Тьмой ко мне вернувшийся

      Даже в непроглядной тьме, глубокой ночью, ни одна душа не поколебалась отправиться на кладбище. Сюань Фэн, чья рука не была привычна к столь мрачным делам, но кому доверили тяжелую лопату, собрался с духом и решил следовать за Мастером Цзинь Юем. Очевидно, юноша не готовился к подобным крайностям, в отличие от Линь Юйчэня и Яо Ци. Ученики Цзинь Юя знали: их учитель не ошибается, и если он ступает на такой путь, то таково его решение. В своем учителе они черпали непоколебимую уверенность.              Когда группа двинулась к городским воротам, к безмолвному пристанищу мертвых, Сюань Фэн, поравнявшись с Линь Юйчэнем, задался вопросом:              — Разве души усопших не осмелятся гневаться, если мы посягнем на их покой?              Но вместо него ответила Яо Ци, чьи слова были подобны холодному ветру:              — Они давно перешли черту. Души не смогут покинуть Преисподнюю, даже если бы захотели.              — Сестра права, — вторил ей Линь Юйчэнь. — И даже если среди них есть неупокоенная душа, разве это делается не ради того, чтобы разобраться со змеем-оборотнем?              Сюань Фэн же, устремив взгляд вперед, в спину Мастера Пика Небес, пытался постичь его сущность. Он видел Цзинь Юя лишь однажды, когда только прибыл в школу Байлянь-цзяо. В тот день, когда Мастер Хуа Чуаньшэн обратил на него свой взор, протянув руку, чтобы поднять маленького мальчика с колен, Сюань Фэн заметил рядом с будущим наставником и Цзинь Юя. Тот мужчина не взглянул на него, но его вид казался вымученным и безжизненным, словно он проходил через адские муки. Тогда маленький Сюань Фэн подумал, что не хотел бы оказаться на Пике Небес у этого человека, и, одарив Хуа Чуаньшэна светлой улыбкой, протянул ему руку, приветствуя своего первого наставника.              Много лет назад, еще до того, как Сюань Фэн начал свой путь в культивации, мастера Байлянь-цзяо столкнулись с закрытием Врат Тьмы. Об этом шептались повсюду, пока он не услышал, что Мастер Цзинь собственными руками отправил своего ученика в демонические земли, принеся его в жертву для запечатывания врат.              С годами юноша не осудил этого поступка, не питал ни страха, ни неприязни к духовному брату своего учителя, ведь не знал сути произошедшего. Возможно, это были лишь лживые обвинения, и Сюань Фэн забыл о тех слухах.              Теперь же он невольно вспомнил о том, о чем когда-то перешептывались заклинатели. Если этот человек с таким спокойствием мог раскапывать могилы, то, возможно, ему не составляло труда отправить своего ученика на смерть?              Взгляд Сюань Фэна скользнул по Линь Юйчэню и Яо Ци, и он ощутил исходящую от них уверенность — силу, которой невозможно не заразиться. Отношение адептов Пика Белого Лотоса к ученикам Пика Небес было теплым, поэтому он принял решение довериться им. Тем более, учитель Хуа, перед тем как отправить его к подножию горы, сказал: «Я знаю, что мой брат способен справиться с этим делом. Однако у него нестабильна циркуляция духовной энергии. Я не знаю, с чем это связано… Поэтому, Сюань Фэн, если что-то пойдет не так, пошли мне сигнал. Я тут же отправлюсь в город Белого Журавля».              Сюань Фэн не хотел глубоко вникать в дела Мастера Цзинь Юя, поэтому согласился лишь наблюдать и предупреждать своего учителя в случае опасности.              У самых ворот, ведущих в царство мертвых, Цзинь Юй остановился, изучая письмена, сдерживающие дух. Вдруг он спросил у учеников:              — Вы говорили, что на кладбище могилы охраняет адепт клана Шу?              — Да, — ответил Сюань Фэн. — Его зовут Сю Ин. Кажется, он сторожит это кладбище каждую ночь.              — Вы расспрашивали его о заклинании, которое сдерживает призраков?              — Нет, учитель, — Линь Юйчэнь покачал головой. — Он нам лишь рассказал о случившемся в Лесу Нечистоты и показал могилы.              Цзинь Юй кивнул, отстранился от надписей и, заведя руки за спину, прошел через ворота, осматривая кладбище. Он не ощущал озлобленной духовной энергии, и атмосфера здесь казалась ему спокойной. Несмотря на то, что здесь покоились люди, и многим это место могло показаться жутким, Цзинь Юй чувствовал себя умиротворенно. Он медленно шел, останавливаясь у могил, чтобы прочесть надписи, пока ученики следовали за ним, тихо переговариваясь.              Цзинь Юй размышлял о жертвах, о том, что змей-оборотень чередует энергии Инь и Ян, и пришел к выводу, что это лишь особенность его природы. Для разгадки тайны им не стоит зацикливаться на этом. Суть крылась в другом: в жертвах, которые, весьма вероятно, были учениками Шу Вэня, и в умершем сыне главы. Чтобы избежать недопонимания и разбирательств, Цзинь Юй отказался от мысли тревожить могилу Шу Чэнмина. Да и вряд ли он сможет поведать им о нападениях.              — Учитель, — Линь Юйчэнь подозвал его, чтобы указать на место захоронения жертв змея-оборотня. — Могилы Ван Юэ и Ван Хао — ближе всех.              Цзинь Юй, который уже шел позади учеников, внимательно слушал.              — Я могу предположить, — продолжил Юйчэнь, — что Ван Хао, отец Ван Юэ, тоже был убит змеем-оборотнем.              — Но глава Шу сказал нам, что отец этой девушки не выдержал горя и покончил с собой, — отозвался Сюань Фэн.              — Чтобы выяснить, правда ли это, нам нужно откопать могилу Ван Хао, — предложила Яо Ци, ее голос звучал уверенно и решительно.              Сюань Фэн взглянул на нее, и по телу пробежали мурашки. Даже сестра Яо была так храбра и уверена в себе! И говорила о раскопке могил так, словно это обыденное дело в их практике!              Цзинь Юй шел молча, считая, что его наставления здесь излишни. Он лишь наблюдал и оценивал, как его ученики справятся с этим, ибо в следующий раз, когда потребуется решать подобные сложные задачи, его рядом не будет. Линь Юйчэнь обладал тонким чувством энергии других существ, мог распознать любую тварь перед собой, поэтому для него не составляло труда даже охотиться на нечисть, что вызывало уважение в Цзинь Юе. Пусть с его братом, Линь Хао, Мастер Цзинь не поддерживал близких отношений, он знал, что и тот, как заклинатель, чувствовал нечисть и призраков. После того, как предыдущий Мастер Пика Пурпурного Тумана решил присоединиться к рядам небожителей, Линь Хао, как старший ученик пика, занял место наставника.              Яо Ци, девушка умная и проницательная, хоть и уступала Линь Юйчэню в силе духа, превосходила его в познаниях. Медицина, история, тайны иных миров — ничто не ускользало от её острого ума. О любой нечисти, что бродила по земле, она могла поведать, а о Небесных чертогах знала и того больше, чем сам Цзинь Юй — гордость Мастера.              Вскоре Линь Юйчэнь, остановившись у двух могил, произнес:              — Вот они. Ван Юэ и Ван Хао. — И указал рукой в сторону. — А здесь упокоены остальные трое.              Цзинь Юй кивнул, миновав захоронения Ван Юэ и Ван Хао, направился к могилам других учеников главы Шу. Приблизившись, он тут же оглянулся. Среди надгробий, словно сотканный из теней, стоял юноша.              Это был Сю Ин. Он с удивлением приподнял брови, встретив взгляд Мастера Цзинь Юя, и поприветствовал поклоном:              — Вероятно, вы — Мастер Пика Небес. Я — Сю Ин, страж этого кладбища.              Линь Юйчэнь и Сюань Фэн лишь кивнули, в то время как Яо Ци, с любопытством разглядывая юношу, вдруг ахнула.              — Приветствую тебя, ученик клана Шу, — отозвался Цзинь Юй, ответив на поклон кивком головы. Затем, взглянув на свою ученицу, добавил: — Яо Ци, приготовь талисманы.              Девушка замерла, погруженная в свои мысли, но, не отказываясь, бросила: «Да, учитель», и отошла в сторону, извлекая из складок одежд необходимые предметы. Пол её сиреневого платья трепетал на ветру, спина была прямой, подбородок гордо поднят. Сюань Фэн проводил ее взглядом, а затем снова обратил его на Сю Ина.              В душе ему было неловко. Стоять на кладбище с лопатой в руках, когда этот юноша-страж недавно говорил о недопустимости осквернения могил, было попросту стыдно. Что сказать, когда взгляд Сю Ина скользнул по его инструменту?              Цзинь Юй приступил к осмотру могил, а Линь Юйчэнь решил поговорить с Сю Ином, объясняя их намерения.              В ходе беседы было ясно, что юноша не одобряет их замысел, однако, когда Мастер Цзинь заверил, что не намерен раскапывать все подряд, выражение его лица смягчилось.              Вскоре явилась Яо Ци с талисманами, протягивая их учителю. Цзинь Юй с благодарностью принял их, одарив ученицу мягкой полуулыбкой. Поначалу он не собирался прибегать к помощи этих артефактов, но теперь был готов использовать все, что имелось в его распоряжении.              — А что это за талисманы? — поинтересовался Сюань Фэн, взглянув на предмет в руках Мастера.              — Талисманы Воззвания Души, — ответила Яо Ци.              — Воззвания Души? — Сюань Фэн, никогда прежде не слышавший о таких, был озадачен. Само название намекало на то, что Мастер будет взывать к душе, чтобы раскрыть тайны прошлого. Но разве Яо Ци не говорила, что душа и при желании не смогла бы вернуться в этот мир?              Цзинь Юй, обернувшись к юношам, увидел замешательство на лице Сюань Фэна и поспешил объяснить:              — Талисман не возвращает душу в этот мир. Мы увидим лишь отрывки прожитого. Техника его использования — авторская. Я сам её разработал, потому ты вряд ли о ней слышал. Однако Мастер Хуа неоднократно ею пользовался. Если будет интересно — обучишься потом. Сейчас же пора приступать.              Никто не возражал. Сюань Фэн, готовый к тому, что именно ему придётся взяться за лопату, осмотрел окрестности на предмет присутствия посторонних. Ему по-прежнему было крайне неловко.              — Надо решить, чей покой мы потревожим, — сказал Линь Юйчэнь, создавая духовные сферы для освещения и распределяя их по округу. — Девушку и юношу…              — Может, Шу И и Ли Юнь? — предложил Сюань Фэн.              Стоило ему произнести имя «Шу И», как Сю Ин, молча наблюдавший до этого, оказался рядом с его могильной плитой.              — Нет, не стоит… Это… — юноша коснулся надгробия, словно желая оградить это место от вторжения. В свете духовных шаров его лицо казалось испуганным, а зрачки дрожали, вызывая тревогу. Он стиснул зубы, когда все взгляды заклинателей обратились на него. Затем, словно набравшись смелости, сказал: — Не стоит… Шу И не хотел бы, чтобы кто-то раскапывал его могилу… Я знаю… он не хотел бы…              С каждым словом юный адепт опускал голову, словно боль отзывалась в каждом звуке, а руки начинали подрагивать.              Взгляд Мастера Цзинь Юя смягчился.              — Мы не станем тревожить его покой, — ответил Цзинь Юй. — Пойдем к Ван Юэ и Ван Хао.              Услышав это, Сю Ин с благодарностью поднял взгляд на мужчину и кивнул.              — Спасибо, Мастер Цзинь.              Цзинь Юй ничего не ответил, лишь подозвал адептов и направился к могилам отца и дочери. Изучив жизнь Ван Хао, они смогут яснее определить обстоятельства его смерти, а затем, возможно, и понять, как замешан в это глава Шу.       

***

      Могилы Вань Юэ и Вань Хао ничем не выделялись среди прочих. Сю Ин поведал, что у семьи Ван больше не осталось живых родственников, но были друзья, взявшие на себя заботы о погребении. Цзинь Юй мысленно призадумался: «Вот ведь есть на свете настоящие друзья, готовые упокоить души своих товарищей, несмотря ни на что». Он не знал, находил ли кто-нибудь его тело после каждой смерти. Был ли он похоронен? Или демон, принявший облик его ученика, избавился от тела? И что происходило с миром после смерти Мастера? Прежде Цзинь Юй об этом не задумывался, но сейчас любопытство грызло его изнутри. Возможно, ему не суждено было узнать ответы. Оставалось лишь двигаться дальше.              Могила Ван Хао была почти раскопана. Сюань Фэн, занятый этим делом, молчал. Линь Юйчэнь наблюдал за ним сверху, пока юноша орудовал лопатой в земле.              Яо Ци, присев на корточки, обратилась к Сюань Фэну:              — Эй, братец, может, нужна помощь? — её голос звенел, в нем слышались смешинки, ведь ей казалось это весьма забавным. Не каждый день им доводилось выходить на ловлю нечисти с учениками другого пика. Вряд ли другие адепты школы Байлянь-цзяо знали нрав их наставника и те крайние меры, на которые он мог пойти.              От неожиданного вопроса Сюань Фэн вздрогнул и с вымученным видом поднял взгляд на Яо Ци. Линь Юйчэнь, конечно, предлагал свою помощь в раскопках, но Сюань Фэн отказался, решив, что, раз он пришел сюда с адептами Пика Небес, ему не следует становиться для них обузой.              — Нет, — бросил Сюань Фэн, опуская взгляд обратно на разрытую землю под ногами. Он замахнулся лопатой, чтобы продолжить копать, и добавил: — Тут осталось-то совсем ничего!              Однако стоило ему вонзить лопату в землю, как железо уперлось во что-то твердое, и раздался глухой стук. Сюань Фэн, перепугавшись до чертиков, упал на землю и вскрикнул, привлекая внимание остальных.              — Ну, наконец-то, — послышался голос Линь Юйчэня, и он спрыгнул прямо в раскопанную яму. Взяв лопату, он быстро освободил гроб от земли.              Цзинь Юй, до этого прогуливавшийся по кладбищу, подошел к ученикам и бросил взгляд на Линь Юйчэня, пока Сюань Фэн пытался выбраться из могилы. Яо Ци любезно протянула ему руку, но в её глазах явственно читалось сдерживаемое веселье.              — Всё хорошо? — Мастер обратился к своему ученику.              — Да, осталось достать тело…              Произнеся это, Юйчэнь выбрался следом за Сюань Фэном, вставая рядом с ним. Цзинь Юй опустился в могилу, присел и прощупал искусно смастеренный гроб. Сложив правую руку в печати, подогнув мизинец и безымянный палец, он прикрыл глаза, концентрируя духовную энергию в указательном и среднем пальцах. Мгновение спустя Мастер приложил руку к крышке гроба и высвободил духовную энергию. По крышке тут же пробежало светлое сияние, приподняв ее ровно настолько, чтобы заглянуть внутрь.              — Здесь есть трупная энергия, я успел запечатать её в гробу, чтобы она не начала распространяться, — объяснил Цзинь Юй, открывая ящик и заглядывая внутрь.              Тело в деревянном ящике уже покрылось трупными пятнами, посерело, и, честно говоря, запах разложения был весьма ощутим. Не брезгуя, мужчина поднял ледяное тело, и одним прыжком преодолел расстояние, оказавшись на ровной земле. Уложив тело в заранее подготовленный магический круг, он посмотрел на учеников.              Сюань Фэн был ошеломлен, но промолчал, лишь бросив взгляд на гроб, в котором и вправду можно было заметить трупную энергию, сдерживаемую едва заметной глазу духовной силой, словно защитной пленкой по краям.              — Займитесь могилой Ван Юэ, я проверю тело Ван Хао, — сказал Цзинь Юй, и двое учеников поспешили к соседней могиле, начиная копать.              Яо Ци нагнулась над телом Ван Хао, осматривая его лицо и состояние, которое казалось предельно истощенным, словно сухой фрукт.              По словам Шу Вэня, этот человек покончил с собой, однако ни Цзинь Юй, ни Яо Ци не заметили никаких ран или отметин на теле мужчины. Кроме одной-единственной…              — Учитель, его убил змей-оборотень, — отозвалась Яо Ци, держа ворот похоронного одеяния раскрытым и демонстрируя отметину, опоясывающую шею и переходящую на все тело мужчины, будто кто-то пытался задушить его, обвив вокруг.              — Да, он — последняя жертва, — подтвердил Цзинь Юй. — Но тогда глава Шу соврал нам…              — Учитель Шу не рассказал вам об этом? — вмешался появившийся Сю Ин, опираясь на одну из могил покойника. — Странно… — юноша хмыкнул, словно о чем-то глубоко задумавшись.              — Сю Ин, — подал голос Мастер Цзинь. — Глава Шу сообщил нам, что после второго нападения змея-оборотня он собрал своих адептов для его уничтожения. Тогда был убит его ученик… Ты ведь был там?              Сю Ин, бросив взгляд на Мастера, замер, словно эта информация ввела его в легкий транс. Он не двигался, не произносил ни слова, смотрел перед собой, будто был чем-то перегружен. Но Цзинь Юй не торопился, он стоял в ожидании, пока юноша вспомнит тот день и поведает Мастеру о произошедшем.              Вечность, казалось, пронеслась, прежде чем Сю Ин нарушил молчание:              — Я… был там. Шу И — так звали того ученика — не смог уйти вовремя, и эта тварь… поглотила его энергию. Дальше… я плохо помню, что происходило, но змея-оборотня так и не уничтожили.              Шепот юноши звучал надтреснуто, словно каждое слово вырывалось из него с невыносимой болью. Он больше не опирался на надгробный камень, а стоял прямо; сжатые в кулаки пальцы едва заметно подрагивали. В его голосе Цзинь Юй услышал отголосок собственной скорби, когда-то потерявшего нечто самое дорогое.              Отогнав собственную тень прошлого, Цзинь Юй спросил:              — Все убитые, кроме Ван Хао, обучались у Шу Вэня, я верно понимаю?              Лицо Сю Ина вздрогнуло, словно секрет его жизни был раскрыт. Взгляд, которым он одарил Мастера, стал извиняющимся:              — А… это… Да, вы правы. Все убитые были учениками глав Шу. Но после той Ночной охоты в Лесу Нечистоты, они покинули клан. Все, кроме Шу И. Глава Шу усыновил его, но не смог уберечь ни своего сына, ни Шу И…              — Когда умер Шу Чэнмин, — продолжил допрос Мастер Цзинь, — все погибшие были свидетелями?              Сю Ин напрягся, его лицо залилось краской, губы задрожали так сильно, что Яо Ци, всё это время наблюдавшая за ним, встревожилась:              — Братец Сю, с тобой всё хорошо? — девушка сделала невольный шаг к юноше, но тот отшатнулся. Его рот открывался и закрывался, словно он пытался что-то сказать, но слова не шли.              Мастер Цзинь нахмурился, предчувствуя, что такое поведение — предвестник чего-то недоброго.              — Сю Ин, всё хорошо, — заверил его Цзинь Юй, подойдя ближе и закрывая собой свою ученицу. — Не говори, если не можешь. Ты поведал нам достаточно.              Адепт клана Шу схватился за голову, из его горла вырвалось невразумительное мычание, привлекая внимание Линь Юйчэня и Сюань Фэна.              — Мастер… я… не могу, — прохрипел юноша, его колени подогнулись, и из груди вырвался всхлип.              Этот всхлип, прокатившийся по земле мёртвых, казался поистине ужасающим, но в нём было столько горя, столько боли и несправедливости, что все живые на кладбище замерли.              — Я хотел… спасти его… хотел помочь, но не мог, — он всхлипывал, словно его душа была изранена тысячами мечей. Вскоре его всхлипывания переросли в настоящие рыдания, от которых бы ужаснулся и мёртвый. — Шу Чэнмин… это должен был быть я… не ты. Чэнмин…              — Послушай, — Цзинь Юй опустился на колено перед юношей, но не посмел его тронуть. — Ты не виноват в смерти Шу Чэнмина. Никто не может предвидеть, кому уготована смерть сегодня, а кому — завтра. Сегодня этот Мастер говорит с тобой о твоем друге, а завтра этого Мастера уже не будет в живых. И разве ты виноват в том, что жизнь этого Мастера оборвётся завтра? Мог ли ты предвидеть это? Мы живем в мире, где баланс добра и зла колеблется на грани, и если зло завтра вырвется на свободу, виновато ли добро в этом? Не лей слезы по мёртвому человеку, ведь жалеть нужно живых. Мёртвым слезы не помогут.              Сю Ин поднял глаза на мужчину. Слова, слетевшие с губ Цзинь Юя, на время уняли его скорбь. Мужчина мягко улыбнулся адепту, поднимаясь с колена. Пока он говорил, ни одна душа не смела перебить или даже пошевелиться, боясь потревожить столь драгоценные слова.              Однако когда Мастер Цзинь обернулся к другим адептам, Линь Юйчэнь, прокашлявшись, толкнул Сюань Фэна в плечо, и тот продолжил копать, но теперь с ещё большей уверенностью и яростью.              Не прошло и часа, как они извлекли второе тело и уложили его рядом с телом Ван Хао. Цзинь Юй осмотрел тело молодой девушки, которой на вид должно было быть не меньше семнадцати лет, однако кожа иссохла так, что теперь на первый взгляд её возраст определить было невозможно. Кроме одной отметины, такой же, как на теле Ван Хао, увечий на теле не обнаружилось. Тело девы Ван опоясывали следы, поэтому Цзинь Юй убедился: чтобы убить человека, змею-оборотню необходимо окольцевать жертву так, чтобы она не смогла выбраться.              Адепты рассредоточились по периметру магического круга, пока Мастер Пика Небес проверял остаточную энергию в теле. Он прижал ладони к месту сосредоточения энергии Инь и Ян на теле жертв, обводя их, чтобы составить заключение о причине смерти.              — Вы были правы, — выдохнул Мастер, убирая руки с трупов. Он подготовил два талисмана Воззвания Души, наполнил их своей духовной энергией и наложил на тела, готовясь к следующему этапу. — В теле Ван Юэ отсутствует энергия Инь, а в теле Ван Хао — энергия Ян. Змей-оборотень питается поочерёдно, но, вероятнее всего, это особенность его природы. На этом мы не будем акцентировать внимание. Куда важнее — узнать, по какой причине Ван Хао стал ещё одной жертвой.       Автору есть, что сказать:       Хоть эта история пишется из-за Цзинь Юя и Ху Ланя, и пока последний не спешит показываться на сцене, я наслаждаюсь любыми взаимодействиями Линь Юйчэня и Сюань Фэна ( ´ ∀ )ノ～ ♡!       Фэн-эр, расскажи о своих впечатлениях в компании адептов Пика Небес!       Сюань Фэн: «Учитель меня не предупреждал об этом! Могилы! Мы копаем могилы!»       На самом деле Сюань Фэн хороший и добрый мальчик, очень умный и прилежный. Он — гордость Хуа Чуаньшэна. Но его натура может не выдержать методов Мастера Цзинь Юя.       Линь Юйчэнь: «Методы нашего учителя очень практичны. Брату Сюань не о чем беспокоиться».       Сюань Фэн: «…»       Линь Юйчэнь: «Брат Сюань может спрятаться за спину сестрицы Яо».       Сюань Фэн: «…»       Линь Юйчэнь: «Сестрица Яо очень сильная и бесстрашная».       Сюань Фэн: «Я ухожу!»       Яо Ци: «Брат Сюань, лопату не забудь. Ещё пригодится».       Сюань Фэн: «Я УХОЖУ НАВСЕГДА!»       А Мастер Цзинь тем временем пил вино в сторонке и делал вид, что не слышит.