Братский интерес

2. Прислушиваюсь. Сначала подумал, что это стоны боли. У брата ещё не сошли синяки со спины, но чем больше слушал, тем больше анализировал. В конце концов, дошло! Это стоны удовольствия. Громкие и, на удивление, знакомые. Весьма неожиданно… Наверное, Ранмару подумал, что сегодня я буду до ночи гонять мяч с пацанами. Ох! Главное, чтоб родители не вернулись прямо сейчас. Любопытно, а кого он привёл? Задумываюсь. …Хмм… Но чужой обуви я не видел. Брат что-то бубнит. Пытаюсь разобрать второй голос. Однако так сразу и не вспомнить. Может, это кто-то из нашего класса? Интересно! А как же: «Я сам могу кончить и без чьей-либо помощи»? Ухмыляюсь, вспоминая его слова. Сразу надеваю наушники и легонько отбиваю бит ступнёй. Через время убираю один наушник, чтобы понять закончили они резвиться или мне по второму кругу придётся слушать альбом. Кажется, ещё нет! Голос брата звучит отчётливей, чем раньше. Я делаю предположение, что, возможно, до этого они стояли у письменного стола и только начали, а сейчас слегка устали и легли на футон, который лежит ближе к смежной стене, поэтому и стало ещё более громко. «Умх! Вот так! Хорошо!» — слышу буквально за стеной голос Ранмару. От любопытства полностью стягиваю с себя гарнитуру. Чувствую лишь небольшой стыд. Почему-то для меня подслушивание всегда казалось меньшим из зол и более безобидным, что ли. А вот подглядывание — это прям будто ты в чужую частную жизнь влезаешь. «Ещё! Возьми его ещё!» — продолжает брат, а я машинально сглатываю. Его голос сейчас… Томный, усталый, слегка сиплый, но не теряющий свою звонкость. У него голос чуть выше, чем у меня, поэтому звучит иначе, хотя по телефону нас часто путали. Раньше… Сейчас уже у всех свои собственные смартфоны. «Ох, блять! Сейчас кончу! Сейчас! Ещё немного!» Снова сглатываю и ощущаю нарастающую тахикардию и жар в паху. Блять! Стыдно! Быстро надеваю наушники на голову, пытаясь сконцентрироваться на громкой музыке, но… …Чёрт возьми! Минута, и я стягиваю «уши» полностью. Тихо откладываю их на стол и прислоняюсь головой к тонкой стене. Слышать брата в такой интимный момент — неловко, но мне дико интересно, как он… она… они будут кончать. Кончали бурно! Мне аж дурно стало и жарко, а ещё поймал себя на мысли, что хочу подсмотреть… Хотя бы одним глазком. Интересно, девушка красивее, чем Мицуко? А вдруг это она? У меня что, паранойя? У меня точно паранойя, ведь голос показался её. Вот шлюха! Девственница… Ага, блять, три раза! Натягиваю спортивки и решительно выхожу из своей комнаты. Останавливаюсь у комнаты брата. — Вы там всё? Закругляйся, Ранмару. Родители едут, а я спать уже хочу. — вру и пытаюсь казаться серьёзным и уверенным. Стою у двери и принципиально не ухожу, чтобы всё-таки понять, кто же был с братом. Стою три минуты… Пять… Семь… Но никто не выходит. Моё терпение подходит к концу, и я стучу. — Давайте быстрее! — поторапливаю их и чувствую, как от волнения моё сердце скачет без оглядки по лестнице вверх-вниз, вверх-вниз. Дверь открывается, и в ней показывается мой брат. Он опирается о деревянный косяк и стоит лишь в нижнем белье. Его грудь лоснится от пота, а некоторые пряди прилипли к щекам и ко лбу. Его тело пышет жаром. Мне до невозможного любопытно взглянуть на его избранницу и я мимолётно заглядываю через его плечо в глубину комнаты. Но там достаточно темно и лишь экран ноутбука едва освещает его комнату. — Кого-то ищешь? — Совсем уже? Нет, конечно. Давай провожай свою мадам. Родители едут. Он улыбается загадочно, будто знает то, чего не знаю я. — Они поехали к маминой двоюродной сестре и приедут только завтра днём. — Что? Откуда ты знаешь? А почему мне не сказали? — А я откуда знаю?.. Мне написали минут сорок назад. Наверное ж, и тебе тоже сообщили. — Надо глянуть. Вы давайте там… потише! Я спать собираюсь… — достаточно грозно указываю брату. Он улыбается и отвечает мне достаточно дерзко: — Я и так всегда тихо. Можно мне, блять, хотя бы сегодня громко? Пока родителей нет дома… — Вообще-то, я есть дома! И ты мешаешь! — И чем же я тебе мешаю? Я в своей комнате. Надень наушники и сопи себе в две дырки. — Ты… Вы… Ты слишком… — не могу подобрать нужных слов и сформулировать мысли в единую фразу. Брат хохочет с меня и снова выбешивает своим таким смехом. — Короче, выпроваживай свою девулю и ложись спать. Разворачиваюсь, а он мне в спину: — Не нужно злиться, братишка! …И завидовать не стоит. Вместо этого, лучше сними стресс под хентай, что я тебе сбросил. — Ты чё, охренел? С чего ты решил, что я злюсь? И завидовать? Чему? — Тебе виднее… Тебе виднее… — отвечает и хитро улыбается. Брат возвращается в свою комнату, а я спускаюсь на первый этаж. Он прав: я злюсь! Только вот сам не понимаю, почему? Сижу в главной комнате, щёлкаю пультом и жду, когда незваная гостья покинет наш дом. Размышляю о том, почему же я всё-таки разозлился… Нет, совсем не потому, что ужасно хотел лечь спать в десять часов. Я в жизни так рано не ложился. И не потому, что у брата есть личная жизнь. Бинго! Я злюсь, потому что не знал о том, что у брата есть личная жизнь. Как-то даже обидно стало, что он не поделился со мной, даже словом не обмолвился, что у него есть девушка. И пока я искал причину своего такого состояния, то не заметил, как брат проплыл мимо меня на кухню и подошёл к холодильнику. Я оборачиваюсь, а он так и стоит в нижнем белье и жадно хлебает из бутылки прохладную воду. — Она что, ночевать у нас будет? — Да кто, «она»? — снова растягивает свой рот в кривой улыбке-ухмылке. — Девка твоя. К слову, мог бы для приличия и со старшим братом поделиться, что в отношениях. Резко начинает смеяться. Это не обычный его смех, а хохот насмешки. Бесит! — Нет у меня никакой девки… И в комнате я был один. Мои огромные от шока глаза, кажется, забавляют его ещё больше, чем мои слова. — В смысле, нет?! Я же это… слышал, как ты… как вы… как она стонали… Он подходит ко мне, наклоняется и почти впритык отвечает в мою щёку: — Извращенец! Подслушивать некрасиво, Рэн! — Я… Я… н-не п-подслушивал. — зачем-то оправдываюсь и заикаюсь от волнения. Поднимаюсь в полный рост и иду к холодильнику, будто тоже хочу попить воды. — …И оденься, ради Бога. Нахрена ходишь голый по дому? Снова подходит ко мне, но уже не так близко. — Смущаю? — Нет. Мы же братья. — бросаю ему, делая вид, что ничего такого, что он в трусах стоит передо мной, которые сидят так низко, что я вижу, как «блядская дорожка» убегает куда-то на его пах и там же теряется среди тёмных волос. — Вот и я об этом же, Рэн. Мы же братья… Чего стыдиться? — Спокойной ночи, Ранмару. — разворачиваюсь, но любопытство не отпускает, и я всё же спрашиваю. — Если сам был, то кто тогда стонал в твоей комнате? — Ахаха! Это героиня хентай, которую трахал огромный плечистый тролль. Понравился её голос? Могу скинуть название… — Боже, блять! Извращенец! Не нужно мне ничего скидывать! Брат хохочет мне в спину, и я быстро ухожу в свою комнату. Вот же! Всё-таки скинул ссылку в сообщении: -"Лови. Стонала вот она"-. Да, действительно, голос этот, но подобное видео абсолютно меня не возбуждает. Пишу брату ответ: -"Отстой! Такое меня не возбуждает. Отвратительно!"- -"Что ж, ничего… Будем искать дальше))) Спокойной ночи, Рэн!"- -"Не нужно ничего искать. Спокойной!"- Оказывается, родители мне тоже писали, но я не увидел уведомление. Они вернулись днём, как и говорили. Естественно, в субботу ни один из нас не делал домашнее задание, поэтому всё воскресенье мы, как прилежные дети, просидели за учебниками. Я освободился только к восьми вечера. Не уверен, что математику выполнил правильно. Нужно будет свериться с Ранмару. Ужин, душ, немного свободного времени и сон, в который я окунулся слишком быстро. ....................... Утро началось с противной мелодии будильника, за которой последовала долгая учебная неделя. В школе всё нормально. К слову, математику никто из класса не решил. Вернее, пробовали все, но ни у кого не получилось, а всё потому, что в задании была намеренно сделана опечатка. В общем, всё хорошо и спокойно, если не считать Мицуко, у которой, вероятно, пик овуляции или как там называется это состояние, когда девушек кроет от всплеска гормонов. Эта дура тащит меня по коридору на первый этаж, вместо того, чтобы подниматься на третий, где у нас будет последний урок. Мицуко тянет меня под лестницу. Берёт мою руку и суёт себе под юбку. Моими пальцами водит по трусам. Боже! Совсем рехнулась, что ли? Отодвигает край трусов и пихает мой палец себе меж половых губ. Говорит что-то о том, что ждала меня все выходные, что очень хочет мои пальцы и обещает мне хорошенько отсосать потом. Я без особого энтузиазма, но аккуратно натираю её промежность. Она становится такой мокрой, что под моими пальцами уже достаточно звучно хлюпает. Её смазка уже везде. Мне кажется, что даже по ноге течёт. Стонет так, что приходится заткнуть ей рот своей свободной рукой. Мычит мне в ладонь и глаза довольно закатывает. Я переживаю, что нас могут застукать и тогда проблем не оберёмся. Обычно мы делаем это у неё дома, когда родители едут за её младшим братом в садик. Ну, или на крайний случай в старом сортире, куда уже никто не ходит, ведь в нашей школе два года назад сделали капитальный ремонт канализации и построили два огромных новых санузла в разных частях школы. Она громче мычит мне в ладонь, будто хочет что-то сказать. — Что? Просит, чтобы на одну фалангу засунул. Её не понять! Сама же говорила мне кучу раз, что нельзя проникать, а теперь говорит, чтобы совал и не один, а сразу два, но не глубоко. Мне кажется, что это весьма хуёвая затея. И её девственность может остаться на моих пальцах, особенно, если она будет так яростно просить: «Глубже! Пожалуйста, ещё!» — Да тихо ты! Так норм? Осторожно долблю её пальцами, а второй рукой натираю её клитор. Эта дурочка кончает и затыкает себя моим плечом, так что у меня искры из глаз от боли. — Ну нахрена кусать-то, а? Извиняется и сразу зацеловывает. Она реально думает, что так меньше болеть будет? Полагаю, получила хороший оргазм, ведь повисла на мне. Если бы не держал, то сползла бы на пол. Улыбается и выглядит удовлетворённой. Расстёгивает мне ширинку и сжимает мой член. Радуется, что твёрдый. А почему ему быть мягким? Я три дня не сливал и тоже хочу опустошить яйца. Только вот всё против меня. До начала урока две минуты. Пока она разгонится, пока начнёт сосать, то прозвенит звонок, поэтому поднимаю её с колен и говорю, что не успеем и лучше потом. Она кивает, и я отправляю свой недовольный член обратно в штаны, пытаясь подавить возбуждение и успокоиться. Не то чтобы она прям потрясно делала минет и я кончал за две минуты, но, во-первых, мне не с чем сравнивать, ведь можно сказать, что Мицуко моя первая девушка, а во-вторых, наверное, я просто уже привык к её маленькому рту. Она быстро достаёт сухое бельё и переодевается прямо под лестницей, ведь теми трусами она вытерла свою мокрую промежность. Она не опоздала на урок, а вот я… Чёртов член стоял почти десять минут, и мне пришлось нагородить учителю огромную тележку вранья. Вряд ли мне поверили, но на урок пустили. Я метаю взгляд на Мицуко и она, склоняя голову в тетрадь, прячется за волосами и хихикает. Вот же! В следующий раз не буду ускоряться и буду мучить её не наступающим оргазмом. Прохожу дальше и сажусь на единственное свободное место, которое как назло свободно именно рядом с моим братом. Этот мелкий тоже ухмыляется, будто знает, что я остался ни с чем. Такое ощущение, что все всё знают и только я сижу недовольный и с кислой рожей. Пишу брату записку: -"Я после этого урока к Мицуко. Едь домой без меня. Буду через час."- Пишет ответ: -"Что такое? Хуёво подрочила или недососала тебе? : ⁠-⁠D"- -"Тебе какое дело?"- -"Ясно. Значит, недососала."- -"Отвали, Ранмару!"- Брат больше не пишет, а лишь ухмыляется. После естествознания брат идёт на остановку без меня, а я иду к Мицуко домой. Однако какое же разочарование, когда её родители оказываются дома раньше нас. Малыш Ичиро заболел и его забрали из сада раньше. Естественно, и наши с Мицуко планы были нарушены. Родители сразу же послали нас в аптеку купить сёга-ю и женьшень. Всю дорогу Мицуко извинялась и говорила, что сама понятия не имела, что брат заболел. Начала предлагать совершенно абсурдные варианты, но я не из тех, кто будет кончать в туалете, пока её братик плачет от температуры и насморка. Я провёл её домой. Мы попрощались, и я поехал домой. — Я дома! — сообщаю домочадцам о своём прибытии, но на мой голос со второго этажа спускается только брат. Родители ещё были на работе. — О! А почему так быстро вернулся? Что-то случилось? — расспрашивает брат, делая встревоженное лицо. — Поругались? — Нет! Просто малыш Ичиро заболел, и я сразу поехал домой. — Ясно. Это грустно. — мой младший делает задумчивое лицо, а я для профилактики быстро делаю себе имбирный чай и задумчиво смотрю в чашку, вдыхая резкий аромат своего любимого чая. Брат с разговорами не лезет, видимо, понимает, что я не в настроении. Он идёт в главную комнату и смотрит телевизор. До сих пор мне невдомёк, зачем ему это старьё, когда на улице двадцать первый век и все смотрят фильмы онлайн на компьютере. Допиваю чай и иду мыться. После тёплой расслабляющей ванны чувствую себя лучше. Возвращаюсь к себе в комнату. Надо бы уроки начинать делать, но неохота самому. Не успеваю я постучать брату в стену, а он уже тут как тут. Садится на футон напротив меня и приближается к моему лицу близко-близко. Настолько, что я пугаюсь и округляю глаза. — Ты чего это? Совсем уже рехнулся? Давай домашку лучше делать… — отстраняюсь и хочу встать. Младший вдруг обхватывает моё лицо двумя ладонями и так близко ко мне наклоняет голову, что мы стукаемся лбами. Я чувствую его дыхание и слышу его странную просьбу: — Подыши на меня?.. — Ранмару, ты совсем уже из ума выжил? Что ты дела…? Перебивает меня и начинает выдыхать мне прямо в губы: — Вот так! Дышит по собачьи и быстро. Я в ахуе и лишь поэтому приоткрываю рот. — З-зачем? — Если ты заболел, то тоже хочу с тобой дома сидеть. Не хочу один в школу ходить. Ну же, дыши на меня! Можешь чихнуть или даже покашлять. Конечно, я не чихаю и не кашляю, потому что не кашляется, да и я не хочу, чтобы брату было плохо. Не хочу, чтобы он болел. Пока я размышляю о безумности этой идеи и совершенно нерабочего плана младшего, этот ненормальный чуть меня до инфаркта не доводит. Не знаю, бывает ли инфаркт у шестнадцатилетних, но я чуть его не получил, потому что этот сумасшедший внезапно суёт свой указательный палец мне в рот и хорошенько пропихивает его вглубь, пока я инстинктивно не кусаю его и не отталкиваю. Однако дальше ещё жёстче… Ошалелым взглядом смотрю на то, как Ранмару пихает обслюнявленный мной палец в собственный рот и хорошенько посасывает его, а затем демонстративно облизывает своим языком. Я чуть не окочерыжился прям там на футоне. Почему-то моё сердце начало бешено колотиться, а на меня накатила паника. — Ты идиот?! Ты совсем уже псих? Ты что наделал?! — начинаю на него буквально орать и трясти его за плечи. — Фу! Сплюнь. Пойди прополощи рот скорее. На самом деле меня такой ужас охватил, и я даже не сразу понял, по какой причине. Брат заметил, как меня начало трясти. — Эй, Рэн, успокойся. Что с тобой? — Прополоскай рот! Быстро! — кричу и тащу его на первый этаж. — Стой! Не так быстро! Мы же сейчас упадём с лестницы. — хохочет брат и держится за перила. Не знаю, о чём я думал, когда практически перепрыгивал по две ступеньки. Однако если бы он не держался, то мы бы точно вдвоём покатились кубарем с лестницы. Затаскиваю его на кухню и пихаю ему стакан с водой. — Да чего ты? — Так нельзя! — Почему? — Ты можешь заболеть неизвестно чем! — ору на него. — И что? — перехватывает мою трясущуюся руку и смотрит прямо в глаза. — Я не хочу, чтобы ты болел. — отвечаю быстро и честно. — Не хочу, чтобы тебе было больно. — Почему? — снова спрашивает то же самое. Меня не перестаёт трясти. Я смотрю в его тёмные глаза и на меня опять что-то находит. Что-то из детства. И я говорю младшему то, что не говорил уже много лет: — …Потому что я люблю тебя! Его мимика мгновенно меняется и выражение лица получается точно такое, как в детстве. — Что́о? — делает вид, что не расслышал. Повторяю громче: — Я люблю тебя, Ранмару! Смотрит на меня, а потом вдруг сгребает в объятия, которых я не ожидал и вполголоса отвечает: — И я тебя люблю! Стоим в объятиях достаточно долго и уже становится немного неловко стоять так близко. Соприкасаться так тесно тоже странно. Отстраняюсь и прошу его продезинфицировать рот и выпить имбирный чай. Он соглашается и под моим контролем выполняет все мои просьбы-приказы. Затем вместе делаем домашку. Всю ночь я не спал. Думал. В итоге понял, почему на меня накатил такой страх и почему я запаниковал. Нет, это не из-за возможной болезни, хотя и этот факт меня до сих пор тревожит. Меня больше шокировало то, с какой лёгкостью он облизнул палец после того, как две его фаланги побывали в моём рте. Моя слюна оказалась у него во рту, а он даже не скривился. Так просто облизал. Хотя нет… Не просто. Это было совсем не просто. Так не облизывают пальцы. Это было весьма… Я не смог подобрать ни одного подходящего слова и решил, что больше не буду думать об этом. В любом случае всё это было абсолютно неправильно и неважно, какие цели преследовал брат. К слову говоря, ни он, ни я после этого не заболели. Никаких симптомов даже спустя четыре дня. Чего не скажешь о Мицуко… Разговаривал с ней по телефону. Бедняга чихала каждые две минуты, пока говорила со мной, а по голосу было слышно, что она теперь «счастливая» обладательница насморка и головной боли. Всё-таки заразилась от братика и в школе её теперь не будет несколько дней. Собственно говоря, уже пять дней я с полными яйцами, но даже несмотря на это, я не собираюсь мастурбировать. Не люблю делать это. Дождусь уже пока Мицуко будет здорова и вернётся в школу, а потом хорошенько залью ей на лицо или в рот, если разрешит. А вот кто любит извращённые методы мастурбации — так это мой младший. Хотел и сегодня пожелать ему доброй ночи, но вместо этого затаил дыхание. Замер и ухватился за дверную ручку, опасаясь, что из-за скрипа меня застукают. Я действительно не думал, что брат снова будет делать это… Ну как бы я мог знать, что он будет удовлетворять себя именно в это время? Было тихо, и мне показалось, что он, как всегда, сидит в планшете… Ошибся. Он снова плавно двигает бёдрами и трётся членом и мошонкой о свою дакимакуру. Он опять был полностью обнажённый: без футболки и без белья. В его комнате сегодня было светлее, чем в прошлый раз, поэтому мне удалось хорошенько рассмотреть его тело. В меру круглые и подтянутые ягодицы сокращались при движениях тазом. Его спина плавно извивалась, а позвоночник танцевал, будто змей. Я смотрел и никак не мог пошевелиться. Был страх, что если отпущу ручку двери, то она со страшным скрипом выдаст меня. Поэтому я продолжал смотреть, а спустя пару минут и слушать. Возможно, находясь внутри комнаты, я бы услышал намного больше, но брат однозначно издавал звуки удовольствия. Он часто дышал и тихонько говорил что-то вроде: «Как хорошо… Как же мне хорошо!» После этих его слов у меня в паху стало тяжело. Его будто раскаленным свинцом залило и спустя минуту я почувствовал пульсацию нарастающего возбуждения. Однако сейчас она была весьма не приятной и абсолютно не к месту. Это же полный трэш! Этого никогда не должно и не могло случиться. У меня не должно так стоять на мужские стоны, а самое главное — на стоны моего младшего брата. Я испугался настолько, что почувствовал, как начали стучать мои зубы друг о друга, хотя мне не было холодно. Мне было страшно, но я не мог уйти. Было любопытно взглянуть, как кончает брат. Я не понимаю, откуда во мне это ненормальное желание, но я, будто вкопанный, продолжал стоять и смотреть. Прислушивался сильнее. Брат начал двигать бедрами ещё быстрее. Дышал он довольно часто и шумно. Я уже хорошо мог слышать его дыхание. А когда его тело начало содрогаться в оргазме и он, наконец-то, удовлетворённо выдохнул, меня окутал ледяной страх. Я мигом отскочил от его двери. Хорошо, что моя была открыта, и я в один бесшумный прыжок оказался на футоне и под одеялом. Даже не прикрыл собственную дверь, чтобы она, не дай Бог, не скрипнула. Спустя некоторое время я слышал, как брат ходил по комнате и как в уборной шумела вода. Затем он зашёл к себе, и всё затихло. Всё, кроме моего сердца, которое вот-вот и пробьёт грудину. Мой член стоял колом, но как бы мне ни хотелось, я ни разу не прикоснулся к нему. Я просто не мог поступить так грязно. Собственно, за это я поплатился, ведь кончил во сне. Вероятно, не один раз. Чехол на футоне был мокрый, как и мои трусы, а мой член липкий. Кое-где были пятна засохшей спермы. Ебануться! Это всё, что я смог сказать, когда рассматривал свою постель. Настроения не было. За завтраком я молчал и быстро ел, чтобы как можно быстрее покинуть кухню, начать обуваться и бежать в школу. Хотелось поскорее избавиться от этого пристального братского взгляда. Мицуко выздоровела и пришла в школу. После уроков мы стояли в старом не функционирующем сортире, и я быстро толкался в её тёплый рот. И то ли я слишком увлёкся, то ли она разучилась делать минет, но она часто вынимала член, отстранялась и кашляла, едва сдерживаясь от рвотных позывов. В общем, кончить я так и не смог. Ещё и Мицуко почему-то обиделась, хотя перед этим я тоже лизал ей. Домой приехал без настроения. Звонили пацаны и звали погулять, но я отказался, ссылаясь на то, что домашних дел навалилось и родители не отпускают сегодня. К слову, родителей не было долго. Они вернулись поздно, слегка подшофе. У кого-то на фирме был юбилей. Не ужинали и, пожелав нам добрых снов, сразу пошли к себе. Брат написал сообщение: -"Рэн, ты чё сегодня без настроения? С Мицуко поругался? Наоборот же рад должен быть, что выздоровела."- Не отвечаю. Да и что говорить, если он прав. -"Хочешь поговорить? Могу просто выслушать…"- Отвечаю коротко и без желания продолжать диалог: -"Нет!"- Однако если я не хочу его продолжать, то, вероятно, брат хочет. Он начинает рассказывать мне кучу всего и даже парочку анекдотов прислал. Я заржал, но не оттого, что супер смешно, а, скорее, от идиотского и несмешного юмора. -"Я слышу, как ты смеёшься через стену. Мне нравится, что ты смеёшься! ))"- Улыбаюсь, а потом вдруг меня осеняет… Я ведь смеялся негромко. Как он услышал? -"Ты реально слышал, что я ржал?"- -"Да! )))"- Снова молчу, а он снова пишет: -"Хочешь посмотрим аниме?"- -"Не хочу."- -" ((((⁠｡⁠•́⁠︿⁠•̀) -" Откладываю телефон в сторону, а он снова пишет: -"А что хочешь?"- -"Ничего!"- -"А хентай хочешь посмотреть?"- -"Нет!!!!!! Отстань со своим извращением!!!"- -"Да там норм. И вовсе не извращение. А вот я, наверное, посмотрю. Дрочить по пятницам — это базовый минимум."- -"На кой хер мне эта информация???"- Злюсь и брат это чувствует. Извиняется и всё же присылает мне ссылку. -"Норм? Это ты считаешь норм?"- -"А что там такого? Я только десять минут просмотреть успел…"- -"Два пацана сосут друг другу…"- -"И что? Это проблема? Не знал, что ты гомофоб!"- -"Я не гомофоб, просто…"- -"Понял. Не нравится. Ищем другое! )))"- Улыбаюсь и проматываю немного вперёд, а потом ещё немного. -"Ладно, если сравнивать с тем извращением, что ты мне уже присылал, то это действительно норм. Вынужден согласиться, что это лучше, чем феи и эльфы."- -"Понял. Ищу в этом направлении."- -"Ох, блять! Не нужно ничего искать!"- -"Почему? Я хочу, чтобы у тебя была нескучная дрочка и чтобы ты на миг забыл эту дуру."- -"Она не дура. Она хорошо учится и достаточно умная."- -"Ладно, не так выразился. Чтобы ты ненадолго выкинул её из головы."- -"Спасибо!"- Смягчаюсь и продолжаю отвечать на его сообщения. Хентай, что он скинул шёл ровно двадцать три минуты, и я сам не заметил, как погряз в этом извращении. Звуки и картинка дополняли друг друга. Неплохо, хоть и не особо моё это, но для разнообразия... Короче говоря, я закрыл глаза и спустил в свой кулак под стоны двух пацанов. Оправдал себя тем, что давно не получал разрядку. Стало полегче и я заснул. ....................