За день до первого экзамена

(29 сентября, понедельник) Алиса на корточках сидит возле кабинета химии, облокотившись на стенку. В наушниках играет какая-то музыка, она не вслушивается. Два дня назад обратно уехал отец, мама пошла его провожать и до сих пор не вернулась, а у Алисы наконец-то появился душевный покой, впервые за весь этот месяц. Тишина в квартире стала её естественным спутником по жизни, и когда её нарушали внезапные нашествия отца и матери, становилось неприятно. Но теперь снова тихо, снова можно услышать своё собственное дыхание и остаться один на один со своими мыслями. Сейчас придёт Анна Сергеевна, они поболтают, порешают химию, возможно, попьют чай и разойдутся по домам. Последние пару уроков отношения между ними стали намного лучше. Алиса даже может позволить себе спросить какие-нибудь личные вопросы, не относящиеся к химии. Анна Сергеевна после того случая с обмороком стала ещё более чутко относиться к Алисе, ещё больше заботиться, ещё больше переживать. Тогда классная страшно извелась и очень искренне просила прощения: говорила, что такое больше никогда не повторится, что теперь она будет следить за Алисой ещё больше, что глаз не спустит с бедной непутёвой ученицы. Правда, искренне и долго просила прощения за свою злость и «замыленные» агрессией глаза. Друзья сначала отнеслись очень скептически, говорили Алисе прекратить так безбожно доверять Анне Сергеевне. Надя говорила вообще больше ничего не рассказывать про родителей, если она не хочет повторения «той» ситуации. Но Алиса продолжала ходить к классной, заниматься и медленно привыкать к её бесконечному присутствию в своей жизни. – Счастье, ты чего на полу сидишь? – перед её лицом возникла фигура в тёмно-красной рубашке и корсете. – Заходи, Лисонька. Алиса вынула наушники из ушей, выключила музыку и подняла тяжёлый взгляд: она сегодня совсем не выспалась, знаете, целую ночь смотреть сериалы – дело сложное, а потом ещё и плакать из-за этих сериалов. – Ты чего так на меня смотришь? – спросила Анна Сергеевна, уже открыв кабинет и обернувшись посмотреть, почему Алиса до сих пор не встала. Ученица ловко, в одно движение поднялась на ноги, слегка пошатнулась и зашла в кабинет. – Ты как себя чувствуешь, чего-нибудь хочешь? – Не знаю, – хрипло прошептала Алиса. Она действительно не знала: что-то слишком пусто было, как-то всё не то, чего-то ей не хватало. В её доме стало тихо, больше не было слышно шума от отца и матери, зато стало слишком хорошо слышно себя. – Что с голосом? Ты простыла? – Анна Сергеевна уже подошла к чайнику. – Нет, всё в порядке. Я ничего не хочу, давайте заниматься. Анна Сергеевна странно на неё посмотрела, но отказывать заниматься, когда попросила сама Алиса, не стала. Про домашнее уже и не спрашивала, уже и не задавала даже – какой смысл, если Алиса его не делает. Они заканчивали курс восьмого класса по химии. Алиса запоминала всё быстро: с памятью у неё проблем не было, с головой тоже. Поэтому освоить азы химии для неё не составило большого труда. Самой большой сложностью было заставить себя делать хоть что-то спустя года. Педагог дала упражнения на базовые реакции, и пока Алиса села их решать, Анна Сергеевна села заполнять журнал и думать. Последнюю неделю она очень активно пыталась понять, почему Алиса такая. Почему эта её лисонька настолько плохо учится и такая лентяйка, почему потенциально сильный ребёнок ничего не делает и предпочитает нормальному будущему гробить своё здоровье и в целом жизнь. Алиса была необычной. Немного шустрая, громкая, резкая на язвительные комментарии и нецензурные словечки – её было слышно за километр. Это же Маркова! Маркова, которая стала занозой для всей школы, а выгнать не могли, да и не хотели. Мучали администрацию, учителей. Эта Маркова, которая курит за школой и ругается, потому что считает, что не появляться в школе три дня подряд без причины – это нормально. Но когда эта же Маркова спала у неё на последней парте в кабинете или обнажала свои побитые руки, уже не было так смешно. Она уже вроде и не раздражала даже, а становилось её так ужасно жаль. Вот Алиса портит и срывает всем учителям уроки, а вот просит разрешения посидеть в кабинете ещё чуточку, лишь бы не идти домой. Алиса молчала, ничего не говорила на эти темы и всегда улыбалась, чем сбивала Анну Сергеевну с толку ещё больше. Было сложно понять, почему эта девочка такая. Хотелось, но было сложно. Алиса сама не раскрывалась, могла что-то спрашивать у Анны Сергеевны, а вот про себя говорить не любила. Сейчас лисонька сидит сама не своя, бледная, вялая, но никогда не расскажет, что с ней и нужна ли ей помощь. После занятия улыбнётся, скажет что-то глупое и убежит. А Анне Сергеевне потом гадай: она убежала гулять с друзьями или получать новые побои. Закончила тест Алиса довольно быстро, они разобрали основные ошибки, которые продолжали появляться в достаточном количестве. Но мучить девочку педагог не стала, позанимались они буквально сорок минут. – В среду я проведу у тебя тест по всему, что мы изучили. Подготовься, пожалуйста. Алиса кивнула, прикрыла глаза на мгновение и снова захлопала ими. – Анна Сергеевна, как у вас дела? – спросила ученица и улыбнулась. Анна Сергеевна опешила, у неё слегка округлились глаза, и она вскинула брови. – Счастье моё, с каких пор тебя это интересует? – Просто хотела спросить. Что, я уже у любимого учителя поинтересоваться, как дела, не могу? У Оксаны Семёновны я всегда спрашиваю. Анна Сергеевна знала про некую особую связь учителя биологии и её ученицы. Их иногда можно было вместе встретить в коридоре, и Оксана Семёновна – одна из немногих, кто никогда не жаловался на Алису. Но в их связь Анна Сергеевна никогда не углублялась, а сейчас стало интересно, что связывает хулиганку и педагога. На этот вопрос Алиса ответила быстро и легко, непринуждённо, с лисьей, присущей только ей улыбкой: – Я упала в обморок на первом же её уроке, так и познакомились. А после просто как-то стали близки. Ей меня жалко, что-то вроде того. – Она закатила глаза. – А вы так и не ответили на мой вопрос. – Она снова улыбнулась. Анна Сергеевна задумалась: «А могли ли у них сложиться с Алисой дружеские отношения? В обморок она тоже в первый же день упала, а теперь ведёт тут какие-никакие беседы». Мысль о дружбе с ученицей почему-то приятно расползалась по телу мурашками. Это было бы здорово, подумала Анна Сергеевна. Хотя, кажется, зачем ей водиться со своей подопечной? Но хотелось узнать её поближе, просто быть ближе к подросткам, наверно? Учительница не заметила, что уже секунд десять не отвечает Алисе на её вопрос. – Ладно, Анна Сергеевна, на мои вопросы вы отвечать не хотите, а я не горю желанием отвечать на ваши. – Ученица сделала лёгкий реверанс. – До свидания. И вышла из кабинета, оставив за собой шлейф чего-то тёплого и пряного, а возможно, и дружелюбного. *** (3 октября, пятница) Алиса хмурилась от несправедливости сего бытия. И почему ей поставили двойку по математике? Подумаешь, сухарики ела – она же даже никому не мешала, старалась не шуршать. Рабочая неделя прошла очень быстро, шустро. За временем ученица не успевала гнаться, а оно неумолимо приближалось к такой важной дате в жизни Алисы – к дню перед первым экзаменом. Всё это время Алиса не задумывалась о том, как будет реализовывать свой план в жизнь, как именно сделает это. Повесится? Или просто спрыгнет с крыши? Или скушает каких-нибудь таблеток? А что напишет в предсмертной записке, кому её посвятит? Эти мысли тяжёлым комом ложились на и так вечно больную голову Алисы и скатывались в один большой, тугой клубок, который вечно маячил перед глазами, теперь так близко и явно. Но теперь в этот клубок вплетались новые ниточки – ниточки, которые кричали об Анне Сергеевне. Она же будет себя винить, а Алисе этого бы не хотелось. Вообще не хотелось, чтобы хоть кто-нибудь винил себя в этом. Это решение самой Алисы, спланированное уже очень давно. Может, об этом и написать в записке. Какие тяжёлые мысли её преследуют возле кабинета химии! Её снова ждала Анна Сергеевна, и думать об идеях самоубийства сейчас было не самое лучшее время и место. – Здравствуйте, – Алиса зашла в холодный кабинет. Анна Сергеевна сидела, сгорбившись над бумагами. – Привет, Лисёна. Холодно? Я сейчас закрою окно. Проходи, садись. Я твою самостоятельную проверила, будем делать разбор полётов. Педагог прикрыла форточку, оградив Алису от морозного октябрьского воздуха. Как только ей не холодно сидеть в этом леднике? На дворе-то уже не июль месяц, чтобы морозить себя. Алиса села за первую парту и оглядела учительский стол. Куча бумаг, два журнала – их и десятого «а». Какие-то папки, ноутбук, ещё много всякой мелочи. – Ну что, Счастье моё, сейчас я найду твою работу и начнём. – Анна Сергеевна снова ушла в другой конец кабинета и вернулась с тоненьким мятым листком. – Так… – Она выжидала максимально тяжёлую и густую паузу. Алиса нахмурилась: ей очень захотелось, чтобы работа была написана хотя бы неплохо, потому что она действительно готовилась. Впервые за столько лет она подготовилась, и плохо написанная работа была бы её концом. – Лисонька, тут всё очень неплохо. Даже хорошо. Ты молодец. Ошибки, конечно, есть, но не такие значительные. – Она улыбнулась, а следом за ней широкая улыбка растянулась на лице самой Алисы. – Серьёзно?! Вы не врёте? – А с чего мне врать, счастьюшко? – Анне Сергеевне очень нравилась реакция Алисы, на неё хотелось смотреть и улыбаться. Такие реакции – самое лучшее, что есть в работе учителя. И Анна Сергеевна готова была заниматься с этой ученицей ещё очень много, дабы видеть такую реакцию. – Ну, ты же понимаешь, что, чтобы мы добивались таких результатов, нужно работать ещё больше. Поэтому повтори, пожалуйста, всё ещё раз, а я приду через две минуты с чайником, и мы с тобой дальше разбираться начнём. Анна Сергеевна вышла из кабинета набрать в чайник воды с пониманием, что она никогда не скажет Алисе о том, что работа была далеко не такая успешная и что ошибок было достаточно. *** – Ну всё, счастьюшко, на сегодня всё. Можешь собираться домой. – Анна Сергеевна откинулась на спинку кресла. Полтора часа прошли быстро и незаметно. Усталости после уроков с Алисой, какая была первые пару недель, больше не наблюдалось, а скорее наоборот – после уроков с ней становилось легко. Она всегда улыбалась и шутила, могла разбавить серьёзную тему своими шутками и глупым юмором. – А, ещё хотела тебе сказать: мы поедем в поездку в следующую среду. В понедельник я скажу об этом классу, но тебе по небольшой льготе говорю заранее. – Ого! Это здорово. – Алиса хитро прищурилась и опять улыбнулась в своей лисьей манере. – Я уже по каким-то льготам прохожу. – Она мечтательно улыбнулась. – А куда мы едем? – На экскурсию, в музей в соседний город. – Это просто прекрасно. – Алиса встала из-за парты и сложила тетрадь в сумку. – А я могу эту маленькую тайну другим рассказывать или это секрет? – Можешь рассказать, конечно. – Ну тогда спасибо вам, Анна Сергеевна, до свидания. Алиса вышла из кабинета с обворожительной улыбкой до ушей, а Анна Сергеевна тоже искренне улыбалась, чего давно за собой не наблюдала. *** (8 октября, среда) День поездки наступил очень быстро. В восемь утра перед школой стоял весь 11 «б». Алиса щебетала возле Нади и Жени, она рассказывала о новом знакомом, который клеится к ней спустя два дня. Анна Сергеевна стояла недалеко, в сером пальто, и внимательно считала учеников, краем уха слушая, про какого Арсения рассказывает Алиса. – Где Максим и Игорь? – спросила она, когда не досчиталась только их двоих. – Нам выезжать через две минуты. – Они опаздывают как обычно, – лениво отозвалась Женя, не желая вникать в эти дела: ведь Арсений с Алисой были явно куда интереснее. – Так, Евгения, своего Арсения позже обсудите. Быстро позвонили этим паломникам и спросили, где они! – Анна Сергеевна, вы что, подслушиваете? – фальшиво недовольно спросила Алиса, поворачиваясь к педагогу. – Я не подслушиваю, а просто слышу, что вы тут обсуждаете. – Тепло улыбнулась она. – Всё, идите в автобус и можете никому не звонить. Вон они, бегут. Алиса и Женя быстро залетели в автобус, чтобы занять последний ряд – для пятерых – и очень удачно на нём устроились. Через минуту к ним подошли Надя, Сима и Игорь. Автобус тронулся. На задних рядах мгновенно стало шумно: зашуршали пачки с сухариками и чипсами, полились разговоры, музыка и смех. Даже те, кто хотел поспать, потому что проснулись рано, не могли этого сделать из-за шумной компании на задних сиденьях. Задние кресла всегда были отдельным, обособленным миром. Там садились элиты, садились те, кто был весёлым и авторитетным. На задних рядах всегда творилась какая-то дичь. Шум, гам, суета. Вот уже шесть лет Алиса во всех поездках сидит на задних рядах. Это было важно для неё самой, потому что в начальной школе она всегда завидовала тем, кто ездил там, как минимум, потому что её в эту компанию не звали, а теперь она сама была центром этой компании. Алиса продолжила рассказывать про Арсения, к этим разговорам подключились Сима и Игорь. Компания продолжила обсуждать кого-то из класса, из параллельки, просто людей. Алиса чувствовала себя слишком хорошо. Душевно так спокойно, несмотря на внешний балаган, ей не было давно. Однако счастье продлиться долго не могло, и надоедливая болячка напомнила о себе. Всегда, абсолютно всегда Алису укачивало. Ещё в самом глубоком детстве у неё появилась нелюбовь к транспорту, особенно на большие расстояния. Потом это начало купироваться с её болезнью и стало совсем невыносимым. Каждая поездка заканчивалась одним: Алису тошнило, либо она сидела возле учителя на переднем сиденье, что было даже ещё большим унижением. Сегодняшняя поездка не собиралась становиться исключением. Алисе стало плохо через двадцать минут пути. – Лисичка, только не говори что… – предупредительно сказала Женя, и так зная, какой ответ сейчас получит, когда увидела, что Алиса перестала так активно участвовать в разговорах и обсуждениях. – Именно то, о чём вы подумали, – сказала Алиса, слабо улыбаясь и оборачиваясь на Надю. – Может, Анне Сергеевне сказать? – спросил Сима. Игорь тоже напрягся. – Не думаю об этом, – прошипела Алиса, удобнее устроилась на сиденье и прикрыла глаза. Правда, уже через пару минут, словно почувствовав что-то неладное, в проходе между рядами появилась Анна Сергеевна. Она осматривала всех учеников и спрашивала, всё ли в порядке. Вскоре она дошла до последнего ряда. – Так, молодёжь, у вас всё хорошо? Лисонька, что случилось? – Анна Сергеевна, Алисе плохо, её укачивает, – быстро проговорила Женя-предательница. Алиса медленно открыла глаза, боясь смотреть на лицо Анны Сергеевны. Та оценивала её взглядом. – Счастье моё, ну тогда пошли ко мне вперёд. Я тебе таблетку дам и со мной ехать будешь. Да и мне там как раз скучно в одиночестве. Алиса широко раскрыла глаза и недовольно зыркнула на Женю. Та подняла руки, мол: «Не я виновата, что тебя укачивает, я чисто за тебя переживаю». Ученица закатила глаза, но поднялась за Анной Сергеевной. Педагог взяла её за руку. Рука у неё была тёплая и мягкая по сравнению с ледяными и немного мокрыми руками Алисы. Она позволила вести себя, борясь со снова подступающей тошнотой. Анна Сергеевна усадила её рядом с собой, возле окна. На соседних двух сиденьях были экскурсовод и ещё один сопровождающий учитель. Сзади сидела Настя с ещё одной девочкой. Алиса насупилась и отвернулась к окну. Анна Сергеевна достала из своей сумки блистер с таблетками и сунула одну Алисе. – Рассоси её, главное не раскусывай. Алиса послушалась и опять отвернулась, вдев в уши наушники, подаренные бабушкой на прошлый день рождения. Она уставилась в окно, пока не уснула. А вот если бы ехала сзади с друзьями – сейчас бы точно не спала. Или на н её так таблетка действует. Но это для неё уже было не важно. Девочка сползла чуть ниже на сиденье, капюшон закрывал часть лица. А Анна Сергеевна ругала себя за каждый взгляд на ученицу. *** Если честно, глава мне эта совершенно не нравится. Какая-то скомканая и неаккуратная получилась, обещаю, что дальше будет чуть лучше. Просто что-то эта совсем никакущая, но исправлять и переписывать ее полностью у меня не было времени, ведь дальше надо тоже писать Спасибо всем огромное за поддержку, я очень стараюсь писать быстрее, отзывы это очень стимулируют. Но эта неделя стала как-то особенно тяжёлой: сплю мало, экзамены близятся, да ещё и живот совсем болит последние три дня. Плюс все это купируется с тем, что Евровидение началось, так я ещё меньше сплю. Вчера до ночи рыдала, что Швейцария не прошла в финал😭😭😭 лучшее выступление за второй полуфинал было В общем спасибо, что поддерживаете. Дальше по главам уже больше движка пойдет, единственное, чего не могу обещать, что быстро выложу следующую главу, возможно немного дольше придется подождать, надеюсь на ваше понимание и извините сразу)))