Слишком аппетитная | Good enough to eat.

ГЛАВА 5 Пронзительный крик заставил Робин резко проснуться. Во рту всё еще стоял привкус крови, она почти физически ощущала тяжесть тела женщины в своих руках, чувствовала, как выпивает её до капли. Сердце колотилось о ребра, как безумное. Но она не была на улице, не охотилась вместе с Меган, а её желудок был пуст, словно зернохранилище после засухи. Неужели всё это — лишь порожденный голодом сон или галлюцинация? Память была затуманена, и она с трудом отличала реальность от вымысла. Неужели она действительно приходила в квартиру к Алане? В сознании вспыхивали обрывки воспоминаний: Алана в милом фартуке, прикосновение Аланы, высекшее искру электричества между ними, Алана, бегущая следом, потому что не хотела оставлять её в беде. Но самым ярким образом была алая капля, упавшая на кухонный пол. Кровь. Её запах всё еще висел в воздухе. «О нет. Что я наделала?» Она лихорадочно огляделась. Она находилась в гостиной, которую спустя несколько секунд опознала как квартиру Аланы. Кто-то сидел на диване рядом с ней. Алана. Её глаза были закрыты, а голова откинута на спинку так, что шея оказалась полностью открыта. «О нет. Нет-нет-нет! Только бы я её не выпила!» Робин попыталась унять бешеный пульс, чтобы услышать, бьется ли сердце Аланы, но тщетно. Собственное сердце застучало еще быстрее. Наконец, грудь Аланы приподнялась в спокойном вдохе. Робин откинулась на спинку дивана, чувствуя, как облегчение разливается по ослабевшим мышцам. Её плечо коснулось плеча Аланы, послав знакомый разряд по руке до самых кончиков пальцев. Возможно, это было лишь воображение, но легкий контакт, казалось, разогнал туман сна, голода и истощения. На мгновение красная пелена спала, и боль утихла. Затем её взгляд снова упал на обнаженную шею Аланы — нежная кожа была прямо перед её глазами... и клыками. Голод вернулся с утроенной силой, раздирая нутро так, что Робин согнулась пополам, обхватив себя руками от боли. Даже в этой позе она не могла не коситься вверх, с вожделением глядя на кость слоновой кости — её кожу — и сосуды, пульсирующие под ней. «Всего один укус, один глоток. Это ей не повредит». Эндорфины, которые её клыки впрыскивают в рану, сделают всё безболезненно, а другие вещества в слюне вместе с мороком сотрут память. Робин заставила себя выпрямиться и медленно опустила голову, пока её губы не оказались в дюйме от сонной артерии Аланы. Её кровь пахла лучше всего, что Робин встречала за свои шестьдесят семь лет. Её глаза затрепетали и закрылись, она приоткрыла рот и... В последнюю секунду гул энергии остановил её движение и привел в чувство. «Нет. Нельзя. Только не её». Несмотря на то, что мышцы буквально кричали от боли, она вскочила и бросилась прочь — из гостиной, через коридор, вниз по лестнице, так быстро, как только позволяли слабые ноги. Она споткнулась на последних ступенях и, собираясь рвануть на себя входную дверь, врезалась в человека — молодую блондинку, которая только что вошла в здание с двумя пакетами продуктов. Апельсины разлетелись во все стороны, когда обе они повалились на пол. Робин приземлилась прямо на женщину; её клыки, уже выдвинувшиеся наружу, замерли в считанных сантиметрах от шеи незнакомки. Она застонала, вдыхая запах этой жизни, пульсирующей в сосудах. — Простите, — выдохнула женщина под ней. — Я не видела... — Не кричи, — хрипло произнесла Робин, вкладывая в голос всю мощь своего внушения. — Ты ничего не вспомнишь. — Кричать? С чего бы мне... Робин вонзила клыки ей в шею. Эта женщина не была Аланой, и её группа крови не была первой отрицательной, но выбирать не приходилось. Боль в мышцах начала стихать, пока она жадно глотала кровь большими глотками. Женщина застонала — скорее от удовольствия, чем от боли. «О да. Это хорошо. Так хорошо». Робин тянула сильнее. Еще, еще, еще. Безумие кормления едва не поглотило её целиком. Перед глазами внезапно вспыхнул образ последней женщины, которой она питалась: та лежала на холодном асфальте, бледная как труп, пока парамедики боролись за её жизнь. Робин рывком выдернула клыки из шеи и быстро лизнула ранку — благодаря особому ферменту в слюне два прокола затянулись почти мгновенно. Последние капли крови попали на язык. Вкус был такой, что захотелось вернуться и продолжить. «Нет! Ты убьешь её, если возьмешь больше». В своем нынешнем изголодавшемся состоянии у неё не хватало самообладания, чтобы взять ровно столько, сколько нужно, и отпустить человека без вреда. Женщина непонимающе моргнула. Робин позволила себе полежать на незнакомке еще несколько секунд, пока не почувствовала, как сила возвращается в мышцы. Мощь пульсировала в ней, она вскочила, ощутив себя по-настоящему живой впервые за несколько недель. Она подхватила женщину и рывком поставила её на ноги, даже не напрягаясь. — Вы в порядке? Женщина ошеломленно кивнула: — Кажется, да. Что произошло? — Мы столкнулись, и вы сильно упали. — Я только помню, как открыла дверь и... — Женщина нахмурилась. — А дальше пустота. Робин всё еще придерживала её. — Возможно, вы ударились головой при падении. Похоже на легкое сотрясение. Вам лучше отдохнуть несколько дней. — Она добавила в голос немного внушения, чтобы женщина наверняка последовала совету. — Спасибо, я так и сделаю. — Женщина наклонилась за пакетами и покачнулась. Робин быстро подхватила её под локоть. Теперь её живот сводило не от голода, а от чувства вины. «Черт. Я взяла слишком много». Еще чуть-чуть, и она бы... Она даже думать об этом не хотела. — Давайте я. — Она собрала апельсины, сложила их поверх продуктов и легко подхватила оба тяжелых пакета одной рукой. — Где вы живете? Женщина указала наверх: — Второй этаж. Квартира 2Б. «Проклятье». Робин поморщилась. Ну и везенье. Эта женщина — соседка Аланы по лестничной клетке, и теперь ей придется вернуться наверх, пройти прямо мимо того места, которое для неё опаснее, чем бар, полный джина, для Аланы. «Ну, ты уже сорвалась. Хуже не будет». Вздохнув, она обхватила девушку свободной рукой. — Идемте. Я помогу вам дойти до квартиры. Придерживая соседку, она направилась к лифту. *** Алана заглянула в мерцающие глаза Робин. Словно в замедленной съемке, Робин приблизилась и облизнула губы. «Она собирается меня поцеловать?» Алана затрепетала в ожидании. Полные губы Робин были слегка приоткрыты в чарующей улыбке. Но вместо того чтобы впиться в губы Аланы страстным поцелуем, она опустила голову к её шее. Словно под действием чар, Алана откинула голову назад, открывая доступ. Всё её тело закололо, когда она почувствовала горячее дыхание Робин на чувствительной коже. Наконец, Робин коснулась шеи Аланы своими губами. Вместо резкого разряда возникло невероятно приятное покалывание. Алана застонала. Громкий шум заставил её вздрогнуть и проснуться. Она несколько раз моргнула, осознав, что уснула прямо на диване. «Черт возьми! Почему этот сон не продлился еще хоть немного?» Она глянула направо и затаила дыхание. Робин исчезла. Как она могла уснуть, когда Робин нуждалась в её присмотре? Настенные часы показывали, что прошло около получаса. «Может, она в туалете?» Алана встала, подошла к закрытой двери ванной и постучала: — Робин? Ответом была тишина. Сердце Аланы заколотилось о ребра. Что, если Робин упала в обморок, ударилась головой и теперь лежит на полу совершенно беспомощная? — Робин? Ты меня слышишь? Я вхожу! — Прежде чем она успела себя отговорить, она распахнула дверь. В ванной было темно и пусто. Робин там не было. — Черт! — Ей следовало не спускать с неё глаз, а не спать и видеть эротические сны. Она бросилась к окну в гостиной, надеясь, что не всё еще потеряно и машина Робин на месте. Бирюзовый «Приус» всё еще стоял перед домом. Алана выдохнула с облегчением и обернулась. Где еще она может быть? Осмотрев остальную часть квартиры, Алана вышла в коридор. Возможно, Робин лежит где-то в подъезде или в лифте, обессилев настолько, что не смогла дойти до машины или вернуться. Стоило Алане выйти на лестничную площадку, как лифт в конце коридора открылся с тихим звонком. «Пожалуйста, пусть это будет она!» Алана сжала ключи так сильно, что пальцам стало больно. Время словно замедлилось, казалось, прошли часы, прежде чем створки лифта полностью разошлись и оттуда вышла женщина. Алана узнала свою соседку, инструктора по йоге. Кенисон была не одна. Она прижималась к другой женщине в тесном объятии. «Разве это не... Робин!» При виде этой сцены у Аланы отвисла челюсть. Волна жгучей ревности захлестнула её. Пришлось ухватиться за дверной косяк, чтобы не потерять равновесие. «Какого черта она творит?» Придерживая Кенисон одной рукой и неся два пакета продуктов в другой, Робин вывела соседку из лифта, глядя на неё с почти нежным выражением лица. В отличие от того, что было полчаса назад, Робин выглядела свежей, как майская роза. Капельки пота со лба исчезли, тени под глазами пропали, а на щеках играл здоровый румянец. Она двигалась с грацией и силой пантеры. Как это возможно? Алана никогда не видела, чтобы кто-то так быстро восстанавливался после острого абстинентного синдрома. Размышлять об этом было некогда, потому что, хотя Робин выглядела отлично, Кенисон казалась бледноватой. — Кенисон? — О, привет, Алана. Это... эм... — Кенисон посмотрела на Робин мечтательным взглядом. Алана поджала губы. — Мы знакомы, — произнесла Робин тихим и покорным тоном. Этот голос напомнил Алане ребенка, вызванного к директору, или любовника, пойманного на измене. Алана подошла и забрала бумажные пакеты у Робин. — Что произошло? Робин отвела взгляд. — Мы столкнулись — в буквальном смысле, — ответила Кенисон, нащупывая ключи, когда они дошли до её двери. Её рука заметно дрожала. «Да что здесь происходит?» Ничто не имело смысла. Обычное столкновение, пусть даже с кем-то столь привлекательным, как Робин, обычно не доводит женщин до одышки и дрожи в коленях. Кенисон ушиблась? Видя, что Кенисон не может попасть ключом в замок, Алана шагнула вперед: — Дай ключи. Я помогу тебе войти. Робин преградила ей путь: — В этом нет необходимости. Я помогу ей. Ты можешь возвращаться к себе. — Это глупо, — отрезала Алана. — Ты даже не знаешь... Кенисон качнулась вперед и безвольно повисла на руках Робин. — Боже мой, Кенисон! Одним плавным движением Робин подхватила её на руки. Пораженная такой демонстрацией силы, Алана на секунду замерла, прежде чем снова переключить внимание на соседку. — Может, вызвать скорую? — Нет, — твердо сказала Робин. — Ей просто нужен отдых. Я отнесу её в постель. В душе Аланы боролись тревога за Кенисон и очередная вспышка ревности. Бросив взгляд на несчастную соседку, Алана отпихнула абсурдное чувство в сторону. У неё всё равно не было права ревновать, да и Робин, скорее всего, даже не по женщинам. Она подобрала ключи, которые выронила Кенисон, отперла дверь и придержала её, пропуская Робин внутрь. — Если планировка такая же, как у меня, спальня должна быть второй дверью слева, — сказала она и поставила пакеты на кухонную стойку. Она максимально быстро разобрала продукты, после чего поспешила за Робин и Кенисон в спальню. Кенисон лежала на кровати без сознания. Робин сидела рядом, глядя на неё с обеспокоенным и почти виноватым выражением. — Надо вызвать врача, — сказала Алана, подходя ближе. — Вдруг у неё сотрясение? Робин широко раскрыла глаза и покачала головой: — Она не ударялась головой. Кажется, она говорила что-то о недавно диагностированной анемии или чем-то в этом роде. Немного отдыха, и она будет как новенькая. Ты можешь возвращаться к себе, если хочешь. Алана скрестила руки на груди: — Я никуда не уйду. — Ей казалось, или Робин действительно пытается выпроводить её подальше от соседки? В чем дело? — Ладно, если ты настаиваешь, можешь присмотреть за ней? — спросила Робин. — Мне... эм... пора. Когда Робин встала и попыталась проскользнуть мимо, Алана схватила её за руку. Она проигнорировала разряд энергии и не разжала пальцев, даже когда ощущение переросло в слишком приятное покалывание. — Не так быстро. Ты задолжала мне объяснения. Робин посмотрела на руку на своем локте, но не пыталась вырваться. — Отпусти меня. Пожалуйста. — Нет. — Алана глубоко вдохнула. — Я уснула всего на тридцать минут, и за это время ты успела сбежать из квартиры, устроить «быстрый перепихон» с Кенисон или еще что-то, от чего она полностью обессилела, и вернуться с таким видом, будто не ты валялась у меня на диване в полуобмороке полчаса назад. — Перепихон? Что? — Робин яростно замотала головой. — Нет, я... Кенисон зашевелилась и села. Она непонимающе посмотрела на них: — Что случилось? — Вот и я её об этом спрашиваю. — Алана отпустила Робин, присела на край кровати и стала изучать лицо Кенисон, к которому наконец начал возвращаться цвет. — Ты отключилась прямо у нас на глазах. — Ого. — Кенисон потерла лицо. — Со мной такого никогда не бывало. Робин встала за спиной Аланы и заглянула ей через плечо: — Как ты себя чувствуешь? — Лучше, но слабость во всём теле, — ответила Кенисон. — Хочешь, я кому-нибудь позвоню? — спросила Алана. Кенисон покачала головой: — Уверена, я буду в порядке. — Лежи, хорошо? — распорядилась Алана. — Постарайся поспать. Я загляну к тебе позже и принесу что-нибудь поесть. Должно помочь. Кенисон откинулась на подушки и кивнула: — Спасибо. Когда Алана поднялась с кровати, что-то на воротнике Робин привлекло её внимание. Это было...? Она сделала шаг к Робин и указала рукой на пятно: — А это что такое? Робин оглядела себя, но ничего не заметила. — Где? — На воротнике. — Алана коснулась рубашки Робин и случайно задела пальцем кожу на её шее, вызвав очередную искру. Каждая частичка тела Робин заколола, и не то чтобы это было неприятно. — Нам правда нужно избавить тебя от этого свитера, — сказала она, качая головой, и тут же замерла, осознав, как это прозвучало. — Я не в том смысле. Просто не стоит его носить, если он так сильно электризуется. Алана рассмеялась: — Я не так поняла. Но нам действительно нужно снять с тебя эту рубашку. У тебя на воротнике уродливое красное пятно. Робин оттянула воротник, чтобы рассмотреть его. «О черт». Видимо, она ела неаккуратно. Несколько капель крови Кенисон брызнули на ткань. — А, это ерунда. — Никакая не ерунда, — возразила Алана. — Это похоже на... кровь. Волны страха, то бросая в жар, то в холод, окатили Робин, пока она лихорадочно искала хоть сколько-нибудь правдоподобное оправдание. Её взгляд метался от Кенисон, наблюдавшей за ними, к Алане. — Должно быть, попало, когда ты порезала палец. — Ой. — Алана покраснела. — Как же это вышло? Робин как можно небрежнее пожала плечами: — Понятия не имею. Может, ты случайно задела воротник. — Прости. Я не хотела тебя пачкать. «Я бы не возражала». Робин отогнала этот образ и подавила подступающий голод. «Ты только что поела. Ты не можешь снова хотеть есть так скоро». Но вопреки всем доводам рассудка, у неё текли слюнки каждый раз, когда она смотрела на Алану. Она откашлялась. — Всё нормально. Просто заброшу её в стирку, когда приду домой. Алана покачала головой: — Дай я её замочу, иначе ты никогда не выведешь пятно. Кровь очень плохо отстирывается. «Уж поверь, я знаю». — Постарайся отдохнуть, — сказала Алана Кенисон. — Мы заглянем к тебе чуть позже. Очередной разряд электричества пронзил Робин, когда Алана схватила её за руку и вывела из спальни, оставив дверь приоткрытой. Она потащила Робин к себе в квартиру. Теперь, когда она была сыта и больше не боялась потерять контроль, Робин позволила себе снова переступить порог жилища Аланы. Ей всё еще нужны были деньги, потому что завтра она снова проголодается, а она не могла позволить себе снова привыкнуть к сладкому вкусу свежей крови. Ей нужно вернуться к Юлиусу и купить синтетики. Алана затащила её на кухню и подтолкнула к стулу. — Садись и снимай рубашку. — Но... — Никаких «но», — отрезала Алана таким тоном, от которого её оппоненты в суде наверняка втягивали головы в плечи и соглашались на любые условия. — Я могу отвернуться, если хочешь. Робин хмыкнула. Она не стыдилась своего тела. Хотя под рубашкой на ней был только бюстгальтер, она расстегнула пуговицы и скинула одежду. Взгляд Аланы скользнул по её торсу, высекая еще больше крошечных искр по всему телу Робин. Поток энергии между ними был почти осязаемым. — Держи. — Голос Робин звучал хрипло. Прошла вечность с тех пор, как на неё так сильно действовала близость женщины — в буквальном смысле. Последний раз она была так очарована кем-то перед самым Карибским кризисом, когда проходила через эквивалент полового созревания у Гирах. Она протянула рубашку, стараясь не коснуться пальцев Аланы. Алана взяла её — и тут же выронила. Она наклонилась, чтобы поднять вещь, и внимание Робин невольно переключилось на её декольте. — Я просто застираю и кину в сушилку. — Голос Аланы тоже звучал немного сипло. — Я сейчас. Когда через несколько минут она вернулась, волосы у её висков были влажными, будто она плеснула в лицо холодной водой. Она протянула Робин огромную толстовку с надписью «Баффи — истребительница вампиров». Робин посмотрела на деревянный кол в руках персонажа и вопросительно выгнула бровь. — Ты выше меня, — почти извиняющимся тоном сказала Алана. — Это единственная вещь в моем шкафу, которая тебе подойдет. Без лишних слов Робин натянула толстовку. «Хорошо, что сородичи меня не видят. Они бы припоминали мне это всё следующее столетие». По крайней мере, эта чертова штука слабо пахла Аланой. Алана посмотрела на брошенные ингредиенты для лазаньи. — Ты еще хочешь лазанью? Или заказать пиццу? Робин никогда не понимала, почему люди так любят этот кусок теста с текучим сыром и случайным набором объедков сверху. — Нет, спасибо. Игнорируя протесты, Алана начала рыться в ящике, ища то ли еду, то ли меню на вынос. — Тебе нужно поесть. Сейчас ты выглядишь намного лучше, но полчаса назад ты была такой слабой, что я всерьез думала о скорой. — Я в норме. Я... перекусила, пока выходила. — Выбор слов едва не заставил Робин рассмеяться, но тут она вспомнила о своей минутной потере контроля. Раньше она всегда старалась брать не больше, чем люди теряют при сдаче крови в больнице — это оставляло их слегка дезориентированными, но в остальном здоровыми. Если бы соседка Аланы была не такой крепкой или если бы Робин не взяла себя в руки до того, как остатки самообладания окончательно испарились... Она заставила себя додумать эту мысль. «Я могла стать убийцей. Уже во второй раз». Для большинства Гирах это не было бы большой проблемой, но для Робин и двух раз было слишком много. Алана оставила поиски и села на стул напротив Робин. Она смотрела на неё через кухонный остров — её зеленые глаза были серьезными и пронзительными. — «Пока выходила», — повторила она. — Не хочешь рассказать, чем ты занималась? — Мне просто был нужен... — Кровь. — ...свежий воздух. Взгляд Аланы не дрогнул. Робин впервые почувствовала себя так, будто это её подвергают внушению. Не то чтобы её собственные попытки когда-либо работали на Алане. — Пожалуйста, не лги мне, Робин. — Я не лгу. Я... Алана вздохнула: — Я не дура. Я сама была на твоем месте. Свежий воздух не лечит острый абстинентный синдром. Мы обе это знаем. Расскажи мне, что происходит. Будучи человеком, который зарабатывает на жизнь придумыванием историй, Робин неожиданно для себя потеряла дар речи. — Я... уф... — Она потеребила заимствованную толстовку. Ухмыляющаяся истребительница вампиров будто насмехалась над ней. Наконец она прибегла к единственному объяснению, которое Алана могла принять: — У меня был срыв. Это, по крайней мере, не было ложью. Алана прищурилась: — Ты не кажешься пьяной. — Я всегда хорошо держалась. — Робин изо всех сил старалась не отводить взгляд. — И запаха спиртного нет. — Водка не пахнет, — парировала Робин. Она слышала, как люди утверждали, что у водки нет запаха, хотя сама была с этим не согласна. — И где ты умудрилась раздобыть выпивку так быстро? — Алана покачала голвой. — Бар прямо за углом. — Робин неопределенно махнула рукой, понятия не имея, где здесь ближайший бар. Но это же Нью-Йорк, где-то он точно должен быть. Алана вздохнула и нахмурилась: — Я думала, у тебя нет денег. «Боже. Она потрясающий адвокат». От её вопросов Робин бросало в пот. — Эм, твоя соседка угостила меня выпивкой. Парой стаканчиков. — Хм. — Алана прикусила нижнюю губу, приковав взгляд Робин к своему манящему рту. — Кенисон — привлекательная женщина. Была ли это ревность в её голосе, или это Робин выдавала желаемое за действительное? Робин усмехнулась: — Возможно, но она не в моем вкусе. — Прости, я не хотела делать поспешных выводов о твоих предпочтениях. Робин сделала неопределенный жест головой, не подтверждая и не опровергая свою ориентацию. — Меня не тянет к блондинкам. Я слабовольна перед рыжими. Совершенно неосознанным жестом Алана запустила пальцы в свои длинные медные волосы, а затем тряхнула головой, словно прогоняя морок. — Вернемся к делу. Если ты хочешь завязать и не сорваться снова, тебе нужно прикладывать больше усилий. Нужно ходить на собрания каждый день, а не время от времени. И нужно начать работу по Программе. Как говорят в АА: «Это работает, если вы работаете над этим». — Я готова на всё, чтобы избежать нового срыва, — искренне ответила Робин. — Хорошо. — Алана приподняла руку, словно хотела похлопать Робин по плечу, но передумала. — Ты не одна в этом, ясно? Я здесь, чтобы помочь. Если хочешь, мы можем встречаться дважды в неделю и прорабатывать твои Двенадцать шагов. Робин внутренне застонала. Только этого ей не хватало. Еще больше времени наедине с искусительницей Аланой. Но после того, что случилось сегодня, она честно призналась себе: помощь ей необходима. Каким-то образом Алане удавалось бороться со своей тягой, так что, возможно, именно она — тот человек, который научит Робин делать то же самое. Даже если она — само воплощение соблазна. Подавив вздох, Робин посмотрела на толстовку. «Ну, и где же твой осиновый кол в сердце, когда он так нужен, истребительница?»