Часть 5
29 апреля 2026 г., 22:14
Медиа-обязательства всегда были в тягость, особенно если гонка выдалась насыщенной. Журналисты вечно жаждали скандала, хотели, чтобы кто-то подставил другого гонщика или сказал что-то, что подтвердило бы нарушение правил.
В большинстве случаев Оскар старался оставаться вежливым и давать выверенные ответы, но иногда ему хотелось быть немного больше похожим на Макса и просто посылать их всех к черту.
Он вернулся в моторхоум гораздо позже, чем планировал, и весь вечер его мозг кипел от мыслей о Ландо и о том, как уладить их дневную ссору. Он ненавидел, когда они ругались, что на самом деле случалось крайне редко. Ландо мог быть шумным и чересчур восторженным, но это отлично сочеталось с невозмутимым спокойствием Оскара, и именно поэтому они так успешно работали как команда и как друзья.
Похоже, трудности вызывало именно то, что выходило за рамки «просто друзей».
Оскар тяжело опустился на диван рядом с Ландо, который с нахмуренным видом увлеченно копался в телефоне. Он толкнул его достаточно сильно, чтобы заявить о своем присутствии, и Ландо сдержал ухмылку, снимая наушники.
Оскар широко улыбнулся ему, когда Ландо повернулся с озадаченным выражением лица.
— Я так понимаю, теперь ты меня простил? — застенчиво спросил Ландо, блокируя телефон и засовывая его в карман, после чего посмотрел на Оскара из-под густых ресниц приторно-сладким взглядом.
Оскар сокрушенно покачал головой. Весной в Сузуке солнце садилось рано, и комнату заливал теплый оранжевый свет, что казалось очень символичным для их команды. Лучи играли в глазах Ландо, превращая привычную зелень в сияющий ореховый цвет.
— Ты меня погубишь, Ландито. В буквальном смысле, если мы еще раз повторим то, что было утром. — Он надеялся, что дружеское прозвище покажет: его скверное настроение отступило.
Квалификация прошла лучше. Даже более чем: Оскар взял поул, а Ландо стал третьим, пропустив вперед Шарля. Ландо не подавал никаких признаков досады из-за того, что не стал вторым, казалось, его больше заботило, что друг на него злится — весь день он бросал на него осторожные взгляды.
Типичный Ландо: всегда хочет, чтобы его любили, даже в ущерб себе.
— Извини, что сорвался, — пробормотал Оскар, толкнув Ландо локтем в бок.
Ландо уронил голову на плечо Оскара.
— Великий Оскар Айсмен Пиастри вышел из себя. Кто бы мог подумать? — Оскар слышал, что в его голосе все еще сквозили нотки обиды.
Оскар закатил глаза.
— Ты же знаешь, что это чушь. Ты и раньше видел меня злым.
— Ну да, наверное, — Ландо принялся покусывать кожу на большом пальце. — Мне тоже жаль. Не думал, что это так повлияет на твою практику. Ты же меня знаешь, я могу поспать пять минут перед заездом и быть готовым. Я иногда забываю… что тебе нужно… что ты другой, — запинаясь, проговорил он.
После взаимных извинений воздух в комнате словно стал чище, и Ландо издал долгий вздох, который, вероятно, сдерживал весь день.
— Ландо, мы не можем так делать, — мягко произнес Оскар, нарушая тишину. Мысль о том, что он может больше никогда не увидеть Ландо на коленях перед собой, заставила его быстро пересмотреть формулировку. — По крайней мере, не прямо перед заездом.
Ландо поднял голову и с надеждой заглянул Оскару в глаза.
— Ты хочешь продолжать?
Оскар глубоко вдохнул, стараясь не выглядеть слишком воодушевленным и прекрасно осознавая возможные последствия, если всё пойдет не так.
— Может, после гонки в воскресенье мы могли бы… — Оскар опустил взгляд на свои колени и смущенно усмехнулся, чувствуя, как лицо заливает нежный румянец.
— Ты хочешь трахнуться?
Оскар побледнел, будто Ландо только что прокричал это с крыши моторхоума, чтобы все услышали.
— Я имею в виду… — Он завел руку за шею, потирая затылок и не в силах встретиться с Ландо взглядом. — Я собирался сказать повеселиться, но, эм… ты хочешь трахнуться?
— Да, — выдохнул Ландо, не сводя с него своих зеленых глаз, в которых плескалась такая глубокая тоска, какой он раньше не замечал, он практически умолял. И кто такой Оскар, чтобы отказывать ему?
— Я хочу тебя трахнуть, — продолжил Ландо, на этот раз с большей уверенностью в голосе.
И, боже, эти слова отозвались прямиком в паху Оскара. Если быть честным, когда он представлял себе это — а он наотрез отказался бы отвечать, как часто это случалось, — то видел, как сам лениво входит в Ландо, пока парень дрожит под ним.
Но перспектива того, что Ландо возьмет на себя инициативу… что ж, это определенно не вызывало у него безразличия. Напротив, если бы можно было спросить его стремительно твердеющий член, тот ответил бы, что Оскар крайне заинтересован.
— Мне бы этого хотелось. — Оскар внутренне поморщился от того, что ответил Ландо так, будто тот пригласил его на свидание. — Вообще-то, это было бы чертовски горячо.
Ландо кивнул на шорты Оскара, ткань которых натянулась до предела.
— Думаешь, сможешь сопротивляться мне так долго? — В его глазах промелькнуло чертовское выражение, которое одновременно будоражило и пугало Оскара.
Вместо ответа Оскар притянул Ландо для поцелуя. Он был мягким, почти джентльменским, вежливым, но резкое прикосновение языка к нижней губе Ландо намекало, что все может быть гораздо грязнее.
— Я очень постараюсь, — выдохнул Оскар, первым отстранившись.
Он никогда не перестанет восхищаться тем, как красиво выглядят губы Ландо, когда они влажно блестят после их поцелуя. Он уже подумывал снова наклониться и поцеловать его, когда Ландо встал и хлопнул Оскара по бедру.
— Ладно, приятель, нам пора собираться на ужин, так что удачи в попытках устоять, потому что я буду выглядеть потрясающе.
Ландо ухмыльнулся и небрежной походкой направился в сторону своей спальни, а Оскар откинул голову на спинку дивана, беззвучно смеясь про себя.
Да, Ландо Норрис и правда его погубит.
***
Ужин пролетел как в тумане: разговоры о последних нескольких днях перемежались с их обычными — одобренными тренером, но невероятно вкусными — блюдами и бутылками воды вместо шампанского и пива, которые они бы предпочли. Ландо сбежал на террасу на крыше, иногда находя звук чужих голосов невыносимым. Так много доминирующих личностей в одном месте вызывали у него желание вдавить ладони в глазницы. Но он не хотел казаться нелюдимым, поэтому крал короткие передышки где мог, позволяя себе вдохнуть полной грудью свежий ночной воздух, когда открывал стеклянную дверь на крышу. Телефон завибрировал в кармане, лишь усиливая перегрузку, и на мгновение он всерьез подумал о том, чтобы швырнуть его с крыши здания. Макс уже был там, он убрал телефон в карман, завидев приближение Ландо, Вероятно, он выкроил минутку, чтобы позвонить Джорджу. — Я так понимаю, вы помирились? — спросил Макс, когда Ландо облокотился на перила рядом с ним. Тот улыбнулся, и его щеки тут же залил румянец. — Мы собираемся потрахаться завтра после гонки. Никогда не было смысла утомлять Макса пустой болтовней, лучше сразу переходить к сути разговора точно так же, как Макс делал всё остальное: на полной скорости. — Черт возьми, значит, события развиваются быстро? — произнес он, и обе его брови взлетели вверх. — Погоди, а сколько вы с Джорджем ждали? Макс открывал и закрывал рот, явно подбирая лучший способ ответить на вопрос. — Мы не самый удачный пример, — пробормотал он в конце концов. — О боже, — Ландо повернулся к нему с озорным блеском в глазах. — Ты трахнул его в первый же вечер, да? Макс приподнял бровь. — Вообще-то, это он меня трахнул, — ответил Макс. Он небрежно отхлебнул воды, будто и не сбросил только что бомбу, от которой Ландо вздрогнул и расплескал свой напиток. — Нет. Что?! Макс пожал плечами. — Мы не могли решить, кто из нас это сделает, поэтому договорились: кто выиграет следующую гонку, тот и сверху. И я проиграл. — Нежная улыбка тронула его губы при этом воспоминании. — Он до сих пор утверждает, что я проиграл специально. — Но я думал… ну, Джордж такая дива, а ты… ты же Макс, — недоверчиво произнес Ландо. — Это плохой стереотип, знаешь ли. Подожди, пока он найдет твою простату, тогда тебе будет наплевать на стереотипы. — Макс усмехнулся про себя, глядя на яркие огни Японии. Ландо крепче вцепился в перила, пытаясь унять дрожь в руках. Несмотря на то что это было его предложение, ему было страшно. То есть, да, у него и раньше был секс с девушками, в обоих смыслах, и нельзя сказать, что у него не было опыта в подготовке партнера. Но это был Оскар. Оскар, который был идеален практически во всем. Оскар, чье тело состояло из длинных линий золотистой кожи, а шоколадные глаза идеально сочетались с его шоколадным ароматом, которым Ландо никак не мог насытиться. Оскар, который был красивым, умным и терпеливым. Он не портил моменты так, как это вечно делал Ландо. — Мне немного страшно, — прошептал Ландо, теребя этикетку на бутылке с водой. — Просто помни, что ты не обязан этого делать. А если решишься — не накручивай себя, приятель. — Макс кивнул Ландо и добавил, спохватившись: — Но используй больше смазки, чем тебе кажется нужным. Вот если думаешь, что уже хватит добавь еще. Поверь мне. Ландо не был уверен, что его щеки могут покраснеть еще сильнее. — Спасибо, — пискнул он. — Так что, — Макс толкнул Ландо локтем в бок, ухмыляясь, — вы с Оскаром теперь вместе? — Не... не совсем. Макс сочувственно посмотрел на Ландо, прежде чем сделать еще глоток воды. — Ага, я тоже так говорил, приятель. А теперь мы женаты. Так что…***
Оскар ворочался в постели, с унынием наблюдая, как время перевалило за два ночи. Проклиная свою стремительно тающую силу воли, он в одних боксерах пересек моторхоум и осторожно скользнул в захламленную комнату напротив своей. Его план состоял в том, чтобы незаметно пробраться в кровать Ландо и разбудить его нежными поцелуями в шею, но он споткнулся о кучу грязной одежды, из-за чего буквально рухнул на кровать. Ландо резко сел и включил лампу, прижимая руку к груди. Увидев знакомую копну светлых волос, растянувшуюся на его простынях, он облегченно вздохнул. — Не смог устоять, Оск? — подразнил его Ландо. Оскар откинул одеяло, обнажая загорелое тело Ландо, который спал в одних серых шортах. Он не имел абсолютно никакого права выглядеть так хорошо сразу после пробуждения. — Мы договорились подождать с сексом до воскресенья. Но в правилах ничего не говорилось о том, что я не могу отсосать тебе, — ухмыльнулся Оскар, возвращая себе самообладание и устраиваясь между ног Ландо, раздвигая их коленями. Ландо сглотнул, видя голодный блеск в глазах Оскара. — Что ж, с моей стороны было бы очень грубо оспаривать правила. — Уверен, что не хочешь пойти к стюардам? — съязвил Оскар, просунув кончики пальцев под резинку его шорт. — Ну, — выдохнул он, и его дыхание сбилось от прикосновения, — ты приводишь очень... черт... убедительные аргументы. — Он неуверенно положил руку на предплечье Оскара, и его голос стал совсем тихим. — Оск… ты уверен, что хочешь этого? Ты можешь остановиться, если... я не хочу, чтобы ты снова на меня злился. Укол вины прошил Оскара, когда он вспомнил, каким обиженным выглядел Ландо во время их дневной ссоры. — Ландо, просто откинься назад и дай мне отсосать тебе, приятель. Я не буду злиться, обещаю. Это была моя идея, помнишь? — Оскар улыбнулся ему, и плечи Ландо заметно расслабились, а голова опустилась на подушку в знак молчаливого согласия. Оскар зацепил пальцами край шорт Ландо, чувствуя, как внутри все трепещет от предвкушения увидеть твердеющий член, но вдруг наткнулся на знакомое кружево. Он резко стянул шорты, обнажая неоновое белье. — Господи, черт, Ландо?! — Оскар вскинул взгляд на Ландо, его глаза расширились от приятного удивления. — Ну да, — застенчиво произнес тот. — Я носил их весь день, ну, знаешь, на всякий случай? — Он прикусил нижнюю губу и отвел взгляд, не зная, как отреагирует Оскар. Он боялся, что снова всё испортил. Оскар рванулся вверх, упираясь руками в подушку по обе стороны от головы Ландо и впиваясь в его губы жадным поцелуем. Он не мог найти слов, чтобы выразить, насколько это было чертовски горячо — знать, что тот весь день ходил, скрывая этот соблазнительный секрет под гоночным комбинезоном. — Даже во время заезда? — пропыхтел Оскар в припухшие от поцелуев губы Ландо. Ландо ухмыльнулся: — Ты же сам сказал — одни разговоры и никакого дела. — Господи. А если бы ты попал в аварию и тебя пришлось бы, ну, вырезать из комбинезона прямо на асфальте?! Ландо, этот негодяй, подмигнул ему, и Оскару показалось, что он сейчас потеряет сознание. — По крайней мере, они бы сочетались с моим шлемом, — игриво ответил он. — Невероятно. — Оскар снова накрыл его рот своим, прихватывая зубами нижнюю губу. — Ты просто нереальный. Он смотрел на Ландо с искренним восторгом. Никто и никогда раньше не рисковал ради него публичным унижением, тем более ради призрачного шанса, что он это увидит. Что бы это ни было за тепло, что согревало глубоко запрятанную часть его души, которую он закрыл после разрыва, Оскар быстро это подавил. Вместо этого он снова устроился между ног Ландо и провел пальцами по его мускулистым бедрам, заставляя того издать протяжный стон. Оскар завороженно наблюдал, как он накрыл ладонью обтянутый кружевом член Ландо, и как тот беспомощно подался навстречу, отчаянно нуждаясь в трении. Эту картину Оскар не забудет никогда. Вместо того чтобы снять белье, Оскар отодвинул светящееся кружево в сторону, позволяя члену Ландо высвободиться. Мгновение он смотрел на него с волнением, ему никогда раньше не приходилось делать минет. Он вспомнил, что сам говорил Ландо: делай то, что приятно тебе самому, когда это делают с тобой. Правда заключалась в том, что всё, что делал Ландо, было потрясающим, и теперь он мог только надеяться, что сумеет отплатить тем же. Колеблясь, Оскар разомкнул губы и позволил тяжелой плоти лечь на язык, чувствуя, как она дергается в горячем тепле его рта. Даже это короткое движение заставило Ландо ахнуть и вцепиться в простыни, что только придало Оскару уверенности. Вбирая его член глубже, он чувствовал каждую венку на стволе, когда обхватывал его ртом, экспериментально скользя губами вверх и вниз по всей длине. Ландо всхлипнул. И это было прекрасно. Оскар провел, казалось, целую вечность, изучая каждый миллиметр члена Ландо, чтобы зафиксировать каждую реакцию: он втягивал щеки, помогал себе рукой вслед за движениями рта, мягко массировал яички и даже рискнул коснуться пальцем входа, едва задевая его. Оскар слышал слухи об… энтузиазме Ландо и не собирался заканчивать всё слишком быстро. Он менял темп и давление, заставляя Ландо балансировать на грани, в пике наслаждения, и втайне посмеивался над тем, как легко парень буквально распадался на части под его руками. Он провел языком длинную полосу по нижней стороне члена, остановившись у самой головки, чтобы прижать язык к чувствительной коже и слизать жемчужную каплю смазки. Глаза Ландо закатились, и он издал греховный вскрик. Как оказалось, язык тела Ландо было легко читать, и Оскар почувствовал себя настоящим профи, слушая, как с губ напарника срываются громкие стоны вперемешку с ругательствами и тихими словами похвалы. Ландо начал толкаться вверх, навстречу рту Оскара, чувствуя, что конец уже совсем близко. Все тело Оскара вибрировало от бешеного вожделения, каждый толчок бедер Ландо отдавался вспышкой эйфории, и он прижимал свой ноющий член к кровати, пытаясь почуствовать хотя бы тень трения. Этого было недостаточно, чтобы достичь разрядки, но хоть что-то. Он втянул щеки, продолжая сосать и позволяя Ландо самому задавать темп, пока тот толкался всё глубже в его рот, зарываясь пальцами в мягкие светлые волосы. Когда Оскар рискнул взглянуть вверх, он увидел раскрасневшегося, изнывающего от наслаждения парня. Пот блестел на его груди, а по растрепанным кудрям Оскару отчаянно хотелось провести рукой. — Черт, Оск. Я сейчас... тебе не обязательно... — Но было уже поздно, не то чтобы Оскар собирался останавливаться. Бедра Ландо беспорядочно дернулись вперед, когда он кончил с громким стоном, а его хватка на волосах Оскара стала почти болезненной. Горячяя сперма накрыла заднюю стенку горла и язык, застав его врасплох, но Оскар покорно продолжил, решив вытянуть всё до последней капли. Стон Ландо перешел в прерывистый всхлип, пока его тело содрогалось в последних волнах экстаза. Не теряя времени, Оскар вытер рот тыльной стороной ладони, поднялся на колени над телом Ландо и вернул белье на место, несмотря на протестующий стон напарника от прикосновения кружева к гиперчувствительной плоти. Глядя на член Ландо, обмякающий под тканью, Оскар стянул свои боксеры и грубо заработал рукой, пока не кончил с животным рыком, сдерживая рвущееся имя Ландо, в то время как белые струи покрыли кружево. Оскар рухнул на матрас рядом с Ландо, совершенно обессиленный и не в силах больше удерживать собственное тело. Они оба лежали, тяжело дыша в тишине, наполненной удовлетворением. В конце концов Ландо снял испорченное белье и просто позволил ему упасть на пол, к остальной разбросанной одежде. — Я так и знал, что ты будешь хорош в этом, ты ведь хорош во всем, — надул губы Ландо, хотя и шутливо, все еще немного задыхаясь. Оскар сонно приподнял бровь, не в силах оторвать голову от подушки. — Просто хорош? — Чертовски невероятен, — поправился Ландо. Оскар тихо рассмеялся и позволил векам сомкнуться. Они не говорят об этом утром, когда Оскар просыпается и чувствует, как Ландо прижимается к его спине, а щетина напарника щекочет его плечо при каждом вдохе.
