Часть 17
23 апреля 2026 г., 08:13
Вечер следующего дня собрал развеселую компанию за этим же столом в кабинете. На сей раз шоколада не было: мужчины пили “кровь” и “слезы”. Карлоса они не пригласили: Кончита еще в обед привела сорванца за ухо к хозяину и цветисто расписала три провальные его попытки добраться до невестиной юбки, после чего мальчишке было отказано в сладком до самой свадьбы. В результате этого беспокойный Окделл везде таскал юбку с собой и не согласился с нею расстаться, даже когда Алва раскатал по столу карту Алвасете.
– Да сунь ее уже куда-нибудь, – Эмиль сочувственно вздохнул: сам он точно так же носился с письмами Селены и прекрасно понимал Дикона, – Иначе Валме непременно прольет на нее вино.
– А чего сразу Валме? Я когда-нибудь что-нибудь проливал вообще? – возмутился Марсель и едва не перевернул плошку с миндалем.
– Ты уронил свечу три минуты назад, – заметил Ли.
– С утра ты напоил шадди скатерть, – напомнил Рокэ.
– Ты… Ну, не сразу смог на коня взобраться, когда мы в город выезжали, – будто извиняясь, пожал плечами Ричард.
– Что с тобой происходит? – озвучил, в итоге, всеобщее любопытство Эмиль, и друзья с интересом уставились на Марселя.
Тот растерянно забегал глазами, и зрелище это стоило запомнить – лезущий за словом в карман Валме был явлением из ряда вон выходящим, уникальным, случающимся хорошо если раз в столетие!
– …жарко! – он дернул шейный платок в попытке отвоевать немного воздуха, – Я не выспался! Вы меня постоянно отвлекаете!
– Я попрошу Хуана уложить тебя в постель, когда мы закончим. На случай, если ты промахнешься мимо кровати, – Рокэ тонко, ядовито улыбнулся совершенно лионеневой улыбкой – точно знал что-то, зараза! Рубашка на нем сегодня была черной, и волосы он зачем-то распустил, несмотря на вечернюю предгрозовую духоту.
– Лучше попроси Кончиту, – наконец, собрался с мыслями Марсель и вернул Алве ухмылочку, – Так и промахнуться с кроватью будет не обидно.
Ричард, меж тем, аккуратно разложил юбку на пустующей софе – багряный шелк, каскад воланов, золотая тесьма, будто сканью расшитый широких пояс. Он ласково коснулся замысловатого узора из перемежающихся скал и роз. Как только алвасетские мастерицы успели все это сделать за такой короткий срок… И ведь не взяли с него ни суана! Сказали, соберано все оплатил. Чтобы в сотый раз не благодарить эра за бесконечные дорогостоящие подарки, Ричард выпрямился и решительным шагом направился к столу:
– Давайте займемся делом. Мы ведь здесь, потому что есть новости о работорговцах?
– Верно, – Рокэ прижал скатывающийся в трубочку край карты пока еще полной бутылкой и указал карандашом на береговую линию, – Корабли будут отплывать к Межевым островам в большой прилив. Он ожидается на пятый день после Летнего Излома. Сейчас все моряки активно закупаются провиантом, запасаются водой, готовятся к отплытию. Кое-кто накапливает больше воды, чем нужно команде относительно небольшого судна для непродолжительного путешествия… Ардорец Тукка, например.
Карандаш скользнул чуть севернее, обвел серым кружком небольшой квадратик на Площадной улице:
– Здесь находится его игорный дом, – грифель пересек улицу и ушел левее, – А здесь располагается бордель. Дамы оттуда в последнее время красят лица особенно густо, но даже женские хитрости не помогают скрывать все синяки – это раз. Мамаша Каридад затеяла стройку новой купальни. Урготская изразцовая плитка – дорогое удовольствие для такого дешевого места. Это два.
– Откуда деньги, – не столько спросил, сколько развил чужую мысль Эмиль, – И зачем бьют девчонок.
– Девчонок бьют, чтобы молчали, – Ли пригубил вино, – Значит, кто-то сболтнул гостям не то, что следовало.
Рокэ кивнул:
– Один маленький, но очень боевитый птенец рассказал мне: поздней ночью двоих господ в изрядном подпитии, шумно и негодующе обсуждавших что-то после визита в этот бордель, заколола компания неизвестных. Неизвестные после скрылись в дверях игорного дома.
– А… птенец не слышал, о чем господа говорили? – Ричард усердно пялился на карту, будто там и был ответ на его вопрос.
– Господа собирались “доложить капитану” и много раз повторяли что-то про детей, про “не по-людски”, про гнев Создателев и все в этом духе.
– Детей Тукка держит в борделе, за это он заплатил мамаше Каридад, – перевел Лионель для Дикона, – Кто-то из женщин узнал и рассказал посетителям, в надежде на помощь. Удивительно, что убили только мужчин – очевидно, сутенерша не захотела терять доход со своих девиц.
– Сколько же там должно быть детей? Раз провианта для судна заготавливается так много, что это видно со стороны? – Валме нахмурился, – Пропажу такого количества ребятишек разом не могли не заметить.
– Алвасете – большой город, вокруг много деревень… – лицо Рокэ заострилось, глаза его потемнели, – В городскую стражу за последние полгода обращались двадцать семь раз. Все – бедняки, пьяницы, одинокие вдовы или старики. Скорее всего, пропавших больше – неугомонные мальчишки постоянно грозятся сбежать на кораблях, дети уходят из родных мест, чтобы поступить подмастерьем в какую-нибудь лавку или наоборот, отправляются проведать родственников в соседний городишко, дети тонут в море, срываются со скал…
Все в кабинете разом подумали об одном и том же. Великой удачей было то, что Карлос – маленький, но очень боевитый птенец – сейчас мирно сопел в теплой постели в соседней комнате. Пусть и без сладкого. Ли ощутил желание немедленно пойти и проверить. Рокэ, кажется, тоже – он долго смотрел на дверь, прежде чем вернуться к карте:
– Скорее всего, детей будут перемещать на корабль в последнюю ночь перед отплытием. Так, даже если что-то пойдет не по плану, кто-то вырвется, или поднимется шум, Тукка успеет отплыть.
– Значит, четвертая ночь после Излома – наша! – Эмиль сам был на себя не похож. Ли не помнил, когда в последний раз видел брата таким злым: у него даже жила на шее проступила и яростно пульсировала. Еще бы. Три десятка детей полгода под замком в каком-нибудь сыром подвале, их готовятся продать гнусным уродам и извращенцам, их родственники плачут и ждут…
Ричард тоже глядел хмуро, между выгоревшими светлыми бровями пролегла глубокая складка:
– Почему нельзя освободить детей прямо сейчас?
– Сорвем все, – Марсель озадаченно потер шею, – Вряд ли Ардорец действует один. Если сейчас полезем, распугаем всю эту ублюдочную братию. Сбегут.
– Да. Поэтому придется ждать, пока они не соберутся для последних приготовлений. Действовать нужно будет одновременно: часть людей отправится на корабль, часть – в бордель, а мы пойдем в игорный дом.
На широкий стол лег новый лист намного меньше карты, на нем был схематично зарисован план двух этажей с пристройками.
– Людей после заката в этом клоповнике всегда под завязку. Охрана обычно стоит здесь, здесь и здесь…
***
Карлос на цыпочках отошел от замочной скважины. Кошачий потрох! Так вот зачем соберано понадобилось узнавать про бордель и про детей! Вот почему Савиньяк просил мальчика не уходить из особняка! Конечно, самому Карлосу никакие ардорцы были не страшны, но все равно, жуть брала от мысли, что можно было свернуть не на ту улицу и вдруг оказаться в рабстве. Выходит, это не байки… Карлос тихонечко прокрался в комнату, которую привык считать своей, и забрался под одеяло. В окно глядела яркая полная луна, серебристый отблеск ее подсвечивал тонкую фигурку эвро на столике. Мальчик закусил губу. Рокэ Алва – отличный фехтовальщик и великий стратег, это всем известно. Но люди Тукки не знают дуэльных правил, они не следуют военной науке. Это грязный сброд, жестокий и подлый. Скверные, мерзкие подонки, бесчестные шакалы, они ничем не погнушаются, ни ядом на ноже, ни выстрелом в спину! И отец собрался к ним идти. Сам! Вместе с Савиньяком! Под одеялом стало невозможно душно, Карлос завозился, откинул жаркую тряпку и с ногами забрался на столик. Фарфоровая эвро смотрела на него нарисованными глазами. Нет, никак нельзя отпускать их одних. Что они там сами навоюют, шаркуны столичные? Особенно этот, который Окделл. Он засапожника-то настоящего никогда, небось, и не видел. Убьют еще, а Росите потом горевать. Карлос бережно погладил пальцем черные волосы статуэтки. Он пойдет с отцом. Тайком, конечно – иначе его и не пустят. Он возьмет трофейную шпагу и пойдет, и встанет рядом, и поможет разобраться с гадким отребьем… Он проследит, чтобы все вернулись домой живыми. Даже Окделл.
