Пепел Империи

Лес окончательно превратился в безумный лабиринт. Бой распался на десятки отдельных схваток. Здесь уже не существовало единого фронта — только разрозненные отряды, которые отчаянно цеплялись за каждый клочок земли. Король Джин, Намджун, церковные маги — всех раскидало по лесу. Каждый сражался почти вслепую. Каждый шаг давался кровью. Но хуже всего было то, что чернокнижники снова сменили тактику. Они перестали поднимать мертвецов. Теперь они просто уничтожали живых. С их ладоней один за другим срывались раскаленные сгустки огня. Они с воем рассекали воздух, и там, где пролетали, сам воздух начинал дрожать и плавиться. — Щит! Держи щит! Церковный маг уже едва стоял на ногах. Лицо стало серым. Из носа тонкой струйкой текла кровь. По рукам, которыми он удерживал защитный купол, стекали алые капли. Каждый новый удар огненного шара покрывал магический барьер новыми трещинами. — Еще... Маг захрипел. — Еще держится... Он больше не мог отбивать заклинания. Не мог контратаковать. Только удерживал щит. Из последних сил. Позади него остальные ведьмы и маги противника медленно раскачивались в такт собственным заклинаниям. Их голоса сливались в один протяжный шепот. От этих слов кровь начинала течь из ушей солдат. Люди хватались за головы. Сходили с ума. Падали на колени. Кто-то кричал. Кто-то уже не мог. Чонгук, прорубаясь через густой кустарник, вдруг замер всего на мгновение. Понял. Заклинания. Им нужен ритм. Им нужно дыхание. Им нужно договорить до конца. Стоило сбить темп... Перебить... Заставить замолчать... И магия рассыпалась. — Не давайте им закончить! Рявкнул он во все горло. Меч указал вперед. — Давите их! Сейчас! Солдаты сорвались с места. Но в ту же секунду... Воздух за спиной Чонгука дрогнул. Нет. Завибрировал. Раздался тонкий свист. Будто одновременно зашипели тысячи змей. Чонгук даже не успел обернуться. Прямо между его лопаток уже летел сгусток густой, живой тьмы. Черные иглы терновника сплетались внутри него, пульсируя собственной жизнью. Эта магия не собиралась просто убить. Она должна была превратить его кости в труху. За несколько секунд. — Чонгук! Осторожно! Хосок буквально вылетел из-за толстого ствола ели. Не думая. Не тормозя. Он врезался между Чонгуком и заклинанием. Звон. Такой, будто раскололось стекло. Клинок встретил темную магию. Удар оказался настолько мощным, что меч Хосока завибрировал в руках. Фиолетовая вспышка ударила во все стороны. Сгусток разлетелся сотнями острых игл. Они вонзились в деревья. И уже через секунду кора покрылась инеем. Стволы начали чернеть. Высыхать. Будто прожили сотни лет за одно мгновение. Чонгук резко развернулся. Увидел Хосока. И лицо тут же перекосило от злости. — Ты?! Он отбил выпад обезумевшего воина. — Какого черта ты здесь?! Еще удар. Еще шаг. — Я приказал тебе быть рядом с Тэхёном, идиот! Хосок даже не посмотрел на него. Одним размашистым ударом отсек руку безумцк, который полез сбоку. — А я сейчас твою тупую задницу спасаю! Гаркнул он. Следующего врага он просто проткнул насквозь. — Если ты здесь сдохнешь... Он резко выдернул меч. — Твой супруг следом перестанет дышать! Еще удар. Еще один труп. — Думаешь, я позволю тебе подохнуть, пока он там цепляется за жизнь?! Клинок Хосока с такой силой вошел в нагрудник противника, что пробил его насквозь. Тело рухнуло в грязь. Хосок шагнул ближе. Теперь они снова стояли плечом к плечу. Как всегда. Как десятки раз до этого. — Хватит думать о Тэхёне! Рявкнул он. Меч уже встретил следующий удар. — Смотри вперед! Он бросил быстрый взгляд по сторонам. Искал новую угрозу. — Руби этих ублюдков! Еще один выпад. — Пока они не договорили свои заклинания! Хосок встал чуть позади. — А спину я тебе закрою. — Как обычно. В этот момент над лесом раздался пронзительный свист. Все невольно подняли головы. Что... Еще не успели понять. Черные стрелы одна за другой вылетели из глубины леса. Быстро. Почти бесшумно. Первая. Вторая. Третья. Они с поразительной точностью вонзились прямо в грудь и плечи вражеских магов. Нескольких буквально пригвоздило к деревьям. — Что за... Чернокнижники захлебнулись собственными словами. Заклинания оборвались. И в следующую секунду... Их тела вспыхнули. Тем самым голубым пламенем. Холодным. Чистым. Знакомым. Огонь не касался деревьев. Не трогал землю. Он пожирал только саму магию. Чернокнижники корчились. Кричали. Пытались сорвать с себя это пламя. Бесполезно. Их кости начинали плавиться. Плоть осыпалась серым пеплом. Через несколько секунд от них не осталось ничего. Только ветер разносил пепел между деревьями. Джин резко обернулся в сторону, откуда прилетели стрелы. Его глаза сузились. «Кто?..» Он сразу узнал этот огонь. Тот же цвет. Та же холодная сила. Та же магия, что несколько минут назад очистила лагерь от мертвецов. Это не было совпадением. — Лучников прикрыть! я Рявкнул Джин. Он поднял меч. — Быстро! Не дайте этим тварям до них добраться! Не позволяйте им перегруппироваться! Вперед! Гвардейцы сорвались с места. Намджун медленно поднял голову. Его взгляд скользил по верхушкам деревьев. Лицо стало напряженным. Он узнал эту силу. Не церковная. Не лесная. Не человеческая. Слишком древняя. Слишком чистая. Такая магия давно должна была исчезнуть. Или никогда не существовать.

----------

Далеко позади линии фронта...

В лагере.

Юнги медленно опустил тяжелый лук. Руки дрожали. Пальцы сводило от напряжения. Каждая выпущенная стрела была пропитана силой Тэхёна. Юнги лишь направлял ее через зачарованные наконечники. Рядом сидел Тэхён. Бледный. Изможденный. Капли пота стекали по вискам. Он тяжело дышал. Но снова и снова подносил ладони к колчану. Стрела за стрелой. Напитывал их собственной магией. Каждая такая стрела забирала еще немного его сил. Но он не останавливался. — Еще... Едва слышно прошептал Тэхён. Юнги молча вытащил следующую стрелу. — Держись. — Пока могу. Они не могли идти в самую гущу боя. Не могли сражаться рядом с армией. Но они могли стать тем, кого никто не видел. Невидимой рукой. Карающей тенью. Смертью, прилетающей из глубины леса. И пока Джин пытался понять, кто спасает его людей... Он даже не подозревал, что Техен очистивший лагерь голубым пламенем, и тот самый неизвестный лучник — один и тот же человек Тот, кто сейчас медленно сжигал собственную жизнь ради того, чтобы у остальных появился шанс пережить эту битву.