Хрупкие и сломанные вещи

Внезапный пронзительный звонок телефона прервал изучение Вэй Усянем наставлений Ордена Гусу Лань, заставив его вслепую потянуться к этому несносному аппарату. — Спасибо, что позвонили в отдел по расследованию сверхъестественных преступлений Бюро общественной безопасности Цайи. Это срочно? — Да! Это крайне важно! — из телефона раздался голос Не Хуайсана. — У меня нет Вашего личного номера, молодой господин Вэй! Я вынужден звонить по официальным каналам, как простой обыватель! Немедленно отвлёкшись, Вэй Усянь выпрямился на стуле, ухмыляясь с весельем. — Не Хуайсан! У меня к тебе разговор. — Ах! Не будьте так жестоки! Я только помогал и поддерживал вас в ваших начинаниях! Откуда мне было знать, что Цзинь Гуанъяо склонен к самоубийству? — быстро ответил тот. — К тому же, вы поняли все мои подсказки и собрали головоломку воедино. Вэй Усянь огляделся, убеждаясь, что наследник Не не появился из ниоткуда, пока звонит ему. Его новая лобная лента тяжело лежала над бровями, и он должен был сопротивляться постоянному желанию потеребить её. Лань Ванцзи пообещал, что он в конце концов забудет, что она там. — Ты осознаёшь, что иногда прямота гораздо эффективнее, не так ли, Не-сюн? Разве ты не из разведки? — съязвил он, отказываясь признавать, что его так легко поколебать. — Именно! Ты понимаешь меня, Вэй-сюн! — сокрушался Хуайсан. — Если бы я попытался схватить этих грязных преступников сам, меня бы раздавили! Старший брат вечно проклинал бы твоё имя, и Цзянху упустил бы возможность признать твою необычайную гениальность! У меня не было выбора! В дни после его официального принятия в Гусу Лань Вэй Усянь вынужден был погрузиться в работу за столом. Его зарплата каким-то образом увеличилась, а когда он попытался уладить вопрос со своими долгами, ему сказали, что Юньмэн Цзян погасил все его счета. Похоже, это был способ Юй Цзыюань извиниться в более официальном качестве. Его комната в общежитии всё ещё ремонтировалась, но Вэй Усянь не возражал. Он тихо переехал в цзинши, обнаружив, что все его личные вещи уже там. Он ненавидел работу за столом, но Лань Ванцзи смягчил удар, предложив Вэй Усяню проводить занятия для младших учеников по теории талисманов. Небольшая, менее официальная встреча с Лань Цижэнем и братом Сичэнем превратила это предложение в реальность, и теперь по вечерам к нему приходила дюжина маленьких детей, жаждущих у него учиться. Все они хотели узнать секреты его модифицированного связывающего талисмана, чтобы взрывать призраков, и их едва успокоили сверкающие бабочки, которых он создал давным-давно, чтобы заставить свою шицзе улыбнуться. — Ты мог быть чуть менее загадочным, — протянул Вэй Усянь. — Ну, знаешь: «О, молодой господин Вэй, вы такой сильный и умный! Сюэ Ян украл демонический инструмент и вот-вот выпустит его на простых людей». Что-то в этом роде. — И украсть твой триумф? — голос Хуайсана звучал ужасно самодовольно. — Я и мечтать об этом не смел! — Мгм… — Вэй Усянь сделал паузу, достаточно долгую, чтобы принять папку с отчётами о делах от младшего ученика. — Чем я могу помочь тебе сегодня? И, прежде чем ты попытаешься начать юлить, давай обойдёмся без загадочных намёков, хорошо? — Я просто хочу получить твой личный номер. Я слышал, что Ханьгуан-цзюнь раздобыл тебе новый мобильный телефон со всеми наворотами! — усмешка Хуайсана была слышна. — Я также скоро приеду в Цайи на несколько дней. Можем встретиться за чаем, или Лани полностью тебя перевербовали и вставили в мозг чип «веселье запрещено»? — Эй, Лани очень весёлые! — игриво возразил он. — Намного веселее, чем то, что происходит у Не с их саблями, тебе не кажется? — Вэй Усянь! — голос Хуайсана поднялся на две октавы. — Это подозрительно похоже на то, что ты знаешь вещи, которых тебе знать не положено! — Я? Я всего лишь скромный боевой заклинатель. Я следую подсказкам, которые оставляет мне разведка. Вэй Усянь не мог отрицать, что их удача во всей этой неразберихе пришла от того ответа, который выдала Бася, когда Сюэ Ян напал. По его мнению, это означало, что сабли Не обладали какой-то странной особенностью, о которой остальной Цзянху не знал. Ответ Хуайсана только укрепил это убеждение. — Какие подсказки? Клянусь, я понятия не имею, о чём ты говоришь! Хотя завтра, за чаем, я с удовольствием выслушаю твои теории, — дружелюбно предложил Хуайсан. — Я уверен, что у тебя будет время до большой церемонии, не так ли? — Я не понимаю, почему они устраивают из этого такое большое событие, — Вэй Усянь откинулся на спинку стула, зажав телефон у плеча, пока просматривал первый отчёт в папке. — Они должны! Твоё доброе имя должно быть должным образом восстановлено на мероприятии, которое покажут по общенациональному телевидению! — настаивал Хуайсан. — Если тебе нужен стилист, я знаю несколько. Ах, неважно. Ты будешь в этой унылой бело-голубой или сине-белой форме Ланей. Ничего не попишешь, это дело вкуса, полагаю. Вэй Усянь посмотрел на себя и свою безупречную белую форму. На ней была голубая отделка, которая подчёркивала линии фигуры заклинателя. Несмотря на все аскетичные убеждения и поведение, за которые Лани были известны, у них действительно имелся некоторый бзик на красоту. На самом деле, он не мог назвать ни одного некрасивого заклинателя во всём Ордене. Все они выглядели хорошо, особенно в своей форме. — Лань Чжань говорит, что это подчёркивает мои глаза, — беспечно бросил он. — Как скандально! Подумать только, у Ханьгуан-цзюня есть такая романтическая сторона! — поддразнил Хуайсан. — Так мой букет расцвёл, хм? Горечавка и лотос, вместе на виду у всех! Если бы только остальным из нас так повезло, молодой господин Вэй! Вэй Усянь фыркнул от веселья. — Ты действительно просто позвонил поболтать и получить мой номер? — Да! Ну, не только поэтому, — голос Хуайсана стал тихим, словно он шептал в телефон. — Я хотел тебя предупредить. — Пожалуйста, никаких больше загадок! Я всё ещё восстанавливаюсь. — О! Нет, в этот раз я не буду ходить вокруг да около. Это касается Вэней, — ответил его друг, и Вэй Усянь почувствовал, что Хуайсан, вероятно, свернулся калачиком или что-то в этом роде. — Все великие Ордены приезжают на церемонию, и сыновья Вэнь Жоханя едут с ним. Вэнь Сюй специально наводил справки о тебе. Похоже, у него есть к тебе какой-то старый счёт. Это привлекло его внимание. Оставив отчёты, Вэй Усянь огляделся, слегка выпрямившись. — Когда они приезжают? — Они выехали в Цайи два дня назад, — ответил Хуайсан. — Два дня?! — несколько учеников посмотрели в его сторону из-за восклицания. Он кашлянул и извиняюще улыбнулся, прежде чем продолжить. — Хуайсан! Я начинаю сомневаться, желаешь ли ты мне добра или тебе просто нравится смотреть, как я извиваюсь. — Ну, я вообще-то не собирался ничего говорить, но Вэнь Сюй ужасен, и, учитывая, как ты был вовлечён в дела Вэней до сих пор… — Это Дафань Вэнь! — прошипел он. — Совсем другое, Хуайсан. — О! — Хуайсан не звучал раскаявшимся вообще. — Ну, я предупредил тебя до того, как он тебя нашёл, не так ли? Цишань Вэнь были не шуткой. У Вэнь Жоханя была репутация жёсткого человека. Его два сына тоже никогда не были самыми большими поклонниками Вэй Усяня. На самом деле, он пересекался с Вэнь Чао только один раз. Это было на единственной дискуссионной конференции, на которой он когда-либо был. Вэнь Чао начал приставать к Вэнь Нину, угрожая ему и требуя, чтобы тот проиграл в соревновании по стрельбе из лука. Вэй Усянь счёл это возмутительным и вмешался. Так он познакомился с Вэнь Нином и Вэнь Цин. За всё это время он никогда на самом деле не встречал и не восстанавливал против себя Вэнь Сюя! Он бы запомнил, если бы разозлил этого парня, не так ли? У этого человека была репутация, да и кто бы на его месте её не имел? Он был наследником Вэнь Жоханя! Вся плохая пресса вокруг Цишани возникла не на пустом месте. — Едва! — парировал Вэй Усянь. — Ладно, мне нужно идти. Спасибо за предупреждение. — Если настаиваешь! Постарайся остаться в живых, пока я не приеду! Повесив трубку без дальнейших церемоний, Вэй Усянь решил, что единственный правильный образ действий — предупредить Лань Ванцзи. Если всё пойдёт плохо, это могло перерасти в драку, и он не собирался отступать. Работа за столом — отстой! Если бы он мог пойти с Лань Ванцзи утром, чтобы сыграть «Успокоение» на похоронах Чжу Хуна, он не был бы сейчас как сидячая утка! Придётся отправить сообщение! А пока он может сказать, что устал, и его смена чудесным образом исчезнет. Так случалось с тех пор, как его официально посадили за бумажную работу. Если он хотя бы зевал, ученик на смене говорил ему возвращаться в Облачные Глубины. Вэй Усянь не пользовался этим в своих интересах, по крайней мере, не чересчур. Он делал очень длинные обеденные перерывы и бродил по Цайи в поисках подарка для Лань Ванцзи, и только один раз использовал свою усталость как способ откосить от дежурства в отделении полиции общественной безопасности. — Эй, брат Ичэнь, — Вэй Усянь схватил куртку со спинки стула, окликая мужчину неподалёку. — Я что-то неважно себя чувствую. Пойду проверюсь и вернусь в Облачные Глубины. — На своей машине, да? — спросил Ичэнь, его вопрос был окрашен весельем. Вэй Усянь на днях пытался парить на Суйбяне, и никто не давал ему об этом забыть. Он чувствовал себя сильнее, особенно после того, как они с Лань Ванцзи снова практиковали совместное совершенствование. К сожалению, его меч был с этим не согласен. Суйбянь отказался, он бы наверное высунул язык в его сторону, будь у его клинка вообще язык. — Да, я приехал на машине, так что поеду домой, — торжественно произнёс он. — Я сообщу Ванцзи, — пообещал-пригрозил Ичэнь. Как странно было жить с таким количеством заботливых людей! — Ах, да, я собирался написать ему. — Не беспокойся об этом, просто сходи к своему врачу и не перенапрягайся, Усянь. — Обещаю, — он сверкнул улыбкой и выбежал, без меча, из здания полиции общественной безопасности Цайи. Позже он поймёт, что предупреждение Хуайсана было его способом устроить частную встречу с печально известным наследником Вэней. На полпути через парковку Вэй Усянь заметил долговязую фигуру мужчины, прислонившегося к его машине. У него были длинные чёрные как смоль волосы, совсем не собранные. Он мог быть гражданским. На нём не было никаких знаков различия Ордена, но что-то в его позе кричало «заклинатель». Парень носил кожаную лётную куртку в сочетании с тёмными джинсами и простой чёрной водолазкой. Вэй Усянь замедлил шаг, скорее заинтригованный, чем обеспокоенный. — Эм-м-м, это моя машина. — Да, я знаю, — усмехнулся парень, распуская скрещённые на груди руки. — Ты знаешь, кто я? Чёрт. Хуайсан его подставил. — Вэнь Сюй? — спросил он, просто чтобы убедиться. Его гость кивнул, отталкиваясь от машины. — Лани постоянно блокировали мои запросы на встречу с тобой. Они обращаются с тобой как с каким-то драгоценным принцем. Вэй Усянь рассмеялся, несмотря на ситуацию. — Думаю, они просто пытаются убедиться, что я не сделаю ничего безрассудного. Взгляд Вэнь Сюя скользнул вверх и вниз, оценивая форму Ланей, которая была на нём, и фокусируясь на лобной ленте. Почему-то эта лента сейчас чувствовалась крайне неудобно. — Ты женился на ком-то из них, что ли? — Что? Надменно-насмешливая улыбка промелькнула на лице Вэнь Сюя, когда он указал подбородком на Вэй Усяня. — На тебе регалии внутреннего Ордена. Не каждому позволяют носить это дерьмо. — Ах! — Жар начал подниматься по его шее и лицу. — Я… я не женат, но я… Это сложно. Они стояли в тишине мучительно неловкую минуту. Вэй Усянь чувствовал, как кожа чешется, а мышцы дрожат от потребности что-то сделать. — Ты уже пообедал? — наконец спросил Вэнь Сюй. Вэй Усянь огляделся, радуясь, что, по крайней мере, не было больше учеников Вэнь, слоняющихся поблизости. — Уже время обеда? Почему он звучит так глупо? Вэнь Сюй не нападал на него. Он казался пока менее безумным, чем его младший брат, и был безоружен. Если только парень не заплатил серьёзные деньги, чтобы подбить кожаную куртку рукавами-цянькунь, он не выглядел так, будто пришёл его уничтожать. Наличие того, что было дорого, за что стоило жить, сделало Вэй Усяня сверхосторожным. Ему это даже не нравилось. Вэнь Сюй фыркнул от веселья. — Давай, я угощу тебя обедом. Где твои ключи? — Молодой господин Вэнь, — начал Вэй Усянь, чувствуя себя странно неловко. — Сомневаюсь, что Вы здесь, чтобы убедиться, что я нормально поел. Почему бы вам просто не сказать, зачем Вы здесь? — Ты — причина, почему я здесь, — ответил он с самоуверенной усмешкой. Что? Вэй Усянь почесал висок чуть выше лобной ленты. Эта штука сегодня не давала ему забыть о её существовании. — Если это из-за той драки с Вэнь Чао… — Это не имеет никакого отношения к моему идиоту-брату. К тому же, это было много лет назад, — прервал его Вэнь Сюй. — Просто позволь мне угостить тебя обедом, хорошо? Это было похоже на какой-то странный розыгрыш. И его предательский желудок выбрал именно этот момент, чтобы жалобно заурчать. Ещё больше жара поползло вверх по его шее. — Ладно, но за рулём я. Вэнь Сюй уставился на него, одна бровь слегка приподнялась. Если этот парень думал, что он сдастся от одного взгляда, он явно никогда не встречал Лань Чжаня! Вэй Усянь чувствовал себя совершенно невосприимчивым к хмурым взглядам и испытующим взорам. Он тренировался с лучшими из лучших. — Как хочешь. Мне всё равно, куда ты хочешь пойти, так что не выёживайся, хорошо? — О да? Ты любишь острую еду? — Он не мог сдержать улыбку, расползшуюся по лицу. Поездка до ресторана с горячим горшком (хого) заняла не больше десяти минут. Она прошла почти в тишине, перемежаемой странными светскими разговорами. К тому времени, как Вэй Усянь припарковал машину, у него сложилось лучшее впечатление о его пассажире. В отличие от своего младшего брата, Вэнь Сюй казался довольно спокойным и уравновешенным. У него также была склонность к сарказму, и его юмор склонялся к более мрачной стороне вещей. В момент чудовищной ясности Вэй Усянь понял, что мог бы видеть себя другом наследника Вэней. Как? Почему? У Вэней была ужасная репутация, и их политика доставляла Цзянху одни неприятности — особенно после того, как инцидент с Вэнь Чжулю стал достоянием общественности. Этот парень совершенно не вписывался в образ типичного заклинателя Вэнь. Они сидели друг напротив друга, разделённый напополам горячий горшок бурлил на столе. Половина Вэй Усяня томилась с сычуаньским бульоном, экстра-острым, в то время как половина Вэнь Сюя парила с бульоном том-ям. Оба были острыми, но «экстра» в тарелке Вэй Усяня бил через край, по словам Вэнь Сюя. В настоящее время наследник Вэнь макал говядину в свою половину. — Я слышал о том дерьме с этим ублюдком Цзинем, — Вэнь Сюй не поднял взгляда, полностью сосредоточившись на мясе в горшке. — Мой отец планирует пойти на тропу войны и потребовать, чтобы Цзинь Гуаншаня посадили в одну камеру с Чжао Чжулю. Не могу сказать, что не согласен, честно говоря. Вэй Усянь нашёл очень забавным, что Вэнь Сюй отказывался признавать имя, которое его собственный отец дал Вэнь Чжулю. Почему-то эта мелочь застряла у него в голове, и он чуть не пропустил остальное из того, что сказал его сотрапезник. Когда он наконец осознал остальное, Вэй Усянь прекратил бесцельно мешать сычуаньский бульон. — Вы, ребята, хотите позволить ему расплавить золотое ядро Цзинь Гуаншаня? — недоверчиво спросил он. — Для этого пришлось бы распечатать его даньтянь! Никто не одобрит, чтобы Вэнь Чжулю получил шанс сбежать. — Думаю, риск того стоит. Этот ублюдок Цзинь заслуживает худшего, тебе так не кажется? — непринуждённо протянул Вэнь Сюй. — Не уверен насчёт других жертв, но то, что пережил я, было хуже, чем просто потеря золотого ядра. — Моя шицзе сказала, что была в ловушке из теней, — задумчиво произнёс Вэй Усянь. — Она не рассказывает, что имела в виду, теперь, когда очнулась, но в её глазах застыл призрачный взгляд. Вэнь Сюй кивнул, вылавливая мясо и поедая его без лишних церемоний. — Сначала я не знал, что попал в ловушку. Каждый раз, когда я боролся, чтобы проснуться, я переживал новый способ умереть. Он заметно вздрогнул, словно помнил каждую кровавую деталь. Вэй Усянь всегда ярко вспоминал только свои хорошие сны. Те, в которых они с Лань Ванцзи были счастливы и вели очень домашнюю жизнь. Ни один прошлый сон, ни один кошмар никогда не задерживались в его памяти. — Разве не говорят, что если умираешь во сне, твоё тело пытается умереть наяву? — спросил он, отчасти из любопытства, отчасти пытаясь смягчить ситуацию. — Да, так и есть, — мрачно подтвердил Вэнь Сюй. — Последние несколько раз были тяжёлыми для моего идиота-брата. Если он напал на тебя, я извиняюсь. — Подожди! — Вэй Усянь оставил свою еду, томившуюся в сычуаньском бульоне, и уставился на мужчину. — Ты продолжал умирать? — Как я и сказал, меньшее, чего заслуживает Цзинь Гуаншань, — это день в камере Чжао Чжулю. Если бы тот безумный ублюдок, который использовал Муси Хэй Юй, не был таким сломленным, я бы предложил, чтобы он страдал так же. Я слышал, он потерял рассудок, целиком и полностью. Насколько знал Вэй Усянь, разум Сюэ Яна был разрушен. Он был клинически безумен и совершенно разбит. Он не был уверен, но в храме плечо парня выглядело как измельчённое мясо. Если бы врачи вообще смогли спасти руку, он бы удивился. Лань Ванцзи сказал ему, что они собираются навсегда запечатать его золотое ядро. Были предложения о хирургическом удалении, хотя исследования этой конкретной процедуры не проводились с древних времён. Это казалось каким-то варварством. — Не думаю, что он поправится, — подтвердил Вэй Усянь, слегка прочищая горло. — Эм, ты… ты сейчас чувствуешь себя лучше? Усмехнувшись, Вэнь Сюй пожал плечами. — Я не в коме, так что считаю это победой. И я знаю, что за это могу поблагодарить тебя. О, чёрт. Это не было очередной похвалой и банальностями, верно? Он не выживет, если этот парень начнёт кланяться за горячим горшком! Вэй Усянь начал пренебрежительно отмахиваться, надеясь предотвратить любые безумства со стороны наследника Вэней. — Не нужно, правда. Достаточно знать, что с тобой всё будет в порядке. Клянусь, — Он ухмыльнулся, надеясь дать понять о своём нежелании получать какую-либо официальную благодарность. — Хуайсан сказал, что у тебя аллергия на похвалы и всё такое, — Вэнь Сюй откинулся назад, изучая Вэй Усяня. — Раз тебе это не нравится, просто знай, что я благодарен. Я у тебя в долгу, Вэй Усянь. — У Не Хуайсана очень большой рот! — Что-то опасное вспыхнуло в глазах Вэнь Сюя, и Вэй Усянь быстро продолжил: — Я ценю его усилия, и я рад, что всё обернулось к лучшему, но, правда, ты мне ничего не должен, молодой господин Вэнь. — Нет, должен, — Вэнь Сюй проткнул своей палочкой несколько кусочков тонко нарезанной сырой говядины, затем окунул их в бульон том-ям. — Слушай, всё, что я говорю, — что я твой должник. Неважно, что это будет и когда ты решишь потребовать. Просто прими это, и я остановлю планы моего старика устроить из этого большую церемонию после завтрашней медальной церемонии. Что он мог на это ответить?! — Ты иначе не успокоишься? — спросил он, взвешивая варианты. — Изначально я планировал предложить тебе должность в Цишани и кучу всякого дерьма, — усмешка Вэнь Сюя стала шире. — Но у меня сложилось впечатление, что ты откажешься. Так что либо это, либо завтра папино чрезмерное церемониальное дерьмо. Выбирай. Вэй Усянь поморщился, ёрзая на месте. — Без обид, но я не думаю, что сейчас хорошо отношусь к твоему отцу. Вэнь Сюй рассмеялся, кивая. — Без обид. Мне он тоже, в общем-то, не нравится. Давай просто оставим как есть: я твой должник, и никакого шикарного дерьма завтра, хорошо? — Я был бы признателен, — вздохнул он. — Так вы с Не Хуайсаном…? — Ты используешь услугу, чтобы спросить о моей личной жизни? — спросил Вэнь Сюй, всё ещё весьма развлечённый. — Кто что использует? — голос Не Хуайсана раздался за спиной Вэй Усяня, и он обернулся. — Ты рано, — Вэнь Сюй встал, вытирая лицо салфеткой, и отодвинул стул рядом с собой. — Я хотел немного посмотреть, как Вэй-сюн извивается, — беззаботно ответил Хуайсан, наклоняясь, чтобы поцеловать Вэнь Сюя в щёку. — Ты рассказал ему о том чересчур благодарственном представлении, которое приготовил твой отец? Второй раз меньше чем за час Вэй Усянь испытал шок. Он растерянно уставился на эту пару. — Хуайсан! Ты…! — Вэй-сюн, обычно ты гораздо более красноречив, — его друг улыбнулся, чинно занимая своё место за столом. Вэнь Сюй фыркнул. — «Красноречив», как же. Он думает, что эта лента не означает, что он женился на Лане. Я думал, ты говорил, что он умный, А-Сан. Брокколи, зажатая между палочками Вэй Усяня, выскользнула и шлёпнулась ему на колени, испачкав девственно-белую ткань его новой формы. — Ешь. Лани начнут охоту на ведьм, если они решат, что я морю тебя голодом.