Слишком аппетитная | Good enough to eat.

ГЛАВА 8 На следующее утро Робин была в кабинете еще до рассвета. Она завороженно смотрела на мигающий курсор на пустой странице. Сорок восемь, сорок девять, пятьдесят. Поняв, что вместо обдумывания сцены она считает мерцание черточки на экране, Робин с досадой отодвинула клавиатуру и встала. Слова сегодня не шли — в основном потому, что все мысли занимала Алана. После вчерашней стычки с Меган и родителями Робин не удивилась бы, если бы Алана вообще не захотела иметь с ней ничего общего. «Может, оно и к лучшему». Но заставить себя поверить в это она не могла. Телефон пискнул. Робин взяла его со стола и взглянула на дисплей. Сердце пропустило удар. Смс от Аланы. «Проснулась? Хочешь, заеду за тобой перед работой, заберем твою машину?» Робин замялась. Первым порывом было восторженное «да» — она была искренне рада, что Алана не пытается её избегать. Но та начнет задавать вопросы и требовать объяснений, которые Робин дать не могла. В конце концов, она напечатала короткий ответ: «Не стоит. Я доберусь на такси.» Ответ пришел через несколько секунд: «Ты ведь не избегаешь меня, а?» Робин вздохнула. Если она попытается отстраниться, Алана решит, что у неё срыв, и всё равно примчится — спасать её от падения на дно бутылки. На эту неделю «интервенций» с неё хватит, премного благодарны. «И в мыслях не было, — ответила она. — Заезжай, когда удобно.» Меньше чем через две минуты зажужжал домофон. — Где ты была, когда строчила мне эти смски? — спросила Робин, впуская Алану. — Партизанила под окнами? — Ага. Не спалось, вот и решила проверить, не бодрствуешь ли ты тоже. — Алана скользнула взглядом по фигуре Робин. Интересно, она проверяла, всё ли с ней в порядке после вчерашнего, или дело было в спортивных штанах и майке на лямках? Возможно, и то, и другое. Взгляд Аланы задержался на обнаженных руках Робин. По животу разлилось знакомое покалывание, хотя они даже не соприкасались. От одной мысли о прикосновении Робин нестерпимо захотелось сократить дистанцию. «Даже не думай». Она принялась теребить завязки на штанах, чтобы занять руки. «Ну же. Вчера ты совладала с жаждой крови. Совладаешь и с жаждой Аланы». — Э-э, дай мне минуту, я переоденусь из «рабочей формы». Она скрылась в спальне и плотно закрыла дверь. Пока натягивала джинсы и толстовку, ей пришло в голову, что люди обычно предлагают гостям напитки, но в её холодильнике были только вода и «Синт-О». Если она собирается и дальше общаться с Аланой, придется прикупить пару бутылок газировки. Запрыгнув в кроссовки, она вышла в коридор. — Готова? Алана не двинулась к двери. — Можно спросить тебя кое-о-чем? По спине Робин пробежал холодный пот. Сказать «нет» она не могла, как бы ни хотелось, поэтому лишь неохотно кивнула. — Что не так с твоими родителями? Робин опустила взгляд и принялась ковырять носком кроссовка плитку. — Эм, в каком смысле? — Даже слепой увидит, что эта Меган на тебя плохо влияет, — в зеленых глазах Аланы вспыхнул праведный гнев. — Зачем они притащили её в твой дом? Да еще и с женщиной, которая была под кайфом? Что это за родители такие? «Родители-Гирах», — вздохнула про себя Робин. Вслух же она ответить не могла. — Это долгая история. — Она попыталась прошмыгнуть мимо Аланы к выходу. — Пойдем, нам пора... Алана поймала Робин за рукав и развернула к себе. Между ними проскочил электрический разряд. — У меня полно времени. Так что я готова послушать эту долгую историю. Робин упиралась до последнего: — Тебе разве не пора на работу? — Сегодня у меня нет судов или срочных встреч. Давай поговорим. Черт. Алана была как бульдог: если во что-то вцепилась — не отпустит. Не выпуская рукав Робин, Алана увлекла её в гостиную и усадила рядом с собой на диван. — Ну? Мысли Робин лихорадочно искали выход. Что сказать, чтобы объяснить ситуацию, не выдав истинную сущность родителей? — Ну... даже не знаю, с чего начать. Алана отпустила рукав и накрыла ладонью колено Робин. От этого жеста по телу волнами разошлось возбуждение. — Не торопись. Я понимаю, как тебе непросто. Когда выносить прикосновение стало невмоготу, Робин вскочила и подошла к окну. Она смотрела на Центральный парк с высоты восемнадцатого этажа, отчаянно желая оказаться там, на свободе, а не в ловушке собственной квартиры. — Мои родители... они не такие, как у всех. — Это я уже заметила, — пробормотала Алана и тут же добавила: — Извини. Продолжай. Робин обернулась и встретилась с ней взглядом. В конце концов, она решила сказать правду — или ту её часть, которую можно было обнародовать. — Они запойные пьяницы. Всегда ими были. В моей семье все много пьют — родители, дедушки с бабушками, их предки. Мои друзья тоже. Я выросла в этой среде, поэтому никогда не задавала вопросов. Думала, это нормально. — Ох, Робин. Ребенок не должен так расти. — Алана медленно покачала головой. Робин пожала плечами: — Всё было не так уж плохо. У моих друзей родители были такими же. — И у Меган тоже? — Да. Пьют все. — Но это ведь еще не всё, верно? Робин нахмурилась. Неужели Алана чувствует недосказанность? — Эм, ты о чем? — Меган ведь не только по алкоголю. Она принимает наркотики. Или, как минимум, ими торгует. Порой человеческий мозг изобретает удивительные объяснения вещам вроде «внушения». И если это поможет сохранить её тайну, Робин была только рада позволить Алане верить в то, что ей удобно. — Пожалуй. — А ты? Ты когда-нибудь... — Алана сделала неопределенный жест рукой. — Принимала? — Робин яростно затрясла головой. Она не хотела, чтобы Алана так о ней думала. — Нет. У меня проблемы с выпивкой, но к наркотикам я никогда не прикасалась. По губам Аланы скользнула слабая улыбка. Кажется, она поверила Робин на слово. — Я рада. Так что же изменилось? — Хм? — Ты сказала, что всегда считала пьянство нормой. Что случилось такого, из-за чего ты захотела завязать? Робин снова отвернулась к окну. Часть её души жаждала открыться и рассказать Алане всё о той ужасной ночи, но она знала — нельзя. Сделай она это, Алана либо отправит её к психиатру, либо с криками убежит в ночь и больше никогда не объявится. От легкого касания к плечу она вздрогнула. Она даже не услышала, как Алана встала и подошла. «Хороша же ты, Гирах! У тебя должны быть чувства хищника». — Эй. — Алана помассировала плечо Робин, отчего всё тело наполнилось приятным гулом. — Ты в порядке? — Да, просто... я бы не хотела сейчас об этом говорить. Сроки поджимают, мне нужно возвращаться к работе. Алана напоследок сжала её плечо, прежде чем отпустить и отступить на шаг. — Конечно. Но знай — я всегда рядом, если захочешь выговориться, хорошо? Робин кивнула. — Пойдем. Заберем твою машину. Они молча спустились в лифте и дошли до машины Аланы. Та открыла перед Робин пассажирскую дверь, но вместо того, чтобы дать ей сесть, замерла и заглянула Робин в глаза. Между их лицами было всего несколько дюймов. У Робин перехватило дыхание. «Что она...» — Не хочу лезть в семейные дела, но ты не думала о том, чтобы совсем вычеркнуть родителей из своей жизни? Робин уставилась на неё. Она и так почти не общалась с ними, но разрыв клановых уз для любого Гирах был немыслим. — Я не могу. — Тогда, пожалуйста, хотя бы будь осторожна. Не хочу, чтобы они утянули тебя за собой. — От беспокойства радужка глаз Аланы потемнела, став цвета густой хвои. По телу Робин разлилось тепло, и на этот раз оно не имело отношения ни к электрическим искрам, ни к жажде крови. Было просто чертовски приятно, что кто-то заботится о её благополучии. Она благодарно улыбнулась Алане: — Не волнуйся. Я буду осторожна. Несколько мгновений они просто смотрели друг на друга, затем Алана откашлялась и обошла машину. — Поехали, пока твой «Приус» не решил, что ты променяла его на модель поновее. — Она открыла водительскую дверь. — Алана? — окликнула её Робин, прежде чем та успела сесть за руль. Алана обернулась, и их взгляды встретились над крышей автомобиля. — Спасибо.