Слишком аппетитная | Good enough to eat.

ГЛАВА 6 С силой захлопнув дверь, Алана швырнула портфель на низкий столик слева, открыла его и достала книгу Робин. После почти трех недель в роли наставницы она всё же поддалась любопытству и по пути домой заглянула в книжный магазин. Заскочив в ванную, чтобы сменить деловой костюм на что-то более домашнее, она налила себе стакан яблочного сока. Ужин мог подождать — любопытство пересилило голод. Устроившись на диване, Алана принялась рассматривать фото автора на задней обложке. Манящие, пронзительно-голубые глаза Робин, казалось, смотрели прямо на неё. Сама того не замечая, Алана провела пальцем по портрету. «Посмотри на себя! Ты уже ласкаешь книгу! Наверное, именно это чувствуют подростки в период полового созревания». Покачав головой, она перевернула книгу и изучила обложку. Вампирша смотрела на читателя соблазнительным взглядом, на фоне вишнево-красных губ поблескивали клыки цвета слоновой кости. Алана усмехнулась. «Секс всегда хорошо продается. Интересно, насколько Робин влияет на оформление? Что ж, по крайней мере, на обложке нет полуобнаженного охотника на вампиров, играющего мускулами и размахивающего колом». Она растянулась на диване и открыла книгу. Понимая, что не успеет дочитать её до собрания Анонимных Алкоголиков, Алана пролистала страницы вперед: ей не терпится узнать, как Робин описывает романтические сцены. Выбрав главу в середине, она начала читать. Её рот медленно приоткрылся от изумления. «Сара не могла оторвать взгляда от Кристи. Странно, но её очаровала не только элегантная шея с пульсирующей артерией. В Кристи притягивало всё: полные губы, аккуратный носик, искорки юмора в прекрасных зеленых глазах. Это не имело смысла — Сару никогда прежде не влекло к людям. По крайней мере, так. В смятении она отвернулась. — Мне пора, — прохрипела она. Кристи коснулась её руки: — Почему? «Потому что я больше не могу находиться рядом с тобой, иначе я тебя либо поцелую, либо укушу, либо и то и другое сразу», — подумала Сара. Но вслух произнесла: — Я забыла о важной встрече с куратором. Прежде чем Кристи успела ответить, Сара бросилась вниз по ступеням так быстро, как только могли нести её ноги.» Возлюбленной вампирши была женщина по имени Кристи, а не Крис, как Алана сперва подумала, мельком взглянув на аннотацию в магазине. Робин писала не просто любовные романы. Она писала лесби-романтику. «Ого. Робин — лесбиянка». Алана покачала головой, пытаясь унять бешеное сердцебиение. «Может, она просто пробует себя в новом жанре? Наверняка полно гетеросексуальных женщин, пишущих в этом ключе». Но интуиция подсказывала, что Робин не из их числа. «Я должна была догадаться». Раньше она убеждала себя, что сексуальное напряжение и флирт в их общении — лишь плод её воображения. Алана с трудом сглотнула подступивший к горлу ком. Почему из всех людей ей в подопечные досталась именно лесбиянка — да еще та, к которой её так сильно тянет? Любовь к человеческой женщине когда-то завела её на очень темную и одинокую тропу, и она была полна решимости не возвращаться туда снова. К тому же Робин только встала на путь выздоровления, так что ей тоже сейчас не до отношений. Какое бы влечение Алана ни испытывала, это не имело значения. Между ними ничего не будет. — Точно, — вслух произнесла Алана в пустой гостиной, стараясь сама в это поверить. Она откинулась на спинку дивана и продолжила чтение. «Дыхание Сары было прерывистым. Она закрыла лицо руками и зажмурилась, но не могла сбежать от реальности: она была в шаге от непоправимого. Она не знала, что было бы хуже: поцеловать Кристи или укусить её. Она так долго сдерживалась, но теперь Кристи пробивала все её защиты, лишая самообладания. Для других вампиров люди были просто пищей, но для Сары Кристи была чем-то гораздо большим». Алана перевернула страницу, где Сара взаимодействовала с другими вампирами. Поскольку Сара считала убийство людей аморальным, среди своих она была изгоем. Она застряла между двумя мирами, не принадлежа ни одному из них полностью — потерянная и одинокая, жаждущая любви и признания, которых никогда не получит от своего вида, но в то же время боящаяся подпустить к себе человека. Алане это было до боли знакомо. Иногда она чувствовала себя абсолютно человечной, но порой ей казалось, что ни один человек никогда не сможет до конца понять и полюбить её такой, какая она есть — и кем она была когда-то. Даже если бы она доверилась кому-то настолько, чтобы полюбить, ей пришлось бы наблюдать, как её возлюбленная стареет и умирает задолго до неё самой — точно так же, как вампирше Робин суждено стать свидетельницей смерти Кристи. Алана читала дальше, подавляя бурю эмоций, которым не могла дать названия. Вместо этого она сосредоточилась на тексте. «А она хороша». Слог Робин был захватывающим и остроумным — совсем не похожим на те романы, что Алана читала много лет назад, когда еще только изучала любовь между людьми. Ей не терпелось узнать, что будет с героями. Позволит ли им Робин обрести счастье, или обстоятельства и различия разведут их навсегда? Клыки Сары блеснули в лучах заходящего солнца. — Не говори потом, что я не предупреждала, — прошептала она, склоняясь к шее Кристи. — Хватит уже этих оговорок. Чего ты так боишься? «Дерзкая», — усмехнулась Алана. «Неужели Робин нравятся именно такие женщины?» Она отогнала эту мысль и перечитала последнюю строчку. «— Чего ты так боишься? — Любви, — прошептала Сара. Затем её клыки пронзили кожу Кристи. Но вместо боли Кристи захлестнуло возбуждение. Она застонала. Она ждала этого момента, казалось, целую вечность. — Боже, да!» Звонок мобильного вырвал Алану из повествования. — О боже, нет. Только не сейчас! — На самом интересном месте. Вздохнув, она встала и на четвертом гудке выхватила телефон из портфеля. — Привет, Брайан. Что случилось? — Ну, ты говорила, что придешь сегодня пораньше, чтобы помочь нам с подготовкой. — Да, я приду. Что-то еще нужно сделать? — Э-э, нет, но собрание начнется через двадцать минут, так что... — Что?! — Она взглянула на настенные часы. «О черт!» За чтением она совершенно потеряла счет времени. В этот момент желудок запротестовал, напомнив, что она не ела несколько часов. — Брайан, прости, я... — Ты в порядке? Его забота согрела её. — Да, всё хорошо. Просто зачиталась интересной книгой. В трубке послышался смех Брайана: — Знаешь, бывают вещи и похуже. Рад, что ты вернулась к чтению. Давненько ты не брала книгу в руки, верно? — Да, — улыбнулась Алана. Он был прав. — О чем книга? Может, и мне будет интересно? Лицо Аланы вспыхнуло. — Эм, вряд ли. Это... — она откашлялась, — это любовный роман. — Не знал, что ты таким увлекаешься. — Я и не увлекаюсь. Просто читаю, потому что это Ро... — она осеклась. Робин наверняка не хотела бы, чтобы в АА знали о её карьере. — Это лесби-роман, так что тебе вряд ли понравится. Послушай, мне действительно пора бежать, если я хочу успеть вовремя. — А, ну да, конечно. До встречи. Алана заложила страницу и с сожалением оставила книгу. Времени перекусить уже не было. Что ж, возможно, после собрания они с Робин снова пойдут ужинать — это уже становилось их традицией. И дело было не только в пустом желудке. Она схватила ключи и кошелек, сбежала по лестнице и прыгнула в машину. До сих пор оставалось загадкой, как роман Робин мог так сильно её отвлечь. «Совсем как сама Робин». Интересно, много ли автор вкладывает в своих персонажей? Алана покачала головой и закатила глаза. «Ты что, думаешь, она — вампир, который боится любви?» Усмехнувшись, она включила радио. Зазвучала песня Кристины Агилеры «Genie in a Bottle». — Аргх. — Самая глупая песня в истории музыки. Алана переключилась на другую станцию, где Фрэнк Синатра пел «I’ve Got You Under My Skin». Не намного лучше, учитывая, насколько сильно Робин «залезла ей под кожу». Она выключила радио и сосредоточилась на дороге. Алана уплела бургер почти не жуя. Сегодняшнее собрание тянулось целую вечность — по крайней мере, так казалось её желудку. Она потянулась за картошкой фри, но замерла, почувствовав на себе взгляд Робин. Робин ухмыльнулась: — Проголодалась? Щеки Аланы обдало жаром. Проглотив кусок, она ответила: — Я пропустила обед, и дома не успела перекусить. — Это почему же? — Была слишком занята, — пробормотала Алана с набитым ртом. Она не знала почему, но ей не хотелось признаваться, что виной всему был роман Робин. — Ты сегодня подозрительно тихая, — заметила Робин. — У тебя всё хорошо? — Конечно. Просто... много мыслей в голове. — Например, о том, как полные губы Робин обхватывают соломинку, когда та тянет клубничный коктейль. Алана облизнула внезапно пересохшие губы и заставила себя отвести взгляд. — А ты как? Как держишься? — Вроде нормально. Срывов больше не было. — Помедлив, Робин добавила: — Ты мне очень помогаешь. — Правда? — Со времени срыва Робин они виделись два-три раза в неделю, обсуждая борьбу с зависимостью, но Алана не чувствовала, что приносит много пользы. Наверное, потому, что наставничество над Робин сильно отличалось от её отношений с Брайаном. И дело было не только в смене ролей. С Робин большую часть времени занимали смех, подтрунивание и интересные беседы. Дружба с подопечным не запрещалась правилами, но всё, что выходило за рамки дружбы, было табу. К сожалению, Алана уже не могла отрицать своего влечения, особенно теперь, когда точно знала: Робин тоже любит женщин. Каждый их поход за кофе или коктейлем всё больше напоминал свидание. Она отогнала эту мысль. — Правда. Я очень ценю твою помощь и время, которое ты на меня тратишь. — В голубых глазах Робин читалась искренность. И всё же в воздухе повисло невысказанное «но». — Но? — подтолкнула её Алана. Робин опустила взгляд, разглядывая свои нервно подрагивающие руки. — Ну же. Поговори со мной. Ты же знаешь, я не стану тебя осуждать. — Иногда Робин всё еще казалось, что её зависимость — особенная, и никто не сможет её понять. Вместо ответа Робин принялась складывать и раскладывать салфетку. Алана накрыла руку Робин своей ладонью и мягко сжала. Почувствовав легкий разряд, Робин подняла глаза, но руку не убрала. Алана уставилась на их руки на столе. Ей казалось, или микроудары тока, вызванные её така, больше не были болезненными? Энергия всё еще ощущалась при каждом прикосновении, но теперь она вызывала не боль, а приятное покалывание во всём теле. Так же было с Келли, когда они уже какое-то время знали друг друга, но сейчас ощущения были гораздо острее. Видимо, её така решила, что с Робин всё движется в том же направлении. «Это доказывает, что даже Великая Энергия знает не всё». Робин вздохнула: — Я, правда, думала, что станет легче. Что собрания и разговоры с тобой помогут. Но эта тяга... — Она отвела взгляд и откашлялась. — Не пойми меня правильно, ты потрясающая. Я имею в виду... ну, я знаю, что ты делаешь всё возможное. Но легче почему-то не становится. Осознавая, что ни одна из них не убирает руки, Алане было трудно сосредоточиться. Но хотя она понимала, что это было бы правильно, она не могла прервать контакт. «Возьми себя в руки!» — Ты думаешь... — Она тяжело сглотнула. — Думаешь, другой наставник помог бы? Может, Брайан мог бы... — Нет! — Робин перевернула руку и крепко сжала пальцы Аланы, от чего ток между ними усилился. Её глаза горели. — Я имею в виду, Брайан наверняка замечательный, но я не хочу его в наставники. Против воли Алану захлестнуло облегчение. — Хорошо. — Её голос прозвучал странно. — Тогда давай подумаем, что еще мы можем сделать. Ты ходишь на собрания каждый день, не только на те, где бываю я? Робин кивнула: — Каждый вечер в новое место. — Хорошо. Ты избегаешь соблазнов? Баров, вечеринок, сомнительных компаний? Робин снова отвела взгляд и принялась помешивать остатки коктейля. — Ну, в основном да. Старых друзей я не вижу, потому что знаю — они сразу потащат меня выпить. — Правильно. Но даже так сопротивляться искушению вокруг будет тяжело. Взгляд Робин скользнул с лица Аланы чуть ниже. «Она что, смотрит на мою шею?» — Алана мысленно покачала головой. Вот что бывает, когда начитаешься вампирских романов. Всего несколько глав — и ей уже мерещится бог весть что. — Сопротивляться искушению... — Робин вздохнула. — Да. Это трудно. — Она снова впилась в Алану своим пристальным взглядом. Алана моргнула. Ей потребовалась минута, чтобы осознать смысл услышанного. Сияющие глаза Робин, её мягкий голос, прикосновение, от которого всё тело идет искрами... Почему она так чертовски отвлекает? «Соберись!» Она откашлялась: — И что же ты делаешь вместо этого? — А? Неужели у Робин такие же проблемы с концентрацией? — Вместо того чтобы ходить по барам с друзьями. — Ты про хобби? — не дожидаясь ответа, Робин продолжила: — Я пишу. Это всё, что я делаю. Пишу, хожу на собрания и гуляю с тобой. — Она замерла и отпустила руку Аланы. — Эм, я не имела в виду «гуляю» как свидания или что-то в этом роде. Просто провожу время как... — она беспомощно жестикулировала. — Друзья, — закончила Алана. Часть её испытала облегчение от того, что они, наконец, обозначили границы, но другая — возможно, даже большая — часть почувствовала разочарование: значит, свидания с Робин ей не светят. Робин часто закивала: — Да. Именно. Друзья. «Что ж, быть другом такой женщины — тоже неплохо, верно?» У Аланы было предчувствие, что у Робин не так много друзей, иначе она не стала бы занимать у неё деньги. Между ними воцарилось молчание. Не выдержав, Алана сказала: — Если запереться дома, то первый же выход в свет обернется катастрофой. Робин нахмурилась: — Ты хочешь сказать, что мне стоит видеться с друзьями? — Её глаза блеснули. — Или проводить больше времени с тобой? «Да!» Но вслух Алана произнесла: — Я имею в виду, что тебе нужно заводить новых друзей. Робин посмотрела на свои руки и пожала плечами: — Я думала, я именно этим и занимаюсь? Алана попыталась игнорировать «бабочек» в животе. Она снова коснулась руки Робин и слегка сжала её: — Так и есть. — Помолчав, она добавила: — Ты справишься с этим. Робин задумчиво провела большим пальцем по тыльной стороне ладони Аланы, вероятно, даже не осознавая этого. — Ты, правда, так думаешь? Пульс Аланы участился втрое, весь мир вокруг, кроме Робин, перестал существовать. Энергетическое поле, частью которого она была многие столетия, ощущалось почти так же: смесь успокаивающего гула и возбуждающего прилива. Как простое человеческое прикосновение может вызывать это знакомое чувство? «Еще!» — Эм, да, — прохрипела она. — Так, эм, Брайан спрашивал, не готова ли ты выступить перед группой в ближайшее время. — А ты что ответила? — Сказала, что не уверена. Что ты сама об этом думаешь? Почему бы не попробовать? Робин на мгновение прикрыла глаза. — Попробовать. — Она уставилась на кулон Аланы и облизнула губы. — Конечно. «Что это за странная одержимость моим кулоном? Или она всё-таки смотрит на шею?» Под пристальным взглядом Робин жар пополз по груди Аланы. Она потерла щеку свободной рукой. — Вот и хорошо. Просто скажи то, что на уме. Я знаю, это страшно, но мне это действительно помогло почувствовать, что я могу быть полезной новичкам. Не обязательно выходить за кафедру. Просто скажи пару слов, когда Брайан откроет дискуссию. Робин нерешительно кивнула: — Я попробую. — И добавила: — Спасибо тебе. — Не за что. Я знаю, ты сможешь. Их взгляды встретились. Алане пришлось сглотнуть. Прежде чем окончательно утонуть в этих прекрасных голубых глазах, она отвела взгляд. Но руку не убрала. Это было неправильно, но, черт возьми, как же приятно. Она никогда не была особенно тактильным человеком, но это покалывание вызывало почти зависимость. «Вот именно, поэтому тебе нужно прекращать. Не вздумай менять одну зависимость на другую». Робин, казалось, была не против, она тоже не убирала руку. «Скажи что-нибудь. Что угодно». — Я начала читать одну из твоих книг. Робин моргнула: — Да? Я думала, ты больше не читаешь любовные романы. Улыбнувшись, Алана ответила: — Для твоей я сделала исключение. — Правда? Эм, и какую же? Губы Аланы приоткрылись, когда она заглянула в глаза Робин, потемневшие до глубокого лазурного цвета. — «Укуси меня» (Bite Me). — Она ухмыльнулась и подмигнула. Робин прохрипела: — Ч-что? «Что ты творишь? Перестань флиртовать. Ты — её наставник!» К тому же она обещала себе больше никогда не заводить ничего с людьми. Алана резко отдернула руку, тут же почувствовав пустоту и тоску по мягкому гудению тока. — Твой роман про вампиров, «Укуси меня». Именно его я читаю. Робин посмотрела на свою руку. — А, ну да. Конечно. — Она откинулась назад, пытаясь принять непринужденную позу, но выглядело это натянуто. Когда она снова подняла взгляд, в её глазах светилось любопытство и что-то еще, чего Алана не могла разгадать. — Ну и как тебе? «Что ты очень талантлива. И очень красива». Алана моргнула. Откуда взялась эта мысль? — Это... — она не знала, как описать свои чувства от прочитанных глав. — Очень интересно. — Интересно? — Робин выгнула бровь. — Если это не в твоем вкусе, так и скажи. Я знаю, многие считают романы о вампирах... глуповатыми. — Она посмотрела на Алану с опаской, в её глазах затаились обида и страх осуждения. — Говорят, что не могут сопереживать существам, которых нет в природе. Но ведь Алана не притрагивалась к паранормальной романтике годами совсем по другой причине. Она не верила в любовь, а не в вампиров. Не то чтобы она встречала их лично. Древние сущности оберегали её от контактов с «трудными» видами, ведь было гораздо сложнее исполнять их желания, не нарушая сложный кодекс этики её народа. Поэтому Алана, Дахир и другие, кто не прожил еще и тысячелетия, работали с людьми. Людей в любом случае было больше, и в желаниях у них никогда не было недостатка — одни только человеческие просьбы могли занять Алану на целую вечность. Но будучи связанной с остальными представителями своего вида в Великой Энергии, она знала о существовании существ, которых люди считали суеверием. Некоторые из них пили кровь, чтобы выжить, другие могли менять облик и превращаться в животных. Она даже слышала о тех, кто высасывает из других энергию. От этой мысли её передернуло. По сравнению с ними кровососы казались вполне приятной компанией. — Они не знают, что теряют, — сказала Алана с ободряющей улыбкой. — Хорошая книга — это хорошая книга, и неважно, как выглядят главные герои. Твоя книга — из хороших. Твои вампиры очень убедительны. По лицу Робин поползла улыбка: — Еще бы. Эм, я имею в виду, я провела серьезное исследование жанра. Значит, тебе понравились мои вампиры? Алана кивнула: — Я знаю, что это всего лишь персонажи, но я действительно прониклась ими, особенно Сарой. Она потрясающая. Как тебе пришла в голову идея сделать её одержимой цифрами? Мне очень понравилось, как она начинает считать предметы, когда нервничает. Робин пожала плечами, и снова это движение не выглядело естественным. — Понятия не имею. Мозги писателей работают странным образом, понимаешь? — Мне этого не понять. Ты — первый писатель, которого я встретила. — Надеюсь, я тебя не разочаровала. — Голос Робин звучал почти как мурлыканье. «Отлично. Мы снова вернулись к флирту». Алана постаралась придать голосу деловитость: — Эм, нет. Я не была уверена, что мне понравится роман о вампирах, но мне понравилось. Это первый подобный опыт в моей жизни. — Я думала, ты фанатка «Баффи»? Алана потерла разгоряченные щеки: — Не из-за вампиров. Я начала смотреть из-за отношений между девушками. Это еще одна причина, по которой мне понравился твой роман. Никаких альфа-самцов с голым торсом. Рот Робин приоткрылся. — Т-ты... — Она смотрела на Алану несколько секунд так, будто та снова ударила её током. — Ты по девушкам? Если её ориентация стала для Робин таким сюрпризом, значит, Алана скрывала свое влечение лучше, чем думала. — А разве не заметно? Робин покачала головой: — Я думала, это мои несбыточные... — она закашлялась. — Я хотела сказать, что не была уверена. «Неужели Робин чуть не сказала то, о чем я подумала?» Значит, влечение определенно взаимно. «Это не имеет значения. Ты здесь, чтобы наставлять её, а не соблазнять». Она заставила себя вернуться к обсуждению книги. — Их ориентация, наверное, и помогла мне лучше понять героев. Была только одна вещь, которую я не уловила. Робин наклонила голову: — Какая? — Почему Сара кусает Кристи, хотя это может быть опасно для неё? Кажется, Кристи ей очень дорога, так что это выглядит нелогично. Робин облизнула губы и уставилась на шею Аланы, словно подражая своим героям. — Похоть, — прошептала она спустя мгновение, будто боясь произнести это вслух. Хотя они не касались друг друга, волна покалывания пробежала по телу Аланы, вызвав легкое головокружение. Она снова сосредоточилась на тексте. — Во всех твоих книгах пары человек-вампир? — В большинстве. Это соблазнительное сочетание. — От хриплого тембра голоса Робин у Аланы побежали мурашки. — Сам трепет от укуса... в этом есть что-то эротичное. Эм, по крайней мере, я так представляю чувства вампира. Рядом с их столиком остановилась женщина и усмехнулась, глядя на Робин: — Ну и ну. Неужели это Робин Колдуэлл выбралась в свет и наслаждается... — её взгляд скользнул по Алане, — ужином. Алана нахмурилась, разглядывая незнакомку в короткой кожаной юбке и красной шелковой блузке с чересчур глубоким декольте. Однако идеальная прическа, дорогие серьги и аристократичный британский акцент говорили о том, что она не из тех, кто ищет клиентов на улице. Кто она такая? Прежде чем Робин успела ответить, женщина наклонилась, взяла руку Аланы и поцеловала её. — Рада знакомству. Это прикосновение отозвалось в Алане мощным ударом тока. В отличие от мягкого покалывания Робин, этот разряд был болезненным, как удар хлыста — будто её така хотела отшвырнуть незнакомку подальше. Алана резко выдернула руку и принялась растирать пальцы под столом. Ощущение было такое, будто она сунула их в розетку. Она взглянула на Робин — та заметно побледнела. Робин зажмурилась. «Прекрасно». С героями её романов такого никогда не случалось. Друзья её вымышленных вампиров никогда не заглядывали в дешевые закусочные. Какого черта Меган здесь забыла? Уж точно не ради молочных коктейлей и картошки. — Ты ведь не против, если я присяду к вам? — спросила Меган и, не дожидаясь ответа, скользнула на диванчик рядом с Аланой. Она одарила Робин хищной улыбкой и краешком глаза уставилась на беззащитную шею Аланы. — Я очень скучаю по нашим ужинам, Робин. Клыки Робин мгновенно выдвинулись, она едва сдержалась, чтобы не зашипеть. «Нет! Отойди от неё!» Она сверлила Меган взглядом, но, в отличие от людей, Гирах не были добычей и не поддавались внушению. Меган продолжала разглядывать шею Аланы так, словно это было самое вкусное блюдо в меню. Очередная волна защитного инстинкта захлестнула Робин. Она вскочила и схватила Меган за плечо, не заботясь о вежливости. — Извини нас на минуту, пожалуйста, — сказала она, стараясь не поморщиться — она прикусила язык клыком. — Мне нужно поговорить с подругой. Меган помахала Алане и подмигнула, пока Робин тащила её прочь от стола: — Я вернусь к десерту! — Нет, не вернешься, — Робин вытолкала её из закусочной. — Если ты хоть пальцем её тронешь, клянусь, я... — Да что с тобой такое? Ты никогда не возражала против того, чтобы делиться. Робин затащила её в пустой переулок за закусочной. — Ею я делиться не буду. Держись подальше! — Она оскалила клыки, давая Меган понять, что готова драться за Алану не на жизнь, а на смерть. Ну, может, не на смерть, но клыки она в ход пустит. Меган подняла руки и ухмыльнулась: — О-о, так ты еще не совсем размякла. Рада это слышать. А я-то думала, ты растеряла всю свою хватку, когда увидела тебя с этим коктейлем. — Последнее слово она выплюнула с отвращением. Честно говоря, Робин тоже не особо жаловала молочные коктейли, но ей нравился сам процесс потягивания через соломинку. И ей нравилось проводить время с Аланой. Не утруждая себя ответом, она продолжала сверлить Меган взглядом. К сожалению, Меган было не так-то просто впечатлить. — Я знаю, что ты помешана на первой отрицательной, но не кажется ли тебе, что это уже перебор? Столько хлопот ради простого перекуса? Жар ударил Робин в лицо. Она зашипела: — Она не перекус! — Да неужели? — Меган прислонилась к стене. — Я видела, как ты на неё смотрела. Что ты забыла с человеком? Родители разве не учили тебя, что с едой нельзя играть? — Я... дело не в этом. Разве она не может мне просто нравиться? — Ой, да брось. Ты можешь честно посмотреть мне в глаза и сказать, что тебе не хочется вонзить клыки в эту тонкую, сочную шею, а потом медленно тянуть, пока не почувствуешь вкус этой нежной медной амброзии, как она стекает по горлу и... — Заткнись! — Слова Меган вызвали в голове Робин такие яркие образы, что привкус клубничного коктейля на языке стал казаться кровью. — Почему? Мы обе знаем, что ты этого хочешь. Просто представь... Робин схватила Меган за лацканы и прижала к стене: — Прекрати! — Она сама не знала, на кого кричит — на Меган или на собственное воображение, терзающее её картинами крови Аланы. — Не всё должно сводиться к жажде крови! Кто сказал, что я не могу заботиться о ней просто потому, что она — это она, а не из-за её группы крови? Мощным рывком Меган сбросила руки Робин со своих лацканов. Робин пошатнулась, готовая снова броситься в бой. Но Меган, похоже, не была настроена на драку. Вместо того чтобы обнажить клыки, она склонила голову и принялась изучать Робин. Насмешливое выражение исчезло с её лица, сменившись чем-то похожим на жалость. — Ты молода и идеалистична. Когда станешь старше, ты поймешь: люди созданы для нас только в качестве добычи. Робин фыркнула: — Мне шестьдесят семь. — Она терпеть не могла, когда с ней обращались как с ребенком клана. — И тебе столько же, так что даже не пытайся строить из себя старейшину. — А почему бы и нет? В отличие от тебя, я провела достаточно времени со старейшинами, чтобы знать, что бы они сказали. Если ты думаешь, что в шестьдесят семь лет понимаешь, как устроена вселенная, значит, ты слишком долго тусуешься с людьми. — Я достаточно взрослая, чтобы знать: я не хочу так жить. — Как «так»? — переспросила Меган. — Вот так. Постоянно на грани убийства. — Людей? — Меган пренебрежительно махнула рукой. — Это почти не в счет. Робин покачала голвой: — Не знаю, зачем я вообще с тобой разговариваю. Ты меня никогда не поймешь. — Ни один Гирах не поймет. — Думаешь, она поймет? — Меган указала на вход в переулок, откуда послышались шаги. Острый нюх подсказал Робин, кто это, за несколько секунд до того, как Алана завернула за угол. Вместо того чтобы остановиться на безопасном расстоянии, Алана вклинилась между Робин и Меган. — Всё в порядке? — Она бросила на Робин тревожный взгляд. Робин кивнула и попыталась отодвинуть Алану, встав между ней и Меган: — Моя подруга уже уходит. — Вообще-то... — Меган сделала шаг вперед, но Алана не отступила. В дюйме от неё Меган замерла. Электрический треск загудел, как заряженный электрошокер. — ...так и есть. Твоя семья пригласила меня на ужин, Робин. «Конечно, пригласили». Родители Меган погибли в автокатастрофе, когда та была подростком, и родители Робин практически удочерили её. Меган — в отличие от Робин — была идеальной Гирах: чтила традиции и обожала охоту. — Поэтому я здесь, — продолжила Меган. — Думала взять что-нибудь на вынос. Что-нибудь... пожирнее. Передам твоим родителям, что видела тебя сегодня. — И прежде чем Робин успела что-то ответить, Меган прошла мимо них прочь из переулка. Алана проводила её взглядом, а затем повернулась к Робин: — Что это было? — Она нахмурилась и прищурилась. — Это что... помада? — Что? Алана указала на уголок её рта. Робин коснулась губы, и её пронзила боль. Ночное зрение прорезало тени переулка, и она увидела несколько капель крови на кончиках пальцев. «Черт». Видимо, клык проколол губу, когда она кричала на Меган. — А, это ерунда. Алана перевела взгляд с Робин на угол переулка, где исчезла Меган. — Кто она такая? — Это Меган, — буркнула Робин. Она прижала салфетку к губе, чтобы вытереть кровь и заодно скрыть клыки, пока они не убрались. — Одна из тех друзей, которых ты избегаешь? — Да. Что-то вроде того. — Бывшая? — спросила Алана. Была ли это нотка ревности? Робин не была уверена. Она покачала головой: — Нет. Не совсем. У нас было одно свидание, но она не в моем вкусе. Алана ухмыльнулась: — Ах, да. Я и забыла. Ты без ума от рыжих, а она брюнетка. Робин не смогла сдержать смех. К счастью, клыки уже исчезли. Она поморщилась: смех отозвался болью в прокушенной губе. Алана мгновенно стала серьезной: — Эта стерва тебя ударила? — Нет. — Тогда что у тебя с губой? — допытывалась Алана. Робин не могла сказать правду — что она проткнула себе губу острым как бритва клыком. — Эм, кажется, я случайно прикусила её, когда мы с Меган... У нас вышел спор. — Значит, между вами есть какие-то старые обиды? Робин поморщилась от выбора слов. — Можно и так сказать. — Хочешь поговорить об этом? — Не особо. — Слова Меган эхом отозвались в голове: «Думаешь, она поймет?» — Ты всё равно не поймешь. Алана посмотрела ей прямо в глаза: — А ты попробуй. Робин была в искушении. В огромном искушении. И это её пугало. «Ты с ума сошла? Она человек. Ты не можешь сказать ей, кто ты. Что ты такое». Она вздохнула: — Может, в другой раз. — Ладно. — Алана мягко взяла её за локоть, от чего приятное покалывание пробежало по руке Робин и разошлось по всему телу. — Пойдем внутрь. Моя картошка остывает. Боль в губе мгновенно утихла, словно Алана исцелила её своим прикосновением. «Боже, я точно схожу с ума. Видимо, это не просто жажда крови. Я смотрю на неё сквозь розовые очки. Скоро мне начнет казаться, что она умеет исцелять слепых и ходить по воде». Покачав головой, она последовала за Аланой. Вернувшись к столу, где свет был лучше, Алана внимательно осмотрела губу Робин. Её глаза расширились. Кровь остановилась. Губа даже не опухла. Никаких следов травмы, будто она зажила по волшебству. Неужели это возможно...? «Бред». Алана мысленно отмахнулась от этой мысли. Да, она коснулась Робин, но остатки её така не могли исцелять других. Или могли? — Что не так? — Робин потрогала губу. — Всё ведь не так плохо? Она даже не болит больше. Мысли Аланы неслись вскачь. Невозможно. Она не могла исцелять людей. Не то чтобы она когда-либо пробовала. — Эм, нет, всё выглядит отлично. Словно не осознавая, что делает, Робин провела языком по месту бывшего прокола и замерла. Шумно сглотнув, она спрятала рот за салфеткой. — Знаешь что? Я больше не голодна. Ты не против, если мы уйдем? Алана всмотрелась в лицо Робин: — Ты в порядке? Промакивая губу салфеткой, будто та всё еще кровоточила, Робин кивнула: — Да, просто день был длинный. Голова Аланы была полна вопросов. О чем Меган и Робин говорили в переулке? Действительно ли Робин просто прикусила губу? И какого черта творится с её така? Она обретает новые способности, будучи человеком, или же Робин какая-то особенная, и дар исцеления проявляется только с ней? Понимая, что сегодня ответов не добьется, Алана подавила вздох и положила несколько купюр на стол — была её очередь платить. Она оставила щедрые чаевые официантке за то, что та присмотрела за столиком. — Ладно, тогда пойдем.