За день до первого экзамена

– Алло? – Наверно, Алиса звучала напуганно, а может, просто голос сел из-за больного горла. – Алис, ты издеваешься? – строгий голос обдал своей холодностью, было слышно звук дороги, и Анна Сергеевна явно куда-то ехала. – Сначала пишешь, что у тебя высокая температура, потом не отвечаешь, а я места себе не нахожу, – признание полоснуло по хрупкому сердечку Алисы, так приятно было слышать это, Анна Сергеевна за нее беспокоится, за нее кто-то беспокоится, кроме друзей! О, как это пьяняще приятно! – Простите, Анна Сергеевна, я не хотела вас пугать, просто в душ пошла, – Алиса присела на стул, рядом с уже остывшей чашкой чая. – Еще и в душ с температурой пошла, вообще молодец, – Анна Сергеевна нервно выдохнула. – Ладно, Лисочка, выпей, пожалуйста, жаропонижающее и не доводи свою классную до инфаркта больше, – в любой другой ситуации Алиса бы рассмеялась, добавила что-то глупое, но не сейчас, не с температурой, потому что температура при гипотонии убивала, сосала силы как проклятая, не оставляя их больше ни на что, кроме как на сон. Алиса только утвердительно хмыкнула в телефон и отключилась. То, что с девочкой все совсем плохо, классная поняла сразу, как та отключилась, не сказав за весь разговор ничего язвительного, не ответив практически никак. И это заставляло классную переживать еще больше, что выходило за все рамки нормального интереса к одной из своих учениц и переходило в навязчивую идею о ее благополучии. Алиса снова, как медведь, провалилась в спячку, на этот раз в пижаме и на еще долгое время после таблетки, которая, как оказалось, имела какой-то снотворный эффект. Когда Алиса открыла глаза, на часах было девять вечера, и она, мягко говоря, офигела от самой себя. Она проспала еще почти шесть часов и все равно чувствовала себя ужасно. В комнате было очень темно, голова продолжала фоном гудеть, а за окном стучал дождь. Алиса нашла свой телефон, который кинула на кухне, и перезвонила Наде, от которой было семь пропущенных. – Алисочка, привет, – на экране показалась Надя, в теплой кофте, накрытая одеялом. – Как чувствуешь себя? – Хреново, – честно призналась Алиса и пошла искать градусник. – Только проснулась, сейчас хоть температуру померяю, – она взяла градусник и обратно вернулась в комнату. – Лучше расскажи, как в школе было? – Да ничего без тебя интересного не было, только Анна Сергеевна немного напряженная была на уроке, – Надя заговорщически улыбнулась, глядя на реакцию Алисы. – У тебя сейчас от одного ее упоминания температура поднимется, – Алиса хмыкнула и закатила глаза, но врать не смогла – слова об Анне Сергеевне очень нравились ей. – Ой, не начинай, – Алиса сделала паузу, будто ей совершенно не интересно, – а как она нервничала? – Надя заливисто рассмеялась, глядя на эту попытку узнать, что было с классной. – Алис, ты как ребенок, честное слово, – Надя еще пару секунд пыталась перестать смеяться. – Ну как-как, сама не своя была сегодня, а после урока, когда мы подошли спросить, куда она тебя украла, очень резко ответила, что: «Все в порядке, она дома спит». – Алиса который раз за этот разговор улыбнулась и представила Анну Сергеевну, которая весь урок места себе не находила из-за переживаний. Почему-то ей очень захотелось, чтобы Анна Сергеевна за нее переживала, может, это было и не совсем правильно, но как же этого хотелось! С Надей они так говорили, пока не прошло десять минут и Алиса не достала градусник. Когда она посмотрела на прибор, то тяжело вздохнула. – Что? Сколько там? – обеспокоенно спросила Надя, глядя на реакцию подруги. – Не говори, что сорок. – Не сорок, 38,2, – Алиса обреченно вздохнула, за сегодня она выпила уже две жаропонижающие таблетки, а температура, которая сносит ее с ног, все равно не упала. – Блин, я же вроде уже и таблетки пила, и в школе, и которые Анна Сергеевна купила, но все равн… – договорить ученица не успела, ее прервал писк Нади. – Тебе купила таблетки Анна Сергеевна?! – Надя прикрыла рот руками, чтобы не заорать. – Нифига себе, и ты молчала? Может, вы встречаться начали, а я об этом даже не знаю? – недовольно сказала она. – Надь, успокойся, это просто таблетки, да и вообще, при чем тут отношения, какие вообще между нами могут быть отношения, – Алиса снова закатила глаза, уже второй раз за вечер! – Она моя классная, я ученица. – Ну да, ну да, и бегает она с тобой, как с торбой писаной, просто так. Видно же, что как-то неравнодушны вы друг к другу, – Алиса на секунду задумалась о словах подруги, но тотчас отмела эти мысли. – Надя-я, ты больше ерунду не плети мне и на уши не вешай всякую ересь, – девочка цокнула языком и убрала градусник на стол, который стоял рядом с кроватью. – Я, наверно, спать пойду дальше, или сериал какой посмотрю. – Посмотри «Кэрол», тебе понравится, – Надя снова залилась смехом, когда Алиса в третий раз закатила глаза и, не попрощавшись, отключилась, однако от идеи подруги не отказалась. Почему бы и нет, посмотреть фильм про лесбиянок и понять вообще, в чем тут соль. Уснула Алиса минут через сорок после начала фильма, перед этим любезно выпив целую кружку отвратительного на вкус порошка, купленного Анной Сергеевной. *** Алиса не появлялась в школе уже три дня. Писать сообщения, вроде как, надо было, а с другой стороны, это выглядело до боли абсурдно, что классная написывает своей больной подопечной. Хотя очень хотелось спросить, как у нее дела и как она вообще в целом. Из-за этого Анна Сергеевна места себе не находила, как-то всё не так шло, хотя педагог усердно пыталась это контролировать. Но стресс просачивался в каждый уголок ее жизни, на уроках стало пусто, без дополнительных уже непривычно, а учителя фактически перестали бегать и жаловаться на 11 «б» класс. Но все равно все не то, не так, как должно быть. Анна Сергеевна сдалась, когда в четверг Алисы снова не было на уроках, скорее всего, ей просто до сих пор плохо, и если бы что-то случилось, друзья бы обязательно сказали, ведь сказали бы? После урока химии Анна Сергеевна подозвала к себе Надю с Женей. – Девочки, как там Алиса? Все с ней хорошо? – спросила она, стараясь звучать как можно менее увлеченной только этим вопросом. – Не переживайте, ваша Алиса только спит и спит, думаем, в понедельник она уже придет, – ответила Надя, что заставило Анну Сергеевну нахмуриться. – В смысле спит и спит? – удивленно спросила та. – У нее есть температура? – Ну, Анна Сергеевна, – протянула на этот раз Женя, – у нее же гипотония, вот и спит все время по 14–16 часов в сутки, – Женя улыбнулась, глядя на лицо классной. – Температура у нее уже невысокая, не такая, как первые три дня, сегодня ей лучше, – Анна Сергеевна поблагодарила учениц и отпустила их. За эти три дня она и правда перерыла весь интернет, и прочитала, кажется, все о гипотонии, и знала, что при болезни гипотоники много спят. Но не думала, что настолько много. Вообще о болезни она узнала очень много, и то, что писали в интернете, у нее никак не вязалось с образом этой живой улыбчивой девочки. Обычно гипотоники вялые, вечно сонные, а Алиса совершенно такой не являлась, как минимум не показывала эту свою сторону. Анна Сергеевна знала ее плохо, да, виделась с ней чаще, чем с остальными, но, видимо, недостаточно, чтобы узнать эту ее сторону. Или Алисе не так плохо, может, у нее какая-нибудь легкая форма? *** Прошло еще два дня, выходные, понедельник. В школе Алиса так и не появилась. И Анне Сергеевне нещадно хотелось написать ей и спросить, как она себя чувствует. Сейчас у нее урок с 11 классом, а после должно быть занятие с Алисой, вот только самой Алисы нет. Не сдержавшись, классная все таки написала сообщение: – Алис, привет, я хотела спросить, как ты себя чувствуешь, когда в школу придешь? Анна Сергеевна чувствовала себя подростком, который пишет сообщения мальчику, который нравится. Хотя она просто писала сообщение одной из своих учениц. Это было так странно, нетипично, в душе все клокотало, но классная убеждала себя, что: «Это просто сообщение ученице». Ответила Алиса на удивление быстро. – Здравствуйте, Анна Сергеевна, все хорошо, мне уже лучше, я планировала прийти завтра – если спать не буду))) Педагог выдохнула от этих сообщений. Ученица хотя бы живая, вроде шутит, вроде собирается прийти завтра. Значит, все не так плохо, и день вроде начал становиться лучше. Анне Сергеевне не нравилось, что почти все ее мысли за последние дни зациклились на этой ученице, да в целом последнее время она думает о ней слишком много, непозволительно много. Ну да, проблемная, да, ее слишком много, но думать о ней так, как она думает, нельзя. Три года назад Анне двадцать два, она первый год работает в школе, и ей сразу же дали руководство над седьмым классом. Вроде бы, ничего такого, ну хоть и первый год, опыта же где-то набираться надо. Почти сразу внимание молодого педагога привлекли двое близняшек: девочка и мальчик, Лиза и Степан, с абсолютно разными характерами и методами воспитания, несмотря на то что жили, вроде как, в одной семье. Но намного больше внимания молодой классной привлекла старшая сестра этих двоих, девушка не сильно младше ее самой, ей было около двадцати. Молодая, красивая, но такая затравленная до смерти, что жалко смотреть, как дергается и бегает своими глазами от громких звуков. Еще с первой встречи, когда Анна Сергеевна увидела, как она забирает близняшек со школы, девушка ей очень понравилась. А после они даже сдружились. Однако вот проблема таилась в том, что Анна Сергеевна ее хотела. Тогда и поняла свою ориентацию, ведь не хотела за всю свою жизнь больше никого настолько сильно, даже когда спала с мужчинами. И интим у них после все же случился, благо, всего один раз. *** (Вторник, 21 октября) Алиса пришла на следующий день, с хриплым голосом, кашлем, который было слишком хорошо слышно, но с фирменной лисьей улыбкой. Анна Сергеевна узнала ее голос сразу – кабинет химии находился по соседству с кабинетом географии. Алиса была в белой, обтягивающей ее стройное тело кофточке. Анна Сергеевна только на секунду опустила взгляд ниже и сразу вернула на лицо. – Алиса! – девочка обернулась и сразу начала заразительно улыбаться, приглашая классную подойти ближе. – Рада видеть тебя, счастье мое! – Алиса норовилась обнять педагога, но вовремя остановилась и только продолжила улыбаться. – Я тоже вас очень рада видеть, вы, наверняка, уже соскучились по нашим дополнительным? – голос у Алисы и правда был очень хриплый, это резало, однако не по ушам, а по сердцу, больно было видеть ученицу в таком состоянии. – Конечно, Лисочка, я целую неделю спокойно пила кофе, мне не докучали учителя и могла уходить домой пораньше, я очень по тебе скучала! – и классная не врала, она правда скучала по ней, уж слишком пусто было, пока школу не терроризировала одна милая ученица. Алиса цокнула языком, рядом с ней стояли улыбчивая Женя и Надя, рядом терся Сима, а вот Игоря не наблюдалось. – Анна Сергеевна, а вы проверили наши самостоятельные? – неожиданно спросил Сима, даже педагог начала называть ученика по этой кличке, хотя мальчика звали Максим, но он не особо-то и возражал. – Проверила, Сим, – Алиса после этого заявления, сверкая глазами, уточнила: – Вы писали самостоятельную без меня? – она драматично схватилась за сердце. – Как вы могли, химия – это уже мой любимый урок, и тут самостоятельная без меня, – Алиса хохотала, и Анна Сергеевна тоже улыбалась. – Если так сильно хочешь, – намеренно деловито сказала классная, – то можешь завтра на допах решить, – Алиса активно замотала руками и головой, отчего ее волосы смешно рассыпались и растрепались. – Все, девочки и мальчики, – она посмотрела на Симу, после вернула взгляд на Алису, – я пойду, а вам удачи на географии, – классная показала мотивационный кулак и ушла к оставшейся части класса, а после, наверно, в учительскую. И только тут Алису, как волной, накрыло осознание, что сейчас география, и это ей совершенно не нравилось. Потому что единственное, чего ей не хватало после больничного, это урока с Людмилой Дмитриевной. Но делать было нечего, и, к сожалению, эту отвратительную пытку придется пережить. Урок сразу не задался, в кабинете было ужасно холодно, воздух пробирал до костей, и Алиса выругалась себе под нос, когда зашла. Села на последнюю парту с Надей и закашлялась от холода. Это достаточно типичное явление – кашлять от холодного воздуха после простуды. В этот момент в кабинет зашла Людмила Дмитриевна, со строгим взглядом, направленным аккурат на последнюю парту, естественно, на Алису. – Маркова, ты чего больная в школу пришла? – с прищуром спросила она, пока класс вставал, чтобы поприветствовать учителя. – Я не больная, просто у вас холодно в кабинете, – по коже пробежался табун мурашек, который был не виден из-за тонкой кофты. Алиса закончила кашлять и посмотрела в глаза педагогу, но та уже на Маркову внимания не обращала. Она начала урок, отметила отсутствующих и начала спрашивать домашнее задание. Как же Алиса хотела, чтобы ее не вызывали сегодня, потому что голос хрипел, кашель душил, хоть она и старалась это подавить, а в голове один ветер. Но, благо, унизительная процедура проверки домашнего задания ее миновала. Педагог спросила Женю, которая ответила блестяще, но Людмила Дмитриевна все равно нашла к чему придраться и поставила четыре. Спросила еще пару человек из класса и начала объяснять новую тему. Уже через двадцать минут Алису снова начал душить кашель, который все никак не проходил! Ученица старалась вести себя тихо, но получалось явно плохо, раз уже через минут на нее строго смотрела одна противная пара глаз. – Маркова, Господи, выйди ты из кабинета, перестань душиться здесь и бациллы мне распространять! – она пренебрежительно кинула рукой, а Алиса, шатаясь, вышла из кабинета и продолжила «душиться» уже в коридоре. Кашель почему-то не проходил, Алиса честно старалась сдерживать себя, но до сих пор дерущее горло давало о себе знать. Из соседнего кабинета тоже показалась голова. Что же всем сегодня от нее что-то надо! Надо было дома сидеть еще неделю, сейчас бы спала в теплой постели, а не давилась в холодном коридоре школы. Открылась дверь кабинета химии, откуда на шум вышла Анна Сергеевна. Сначала она хотела прибить нарушителя, но увидела согнувшуюся пополам от кашля свою Маркову. Она сказала что-то классу, который в это время был у нее, и вышла к своей бедовой ученице. – Алис, Лис? – классная подошла ближе, и теперь ученица смогла увидеть, кто пришел ее спасти. – Пойдем-ка, счастье мое, – педагог взяла ее за руки и потянула к своей лаборантской. Лаборантская – это маленькая комнатка, в которую можно войти двумя способами: из коридора или из кабинета химии. Обычно там хранятся реактивы, учебники, какие-то записи, или педагог там просто отдыхает. Ключик от этой комнаты был только у самой Анны Сергеевны, так как это ее лаборантская, и именно туда она и завела Алису. Девочка снова прислонилась к стене, задыхаясь от кашля. Классная налила ей в кружку из чайника теплой воды и усадила на небольшой, потрепанный жизнью диванчик. – Пей аккуратно и носом дыши, – приказала педагог, присаживаясь перед Алисой на корточки. – Дыши носом, говорю! – Алиса слушалась, продолжала кашлять, но хлебала воду и смотрела в пол. Анна Сергеевна сидела совсем рядом, чем сильно смущала ученицу, ее можно было дотронуться, если вытянуть руку. В своем брючном костюме с обтягивающим пиджаком, темными, скорее черными волосами, завязанными в тугой пучок, и прищуренными карими глазами, на уголках которых играли редкие морщинки. Сейчас можно было разглядеть и прядку, так невоспитанно выбившуюся из прически, и то, что помада стерлась, делая губы более блеклыми, и то, что на рукавах пиджака прослеживались пятна от обычной шариковой ручки. Классная была красива, в этом немом беспокойстве за ученицу особенно. – Все, успокоилась? – спросила она, когда Алиса наконец-то перестала так удушливо драть себе горло. Девочка молчала, руки все еще дрожали, что было совсем незаметно, так как она их спрятала под своими бедрами. – Пойдем, я тебе дам конфетку мятную, тоже помочь должно, – и классная после своего предложения встала, направилась к двери, которая вела в кабинет, где сидел 11 «А» – параллельный класс. Алиса юркнула следом за ней, ловя на себе вопросительные взгляды. Она знала многих из этого класса, но больше всего ее внимание привлек мальчик, сидящий на второй парте. Белокурый, с пухлыми губами и усмешкой – Арсений. – О, Алиска, привет, – сказал кто-то из класса, пока Анна Сергеевна искала конфеты. Алиса улыбнулась, поздоровалась с друзьями и знакомыми. После посмотрела на доску, исписанную формулами, они, на удивление самой Алисы, показались ей довольно простыми. Что-то подобное она решала на занятиях и даже видела дома в тестах. – Алиска, ты же химию сдаешь, помоги решить, – сказал Арсений, и Алиса любезно подошла ко второй парте возле окна, чтобы помочь, но словила на себе строгий взгляд Анны Сергеевны, держащей в руках мятную конфету. Однако строгий взгляд был направлен не на нее, а на Арсения. Сама Анна Сергеевна, глядя на этот разговор, просьбу помочь и согласие Алисы, чувствовала только одно, совсем неправильное ощущение. То, на что она не имела права, – ревность. *** Спасибо тем, кто продолжает ждать. Вообще не думала изначально, что кто-то будет читать эту ересь, однако приятно, что это находит у некого количества людей отклик. Глава мне эта, даже чисто по слогу не нравится, только под конец адекватные предложения начали появляться. Но дальше – больше, вроде да. Стараюсь писать, сейчас ещё математику вторую сдам и побольше времени появится. А если по главам, то разгон будем. Там дальше даже будут главы, которые мне нравятся, особенно сюжетно. А ещё у меня есть заготовка фанфика на пару глав, тоже фемслеш, но про фигуристок. Просто не уверена, что это будет супер актуально, но постараюсь к концу месяца попробовать выложить. Как получится. Ничего там не могу обещать, будет просто фанфичек про Олимпийские игры на 2-3 главы, а дальше, если такие разгоны понравятся то придумаю что-то ещё. Так как иногда отвлекаться от Алисы и Анны Сергеевны бывает полезно. Все, всем спасибо за поддержку, я, пожалуй, спать пойду.