По-разному

Аарону хватает одного взгляда, чтобы понять – что-то не так. Дэй медленно шагает по коридору, голова опущена, руки безвольно болтаются, Ваймак с силой сжимает его плечо, но Кевин никак не реагирует, как будто вообще не чувствует. Тренер резко останавливает его за плечи. Кевин тормозит, все так же, не поднимая головы, как робот, чей механический процесс только что приостановило сознательное существо. Ваймак встряхивает его, с силой поднимает его голову, тыкает пальцем куда-то в коридор, что-то зло и тихо рычит – Аарон не может разобрать, что именно на таком большом расстоянии. Зато он видит его глаза. В них вдруг мелькает осознанность на каменной маске вместо лица, что-то вздрагивает. Робот, которым только что был Кевин Дэй, разваливается по болтикам, представая перед Аароном человеком. Вместе с осознанностью в глазах начинают подрагивать руки, подергивается мускул под глазом. Аарон срывается с места, переходит на быстрый шаг, видит, как Кевин идёт навстречу, делая пару неуверенных шагов, как будто вовсе разучился ходить. И как бы в подтверждение валится на колени, все еще глядя на Аарона, который теперь переходит на бег. Ваймак отступает, видимо, пытается освободить узкий коридорчик от посторонних. Аарон валится рядом с ним, сбивая коленки об пол. – Ти-и-ише… – тянет он, чувствуя, как попадает в медвежью хватку, сам кладет руки на тёмные волосы, с силой, почти грубо тянет наверх. – Ну-ка, посмотри на меня, – Аарон натягивает на нос очки, знает, что так меньше похож на Эндрю, знает, что Кевину так будет лучше. Дэй поднимает голову, фокусирует взгляд. Аарон перехватывает его, кладет руки на щеки, удерживая в том же положении, с поднятой головой. Сам он стоит на коленях, тогда как Дэй безвольно осел на пол. – Все хорошо, – очень уверенно и четко говорит он, глядя в глаза. Все это не в первый раз. Такое состояние Дэя, этот напуганый, ищущий, почти бешеный взгляд. Аарон давно знает, как нужно действовать. Он не пропускал пар по психологии, пусть в итоге и отучился на хирурга, что-то помнил. А ещё он знал Дэя. Знал, что если заставить смотреть себе в лицо – взгляд зеленых глаз перестанет бегать. Если сжать запястья – не руки, а именно запястья, – Кевину становится чуть лучше, чуть спокойнее. Если тихо, так, чтобы слышал только Кевин, так, чтобы тот был уверен, что тихий шепот слышит только он, мягко и глухо лепетать “все хорошо” вперемешку с коротким “Кев” – дыхание начинает медленно восстанавливаться. Если чуть позже отпустить запястья, дать волю чужим рукам и не убирать их с голой спины, куда горячие ладони неизменно находили путь, и не отворачиваться, не отстраняться, когда Кевин потянется вперёд, чтобы ткнуться носом в шею, все будет хорошо. – В норме? – кажется, Ваймак все-таки освободил коридор и вернулся к ним, нависая над комком из сплетенных тел. – Да, – кивнул Аарон, не чувствуя больше дрожи в чужом теле. Миньярд медленно, готовый в любой момент притянуть его обратно, чуть отодвинул Кевина от себя. Кевин кивнул и стал медленно подниматься на ноги. – Давайте, катитесь отсюда побыстрее, – махнул рукой Ваймак, оглядываясь в конец коридора. Кевин кивнул, взял Аарона за руку. – Пока, пап, – коротко, тихо, все еще чуть скованно попрощался тот. – Пока, Кевин, – тяжело выдохнул Ваймак. До машины они дошли в тишине, и только когда Аарон, нахмурившись, мотнул головой и сел на водительское место, которое вообще-то принадлежало Дэю, они заговорили. – Что случилось? – очень чётко и прямо спросил Аарон, вперившись взглядом в Кевина. Тот выдохнул, сжимая и разжимая кулаки. – Я больше никогда не пойду на шоу к Кейти, – уверенно кивнул он. – И? – нетерпеливо поторопил Аарон. – В общем… я знаю, ты особо не вникал, но это было первое интервью после того, как нас втроем взяли в олимпийскую сборную. Даже Эндрю как-то удалось уговорить прийти на него. – Нил, – кивнул Аарон, тут же находя ответ на вопрос “как это удалось?” – Да, Нил… и Ваймак, то есть… – Кевин отмахнулся. – и он там был типа как наш первый общий тренер. И как-то так получилось, что на детектор лжи в её ублюдском шоу попал именно я… – Это вообще законно? – перебил его Аарон, стиснув руль. Кевин растерянно и как-то устало пожал плечами. Миньярд в ответ только завел машину. – Она как-то выспросила слишком много… про тебя, про Морияма, – Кевина передернуло – нет, конечно, это вырежут из программы, мы были не в прямом эфире. Об этом Ваймак с Нилом позаботятся, но… – Дэй бессильно развёл руками. – В студии было так много людей, и они все слышали. Слухи будут совсем скоро и будут недалеки от правды. И нас… и мы… из-за меня, – он снова чуть задохнулся. – Все будет хорошо, – все так же уверено повторил Аарон и сжал его руку, не отводя взгляд от дороги. – из эфира это вырежут, а слухи без вашего подтверждения – всего лишь слухи. Морияма ничего вам не сделает, вы приносите ему слишком большой доход, чтобы так просто от вас избавляться. Из олимпийской сборной вас не выгонят просто потому, что замена будет на порядок ниже уровнем. Кевин, – чуть грубо, почти властно позвал Аарон, сжимая его руку, заставляя смотреть на себя – Всё. будет. хорошо, – очень медленно повторил он, кивая на каждом слове. Кевин покосился на их руки. Тонкую и бледную, с тонкими, такими подходящими для хирурга пальцами, жилистую и большую, смуглую, с натертыми мозолями, идеальную для клюшки. И сжал его пальцы в ответ. Все хорошо. Все будет хорошо, если каждый раз рядом будет оказываться Аарон с его убедительным голосом, твёрдой уверенностью и очень мягкой рукой. *** – Спасибо, – Нил улыбнулся, развернувшись на сидении в сторону Эндрю. Тот без слов чуть повернул голову, приподнял бровь, одарив его скептическим взглядом. Нил понял намек, потянулся вперёд, мягко прикасаясь губами к его губам. – Ты был таким милым, даже ни разу не нагрубил им. Но почти ничего и не говорил, – Нил хохотнул. – Весело? – снова вскинул бровь Эндрю, но Нил знал, что тот на самом деле тоже смеялся над растерянно-нервным лицом Кейти, которая никак не могла подступиться к Миньярду. Машина тронулась с места, и Джостен закинул ноги на переднюю панель, съезжая вниз по сидению. Эндрю привычно положил руку к нему на бедро, сжал, Нил накрыл его ладонь своей. До их дома совсем недалеко, но Нил все равно натянул тёмные очки на себя, ткнул точно такие же на нос Эндрю. На подъезде к дому Нил заранее достал ключи. Их он всегда хранил у себя, держал рядом, поэтому Эндрю зачастую не брал свою копию. Миньярд бросил короткий взгляд на исполосованные шрамами руки с ключами. Ключи от их общего дома, от дома в Колумбии, его машины, от стадиона в Пальметто, их нового тренировочного стадиона. Никаких излишеств. Один единственный брелок, подаренный Эндрю на какой-то бесполезный и дурацкий праздник – маленький лисенок. Нил очень любил эту связку, перебирал их в руках, когда нервничал, или просто так, в долгих переездах. Но дверь всегда открывает Эндрю. Нил передавал ему связку, поворачивался ключ в грубых руках, щелкал замок, Эндрю заходил сам, Нил шагал за ним, закрывал дверь на несколько оборотов, любовно вешал ключи на крючок в прихожей. Все как обычно. Все так и должно быть. Эндрю с силой вжимает его во входную дверь. – Да или нет? – держит он руки на чужой талии, уже впиваясь в нее пальцами. – С тобой всегда… – Эндрю успел возненавидеть эту фразу. Его мягким голосом, с тёплой улыбкой, этим особенным тоном, он затыкает его поцелуем раньше, чем Нил успевает договорить. Ему кажется, Нил совсем разучился говорить “нет”. “Прости, Кейти, но нет”, – с ослепительной улыбкой и наглым искорками в глазах. “Нет, Кевин”, – бескомпромиссно и непреклонно со сползающей рыжей чёлкой на лоб. “Тренер, я не буду”, – по привычке обращаясь к Ваймаку. И все это только за сегодня. Не разучился. Эндрю прижимает его ещё плотнее, опуская руки вниз, кусая чужие мягкие губы, сжимая задницу через лёгкие шорты. Вообще мог бы и не спрашивать. То, что сейчас произойдёт – расплата за это тупое интервью, на которое Нил потащил его. Чтобы… чтобы… да Эндрю даже не слушал доводы Кевина, который заливал ему что-то в гримерке. Но, конечно, он спросил, не мог бы иначе. Он никогда и ничего не сделал бы против воли Нила. – Эн… – Джостен задыхается, чуть отстраняясь. – …дрю. Эндрю отпускает его на секунду, давая отдышаться, но Нил глупый, он не пользуется этой возможностью, сразу тянется к чужой шее, касаясь её губами. – Блядь… – выдыхает Эндрю. Он думал, со временем привыкнет, перестанет реагировать на это… так. Но нет. Ничего не изменилось. – Тебе нравится, – издевается Нил, зарываясь пальцами в светлые волосы. Эндрю кусает его в плечо, Нил сдавленно мычит в шею, опаляя её горячим дыханием, заставляя чуть дернуться. Эндрю зализывает укус, Нил повисает на нем, наконец прекратив свою сладкую пытку. Эндрю тянет его футболку наверх, и Нил не сопротивляется. Руки с темными повязками на предплечьях вскользь проходятся от ключиц до живота, поднимаются к соскам, грубо сжимают, чуть выкручивают. Нил сдавленно охает, упираясь затылком в дверь. Карие глаза следят внимательно, ловят каждый жест, каждое мягкое или дерганое движение. Эндрю уже привычным жестом проводит по чужому члену, оглаживает головку большим пальцем, чуть давит. Нил утыкается затылком ему в плечо, тяжело дышит, спрятав руки за спину, по привычке зацепил их в замок… чтобы не трогать. Чтобы не сорваться. Нил умеет себя контролировать. Эндрю это ценит. Миньярд тянет его руки из-за спины, громко выдохнув, кладет себе на плечи. Нил в удивлении вскидывает голову. – Да, – очень четко, глядя в глаза в глаза, произносит Эндрю, и Нил не может сдержать нежной улыбки, тянется за поцелуем. Как он и ожидал, Эндрю отвечает грубо, как бы предупреждая: “не разводи нежностей. Не сейчас.” Нил понимающе кивает, прикусывая чужую губу. А руки… Мнут, сжимают, глядят, царапают широкие плечи снова и снова, и Нил не может оторваться от этой новой зоны дозволенности. – Бешеный, – выдыхает Эндрю, и Нил слышит, как он теряет терпение. Рука ускоряется, и Нил снова кусает бледное плечо, опуская руки на лопатки, почти повисая на Эндрю. Тело непроизвольно дергается, обмякает… Нил с удовольствием облизывается, на мгновение задерживается взглядом на спокойном на первый взгляд лице и медленно сползает вниз. Минет они попробовали совсем недавно. В смысле… Нил попробовал, попробовал с Эндрю, с его, разумеется, согласия. – Я не прикоснусь к тебе, – уже привычно обещает он, глядя снизу вверх в горящие, почти черные сейчас глаза. Эндрю никак не даёт понять, что хотя бы услышал его, просто не отводит взгляда. Не прикасаться в процессе к бедрам было немного неудобно, но Нил не жаловался. Аккуратно потянул черные джинсы вниз, расстегивая ширинку, сразу вместе с бельем. Член влажно ударился о живот, Эндрю выдохнул, положив ладонь Нилу на макушку, чуть зарываясь пальцами в рыжие волосы, опираясь другой рукой о дверь, нависая над ним. Нил аккуратно, как бы на пробу провел языком по всей длине. Снова посмотрел наверх, как бы ища одобрения, почувствовал усилившуюся хватку в волосах, мягко обхватил головку губами. – Блядство… — выдохнул Эндрю. – Не смотри на меня, блядь, Джостен… – пальцы на затылке сжались еще сильнее. Но Эндрю не толкал, не направлял, не подавался бедрами вперёд. Нил сам решал, когда ускориться, когда подразнить, то и дело выпуская его изо рта, коротко целуя. – Дж… – Эндрю сжал челюсти, впервые применил силу, резко отстраняя Нила от себя. Нил довольно улыбается, наблюдая, как пачкается чужая одежда, как до боли сжимаются кулаки, как Эндрю жмурится, но не произносит ни звука. – Ты… – Эндрю наскоро натягивает штаны, тянет Нила наверх. – Нил… – целует на этот раз мягко, оставляя руку на шее, не давая отстраниться. – Все хорошо? – хрипло спрашивает Эндрю, не отводя взгляда. Нил мягко улыбается, кивает.