встречая удивлённые взгляды Цзинь Юя и двух других адептов, после чего поспешил объяснить: — Наш учитель Хуа отправил меня сопровождать вас до города Белого Журавля, — он неловко улыбнулся. — Разве учитель Хуа не сообщил вам?              — Не сообщил, — отозвался Цзинь Юй, с трудом сдерживая желание тяжело вздохнуть.              «Теперь он отправляет своего старшего ученика, чтобы тот следил за мной? Прекрасно, старший брат оправдал самого себя!»              На самом деле, Цзинь Юя это не особо задевало. Он прекрасно понимал чувства Хуа Чуаньшэна, но считал эту заботу излишней. В конце концов, Цзинь Юй ещё не растерял свой весь потенциал.              — Но что сделано, то сделано, — Мастер кивнул, проходя дальше, но задержавшись рядом с Сюань Фэном, чтобы осмотреть юношу. — Сюань Фэн, я надеюсь, ты будешь слушаться этого учителя.              — Непременно, — кивнул Сюань Фэн, поравнявшись с Линь Юйчэнем и Яо Ци.              К вечеру группа заклинателей добралась до города Белого Журавля — места, поразительно оживлённого, что вовсе не соответствовало тому, что слышал Цзинь Юй. Стоило им переступить через Центральные Врата, как перед ними раскинулись торговые лавки, едва освещённые фонарями, бросавшими мягкий свет на прохожих. Дети резвились во дворах и на площадях, старики продавали угощения, а юноши прогуливались в компании девушек. В Белом Журавле царили веселье и радость, вызывая восхищение, ведь именно здесь слагали легенды о Жёлтых Источниках, вратах в Преисподнюю.              Среди гуляк Белого Журавля это была лишь легенда, однако в мире духовного совершенствования — чистейшая правда.              — Учитель, мне снять комнаты на постоялом дворе? — спросил Линь Юйчэнь.              — Сними четыре комнаты, — согласился Цзинь Юй.              Когда группа заклинателей, о которых уже разносились сплетни по городу, заселилась, Цзинь Юй собрал учеников в своей комнате, куда хозяйка постоялого двора, по просьбе Линь Юйчэня, принесла горячий чай и кувшин вина.              В этом городе, несмотря на начало серии убийств, не было ничего необычного.              Цзинь Юй, не стесняясь, налил себе вина, сделал глоток из пиалы.              — Глава клана Шу отправил письмо в Байлянь-цзяо с просьбой о помощи, — начал Цзинь Юй, его вид был расслаблен, словно он говорил о погоде, а не о мольбе о помощи магически одарённого человека, не сумевшего справиться с нечистью. — В этом городе завёлся змей-оборотень, который уже убил четверых жителей. Что вы знаете о таких тварях? — задав вопрос, он остановил взгляд на учениках, погружённых в размышления.              Пока Сюань Фэн и Линь Юйчэнь пребывали погружёнными в думы, Яо Ци, сидевшая на циновке с прямой спиной, ответила:              — Учитель, это Яогуай. Змей-оборотень способен менять свой облик на человека, животного или даже предмет, чтобы запутать свою жертву, и в подходящий момент утащить её. Он вытягивает жизненную силу человека, оставляя на месте преступления труп.              — Молодец, Яо Ци, — похвалил её Цзинь Юй, но тут же добавил: — Однако змеи-оборотни не всегда причиняют вред людям. В редких случаях они могут помогать, наделяя мудростью или становясь союзниками.              — Учитель, — сказал Линь Юйчэнь, — вряд ли этот змей-оборотень из их числа.              Цзинь Юй встретился взглядом со своим учеником, задержав его, прежде чем спокойно ответить:              — Я с тобой согласен, но прежде всего, проверяйте все факты. Сегодня мы отправимся в поместье семьи Шу, чтобы расспросить главу клана о деталях. Этот дух, должно быть, очень силён, раз глава Шу не смог одолеть его. Тем более, держите в памяти тот факт, что именно здесь находятся Жёлтые Источники. Будьте бдительны, поняли меня?              Трое учеников, хоть и выглядели напряжённо, согласно кивнули словам учителя. Каждый из них знал, что Жёлтые Источники — опасное место, куда не совались ни люди, ни заклинатели. Глава союза Сию Хэй распорядился, чтобы за городом следил клан заклинателей, защищая простых людей от потенциальной опасности. Адепты клана Шу охраняли границу источников, не подпуская к ним жителей. Конечно, были и те, кто решал проститься с жизнью, погружаясь в глубины источников, но после соприкосновения с водой тело лишалось души. А бездушное тело становилось мощнейшим магнитом для демонических тварей, стремящихся завладеть им.              Цзинь Юй лишь надеялся, что его ученикам не придётся даже приближаться к Жёлтым Источникам.       

***

      Поместье семьи Шу не отличалось скромностью. Хоть Цзинь Юй и не имел чести познакомиться с главой клана, он знал, что Шу Вэнь — заклинатель могучий. Старейшина Сюэ в прошлом отзывался о нём весьма высоко, добавляя, что этот человек вскоре может достигнуть Бессмертия, отправившись в Небесные Чертоги.              Для Цзинь Юя же рассказы о Небесных Чертогах были лишь праздными беседами. Он никогда не стремился покорять небеса, уж тем более связываться с богами — не было в том нужды.              Однако Шу Вэнь, по всей видимости, лелеял именно такие мечты. Недалеко от владений клана возвышался скромный храм, открытый для всех горожан. Над его входом висела нефритовая табличка с именем божества: «Бог Войны Гуань-ди».              Цзинь Юй отвернулся от святилища, направляясь к поместью. Оттуда выбежала служанка, склонившись в поклоне перед заклинателями.              — Приветствую Бессмертного Мастера, — промолвила пожилая женщина. — Глава Шу ожидает вас в главном зале.              Цзинь Юй поклонился вместе с учениками, прося проводить их. На какое-то мгновение ему захотелось покинуть это место. Стены поместья пестрели изображениями богов. Эта вездесущая набожность казалась жуткой, что не ускользнуло от взгляда Сюань Фэна:              — У главы клана какая-то нездоровая любовь к божествам?              Цзинь Юй промолчал, но в разговор встрял Линь Юйчэнь:              — Может, он религиозный фанатик?              — Точно, — кивнул Сюань Фэн. — Ни в одном храме, что я видел, не найти столько изваяний небожителей.              — Он стремится к вознесению, — вмешалась Яо Ци. Юноши бросили на неё вопросительные взгляды. Девушка закатила глаза: — Глава Шу явно задабривает божеств, чтобы заручиться их благосклонностью. Во дворе даже целый храм возведен в честь Бога Войны Гуань-ди. Поклоняясь ему, он, должно быть, следует пути военачальника. Глава Шу, наверняка, очень сильный заклинатель.              Цзинь Юй сдержал усмешку. Яо Ци всегда отличалась проницательностью.              Линь Юйчэнь и Сюань Фэн смотрели на неё, не скрывая легкого удивления.              — Сестрица Яо, оказывается, очень умна, — искренне изрек Сюань Фэн.              Линь Юйчэнь бросил на него строгий взгляд, но прежде чем успел что-то сказать, Цзинь Юй спешно прервал их беседу:              — Мы на месте.              Старая служанка провела их в просторный зал, где их ждал глава клана Шу. Мужчина был утончён, хотя время оставило свой след на его лице. Его одеяние напоминало Цзинь Юю военную форму, на поясе висела сабля, а густые брови сдвинулись к переносице, словно он погрузился в глубокие раздумья.              — Мастера совершенствующиеся, глава Шу приветствует вас, — Шу Вэнь кивнул каждому гостю, приглашая за стол, чтобы предложить чай после долгого пути. — Надеюсь, ваш путь до города Белого Журавля был спокоен.              — Глава Шу, Мастер Цзинь Юй приветствует вас со своими учениками, — Цзинь Юй ответил поклоном, и ученики присоединились к нему. — Не стоит беспокоиться, глава. Мы добрались без происшествий.              Цзинь Юй уселся на циновку напротив главы Шу, ученики расположились по бокам. Пока молодая служанка готовила чай, Цзинь Юй, прикрыв рот рукавом, обратился к ней:              — Госпожа, этот Мастер бы сейчас выпил чего покрепче, нежели чай.              Девушка встретила его взгляд, смутилась и, кивнув, поспешила выполнить просьбу.              Линь Юйчэнь посмотрел на учителя с выражением, в котором смешались удивление и неодобрение. Тогда Цзинь Юй лениво пожал плечами:              — Разве я должен отказывать себе в удовольствии?              Глава клана, до этого наблюдавший за Мастером одной из великих духовных школ, вдруг расслабился и разразился раскатистым смехом, привлекшим всеобщее внимание.              — Прошу прощения, господа, — отсмеявшись, Шу Вэнь одарил их понимающей улыбкой. Суровость с его лица мгновенно исчезла. — Я полагал, что все Бессмертные Мастера отказались от спиртного, однако теперь вижу, что мы все с вами — из единой плоти и крови.              Любой другой мог бы оскорбиться, но Цзинь Юй, приняв пиалу с вином, склонил голову и посмотрел на главу Шу.              — Путь вина — это тоже путь добродетели, глава, — он сделал глоток, наслаждаясь терпким вкусом. — Думаю, мы закончили с приветствиями? Предлагаю перейти к сути вашей проблемы…              — Да, — Глава Шу сразу помрачнел. — После двух убийств змея-оборотня я собрал своих адептов, чтобы разобраться с демонической тварью. Однако в первую вылазку я потерял своего ученика… Тварь ускользала, исчезала и появлялась вновь. Три дня спустя была убита молодая девушка из семьи Ван. Её отец, не вынеся горя, покончил с собой. Тогда я отправил своего адепта на гору Саньциншань, чтобы просить о помощи.              Выслушав мужчину, Цзинь Юй вдруг поинтересовался:              — Было ли что-то странное в поведении змея-оборотня? Разве он не принимал чужие обличия, чтобы заманить жителей?              — Нет, — честно признался Шу Вэнь. — Эта тварь выглядела как огромная змея с двумя жёлтыми глазами. Перед рассветом она уползала вглубь леса, к водам Жёлтых Источников. Я выслеживал её, но та исчезала быстрее, чем я успевал её настигнуть.              Мастер задумался, делая ещё один глоток вина. Он прекрасно знал, как его старший брат одолел этого духа, имея при себе лишь собственный меч. Как оказалось, змей-оборотень, почувствовав почти божественную ауру заклинателя, пришёл за Хуа Чуаньшэном. Однако старший брат ожидал этого и смог заманить его в ловушку, лишить возможности двигаться, а после сразить мечом, предав змеиное тело огню.              — Каждое утро злой дух возвращается в преисподнюю через источники… — сорвался задумчивый шепот Мастера. Это настораживало, но он пока не собирался действовать импульсивно. Он отставил пиалу с вином, встретив взгляд главы клана. — Глава Шу, а что случилось с телами убитых? Их похоронили?              — А, да… На городском кладбище. Если надо, я проведу вас.              — Не стоит, — отказался от предложения Мастер, поднимаясь с циновки. Следом за ним поднялись и его ученики. — Я и адепты школы Байлянь-цзяо разберёмся с этой проблемой. А теперь, мы откланяемся. Благодарю за вино.              Мужчина проводил гостей до выхода, попрощался и скрылся в глубине поместья. Цзинь Юй не сомневался в том, что Хуа Чуаньшэн, когда занимался делом змея-оборотня, совершенно не вдавался в детали, а лишь устранил проблему. Это казалось весьма дальновидным решением. Цзинь Юя же жизнь научила не закрывать глаза даже на мельчайшие детали.              Покидая владения клана Шу, мужчину смутило лишь одно: дух беспрепятственно пересекал границу между мирами живых и мёртвых.