Дорога в лучший мир

      Хёнджин жалеет о том, что не пристёгнут. Приходится вцепиться руками в переднее кресло, ведь водитель начинает вилять по всей дороге, пытаясь не попасть под пули. У Минхо срабатывает ремень безопасности, но он всё равно впивается пальцами в своё сиденье. Внешне его лицо остаётся безразличным, но видно, как он становится напряжён.       Эта дорога должна быть безопасной. У них нет никаких средств связи с внешним миром, ведь им нельзя выдавать своё местоположение, чтобы внеплановая проверка на мутацию от начальства не нагрянула в один из посёлков, где им нужно волонтёрить по официальным данным. Родители позаботятся о том, чтобы данные о гене в нужных местах были поставлены вовремя, но если сверху узнают, что их нет на месте, то им конец.       Разумеется, Минхо в панике. Кому захочется умирать из-за того, что его нелюбимый супруг мутант? Минхо здесь совсем не причём, а ему всё равно приходится рисковать не только статусом и карьерой, но теперь ещё и жизнью. Хёнджин ненавидит себя за то, что посмел сравнить эту недельную поездку со свадебным путешествием.       Хёнджин боится хоть как-то показаться из-за сидения, чтобы не попасть под пули, так что не может увидеть, кто их атакует и близко ли городишко.       – Кто-то из вас владеет оружием? – кричит водитель.       Они оба. Но никто из них не собирается подставляться под огонь в попытке попасть хоть куда-то.       – Я не могу стрелять, пока за рулём. Их не так много, – делает ещё одну попытку водитель.       – Где пистолет? – севшим голосом спрашивает Минхо, пытаясь выглянуть в окно, не опуская стекла.       – Ты сдурел? Не высовывайся, – шипит на него Хёнджин. Быть не может. Неужели Минхо печётся не только о своей шкуре?       – Если его застрелят, то нам точно конец, – отчеканивает Минхо. И он прав. Но Хван знает, что тот чертовски умён. Ему проще позволить водителю умереть и подставить Хёнджина, чем рисковать ради… них всех?       – С каких пор ты думаешь о “нас”? – на повышенным тоне, выкрикивает Хёнджин, протягивая руку к мужу, но так и не хватает его за рукав, позволяя вынырнуть в окно.       Хван чувствует, как его бросает в холод, а затем требует у Бан Чана ещё один пистолет. Минхо на это никак не реагирует. Значит, не против. А может, и не слышит уже ничего из-за выстрелов.       Машину резко заносит, Хёнджин едва успевает вцепиться в Минхо, чтобы тот не выпал в окно. Пуля проходится по левому зеркалу дальнего вида. Хван продолжает исправно держать своего мужа, пока тот старательно делает редкие выстрелы. Хёнджин не верит, что это может хоть как-то помочь, ведь по ним конкретно так палят. Подозрительно лишь то, что машина относительно целая, словно кто-то просто веселится, а не имеет конкретной цели их убить. Неужели мутанты? Но даже для них это не свойственно. Принято считать, что они разрушают всё на своём пути, охваченные приступом гневом. Никто из них не растягивает удовольствие.       При первой же возможности, Бан Чан сворачивает с эстакады на просёлочную дорогу. Они въедут в город другим путём. Выстрелы до них доносятся, хоть погони не видно. Что же это, чёрт возьми, такое было?       – Все целы? – водитель опережает Хёнджина и не озвученное беспокойство остаётся сидеть комом в горле, – первая помощь никому не нужна?       – Порядок, – хладнокровно отвечает Минхо, но Хёнджин видит его бледнющее лицо и дрожащие пальцы.       Имеет ли он право коснуться? Хван осторожно накрывает ладони своего мужа, тот обращает на него свой взор. Вместо привычного уставшего взгляда, на него смотрит испуганный молодой человек. Пара мгновений и он отворачивается, высвобождая свои руки из ладоней Хёнджина.       – Есть идеи, кто это был? – спрашивает Минхо. Его голос звучит вполне нормально.       – Может, успели прознать, что мы отправляемся добровольцами в пригород? – единственный, с кем Хёнджин обговоривал волонтёрство помимо родителей, был директор Пак. Тот и сам прекрасно понимает, почему информацию подобного рода нужно держать в секрете. Доверять ему можно: всё-таки учёные на вес золота, особенно в сфере, связанной с генетикой и непосредственно с геном МАОА.       – Тогда это не мутанты. Они бы не стали стрелять, – делает вывод Минхо. Скорее всего он прав.       Мутантам нет смысла убивать тех, кто может раздобыть или даже создать препарат, что позволит им жить в обществе. Неужели кто-то из коллег?       – Завёл себе подружку и та решила от меня избавиться, чтобы выскочить за тебя? – цокает языком Хван. При водителе из простого народа, которому хорошо заплатили, он может позволить себе подобную колкость. Только с каких пор он говорит подобное вслух? Даже в их доме он всегда молчал, не позволяя себе подобного.       – Может, это у тебя подружка? Или ты по парням? – парирует Минхо. Чёрт, они настолько далеки друг от друга, что даже предпочтений не обсуждали своих. У них попросту не было выбора. Но Минхо же не может быть..? У Хёнджина должен быть хоть какой-то шанс!       – Я торчу в лаборатории двадцать часов в сутки, а остальные четыре в конференц-зале на заседаниях, лекциях и презентациях. У меня нет времени на измены, – закатывает глаза Хван. Желания у него тоже не имеется. Ему хочется именно своего мужа, только сказать об этом он не может. Его отошьют. – У меня и на еду-то времени нет.       – Не поверишь, та же ситуация. Хотя на днях я спалил тебя за нашим обеденным столом дома. Мне даже пришлось присоединиться к твоей трапезе. Знаешь же, что мне больше нравится есть вне дома.       – Ты знаешь причину, – холодно отвечает Хёнджин, сглатывая подступивший комок. Они едят вместе, когда нуждаются в серьёзном разговоре или когда их вдруг навещают родители. Когда-то обедали вместе ещё и по выходным, но эта привычка вскоре сошла на нет. И не потому что Минхо нравится есть вне дома, а потому что ему не нравится находиться рядом с Хёнджином лишний раз.       – Не хочу прерывать ваш мозговой штурм, – водитель прочищает горло, прежде чем начать говорить, – мы въезжаем в посёлок.       Супруги действительно замолкают и обращают своё внимание на вид за окном. Вокруг ни души. Даже птиц не видно. Город словно вымер в одно мгновение. Их не могли отправить по опасной дороге или тем более через захваченную мутантами территорию! Где прячутся люди? Как их найти?       – Предлагаю оставить машину и поискать убежище пешком. К счастью, провизия на экстренный случай имеется, – сообщает водитель. Что ж, теперь основные решения за ним. Раз родители выбрали его, значит, он может достаточно хорошо позаботиться о них в любой экстренной ситуации.       Они берут с собой только самое необходимое: сменную одежду в одном экземпляре, три спальных мешка и провизию. Самым логичным кажется разделиться, но ситуация вынуждает перемещаться втроём, чтобы не угодить в лапы нападавших или кого-то ещё. В это время деревни и маленькие города вроде этого осождают только мутанты. Странно, что это ещё не дошло до правительства, если только они не решили закрыть глаза, раз уж в подобных местах обитают только бесполезные бедняки.       Глядя на иногда распахнутые двери и очень часто открытые форточки, можно понять, что люди эвакуировались в спешке. Может быть, им дали фору? Тогда они не в убежище, а где-то у своих родственников. Лучше для местных, тяжелее для Хванов и их временного водителя-телохранителя.       Мелкими перебежками они добираются до дома с открытой дверью, чтобы не пришлось ничего взламывать. Они специально выбрали здание, чтобы ближайший супермаркет находился в парочке зданий, чтобы было не так очевидно. Вылазка не будет слишком долгой, а если их будут искать, то начнут с самого центра, где находятся все крупные магазины. У заложников будет шанс заметить переполох. Разумеется, караулить будет не только Бан Чан.       Первым в дом входит водитель. Осмотревшись, он подаёт сигнал, после которого Хваны заходят следом. Постепенно они осматривают весь дом. Хёнджин расслабляется, потеряв бдительность. Вряд ли в последней комнате они найдут что-то особенное.       Хёнджин идёт в конце вереницы, поэтому влетает в спину Минхо, когда тот перед ним резко тормозит. Отсюда не видно, почему шедшие перед ним молодые люди подняли руки вверх, поэтому Хёнджин с любопытством высовается из-за их спин. Его лицо тут же берут на прицел.       – Вы мутанты? – спрашивает незнакомый парень. Он выглядит так, словно он только что крепко спал: весь помятый и взъерошенный, однако взгляд его наполнен решимостью. Неужели он житель этого дома? Не успел сбежать?       – Нет, мы просто проезжали мимо, – вполне честно отвечает Бан Чан. Их конечным пунктом не был этот посёлок. Им нужно было проехать ещё дальше. – Мы попали под обстрел, а потом решили передохнуть здесь, прежде чем продолжить путь.       – А как нам узнать, что ты не мутант? – встревает Минхо. Ну конечно, нельзя же промолчать. – Все местные явно бежали отсюда.       – Здесь я задаю вопросы, – парень потряхивает пистолетом в доказательство, а сам он заходится в усмешке, – просто поверьте на слово. Я тоже был проездом с друзьями. Смыться успел только я. Я не настолько безрассуден, чтобы пытаться покинуть город в одиночку.       Если этот парень говорит правду, то ему действительно проще дождаться какой-то помощи, либо пока мутанты покинут этот посёлок. Он обладает оружием, но в нынешнее время мужчины предпочитают не использовать его: первое убийство может подкосить психику и привести к мутации. Никто не хочет себе такой участи. Так что даже владея навыками стрельбы, все предпочитают рукопашный бой, чтобы лишить противника сознания, но не покалечить.       – А тебе мы должны доказать, получается? – выгибает бровь Минхо. Кажется, знает, что стрелять в него вряд ли будут, так что и позволяет себе нагловатый тон.       Хёнджина это нервирует. Подобрал ли этот парнишка пистолет здесь или он был у него с собой? Второе даёт откровенный намёк на то, что он может оказаться мутантом. Предъявить они за это не могут: у каждого по пистолету. Самый безопасный для них вариант – мирно разойтись каждый своей дорогой. Парень же явно предпочтёт вцепиться в них, чтобы увеличить шансы выбраться на свободу и остаться в живых.       – Меня только этот мужик смущает, – незнакомец наводит дуло прямо на Бан Чана, – а вас двоих я знаю. Кто ж не знает? Звёзды телевидения. Сыновья гениальных врачей, сулящие великое будущее медицине. Образцовые супруги. Ха, не вижу, чтобы вы тряслись друг за друга сейчас.       Хваны цокают языками одновременно. Не сговариваясь, включают игру. Хёнджин вцепляется в локоть Минхо, чуть расширяя веки и сжимая челюсть, словно смертельно перепуган. Минхо же заслоняет собой своего мужа, подставляя себя под наведённый пистолет.       – Лучше? – спрашивает Минхо. Его голос никак не меняется, оставаясь таким же равнодушным.       Незнакомец начинает хохотать и наконец опускает пистолет. “Образцовые супруги” тут же отстраняются друг от друга. Хёнджину становится тошно. Странно, что этот человек знает их. Они, конечно, публичные личности, но учёными мало, кто интересуется. Спортсменами, актёрами – да. А учёные, как художники. Их лиц никто не помнит, только труды да картины. Да и появляются Хваны обычно только на заумных передачах и пару раз мелькали в новостях. Даже крупным планом их не показывали, тем более вместе.       Даже если выявление мутаций – из повседневность, люди всё равно не слишком интересуются генетикой. Например, возьми любого зеваку из толпы и спроси: почему опасность представляют только мужчины? Никто ведь не ответит или сболтнёт ерунду, мол, ген МАОА бывает только у мужчин. А на самом-то деле он находится в X-хромосоме, так что если ген мутирует у женщины, то его работа не нарушается. А вот обладателям всего одной X-хромосомы повезло меньше, ведь компенсировать уже нечем, поэтому они гораздо чаще становятся склонны к агрессии и насилию.       – Меня Хан Джисоном звать, – парень протягивает руку всем троим по очереди, – вы мне поможете выбраться? Обещаю, не рассказывать ваш небольшой секрет.       – Какой ещё секрет? – выпаливает Хёнджин слишком резко. Минхо пуляет в него уничижающий взгляд. Приходится быстро исправляться. – Тебе всё равно никто не поверит, что у нас всё так.       Хан смеётся снова.       – А ты случайно не влюблён в него по-настоящему?       – А что, так хочется увести моего муженька? – язвит Хёнджин. Минхо этого не сделает. Он не будет изменять. Брак связывает их, если и не навсегда, то по крайней мере до смерти его родителей.       – Прекратите молоть чепуху, – отрезает Минхо, – давайте лучше составим план действий.       Хёнджин цокает языком. С каких пор Минхо здесь главный? Они вместе должны принять решение, но тот ведёт себя так словно все согласны объединиться с этой подозрительной личностью. Приходится отойти со своим мужем на пару слов. Шёпот выходит слишком громким и агрессивным.       Минхо явно знает, что нравится Хёнджину. Пару фразочек о том, что Хан может быть полезен и что они могут использовать его как наживку, и пара ненавязчивых прикосновений. И вот, Хван уже готовый. Он сверлит нового члена их маленького отряда убийственным взглядом, но не говорит ему ни слова, пока Минхо приветствует его.       Будь ты проклят, Хван Минхо.