Наследие морских королей

Ужин близился к концу. Свечи в серебряных канделябрах оплыли, вино в бокалах почти не убывало — леди больше не пили, а растягивали последние глотки, ожидая, когда король подаст знак, что вечер окончен. Разговоры стали тише, ленивее. Даже леди Изабель перестала шутить, а леди Розалин, всё ещё бледная после купания в фонтане, клевала носом над нетронутой тарелкой с фруктами. Каспиан сидел во главе стола, машинально вращая в пальцах ножку бокала, и думал о том, что через четверть часа он наконец-то сможет сбежать. Малый зал. Сандра. Разговор об амулете. Он ждал этого весь день — возможно, даже больше, чем сам готов был признать. Не потому, что ему нравилось её общество, — нет, разумеется, нет. Просто в этом было дело. В конкретике. В задаче, которую нужно решить. В том, что с ней можно было говорить без масок. Он поднял глаза и встретился взглядом с Сандрой. Она сидела в дальнем конце стола, между леди Флоренц и леди Викторией, и смотрела на него с тем самым выражением, которое он уже научился расшифровывать — лёгкое нетерпение пополам с иронией. «Долго ещё?» — спрашивали её зелёные глаза. Он едва заметно качнул головой. «Скоро». И в этот момент к его плечу склонился один из дворцовых служащих — молодой человек в тёмно-синей ливрее, с лицом, на котором застыло то особое выражение, какое бывает у гонцов с плохими новостями. — Ваше Величество, — произнёс он вполголоса, — командор Эш, глава береговой охраны, просит срочной встречи. Он ожидает в кабинете капитана Торна. Каспиан напрягся. Командор Эш не стал бы просить срочной встречи в вечернее время без серьёзных причин. Если он ждал в кабинете начальника замковой охраны, а не явился в тронный зал или не прислал письменный рапорт, — значит, новости были такими, которые не стоило доверять бумаге. — Сколько он ждёт? — спросил Каспиан так же тихо. — Около получаса, сир. Он просил передать, что это касается передвижений в восточных водах. «Призрак Морей». Это слово не было произнесено, но Каспиан услышал его. Отец Сандры. Что-то случилось. Что-то, из-за чего командор береговой охраны лично явился во дворец. Каспиан бросил быстрый взгляд на Сандру. Она отвлеклась на разговор с соседкой.У него не было времени предупредить её. Ни единой минуты. Если он сейчас начнёт пробираться к ней через весь стол, это привлечёт внимание всех леди, а внимание ему было совсем не нужно. Он надеялся — нет, он убедил себя, что она поймёт. Он не явился на встречу — значит, тому была веская причина. Она ведь умна. Она ведь должна понимать, что король не всегда распоряжается своим временем. — Передайте командору, что я буду через пять минут, — произнёс он, поднимаясь. Он попрощался с леди коротко, несколько общих фраз, вежливая улыбка, сожаление о том, что дела требуют его присутствия. Леди Патриция понимающе кивнула. Илэйн проводила его долгим, оценивающим взглядом, она явно надеялась, что после ужина он задержится для беседы. Но Каспиан уже шёл к выходу, и его мысли были далеко. Он не обернулся на Сандру. Не мог. Если бы он обернулся, кто-нибудь обязательно заметил бы. А у него и без того хватало проблем. Через пять минут он уже входил в кабинет начальника дворцовой охраны. Капитан Торн, грузный седобородый мужчина с обветренным лицом старого солдата, поднялся из-за стола и приветствовал короля коротким кивком. Командор Эш, начальник береговой охраны, стоял у карты — высокий, поджарый, с лицом человека, который провёл в море больше лет, чем на суше, и не привык тратить время на церемонии. Он обернулся, когда Каспиан вошёл, и в его глазах читалось то, что король меньше всего хотел видеть — тревога. — Докладывайте, — произнёс Каспиан, занимая кресло у камина. Командор Эш шагнул к столу и развернул карту восточных вод. Его палец упёрся в точку к северо-востоку от Кэр-Параваля. — «Призрак Морей» был замечен здесь, Ваше Величество. Вчера на закате. Наши патрульные суда засекли его у восточного побережья. Он шёл не один. — Не один? — Каспиан подался вперёд. — С ним были другие корабли? — По крайней мере, три. Возможно, больше. Патруль не решился приближаться — приказ был только наблюдать. Но то, что они видели, вызывает тревогу. «Призрак» шёл в сопровождении двух бригов и одной каравеллы. Все без флагов, но опознавательные знаки соответствуют кораблям, которые числятся в наших списках как пиратские. «Буревестник», «Чёрная каракатица» и «Змеиный глаз». О них докладывали с южных островов ещё в прошлом месяце. И ещё, — он выдержал паузу, — в портах ходят слухи, что Король Пиратов созывает капитанов. Каспиан медленно выдохнул. «Созывает капитанов.» Это означало только одно — готовится что-то крупное. Не очередной налёт на торговое судно. Не грабёж ради добычи. Что-то масштабное. Что-то, ради чего Король Пиратов готов был рискнуть объединить под своим началом разрозненные шайки, которые обычно грызлись между собой за добычу. Он созывал флот. — Он что-то планирует, — произнёс Каспиан вслух. — Да, — согласился Эш. — Мы пока не знаем, что именно. Но если он соберёт достаточное количество кораблей, он сможет угрожать не только торговым путям. Он сможет напасть на порт. Или на королевский флот. Или... Эш осёкся, но Каспиан знал, что он хотел сказать. — Мы должны усилить патрули, — сказал Каспиан. — Я хочу, чтобы все восточные подходы к Нарнии были под наблюдением. И пусть «Доблестный» будет готов выйти в море в любой момент. Если он собирает флот, мы должны знать, куда этот флот двинется, — Он повернулся к карте, изучая расположение портов и проливов. — Какие ещё новости из портов? Что говорят о его настроении? О его планах? Эш раскрыл было рот, чтобы ответить, но в этот момент дверь кабинета распахнулась, и на пороге возникли стражники. А между ними — Сандра…С выражением лица, которое пыталось быть невинным, но под которым угадывалось напряжение. Каспиан замер. Все трое мужчин повернулись к двери. — Капитан Торн, — один из стражников кашлянул в кулак, — мы застали эту леди в особой секции библиотеки. Сработала сигнализация. Замок…был открыт. Каспиан перевёл взгляд с начальника стражи на Сандру. Потом обратно. Потом снова на Сандру. В его глазах промелькнула целая гамма чувств — удивление, раздражение и ещё что-то, похожее на мрачную обречённость человека, который понял, что его вечер безвозвратно испорчен. — Это та самая леди, о которой вы говорили? — спросил начальник береговой охраны, разглядывая Сандру с откровенным любопытством. — Та, что с Одиноких Островов? — Да, — ответил Каспиан. Его голос был ровным, как штиль. — Леди Сандра, позвольте представить: капитан Торн, начальник дворцовой охраны, и командор Эш, начальник береговой охраны. А теперь, — он откинулся в кресле и скрестил руки на груди, — расскажите нам, что вы делали в особой секции библиотеки посреди ночи. Сандра стояла перед тремя мужчинами, чувствуя на себе их взгляды, и пыталась придумать ответ, который не отправил бы её прямиком в темницу… Она замешкалась ровно на секунду — ровно столько, сколько требовалось, чтобы выглядеть растерянной, но не виноватой. А затем подняла на Каспиана свои зелёные глаза, и в них уже не было ни страха, ни напряжения. Только самая невинная, самая обезоруживающая искренность, на какую она была способна. — Мне не спалось, — произнесла она. Каспиан приподнял бровь. Медленно. С тем самым видом, с каким взрослый слушает ребёнка, рассказывающего, что вазу разбил кот… — И вы решили пойти в библиотеку? — Да, — Сандра расправила плечи, но не слишком, ровно настолько, чтобы выглядеть уверенной, но не дерзкой. — Взять книгу. Перед сном. Дома я... обычно читала перед сном. Это успокаивает. Мама говорила, что нет ничего лучше, чем страничка-другая старого романа перед тем, как погасить свечу. Она говорила это так искренне, что капитан Торн, у которого у самого было три дочери, едва заметно смягчился в лице. Командор Эш остался неподвижен. — И ваш выбор пал... — Каспиан выдержал паузу, — ...на Запретную секцию? — Я не знала! — Сандра всплеснула руками. — Ваше Величество, я даже... я даже не трогала ничего! Я просто шла мимо, и эта дверь — она была приоткрыта! Я подумала: «О, там, наверное, ещё книги», и просто заглянула, а потом этот ужасный звук... — Она прижала ладони к груди, и её глаза наполнились слезами — настоящими, крупными, готовыми вот-вот скатиться по щекам. — Ох, я так испугалась! Я никогда в жизни не слышала ничего подобного! А потом стража, и они были такие... такие... Она всхлипнула. Одна слеза всё-таки скатилась по её щеке, оставив влажную дорожку. Вторая набухла на ресницах. Сандра переводила взгляд с одного мужчины на другого, и в этом взгляде было столько растерянности, столько искреннего испуга, что капитан Торн, кажется, готов был сам предложить ей стакан воды и присесть. «Ну конечно она не знает, — подумал Каспиан, и ему стоило немалых усилий сохранить на лице серьёзное выражение. — Что взять с такой наивной, невинной овечки? Заблудилась. Шла мимо. Дверь сама открылась. Ни разу в жизни не брала в руки шпильку. Только саблю. И абордажный крюк. И мою реликвию из запертого тайника». Он прикрыл рот ладонью и чуть потёр подбородок, пряча усмешку. Она была хороша. Чертовски хороша. Он знал, что она лжёт и всё равно на секунду почти поверил. Но командор Эш не был так мягок. Начальник береговой охраны прищурился и сложил руки на груди. Его обветренное лицо не выражало ни сочувствия, ни сомнения — только холодный профессионализм человека, который привык допрашивать контрабандистов. — Тогда как же замок оказался открыт и сработала сигнализация? — спросил он. — Особая секция запирается на ключ. Ключ есть только у короля и у хранителя библиотеки. Если дверь была открыта — кто-то её открыл. Если сработала сигнализация — кто-то её активировал. Это не происходит само. Сандра округлила глаза и уставилась на Каспиана. В этом взгляде не было мольбы — только чистый, незамутнённый вопрос. Словно она сама понятия не имела, как такое могло случиться, и ждала, что король — мудрый, всезнающий — сейчас всё объяснит. Каспиан сидел, опершись подбородком на кулак, и прятал в этом кулаке усмешку. Сандра смотрела на него невинными глазами, полными безмолвного ожидания. Он смотрел на неё и думал о том, что если она когда-нибудь решит бросить пиратство, ей прямая дорога в театр. В королевский театр. На главную сцену. С аншлагом. Он выдержал паузу, ровно такую, чтобы она начала чуть заметно нервничать, а потом просто пожал плечами. Капитан Торн переводил взгляд с короля на леди и обратно и явно не понимал, что происходит. Командор Эш нахмурился, почувствовав что-то неладное, но не решаясь давить дальше в присутствии короля. Тишина затянулась, стала неловкой, почти звенящей. И тогда Каспиан заговорил. — Полагаю... — произнёс он, и его голос звучал так, словно он только что вспомнил нечто важное, — перед ужином я заходил в библиотеку. За одним документом. Торн, вы помните, я спрашивал про старые карты восточных проливов? Торн неуверенно кивнул. — Да, да, старые карты... Кажется, в этой суматохе я... — Каспиан сделал паузу и посмотрел на Сандру, словно ожидая от неё подтверждения, — ...не запер особоохраняемую секцию? Сандра активно закивала. Слишком активно, на ее лице буквально читалось: «Да, да, именно так всё и было! Король забыл запереть, я заблудилась, дверь была открыта, я ничего не трогала, я овечка, невинная овечка». Каспиан едва не фыркнул, но сдержался. — И леди Сандра, — продолжил он, — по всей видимости, просто оказалась не в том месте не в то время. — Именно! — выдохнула Сандра. — Именно это я и пытаюсь сказать! Не в том месте, не в то время! Командор Эш смотрел на них по очереди, и в его глазах читалось отчётливое сомнение. Но спорить с королём — особенно когда король так уверенно берёт вину на себя — было бы нарушением субординации. Он молча отступил на шаг. Капитан Торн, казалось, был рад, что инцидент исчерпан и ему не придётся писать рапорт о задержании королевской гостьи. Когда мужчины обменялись ещё несколькими формальными фразами и посчитали конфликт улаженным, капитан Торн кашлянул. — Я могу выслать стражников, чтобы они проводили леди Сандру до её покоев. В целях безопасности. — Не стоит, — ответил Каспиан, поднимаясь. — Я провожу леди сам. Мне как раз нужно подумать о том, что мы здесь обсуждали. — Он бросил короткий взгляд на командора Эша. — Я свяжусь с вами завтра утром. Патрули — прежние. И подготовьте мне сводку по тем кораблям, что вы упомянули. — Будет исполнено, — кивнул Эш. Каспиан взял Сандру под локоть, легко, почти незаметно и вывел из кабинета. Дверь закрылась за ними. Коридор был пуст и тих. Факелы на стенах горели ровным пламенем, отбрасывая на каменные плиты танцующие тени. Они прошли несколько шагов, и Каспиан отпустил её локоть. Сандра сделала глубокий вдох, и вся её «невинная овечка» слетела, то был волк в овечей шкуре. — Ф-фух, — выдохнула она. — Ну и вечер. — Она обернулась к нему и резко ткнула пальцем ему в грудь. — А ты! Где ты был? Ты хоть понимаешь... — Тише, — оборвал он, не повышая голоса. — Нет, я не буду тише! Я ждала тебя полчаса! Полчаса в пустом зале, как... — Не забываете с кем говорите, леди, — подсказал он. — Тыкать пальцем в своего короля не лучшая идея. Она сжала челюсти и заговорила снова — уже тише, полушепотом, но с той же яростью. — Ты…Вы…не пришёл. Ты не прислал записку. Просто исчез. Я сидела там и ждала, пока ты... — Пока меня задержали срочные новости, — перебил он. — Ты заметила гонца. Ты видела, что я ушёл после ужина. Неужели тебе не пришло в голову, что у короля могут быть дела важнее, чем встреча с несносной пираткой? — понемного, но он начинал вскипать. — Ты мог бы оставить записку! — прошипела она. — Одну строчку. — У меня не было времени. — Конечно, у тебя никогда нет времени! — Она остановилась посреди коридора и упёрла руки в бока. — Ты вечно занят! То совет, то невесты, то таинственные гонцы с таинственными новостями! А я сижу и жду, как... — Ты вскрыла замок особой секции. — Сказал как отрезал. Она замолчала. — Ты активировала магическую сигнализацию, — продолжал он, и в его голосе не было злости — только холодная, сдержанная строгость. — Тебя задержала стража. Тебя привели в кабинет, где сидели, помимо меня, начальник дворцовой охраны и командор береговой охраны. И если бы меня не было в том кабинете, если бы я не сказал, что сам «забыл» запереть дверь, тебя сейчас допрашивали где-то в подземельях. Сандра молчала. Он сделал шаг к ней. — Ты умна, Сандра. Ты очень умна. Но сегодня ты сделала глупость. Твои навыки в этом замке — не преимущество, а угроза. Если ты не научишься ждать, если ты не научишься доверять мне хотя бы настолько, чтобы не лезть в закрытые секции в одиночку, ты погубишь нас обоих. Ты поняла? Она смотрела на него во все глаза. Он не кричал. Он говорил спокойно, строго, почти по-командирски — и это действовало на неё так, как не действовали бы никакие крики. Она чувствовала себя котёнком, которого взяли за шкирку и отчитали за разбитую чашку. И самое унизительное — она понимала, что заслужила это. Почти. — Я... — начала она, но он уже отвёл взгляд и пошёл дальше. Ей ничего не оставалось, как последовать за ним. Остаток пути до её спальни они прошли в молчании. У двери она остановилась. Он тоже. Мгновение тишины — и она, собравшись с духом, спросила: — Что вы обсуждали в кабинете? До того как меня привели? Он повернулся к ней, и его взгляд стал тяжёлым. Не угрожающим — предупреждающим. — Это тебя не касается, — произнёс он. — Но... — Это. Тебя. Не касается, — повторил он раздельно. — Если бы ты провела вечер в своей комнате, как я просил, ты бы не стояла сейчас передо мной с этим вопросом. Она вздёрнула подбородок и встретила его взгляд. Что-то в её глазах вспыхнуло — то ли обида, то ли гнев, то ли что-то третье, чему она сама не знала названия. Но она не стала спорить. — Спокойной ночи, Ваше Величество, — произнесла она без обычной насмешки. — Спокойной ночи, леди Сандра. Он развернулся и пошёл прочь. Его шаги затихали в коридоре, а она ещё несколько мгновений стояла, прислонившись спиной к двери своей спальни, и думала о том, что только что случилось. О новостях, которые он не захотел ей рассказывать. О том, как он отчитал, словно напакостившего ребенка. О том, что он упомянул срочные новости, но не сказал какие. И почему-то это злило её и одновременно... нет. Она тряхнула головой, оттолкнулась от двери и прошла вглубь спальни. В камине ещё теплились угли, отбрасывая на стены слабые, дрожащие тени. Лунный свет лился сквозь высокое окно, заливая пол серебром. Сандра опустилась на край кровати и только тогда позволила себе выдохнуть по-настоящему. А потом она сунула руку в складки юбки и достала то, что прятала там весь вечер. С того самого момента, как сработала сигнализация. С того самого момента, как её пальцы, действовавшие быстрее мысли, метнулись к полке, быстрее чем вой магической сирены разнёсся по замку. Она сама не знала, зачем это сделала. Инстинкт? Старая воровская привычка: если тебя сейчас схватят, уходи не с пустыми руками. Стража видела только испуганную девушку. Никто не заметил, как она прижала книгу к боку и прикрыла складками юбки. Никто не заметил, как она пронесла её через весь замок. Книга оказалась небольшой — чуть больше её ладони, в потёртом кожаном переплёте, без тиснения, без названия. Старые страницы пожелтели от времени и пахли пылью и чем-то ещё — солёным, морским, как пахнут вещи, долго пролежавшие в трюме корабля. Сандра поднесла её ближе к свету камина и раскрыла наугад. Это был не печатный том. Рукописный журнал. Страницы заполнял мелкий, убористый почерк, чернила выцвели, но всё ещё читались. Схемы. Зарисовки. Какие-то расчёты. Она перевернула несколько страниц и замерла. На развороте был изображён амулет. Тот самый. Она узнала его мгновенно — форму кулона, изгибы цепочки, странный символ в центре, похожий на глаз или на водоворот. Рядом с рисунком шли пометки — мелкие, торопливые, словно автор боялся, что не успеет записать всё, что знал. Журнал на вид был старым. Очень старым. И в нижнем углу страницы, под последней записью, стояла подпись. Она наклонилась ближе, вглядываясь в выцветшие буквы, и сердце пропустило удар. Имя. Она знала это имя. Его упоминал отец — один раз, давно, когда рассказывал о прошлом их рода. «Наш предок. Тот, кто создал амулет. Тот, кто заключил договор с морем». Сандра захлопнула журнал и прижала его к груди. Дыхание перехватило. Это была не просто книга. Это был ключ. Ключ к тому, что скрывал отец. Ключ к тому, о чём молчал Каспиан. И она нашла его сама. Она долго сидела так, глядя на тлеющие угли. Потом встала, спрятала журнал под подушку и легла, не раздеваясь. Спальня молчала. Море за окном молчало. Где-то в замке затихали последние шаги. Но Сандра не спала. Она думала об отце, о Каспиане, о журнале под подушкой, о том, что завтра всё изменится. Она чувствовала это… --- Утро наступило серое и пасмурное. Солнце спряталось за тучами, и море за окном приобрело свинцовый оттенок. Сандра проснулась от стука в дверь — Элис и Марта принесли завтрак, свежее платье (на этот раз тёмно-синее, простое, без украшений) и последние сплетни. — Леди Сандра, — зашептала Марта, пока Элис расставляла приборы, — вы слышали, что говорят? — Ещё нет, — ответила Сандра, садясь в постели. — Ох, это так неприлично, я даже не знаю, стоит ли пересказывать... — Марта замялась, но её глаза горели тем особым огнём, какой бывает только у тех, кто умирает от желания поделиться скандалом. — Говорят, что одну из леди видели ночью в коридоре. В тёмном углу. Со стражником… Сандра подняла бровь. — Со стражником? — Да! И она... ну, вы понимаете... с ним... — Марта покраснела и прижала ладони к щекам. — В общем, очень неприлично. Леди Илэйн сказала, что это наверняка кто-то из тех, кто…не знаком с дворцовым этикетом. — И на кого же она намекает? — спросила Сандра, хотя уже знала ответ. — Ну... — Марта замялась. — В разговорах проскальзывает…ваше имя. Потому что вы новенькая и... ну, с Одиноких Островов. И потому что вы вчера ушли с ужина раньше всех… Сандра взяла с подноса кусок хлеба и медленно откусила. Значит, Илэйн не теряла времени. Она пустила слух — лживый от начала и до конца, совершенно безосновательный, но достаточно скандальный, чтобы все говорили о нём. Стражник. Тёмный угол. Как банально. Как дешёво. И как эффективно. — Ясно, — произнесла она, прожевав. — И многие в это верят? — Ну... — Марта переглянулась с Элис. — Леди Илэйн говорит очень убедительно. Сандра подавила усмешку. Илэйн, разумеется, говорила убедительно. Но она не знала правды. Никто не знал правды. В реальности Сандру видели ночью только стражники, у запретной секции, а не в тёмном углу с мужчиной. И никто из этих стражников не проболтался, Каспиан наверняка позаботился об этом. Значит, слух был чистым вымыслом, рождённым в голове Илэйн и подхваченным остальными. И это было хорошо. Пусть лучше они обсуждают выдуманного стражника, чем реальную сигнализацию. — Спасибо, Марта, — сказала она, допивая чай. — Я ценю твою заботу. Но можешь успокоить всех заинтересованных — вчера ночью я была в своей комнате. Одна. — О, я в этом не сомневалась! — воскликнула Марта, и Элис энергично закивала. — Но леди Илэйн говорит так уверенно... — Леди Илэйн говорит то, что ей выгодно, — заметила Сандра, поднимаясь. — А теперь помогите мне одеться. Я хочу выглядеть безупречно. Через полчаса она вошла в малую столовую. Девушки уже собрались за завтраком — все двенадцать, плюс леди Патриция, сидевшая в углу с рукоделием. При появлении Сандры разговоры на мгновение стихли, а затем возобновились с новой силой, но теперь это был шёпот, быстрый, лихорадочный, как стрекот насекомых. Сандра прошла через зал, не глядя по сторонам, и села рядом с Флоренц. — Доброе утро, — произнесла она. — Доброе, — отозвалась Фло, и её ямочки нервно дрогнули. — Сандра, вы слышали?.. — Слышала, — Сандра налила себе воды из кувшина. — Это неправда. — Я знаю, — быстро сказала Фло. — Я сразу поняла. Леди Илэйн сочинила это от начала до конца. Но остальные... — Она покосилась на дальний конец стола, где Илэйн, Маргери и Брианна о чём-то шептались, бросая на Сандру многозначительные взгляды. — Они верят. Или делают вид, что верят. — Пусть, — произнесла Сандра. — Собаки лают — караван идет. Фло удивлённо посмотрела на неё, но спрашивать не стала. Завтрак прошёл спокойно, настолько, насколько мог быть спокойным завтрак в компании двенадцати девушек, половина из которых считали её распутницей, а другая половина не знали, что думать. Илэйн не заговаривала с ней, только время от времени бросала холодные, оценивающие взгляды. Маргери хихикала. Брианна прятала глаза. Розалин вообще не смотрела в сторону Сандры. Остальные держались нейтрально. После завтрака леди Патриция объявила, что сегодня прогулка отменяется из-за пасмурной погоды, и предложила леди провести день за чтением, вышивкой и игрой на музыкальных инструментах. Сандра уже собиралась уйти к себе, когда в столовую вошёл слуга и, поклонившись, сообщил, что лорд Мерион просит леди Сандру проследовать в кабинет Его Величества. — Его Величество тоже там? — спросила Сандра. — Да, леди. И лорд-канцлер. И ещё несколько членов Совета. Фло испуганно взглянула на неё. Илэйн чуть приподняла бровь, и в её серых глазах мелькнуло откровенное торжество. Сандра встала, поправила складки тёмно-синего платья и вышла из столовой с таким видом, словно её пригласили не на допрос, а на чай. --- Кабинет короля был просторным, но сейчас в нём было тесно от количества людей. Каспиан стоял у окна, спиной к вошедшим, и смотрел на море. При появлении Сандры он обернулся, и их взгляды на мгновение встретились. Ничего. Ни кивка, ни знака. Только холодная вежливость короля, смотрящего на гостью. У стола стояли трое. Лорд Мерион, сухонький, седой, с острым птичьим лицом и неизменными глазами-бусинками, которые сейчас смотрели на Сандру с выражением, не обещавшим ничего хорошего. Рядом с ним — лорд Грегор, самый старый из советников, который пожевывал губами и выглядел так, словно ему было глубоко безразлично всё происходящее. Третий — лорд Эрвин, молодой, с острым носом и въедливым голосом. — Леди Сандра, — произнёс Мерион, и его голос был слаще мёда, что не предвещало ничего хорошего. — Благодарим, что нашли время. Прошу, присаживайтесь. Она села в указанное кресло. Спина прямая, подбородок вздёрнут. Она не собиралась показывать им свой страх. Даже если бы он был. — Мы хотели бы задать вам несколько вопросов, — продолжил Мерион. — Исключительно в целях... прояснения формальностей. Вы ведь понимаете, когда во дворец прибывает новая гостья, особенно в таких необычных обстоятельствах, мы должны проявить определённую осмотрительность. — Понимаю, — ответила Сандра ровно. — Вот и прекрасно. — Мерион улыбнулся. Улыбка напоминала трещину на льду. — Тогда, если позволите, начнём с самого простого. Вы назвали себя дочерью лорда с Одиноких Островов. Не могли бы вы уточнить, как зовут вашего отца и из какого именно дома вы происходите? Сандра не моргнула. Но внутри у неё всё сжалось. Она ждала этого вопроса. Готовилась к нему. И всё же одно дело готовиться, и совсем другое отвечать, когда за тобой наблюдают четверо мужчин, один из которых знает правду, а трое других хотят её узнать. — Мой отец — лорд Корбен из дома Эшфордов, — произнесла она. Имя пришло само, она услышала его однажды от одного из матросов, который рассказывал про Одинокие Острова. — Наш дом невелик и не очень известен за пределами архипелага. — Дом Эшфордов, — повторил Мерион, и его глаза-бусинки блеснули. — Не могу припомнить такого. А вы, лорд Эрвин? — Я тоже, — ответил тот. — Но Одинокие Острова далеко. Возможно, нам стоит послать запрос. Чтобы подтвердить... личность нашей гостьи? — Запрос — это прекрасная мысль, — кивнул Мерион. — Но он займёт время. А пока запрос идёт, леди Сандра, возможно, вы могли бы рассказать нам о себе подробнее. Чем занимается ваш отец? Как вы оказались на том судне? Почему путешествовали в Нарнию? — Мой отец — судовладелец и торговец, — ответила Сандра ровно. — Он ведёт дела с несколькими портами на материке. Я путешествовала в Нарнию, чтобы... увидеть своими глазами страну, о которой так много слышала. Наш корабль должен был прибыть в порт Кэр-Параваля, но шторм нарушил планы. — И вы оказались на королевском судне, — вставил лорд Эрвин. — Как удачно. — Удача — дама капризная, — произнесла Сандра. — Но мне повезло. Его Величество проявил милосердие. Мерион кивнул и собирался задать следующий вопрос, но лорд Эрвин опередил его. Молодой советник прищурился, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на азарт охотника, почуявшего дичь. — Леди Сандра, — произнёс он, — мы все здесь наслышаны о вашем появлении при дворе. И всё же хотелось бы прояснить один момент. В каком качестве вы находитесь в замке? Как «гостья», потерпевшая крушение и ожидающая возвращения домой? Или как одна из «невест», участвующих в сезоне? Вопрос повис в воздухе, как клинок, занесённый над головой. Капитан Торн, стоявший у двери, переступил с ноги на ногу. Лорд Грегор перестал жевать и поднял глаза. Мерион смотрел на Сандру с холодным любопытством, ожидая ответа. Сандра выдержала паузу. Она перевела взгляд с лорда Эрвина на лорда Мериона, потом на лорда Грегора и наконец на Каспиана. Король стоял у окна, и его лицо было непроницаемым. Она попыталась прочитать его взгляд — поддержка? предостережение? разрешение? Но не смогла. Он смотрел на неё, и она не имела ни малейшего понятия, что означает этот взгляд. В прочем, он наверняка еще зол на нее за ночную выходку. Тогда она решила, что ответит сама. Как всегда. — Только глупая простушка отказалась бы от возможности побороться за сердце самого короля, — произнесла она, и её голос прозвучал легко, почти игриво, но в нём звенела сталь. Она сделала небольшую паузу, и в наступившей тишине было слышно, как потрескивают угли в камине. Каспиан не шелохнулся, но что-то в его лице изменилось — на долю секунды, почти неуловимо. Сандра продолжила, и теперь её слова падали в тишину, как камешки в глубокий колодец. — Назвать дочь лорда простушкой — по меньшей мере оскорбление, а вот о моих умственных способностях потрудитесь судить сами. Она закончила лёгкой улыбкой — той самой, которую Каспиан уже видел на палубе, в галерее, в кабинете начальника охраны. Улыбкой, которая могла означать что угодно. Которая не давала ответа, но делала дальнейшие расспросы неуместными. Затем она встала, одёрнула рукав тёмно-синего платья и направилась к двери. Но у самого порога остановилась и обернулась. На мгновение их взгляды встретились — её и Каспиана. — Ах да, Ваше Величество, — произнесла она, и её голос звучал легко, почти беззаботно, но в нём звенела та самая дерзость, которую он узнал бы из тысячи. — Кажется, вы задолжали мне аудиенцию. На секунду в кабинете стало так тихо, что можно было услышать, как ветер треплет флаг над башней. Лорд Эрвин поперхнулся воздухом. Мерион выгнул бровь. Даже лорд Грегор перестал жевать и уставился на короля с откровенным любопытством. Это было дерзко. В каком-то смысле непозволительно. Никто, никто не говорил с королём в таком тоне в присутствии совета. Но в её исполнении это прозвучало так невинно, так очаровательно, так... по-женски, что придраться было невозможно. Она не требовала. Она напоминала. С улыбкой. С реверансом. С ядом, завёрнутым в шёлк. Каспиан смотрел на неё, и где-то в глубине его глаз мелькнула тень, то ли раздражение, то ли азарт, то ли что-то третье, чему он сам не знал названия. Он прекрасно раскусил её игру. Она мстила ему за сорванную встречу. Мстила за то, что он отчитал её в коридоре. Мстила за то, что он не рассказал ей правды. И мстила так изящно, что ему ничего не оставалось, кроме как восхититься. Он выпрямился и склонил голову в лёгком поклоне, насколько позволял этикет. — В самом деле, леди Сандра, — произнёс он, и его голос был ровным, как морская гладь, но в уголках губ таилась та самая усмешка, которую он так старательно прятал. — Я помню о своём обещании и непременно исправлю это упущение. Завтра, после завтрака. Вас устроит? — Вполне, — ответила она, и её улыбка стала вдвое шире. — Благодарю, Ваше Величество. Она вышла. Дверь закрылась. Советники переглянулись. Мерион кашлянул. Эрвин всё ещё выглядел так, словно ему только что показали фокус, которого он не ожидал. Грегор тихо хмыкнул и потянулся за кубком с водой. Каспиан повернулся к окну, чтобы никто не видел его лица. «Задолжали аудиенцию...— повторил он про себя. — Ну конечно. Она не могла уйти, не оставив за собой следа. Не могла не бросить последний камешек в воду, чтобы круги расходились ещё долго после того, как она покинет комнату» Он должен был злиться. Должен был одёрнуть её, поставить на место, напомнить о субординации. Но вместо этого он поймал себя на том, что теперь ждёт завтрашнего дня с куда большим интересом, чем готов был признать.