Скрываемое
31 мая 2026 г., 00:11
Аластор, крепко сжимаемый Рози, соприкоснулся ногами с полом в её доме. Он чувствовал себя паршиво: тело ломило, голова гудела, а кровь, медленно капающая из носа, испачкала всю нижнюю часть лица и галстук. Женщина не спеша посадила его на свой мягкий диван, усаживаясь рядом. Она обняла его за предплечья, указательным пальцем смахивая крупную каплю крови у Аластора из-под носа.
— Я не узнаю тебя, тыковка. Это точно ты?
Чтобы верифицировать личность демона, Рози медленно облизнула свой палец, испачканный в его крови. Она удовлетворенно кивнула, растекаясь в довольной улыбке.
— Да, точно ты.
— Рози, я серьезно провинился перед тобой? Иначе… я не понимаю, откуда столько грубости в твоем поведении, дорогая. У меня пробл…
— Но-но-но, — Оверлорд резко приложила тот же палец к его губам, заставляя замолчать. — Я вижу, что телевизор ужасно на тебя повлиял, раз ты смеешь общаться со мной в таком тоне!
Рози взяла его лицо в обе руки.
— Тыковка, расскажи мне всё, что происходило в этой ужасной башне. И не юли, ты меня прекрасно знаешь — я найду правдивые ответы там, где ты и искать не станешь. Что с тобой сделали?
Аластор устало моргнул, пытаясь соединить в одно смысловое поле речь его хозяйки. Но ничего не вышло. Демон только шмыгнул носом, и провалился в дремотное состояние.
— Ты отбился от рук, Аластор. Смеешь покидать рабочее место, не поставив в известность меня, смеешь не приходить на мои команды! Я вижу все меньше и меньше причин держать тебя в своей колоде карт. Не приноси мне убытки и слушайся — тогда я обеспечу тебя всем, чем нужно. Ты меня слышишь, Аластор?
Тон Рози был весьма суров. Она шумно вздохнула, поняв, что демон не слышал её и никак не реагировал. Внезапно в ней проснулась жалость: женщина умостила его голову себе на ключицы, словно баюкала маленького ребенка, и начала гладить по волосам.
И тут ее пальцы наткнулись на какой-то шов. Рози идеально знала тело Аластора, а в частности голову, поскольку была весьма тактильной особой и охотчивой до чужих волос. Нащупав порез, она плавно очертила его, пытаясь понять, упал ли где демон, или же кто-то нарочно решил сделать… операцию? Поднеся к месту старой раны источник света, женщина охнула: вместо бледной кожи в этом пространстве было почти черное неровное пятно, на котором хаотично проступали капли крови. Какой-то шов разошелся, и из-под кожи совсем немного вился дымок. Рози сощурила глаза, пытаясь сфокусироваться на ране.
— О, мои звезды, — Прошептала она. — Бедный мальчик.
Рози медленно отпустила голову Аластора на пуховую подушку, а сама двинулась на поиски лучших хирургов своего района. Дойдя до стационарного телефона, она набрала нужный номер, перекинулась парой слов и пошла готовить необходимые вещи.
***
Оверлорд сидела в своем кресле около журнального столика, попивая кофе и читая сводки новостной газеты. В её комнату громко постучали. — Да-да. Вошел врач, держащий на небольшом фарфоровом подносе что-то очень маленькое и блестящее. Демон поднес его к Рози. — Мадам, вот, что удалось извлечь из мозга месье Аластора. Вы просили передать, если обнаружится нечто инородное. Она быстро отставила чашку и журнал, всматриваясь в обгоревший чип. — Это, как нам удалось вычислить, нейромодулятор компании Вокс.Тек, который они изготавливали в небольшом количестве ранее, но из-за низкой покупательской способности сняли их с продажи. — И что он позволял делать? — Имитируя ленивый интерес, спросила Рози. На самом же деле её просто распирало от любопытства и ярости одновременно — этот ящик посмел посягнуть на её собственность. И каким способом! — Данный аппарат почти полностью подавляет волю и, при помощи управления владельца, заставляет действовать… так или иначе. Губы Рози пару раз дернулись. — По нашим представлениям, чип перегрелся и чуть ли не уничтожился из-за сильнейшего напряжения и слияния разных по направленности команд. Он очень слаб, мадам. Месье Аластор должен отдыхать, и, по-возможности, не испытывать стресс. — Спасибо, милый, — Рози улыбнулась и взяла с подноса устройство, вертя в пальцах. — Могу ли я пройти к моему другу? Врач кивнул и удалился.***
Воспоминания возвращались к радиодемону разрозненными обрывками — его собственная гордыня, его работа в нудном отеле, презрение к Воксу… симпатия к Воксу… и непослушание, сродни смерти. — Прости, — Тяжело выдохнул он, не открывая глаз. Демон услышал, как застучали в комнате каблуки. — Прости меня, Рози. Женщина сильно удивилась: он никогда и ни перед кем не извинялся. Но она не подала виду, ступая ближе к его кровати. — Тсс. Отдыхай. Но он не мог спать. Вместо сна пришла лихорадка и кошмары даже при минуте сна: запрограммированная привязанность сплелась с настоящей, давно подавленной симпатией. Он ерзал по кровати, а на глазах выступали слёзы. — Он не пришёл, — Хрипел Аластор, сжимая простыни. — Я звал его. Я тянул руки… а он смотрел и смеялся… Рози сидела рядом, сжимая кружевной подол платья до хруста костяшек. — Кто, милый? Кто не пришёл? — Она надеялась, что никогда не услышит это имя из его уст: операция была слишком суровой, и должна была изничтожить болезненные воспоминания. Аластор должен был забыть Вокса. — Вокс! — Чуть ли не выкрикнул на весь дом Рози Аластор. — Я люблю его. Это так глупо, ха-ха! — Демон громко засмеялся. — Он сломал меня, а я… я хочу, чтобы он был здесь. Он схватил Рози за руку, глядя на неё мутными, невидящими глазами. — Ты не понимаешь! Я всё испортил. Когда он впервые сделал мне предложение, я рассмеялся. Я отверг его, о, я был так жесток! Он рассмеялся ещё сильнее, вытирая с глаз слезы смеха и печали. — Один-один, мой милый Винсент, я поломал тебя, а ты меня-я-я! Слезы и дальше текли по его лицу, смешиваясь с липким потом от двигательного возбуждения. Рози была в самом сильнейшем ступоре: что это за чертовщина? — А теперь во мне сидит его голос. И я знаю, что это ложь. Рози… я хочу к нему. Отпусти меня, Рози… Рози слушала этот бред, и её лицо, обычно приветливое и мягкое, становилось всё жестче. Она почти не злилась на Аластора — она злилась на то, что Вокс сделал с его разумом. Этот демон задел, разворошил то, что крепко спало все годы жизни и смерти Аластора. Этим очень умело пользовалась сама женщина, а теперь, когда у главного оружия нет знаменитой «брони» — какой тогда смысл его использовать? Но пообещав себе никогда не действовать на эмоциях, Рози вздохнула. Может, ещё есть шанс все исправить. — Тише, тише, мальчик мой, — Прошептала она, поглаживая его по влажной от пота челке. — Ты не виноват. Дай я тебе скажу, что он сделал с… — Нет! — Аластор резко сел на кровати, и его глаза горели лихорадочным огнём. — Ты не понимаешь! Я… я всегда чувствовал… эта тяга к нему… она была ещё до того, как я оказался у него. Я просто боялся… признаться самому себе! Он по-настоящему разрыдался, закрыв лицо руками. Его плечи тряслись, и Рози впервые за долгие годы увидела в нём не своего идеального радиодемона, не воплощение хаоса и ужаса, а сломленного, запуганного мальчишку, который потерял себя. — Я думал, что презираю его, — Глухо донёсся его голос из ладоней. — Его современность, его пошлость, вот это странное показное хвастовство! Но когда он смотрел на меня… я чувствовал тепло. А потом я прогнал его. Я рассмеялся ему в лицо! Я сказал, что он ничтожество! И он ушёл… он нашел себе команду… а я остался один. Рози взяла его за запястья и мягко отвела руки от припухшего лица. Она заглянула в его красные от слёз глаза, сильно переживая. В ней проснулись какие-то материнские чувства по отношению к Аластору. — Послушай меня, Аластор. То, что ты чувствуешь сейчас — плод не совсем реального течения событий. Когда ты станешь более… адекватным, я кое-что расскажу тебе. — Но что мне сейчас делать? — Прошептал он. — Я хочу его видеть, мне все равно, что было… — Это пройдёт.***
Прошла неделя, а это не проходило. Аластор больше не бредил, но его состояние оставалось психически тяжёлым. Он очень мало ел, почти не вставал с кровати и постоянно прислушивался к тишине, словно ждал знакомого треска тока. — Он не пытается со мной связаться, — Тихо сказал Аластор однажды вечером, глядя в потолок. — Он выбросил меня из своей жизни? Ему было невдомек, что город уже который день отражает атаку Вокса. Он прорывался и отступал, пытаясь понять, где сейчас Аластор и в каком состоянии. Но отважные воины Рози не давали ему и шанса. Оверлорд вздохнула в миллионный раз: все поведение Аластора было куда хуже, чем она ожидала. Чип удалили, но программа «любовь к Воксу» пустила корни глубже. — Аластор, ты должен понять… то, что ты чувствуешь к Воксу — это не любовь! И вдруг в особняке раздался пронзительный звонок. Аластор впервые вскочил на кровати — его глаза расширились, а улыбка стала очень нежной. — Это он, — Выдохнул он. — Откуда это доносится?! — Гневно прошипела женщина, хаотично водя глазами по всему первому этажу. И вдруг, за окном материализовался огромный голографический экран. На нём, как всегда, с самодовольной улыбкой стоял Вокс. — Здравствуй, Ал, — Промурлыкал он. — Я безумно скучаю по тебе. Где-то на заднем фоне стояла не менее довольная Вельвет, показывая средние пальцы на весь город каннибалов. Аластор в неверии замер. Его руки задрожали, а губы прошептали что-то неслышное. Рози шагнула вперёд, загораживая его собой. — Убирайся! Как ты вообще смог внедрить свою ерунду на моей территории! Это ужасно невежливо! — О, я просто знаю, что Ал без меня умирает, — По-доброму усмехнулся Вокс, но в его глазах застыла горечь. Аластор слез с кровати. Рози попыталась схватить его за руку, но он вырвался. Теледемон хотел сказать что-то наверняка серьезное, ведь проделал такой путь…но ему этого сделать не дали — голограмма Вокса растаяла в воздухе, а в комнате повисла тяжёлая, звенящая тишина. Радиодемон стоял неподвижно, глядя на пустое место, где только что мерцало желанное лицо. Его грудь тяжело вздымалась, а пальцы дрожали. — Фух, как хорошо, что мои работники избавились от него, — Небрежно бросила Рози и шагнула к демону, осторожно касаясь его плеча.***
— Эй, Аластор! — Рявкнул Вокс в микрофон. Тишина. Он набрал команду переподключения — ноль реакции. Набрал снова — сигнал вообще не проходил на другую сторону. — Да что за… — Вокс вскочил с кресла, смахнув со стола мешающую технику. — Итан, мать твою! В кабинет влетел перепуганный демон, судорожно поправляя очки. — Шеф, у нас проблема! — На опережение залепетал он. — Канал связи с резиденцией Рози оборван физически. Итан показал записи с дрона, где один из каннибалов одним укусом рвет провод. Блять, нужно было лучше его маскировать… — Кто-то перерезал провод… Вокс замер. Его экран дёрнулся, цвет сменился с ярко-голубого на багрово-красный. — Прозорливая сука… — Прошипел он. Электричество в башне загудело, лампочки начали лопаться одна за другой. Итан вжал голову в плечи. — Ш-шеф, что прикажете делать? Проложить н-новый кабель? Вокс медленно повернулся к нему. Его глаза сузились в две тонкие электронные щёлочки. — Нет, довольно с нас кабелей. Хватит прятаться по проводам и играть в шпионов. Будем действовать силовым приемом. Он повел в воздухе пальцами, и голографический экран в его кабинете загорелся снова. На этот раз на нём появилась Вельвет. — Вельвет, — Голос Вокса был ледяным. — У меня есть для тебя предложение. Она лениво оторвалась от своего занятия и посмотрела на экран с лёгким любопытством. — О? И что тебе надо на этот раз? Хо, да ты выглядишь слишком злым. Злость портит линию морщин, знаешь ли… — Мне плевать, — Тихо рявкнул Вокс. — Эта старая сука из Города каннибалов перерезала мой кабель, над которым мы так пыхтели! — Оу, — Вельвет изогнула бровь. — Кабель? И чего? Хочешь теперь пойти войной на Рози? Серьёзно? А это идея. — Она же ста-а-арая. У неё куча связей и армия каннибалов, которые сожрут твои орудия. — Я знаю, проходили, поэтому мне нужна ты. Он подался вперёд, и его изображение на экране увеличилось. — Мы ударим с двух сторон. Ты можешь использовать свои заклинания, я дам тебе кучу народа. Я же постараюсь сделать так, чтобы мои силы там подействовали. Мы сожмём их в клещи! Вельвет помолчала. Она внимательно смотрела на Вокса, и в её глазах мелькнула тень понимания. — Вокс… это все ведь явно не из-за кабеля. Да? — Тихо спросила она. — Ты злишься, потому что она забрала оленя. Вокс дёрнулся, его экран моргнул. — Прости, Вел, но это не твоё дело. — Ну, теперь мое, старик, раз уж ты втягиваешь меня в войну, — Отрезала Вельвет. — Я не пойду воевать за твои разбитые чувства. Скажи мне правду, или я отключаюсь и шью дальше. Повисла долгая, тяжёлая пауза. Вокс смотрел в пол, его пальцы сжимались в кулаки. — Она, похоже, вытащила его, — Наконец прошептал он так тихо, что Вельвет едва расслышала, корча рожицу. — Вытащила из-под моего контроля. Он был моим… но, Вел, у нее его душа. Его надо спасти — хотя бы так я покажу Аластору, что до сих пор люблю его. Вельвет вздрогнула и лишь нахмурилась. Чего? Радиодемон — марионетка Рози? — Он ведь не всегда ненавидел меня, — Продолжал Вокс, и его голос дрогнул. — Я помню, когда мы только встретились… он смотрел на меня иначе. Он смеялся над моими глупыми шутками. Он… почти согласился на сотрудничество. А потом я всё испортил. Я надавил, потому что, наверное, хотел слишком многого, и он отвернулся… Вельвет молчала. — Я вставил ему этот блядский чип, потому что хотел вернуть его любой ценой, — Признался Вокс. — Я хотел, чтобы он снова смотрел на меня так, как тогда. Пускай, по команде. Вокс заплакал третий раз в Адской жизни. Он опустил экран в пол, упирая в него руки. — Но я сломал его. И теперь он живёт у Рози, и, если она нашла мой чип, то Ал ненавидит меня… а я так и не успел ничего ему сказать! Какой же я тупой… Он сделал такой глубокий вдох, на который был способен, чтобы восстановить свое состояние. — Я хочу пойти войной вовсе не для того, чтобы убить её. Я хочу добраться до него, встать перед ним на колени. И рассказать ему правду. Вел, я готов извиниться, умолять, — делать что угодно. Вельвет долго смотрела на него. Потом медленно улыбнулась. — Знаешь… это самый человечный поступок, который я видела от тебя за все наше совместное общение, чувак! — Так ты поможешь? Вельвет поднялась, отряхнула платье. — Учти, я буду рисковать маникюром ради того, чтобы ты наконец-то признался этому глупому оленю в своих чувствах. А то смотреть на твои страдания уже тошно.
