Катализатор

      Поешь…       Прошла неделя… или, нет, дней десять. Она держалась уже десять дней. И силы были на исходе.       Хайди приехала на студию, уже одетая в маску. Ее сильно трясло, кожа побледнела и буквально горела от боли. Чувство, как маска стягивает ее, становилось почти невыносимым. Тело требовало утолить голод, но Хайди старалась не думать об этом.       Отыгранная сцена с Тайлером больше недели тому назад получилось спонтанной, вызывая не только полное и самое сладкое насыщение за многие месяцы, но и полный хаос на студии. Она потеряла контроль, чего не должно было произойти. Он не заслужил такого.       Он был хорошим парнем, лучиком солнца в кромешной тьме. Мужчиной мечты, вероятно. Хайди порой представляла, как проснется рано утром от запаха блинчиков, а на кухне увидит его. Его прекрасная улыбка, его мягкий голос, произносящий «Доброе утро». Как подходит и мягко целует в лоб… Нет. Такого не будет…       Слаще его желания… его любви… она не чувствовала нигде. Да, она понимала, что между ними нарастало нечто большее, чем какая-то похоть или просто дружба. Это огонь, о который оба обожгутся, но не перестанут тянутся, пока не сгорят дотла. Хайди одолевало ужасное, всепоглощающее чувство стыда, от которого хотелось просто выть.       Эта встреча в парке после долгой разлуки, этот чертов сценарий про любовников — все сыграло на том, чтобы она не сдержалась, а его пульсирующее желание разжигало ее огонь только сильнее.       С того дня она не посещала ни одну из своих «кормушек»: бары, ночные клубы, где стояла неимоверная «вонь» из низменных желаний, заливающейся алкоголем боли и отчаяния. Ей было тошно. Будто она испила самое дорогое в мире вино, выдержанное десятки лет. И теперь любое другое кажется ничем не отличимым от мочи. Но нет, она не брезговала людьми. Тошно было от самой себя. От своей сути, природы…       Хайди на секунду остановилась перед дверями студии. Дотронулась до маски, убеждаясь, что она на месте. Закрыла глаза. Затем сделала глубокий вздох и медленно выдохнула. И с выдохом последних капель воздуха, она открыла глаза. Но уже как Госпожа Ви.       Ви прошла по коридору, встретив Зои, которая как раз шла на площадку из кабинета, неустанно дымя сигаретой. Они поздоровались.       — Что-то ты бледная. Даже слишком, — проворчала Зои. — Точно можешь сегодня отработать?       — Я в порядке, — сухо, но без грубости, ответила Ви.       — М! — Зои резко мыкнула, вскинув палец вверх. — Чуть не забыла… ЭЛЕН!       На крик в конце коридора появилась молодая девушка, лет двадцати. Короткая стрижка, ядовито розовые волосы, футболка с логотипом студии и короткие мягкие шортики с ширинкой. А также большие очки, через которые виднелись яркие серые глаза, что расширились при виде Ви.       За мгновение девушка добежала до режиссера и Ви.       — Простажируй новую ассистентку, пожалуйста, — показав на Элен, сказала Зои. — Съемки через полчаса, с Ронни.       После Зои тут же ретировалось, оставив Ви и ассистентку одних. Последнюю потряхивало от нетерпения, она буквально удерживала весь поток слов, который хотел сорваться с языка.       — Элен… да? — спокойно уточнила Ви. И тут девушка взорвалась.       — Д-да! Меня зовут Элен, а вы… вы действительно Госпожа Ви? Я ваша БОЛЬШАЯ фанатка! Я смотрела каждый фильм с вами! И слежу за вашей карьерой с самых первых дней! Как здорово наконец вас увидеть! Так неожиданно, что мадам Радзинская именно к ВАМ меня и поставила, — она сделала глубокий шумный вдох. — Не волнуйтесь! У меня есть стаж! Сейчас подготовлю ваш наряд и ваше место на площадке! Могу взять вашу сумку?       Элен метнулась так быстро, что Ви вздрогнула и отошла на шаг назад. Ее напугала не навязчивость, а скорее кое-что другое, отчего у нее пересохло в горле. Будто жаждущий воды в пустыне наконец увидел оазис. Но она поспешила унять эту мысль, сосредоточившись на работе.       Поешь…       — Мотор! — скомандовала Зоя.       Госпожа Ви стояла в центре павильона, прислонившись спиной к бутафорской колонне. Ее партнером сегодня был Ронни. Здоровый мужик, бывший морпех. Все его тело было забито татуировками, во многом отсылающих к моментам его жизни. Ви даже знает, что тату на бедре в виде «следа от поцелуя», обрамлённый в треугольник — посвящена ей. Такое стремление забить свою кожу краской почти не сочеталось с его неимоверно добрым лицом, что говорить об улыбке. Зои часто заставляла его играть серьезные роли, а потому мало кому из зрителей была известна его душевная улыбка.       По сюжету Ви играла некую воровку, которая собиралась украсть что-то ценное в абсолютно пустом музее с одним единственным охранником. Из всей одежды — только облегающий латексный костюм, даже без белья. Ронни сразу вошел в роль стражника, который поймал ее и теперь допрашивал с пристрастием.       По сценарию ему следовало прижать ее к колонне и сорвать одежду, пока она пыталась оказывать какое-то сопротивление, вырваться, а затем внезапно подчиниться и соблазнить его. А дальше секс, доминация, правда не ясно с чьей стороны. Вероятно, Зои оставила этот момент на импровизацию.       Но Ви не могла сосредоточиться. Голова гудела от «голода», тело ощущалось ватным и тяжелым. Ронни схватил ее за плечи, грубо развернул лицом к колонне, Ви не сопротивлялась. От него пахло кофе и мятной жвачкой. Будучи прижатой, никто не видел ее дрожащих губ и попыток вспомнить сценарий, сконцентрироваться на моменте.       — Попалась, тварь, — прорычал мужчина свою реплику, прижимая к ней сзади. Она чувствовала, как он уже почти возбужденный уперся ей в ягодицу. Но это не более чем рабочие отработанные и привычные импульсы, ничего личного. Спокойствие, просто работа. Ви помнила — у него жена и двое детей, в нем нет желания ее. Как и сама сцена — картонная, ненастоящая. В нем не было ничего, что могло ее «привлечь». Но «голод» сворачивал ей внутренности в тугой узел.       Поешь…       — Играй, — шепнула она себе и выгнулась, изображая сопротивление. Царапнула его по руке, он зарычал, согласно сценарию. Затем резко развернул и ухватился за молнию у ее шеи. Она вжалась в колонну, поджав губы. Рванула в сторону, он удержал и рывком вернул на место. Молния скользнула вниз одни резким движением, давай свободу груди. Камера зажужжала рядом, приближаясь ради крупного кадра.       Ронни схватил ее за соски, сжал, чуть разводя в стороны. Она застонала — по сценарию, но он получился настоящим. Потому что внизу живота заныло, засосало.       Поешь… его…       Ви попыталась отодвинуть ощущения, сосредоточиться на игре. Она смотрела на Ронни, он обнажал ее дальше. Он, профессиональный, надежный… скучный… но сейчас показался куском сочного мяса, в которое хотелось вгрызться как оголодавшему льву. Запах, что она учуяла на границе между смирением и отчаянием, было уже не желанием. Его не было. Жизнь… Которую она тоже может выпить, как последний шанс выжить. Могла выпить всего одним поцелуем.       «Нет. Нельзя. Так нельзя» — повторяла она мысленно.       Ронни остановился, разглядывая ее уже обнаженное тело и ждал ее действий, какие-то варианты новых попыток либо вырваться, либо, наконец, перейти к соблазнения. Ви глубоко вдохнула и мягко взяла его руку, прислонив к своему лобку. Чуть оторвалась от колонны, прижимаясь к нему боком и второй рукой нащупывая стояк. Его пальцы ловко скользнул внутрь, совершая круговые движения. Ви промычала что-то нечленораздельное и резко подалась вперед еще, обхватывая его руками и впиваясь в губы. Он ответил ей механически, без искры, просто язык, просто обмен жидкостями. Отсутствие, пустота, удар по ней как пощечина. «Голод» взвыл.       Ви не заметила, как все, что она старалась сдержать — резко лопнуло и выплеснулось наружу. Она впилась в губы партнера по-настоящему, не по сценарию. Ее язык скользнул в его рот, рука — в его штаны. Вся игра, вся его сосредоточенность, принялась рассыпаться в прах, повинуясь порыву и нарастающему чувству страха.       Возникший тонкий невидимый ручеек энергии стал перетекать от Ронни в Ви. Она пила жадно, быстро, не в силах остановиться, как вампир, поглощающий кровь.       Неожиданно мужчина обмяк. Его руки, секунду назад сжимавшие ее бедра и проникающие пальцами в самую глубь, безвольно упали. Затем подогнулись колени и он начал заваливаться вперед, прямо на Ви. Она резко отцепилась от него, ощутив, что падает. Через мгновение она скользнула спиной вниз и рухнула на пол, следом ее накрыл Ронни.       — Стоп! — скомандовала Зоя. Пару ассистентов, в том числе Элен, метнулись к паре.       — Ронни! — крикнула одна из ассистенток. Она с трудом его оттащила и прощупала пульс. Послышался выдох облегчения. — Живой. Дышит… господи…       Зои отсмотрела снятое и ее шепот смешивался с поднявшимся беспокойным гулом работников. Но Ви услышала:       — Черт, это было горячо. Надо продолжить с во-от этого места, да. Мне нравится, как она приглашает его, поднося руку к лобку.       В груди Ви больно кольнуло от холода и стерильности даже здесь, в месте, где, казалось, она ощущала себя более комфортно, чем в серых стенах офисов и бессмысленного трепа у кулера. Если бы они все только знали, что она сейчас чуть не убила человека…       — Так. Перерыв! Полчаса! — Зоя встала, хлопнув в ладоши для привлечения внимания остальных. — Привести в порядок парня, вызовите этого мудака Шейна в конце-то-концов! Ви, иди отдышись, скушай шоколадку, на тебе лица нет!       Ви поднялась, застегивая костюм до самой шеи и краем глаза заметила, как на нее пялится Элен. В таком виде она и вышла из павильона напрямик в туалет.       Она не насытилась. Та капля, которую удалось взять из Ронни, только разожгла аппетит. «Голод» бился в горле, как зверь в клетке.       В туалете она прислонились к раковине, глядя в зеркало. Маска без глаз смотрела на Хайди из отражения, алая помада немного стерлась или смазалась к краям губ. Она была похожа на того, кто несколько минут назад впился в чье-то сердце в надежде выпить крови и поесть плоти. Не сделала ли она это на самом деле?       Так нельзя. Она перешла границы, пересекла установленные правила, чтобы не сорваться. Ее мысли возвращались к Тайлеру. В его взгляду, к его словам, что он хотел бы знать ее больше, чем знает сейчас. И она мысленно отвечала: «Нет. Нельзя. Иначе ты полюбишь меня. Или возненавидишь. И то, и другое — принесут тебе боль и страдания». Это говорил здравый смысл человека. Но «голод», ох, он бы согласился. Как прожорливый паук заманить свою добычу сладкими речами, а затем впрыснуть свой яд, размягчающий плоть изнутри. Она не паук… но порой, выходя на охоту, она именно что настоящий хищник. Его нужно сдерживать, иначе…       Дверь скрипнула.       — Госп… Ви? — робкий голос Элен послышался из дверной щели. — Вы в порядке?       — Да, — со вздохом ответила Ви. — Мне только… не важно.       — Я… могу вам чем-то помочь? — Элен зашла внутрь, закрыв дверь и прислонившись спиной к ней. Она уставилась на Ви.       Та повернула к ней голову. Всматривалась в слегка испуганные глаза, вероятно, такие инциденты для нее впервые, в прижатые руки к животу и чуть учащенное дыхание. Даже с расстояния она слышала, как бьется ее сердечко. Отнюдь не от испуга.       «Фанатка…» — подумала про себя Ви и развернулась к девушке всем корпусом.       — Говоришь, ты видела все фильмы с моим участием? — спросила она, начав медленно приближаться. Как хищник. Да. Как хищник, затаившийся среди высокой травы. Элен робко кивнула, поджав губы. — Тебе понравились они?       — Д-да, конечно. Каждый! — затараторила Элен.       — Порно не смотрят как обычное кино, — произнесла Ви тихо, но в туалете ее голос стал как эхо. — Им наслаждаются не только глазами.       Губы Элен превратились в еле видную черту.       — Нет ничего плохого, если ты мастурбировала, глядя на меня. Ты такая не одна. И, — Ви до девушки оставалось несколько шагов, но она медлила, приближалась плавно, ведь взгляд Элен спустился на ее бедра, что так заманчиво покачивались от такого темпа. — Возможно, мечтала обо мне, как мы будем вдвоем. И тебе стыдно об этом думать, но притяжение оттого… сильнее.       Девушка напряжено сжала ноги вместе. Теперь Ви чувствовала ее желание. Да, оно было настоящим. И сочным.       — Если кратко, — голос Ви понизился, становясь более томным, более соблазняющим, какой она использовала на съемках. Элен вздрогнула и затаила дыхание. — Ты хочешь меня.       Девушка покраснела до пунцового оттенка, почти один в один с цветом ее волос. Она вжалась в стену.       — Я… это… это непрофесс… непро… — она запиналась.       — Я не спрашиваю про профессию, — Ви подошла вплотную, уперлась одной рукой в стену сбоку от головы Элен. Другой начала медленно тянуть застежку своего костюма вниз, открывая все больше кожи. Она не улыбалась, ее лицо было холодным и непроницаемым, но в лице девушки, возможно, властным.       — Ты хочешь, чтобы я тебя поцеловала. Чтобы я коснулась тебя там, где сама трогаешь каждую ночь, глядя на видео со мной. Я права?       Дыхание Элен сбилось, ее зрачки расширились.       — Н-н-нас у-уви… мог… ув, — она не могла выговорить слова, голос дрожал как от холода. Но Ви знала, что это не так. Из каждой ее поры повалил густой, сладкий пар желаний. Не игра. Не профессия. Чистое, настоящее, запредельное, молящее «ДА». Ви ухватилась за это, как утопающий за спасательный круг.       Она наклонилась и поцеловала Элен в губы. Мягко, почти нежно, подхватив пальцами подбородок. Она оставила намек — языком провела по нижней губе, прикусила. Элен тихо застонала и хотела кинутся на ее шею, но Ви резко отстранилась.       Шаг за шагом она двигалась назад и в бок прямо в одну из кабинок. И поманила девушку пальчиком, отчего та послушно шла с вытянутыми руками, будто марионетку подтянули за ниточки. Обе юркнули в кабинку, тесную и далеко не самую чистую — все стены были исписаны маркером — закрыли за собой дверь.       Ви прижала Элен к стене, вжимаясь в нее всем телом. Лицо девушки утонуло в ее открытых грудях, она жадно вдыхала запах ее кожи, похолодевшие пальцы робко обхватывали их.       Рука Ви опустилась в шортики девушки, расстегнула пуговицу и шумно шаркнула ширинкой, отчего Элен вздрогнула. Затем пальцы Ви скользнули чуть ниже, сквозь ткань нащупывая самое чувствительное место мягкими круговыми движениями. И, кажется, тот показал себя очень быстро, набухший, пульсирующий.       — Ты так хочешь этого. Ты так долго ждала, — шептала стонущей Элен Ви, касаясь губами ее мочки уха.       Элен вскрикнула. Ее таз ходил ходуном, она не могла найти себе места, шла навстречу руке Ви, пока так продолжала массировать чувствительную область. Ей хотелось закричать, но Ви, искусительница, заткнула ее в долгом и глубоком поцелуе. Элен, казалось, больше не сопротивлялась. Наоборот, она хотела все больше. Ви наслаждалась ее ароматом и вкусом ее желаний, ее похоти, выходящей за края привычного. Элен вспотела. Руки, до этого хватавшие все, за что можно ухватится, только не упасть, сейчас бродили по телу Ви сквозь одежду.       Ви не делала с ней ничего такого, что пытливые и озлобленные люди бы представили за домогательство до коллеги. Напротив, она помогала ей, дала той, чего та желала. Достаточно, чтобы она излучала столь плотную смесь энергии. Сладкую, питательную, насыщенную…       Элен свозь поцелуй закричала. Громко, навзрыд, вжимаясь лобком в руку Ви. Ее тело выгнулось, содрогнулось в накрывающем волной оргазме. Ее желание, ее страсть, ее подавленное «хочу» — все, что копилось годами — теперь выплескивалось наружу, а Ви жадно собирала свой урожай.       Ви чувствовала, как «голод» постепенно отступает, как тело наполняется силой, уходит дрожь и легкий туман перед глазами. По щекам Элен шли слезы, не от боли, а от переполнений эмоций, которые испытала. Ви оторвалась от поцелуя, убрала руки, чтобы посмотреть на свою «жертву».       — Что… это было, — прошептала Элен. Без поддержки Ви она начала медленно сползать по стенке вниз. Ви рванула вперед, удержала ее.       — Просто хороший секс. Тот, который ты хотела. И получила. От меня, — Ви говорила ровно, спокойно, но внутри все сжималось от стыда.       — И… т-ты тоже? — спросила заикаясь Элен.       — Да. И я. Мы прекрасно провели время, Элен, — шепнула ей Ви, после чего выпрямилась и осторожно вывела Элен из кабинки к раковинами. Девушка стояла ступором, глядя на себя в зеркало. Ви, стараясь не делать резких движений, застегнула ее шорты и включила воду перед ней. — Давай умоемся.       Элен наклонилась, опустила руки в холодную воду и омыла лицо. Еще раз. И еще раз, затем выпрямилась, сделав глубокий вдох. Ви стояла неподвижно за ее спиной, словно какой-то надзиратель, и глядела на нее через зеркало.       — Элен, — тихо позвала она, развернула девушку к себе лицом и постучала пальцем по маске, где у нее были глаза. — Посмотри на меня. Что ты чувствуешь?       — А? — непонимающе пискнула девушка.       — Тебе хорошо? Или тебе плохо? — после короткой паузы, при которой девушка так и не ответила, Ви добавила: — Я хочу знать, все ли с тобой в порядке.       — Я… устала, — тихо ответила Элен. Конечно она устала, ведь Ви только что выпила из нее так много сил…       — То, что я сделала… тебе понравилось? Или ты испугалась? — мягко уточнила она.       — Не знаю, — мотнув головой, сказала Элен. Глаза говорили о непонимании и даже об испуге. Да, она испугалась. Но ужаса Ви в ней не ощущала. — Я… об этом мечтала. Н-но не… не знаю.       Ви старалась держатся как могла, держала губы сжатыми и не позволяла голосу дрогнуть. Внутри нее все горело.       — Элен, ты хорошая девушка. И хорошая ассистентка. Ты… помогла мне.       — Правда? — Элен резко оживилась, удивленно всматриваясь в маску Ви, хотя глаза постоянно опускались к губам.       — Правда. Спасибо тебе. У тебя будет хорошая характеристика от меня перед студией. Если тебе со мной некомфортно сейчас, я тебя пойму и не стану давить. Главное, чтобы об этом никто не узнал. Скажешь, что мне было очень плохо, был низкий сахар. И чуть не потеряла сознание. Ты помогла мне.       — Очень… странный способ… поднимать сахар в крови, — пролепетала Элен без улыбки, но Ви улыбнулась, ведь это была шутка.       — Так что? Что будешь делать? — тихо спросила Ви.       — Не скажу… не хочу, чтобы у вас были проблемы. И… это будет ярким воспоминанием…       — Можно я тебя обниму? — спросила Ви неожиданно. Элен робко кивнула.       Она притянула девушку к себе, осторожно, не сжимая. И слабо поцеловала в лоб.       — Хорошо. Теперь иди. Скажи все Зои и что я вернусь через пару минут. Договорились?       Выбравшись из объятий, Элен, все еще в легком потрясении, закивала и осторожно поковыляла на подгибающихся ногах к выходу.       Ви осталась одна. Она посмотрела на себя в зеркало и сорвала маску. Из отражения на нее глядела Хайди. Хайди Бёрнс. С покрасневшими от слез глазами, мокрыми дорожками на щеках. Она прикрыла рот. Резко присела под раковину и из рта вырвались три громких всхлипа внезапно нахлынувшей горечи. Затем последовал рвотный рефлекс, который она подавила с трудом.       Она поднялась, вновь посмотрев на себя. Бледное лицо. Красивое, для некоторых. Темные глаза, волосы, собранные множеством невидимок.       «Ты только что воспользовалась невинной девочкой и впилась как зверь…» — сухо сказала она себе в мыслях.       На секунду ей показалось, что отражение ухмыльнулось. Но… нет, этого не было. Не может быть.       Ви умылась, промокнула лицо бумажными полотенцами, вытерла маску от скопившихся слез. И снова надела ее. Взяла себя в руки, совершая медленный вдох и после паузы такой же медленный выдох. Теперь проблема решена. Она сыта, спокойна… почти. Мгновение по спине пробежал холодок от мысли, что с Элен будут проблемы, но… нет. Она фанатка… фанатки хотят того, что она получила. И это будет ее секрет, который она начнет вспоминать каждую ночь и получать от этого наслаждение по новой.       — Ну что, готова? — спросила Зои, увидев приближающуюся Ви. — Завтракать надо нормально, а не диеты всякие держать!       — Ронни в порядке?       — Да. Говорит, наверное, перегрелся. Снимаем дальше. Готова? — хлопнув в ладоши, Зои наклонилась к Ви и переспросила.       — Готова.