Пепел Империи

Столица встречала своих героев с таким неистовым ликованием, что казалось — даже сам зимний воздух, обычно промозглый и колючий, дрожал от тепла тысяч человеческих сердец. Хотя календарь неумолимо напоминал о зиме, крыши домов были припорошены тонким слоем снега, а дыхание прохожих превращалось в густой пар, в городе сегодня не осталось места холоду. Улицы, украшенные знаменами с гербами правящей династии, превратились в живой, бурлящий поток. — Его Высочество вернулся! — Слава королю! — Да здравствует империя! — Святой Элиот уберег нас! — Они победили! Крики накатывали волнами. Кто-то плакал. Кто-то смеялся. Люди тянули руки. Бросали цветы. Махали шарфами. Стараясь хоть на мгновение увидеть тех, кто вернулся живым. Джин ехал во главе процессии на вороном коне. Несмотря на бледность и явную усталость, он улыбался так широко, словно вовсе не чувствовал боли. Размеренно поднимал руку, приветствуя народ, иногда коротко кивал тем, кто выкрикивал его имя. — Ваше Высочество! — Мы молились за вас! — Спасибо! Джин только улыбался. Чуть позади, на белом скакуне, следовал Намджун. Прямой. Спокойный. Почти величественный. Будто ожившая статуя святого. Лишь в уголках глаз пряталось облегчение, которое невозможно было скрыть. Но очень скоро взгляды толпы переключились на другого всадника. Чонгук. Он ехал уверенно, привычно удерживая поводья одной рукой. Второй — почти незаметно придерживал сидевшего перед ним человека. Тэхён. В дорожном плаще он казался совсем маленьким на фоне высокого герцога. Слишком хрупким. Слишком тихим. Слишком чужим для этого шумного праздника. Неожиданно из толпы выбежала маленькая девочка в потрепанной вязаной шапке. — Господин! Она вытянула вверх руку. — Возьмите! В ее ладони лежал неровный браслетик, сплетенный из цветных ниток. Стражники уже собирались оттеснить ребенка назад. Но Чонгук лишь слегка натянул поводья. Лошадь остановилась. Он наклонился. Легко подхватил подарок. Девочка счастливо улыбнулась. — Спасибо... Чонгук коротко кивнул. Потом без лишних слов вложил браслет в ладонь Тэхёна. — Держи. Тэхён растерянно посмотрел сначала на подарок. Потом на Чонгука. — Мне?.. — Тебе. Он осторожно провел пальцами по цветным нитям. Будто держал в руках не простую детскую поделку, а бесценную реликвию. Щеки постепенно порозовели. Почувствовав на себе тысячи взглядов, он быстро спрятал браслет в карман. Но шепот вокруг уже начал разрастаться. — Кто это рядом с герцогом? — Посмотри... — Какой бледный... — Это пленник? — Нет... — Спасенный аристократ? — Герцог смотрит на него так... — Будто это самое дорогое, что у него есть. — Кто он вообще такой?.. Каждый шепот отзывался внутри Тэхёна болезненным уколом. Хотелось исчезнуть. Спрятаться. Стать невидимым. Он никогда не видел ничего подобного. Никогда не был среди такого количества людей. Всю жизнь слышал о парадах только из чужих рассказов. А теперь сам оказался в центре всеобщего внимания. И это внимание пугало. Его пальцы крепче сжали поводья. Сам того не замечая, он еще сильнее прижался к Чонгуку. Тот почувствовал это сразу. Ничего не сказал. Лишь едва заметно придвинул его ближе к себе. Будто закрывая от всего города. Позади спокойно двигался отряд гвардии. Во главе ехал Хосок. Он с легкой улыбкой наблюдал за ликующей толпой. Под его плащом, устроившись на плече, неподвижно лежал Юнги. Черный кот казался обычным домашним питомцем. Только иногда дергалось ухо. Иногда лениво приоткрывался один глаз. Ведьмак внимательно следил за людьми. Слишком внимательно. Если бы возникла хоть малейшая опасность, он исчез бы быстрее, чем кто-либо успел моргнуть. Чонгук почувствовал, как Тэхён снова напрягся. Он слегка наклонился вперед. Совсем близко. Так, чтобы их никто не услышал. — Не смотри на них. Тэхён вздрогнул. — Смотри только на меня. Он помолчал. — Мы почти дома. Тэхён опустил взгляд. — Мы в столице... Голос прозвучал едва слышно. — Это не мой дом. Он даже не заметил, что сказал это вслух. Для него этот огромный город оставался чужим. Слишком шумным. Слишком ярким. Слишком большим. Здесь каждый взгляд словно пытался добраться до самой души. Чонгук почувствовал, как Тэхён снова сжался. Без слов чуть подался вперед, прикрывая его своим корпусом от взглядов толпы. — Тогда потерпи немного. Он склонился еще ниже. Его дыхание коснулось виска Тэхёна. От этого неожиданного тепла мороз будто отступил. — Надеюсь, Джин не задержит нас надолго. Он тихо усмехнулся. — Потерпим все эти церемонии... Короткая пауза. — И через пару дней поедем домой. Тэхён медленно поднял голову. — Домой?.. — На Север. Всего два слова. Но внутри будто что-то дрогнуло. Домой. Теперь это слово действительно относилось и к нему. Северные земли. Поместье. Высокие ели. Заснеженные холмы. Камин. Тишина. Все это больше не было временной клеткой. Не местом, где он просто пережидал судьбу. Это стал его дом. Его жизнь. Его семья. Тэхён сам не заметил, как расслабился. Пальцы перестали так судорожно сжимать поводья. Он осторожно коснулся рукава Чонгука. Совсем легко. Но этого хватило. Чонгук незаметно переплел их пальцы всего на секунду. И так же быстро отпустил. Никто не заметил. Кроме Хосока. Тот ехал позади и, уловив этот короткий жест, едва заметно улыбнулся. — Наконец-то... Пробормотал он себе под нос. Юнги лениво приоткрыл глаз. Будто соглашаясь. Потом снова свернулся клубком под плащом, окончательно слившись с темной тканью. Тем временем процессия приблизилась к главным воротам дворца. Огромные кованые створки медленно начали расходиться в стороны. С тяжелым металлическим лязгом. Толпа постепенно осталась позади. Крики стихали. Им на смену пришел размеренный цокот копыт по каменным плитам внутреннего двора. Впереди их ждали новые испытания. И обещанный Джином подарок.

-------------

. Дворцовая площадь, вымощенная отполированным до зеркального блеска светлым камнем, предстала перед Тэхёном во всём своём величии. Огромные стены. Украшенные барельефами. Золочёная лепнина. Высокие шпили пронзающие зимнее небо. Все казалось настолько грандиозным, что на несколько мгновений он просто замер, не решаясь сделать вдох. После тихих лесов. Небольшой деревн. И поместья Чонгука этот дворец выглядел отдельным миром. Миром, в котором не было места таким, как он. Тэхён никогда не считал себя трусом. Он прошёл через проклятие. Смерть. Боль. И теперь войну. Но сейчас, оказавшись у ворот королевской резиденции, неожиданно почувствовал себя совсем маленьким. Сиротой, которому когда-то повезло просто выжить. Среди этого великолепия он ощущал себя песчинкой, случайно занесённой ветром в сердце империи. Он украдкой посмотрел на Чонгука. Герцог сидел в седле совершенно спокойно, будто возвращался домой после обычной прогулки. Прямая осанка. Холодный взгляд. Уверенность в каждом ддвижени. Казалось, сам дворец признавал в нём хозяина не меньше, чем в короле. И именно это немного успокаивало. Пока Чонгук рядом, бояться нечего. Но сам герцог сейчас думал вовсе не о дворце. Он слишком хорошо знал, что возвращение Джина сюда неизбежно обернётся встречей с теми, кто всё это время ждал его. И ему было искренне интересно, кто первым нарушит дворцовый этикет. Ответ появился быстрее, чем он ожидал. Едва процессия остановилась и Джин успел спешиться, как из толпы придворных отделилась стремительная фигура. — Ваше Величество! Молодой человек буквально сорвался с места. На вид почти ровесник Тэхёна. Высокий. Стройный. С густыми тёмными волосами, которые слегка завивались у висков. В его лице удивительным образом сочетались юношеская мягкость и почти аристократическая красота. Он совершенно не думал о десятках свидетелей. Через секунду парень уже крепко обнимал Джина. Так крепко, что король едва заметно покачнулся. — Хвала святому Элиоту... Вы вернулись... Голос дрогнул. Чонгук невольно приподнял бровь. Он видел своего брата в самых разных состояниях: На поле боя. На совете,. После бессонных ночей, в приступах ярости и полного отчаяния. Но сейчас... Лицо Джина изменилось мгновенно. Будто вместе с этими объятиями с него спала тяжесть последних недель. Он тихо рассмеялся. Не тем коротким, сдержанным смехом, который позволял себе при дворе. Искренне. По-настоящему. Одной рукой он сразу притянул Илая ближе за талию, словно боялся, что тот исчезнет, стоит только отпустить. — Ну же... не надо слёз, Илай. Я ведь вернулся. Тэхён украдкой перевёл взгляд на Чонгука. Он никогда раньше не видел герцога настолько внимательно наблюдающим за кем-то. Не ревнивым. Не раздражённым. Скорее... удивлённым. Будто сам Чонгук сейчас впервые видел настоящего Джина. Герцог неожиданно поймал себя на мысли, что не помнит, когда брат вообще в последний раз выглядел настолько счастливым. Не как король. Не как политик. Просто как человек. — Я так волновался... Илай на мгновение спрятал лицо у него на плече, но почти сразу спохватился. Он резко отступил назад, смущённо опуская голову. — Простите... Ваше Величество. Я забылся. — Глупости. Джин только мягко улыбнулся. Следом к ним приблизилась леди Элеонора. Она двигалась настолько плавно и спокойно, словно вокруг не происходило ничего необычного. Молодая женщина в тёмно-синем бархатном платье остановилась перед королём и грациозно склонила голову. — Ваше Величество... хвала всем святым, что вы вернулись невредимым. В её голосе не было бурных эмоций. Но Чонгук слишком хорошо умел читать людей. Облегчение в её глазах невозможно было скрыть. Элеонора никогда не была фавориткой. Она появилась рядом с Джином в самые тяжёлые дни — после смерти маленькой принцессы. Т огда они оба молчали больше, чем говорили, разделяя одну боль на двоих. Постепенно именно это молчание превратилось в глубокое доверие. Чуть позади появилась Мира. И двор словно стал ярче. Платье цвета спелой вишни подчёркивало каждое движение бывшей танцовщицы. Даже обычная походка казалась частью представления. Она улыбнулась той самой улыбкой, из-за которой когда-то Джин, потерял покой. — Добро пожаловать домой, мой король. Подойдя ближе, она легко коснулась пальцами его руки. Чонгук наблюдал молча. Про Элеонору он знал. Про Миру тоже. Обе были частью жизни брата уже давно. Но Илай... Это имя он слышал впервые. И чем дольше смотрел на них, тем яснее понимал одну простую вещь. Джин держал Илая совсем иначе. Не так, как можно держать фаворита. Не так, как человека, с которым связывает лишь страсть. В его движениях не было демонстрации власти. Не было желания обладать. Было лишь почти отчаянное стремление убедиться, что Илай действительно рядом. Живой. Невредимый. Настоящий. Чонгук неожиданно понял, почему брат всё это время так стремился вернуться именно в столицу. Не ради трона. Не ради государственных дел. Ради него. Эта мысль заставила герцога едва заметно улыбнуться. Пожалуй... Он впервые видел, чтобы Джин действительно любил. Король по-прежнему не отпускал Илая. Свободной рукой он бережно взял ладонь Элеоноры и, выражая благодарность за ожидание, коснулся её лёгким поцелуем. Затем точно так же приветствовал Миру. — Как же я рад видеть вас снова... В его голосе звучало облегчение, которого невозможно было сыграть. Даже морозный воздух словно стал теплее. Тем временем святой отец Намджун спокойно спрыгнул с коня, поправляя белоснежные одежды. Чонгук последовал за ним. Его сапоги тяжело ударились о каменную мостовую. Почти сразу он обернулся. Тэхён всё ещё сидел верхом, явно не решаясь самостоятельно спуститься перед многочисленной свитой. Не говоря ни слова, герцог подошёл ближе. Одной рукой уверенно поддержал его за талию, помогая спокойно сойти на землю. Тэхён неловко поправил плащ. Он чувствовал десятки взглядов. Каждый новый человек словно пытался понять, кто он такой. Почему стоит рядом с герцогом.? Почему именно его Чонгук привёз во дворец.? От этих мыслей становилось не по себе. Элеонора первой нарушила тишину. Она выполнила безупречный реверанс. — Святой отец. Ваша Светлость. Рада видеть вас в добром здравии. Когда женщина выпрямилась, её взгляд скользнул к Тэхёну. Всего на мгновение. Но этого оказалось достаточно. Она сразу заметила то, что большинство ещё не успело понять. Чонгук стоял чуть впереди. Совсем немного. Ровно настолько, чтобы при необходимости первым встретить любую угрозу, направленную в сторону Тэхёна. Со стороны это выглядело случайностью. Для опытного глаза — привычкой. Элеонора ничего не сказала. Лишь мысленно отметила увиденное. Мира же подобной сдержанностью не отличалась. Она открыто рассматривала Тэхёна. С лёгкой насмешкой. С любопытством. Словно пыталась разгадать загадку. Илай тоже посмотрел на нового гостя. Но в его взгляде не было насмешки. Лишь искреннее любопытство. Он слишком хорошо знал Чонгука по рассказам Джина. Человека, который никого не подпускал слишком близко. Поэтому сейчас никак не мог понять, что же особенного было в этом скромном юноше. Тэхён почувствовал все эти взгляды почти физически. Казалось, каждый из присутствующих видел в нём не человека, а загадку. Или проблему. Он машинально сделал полшага ближе к Чонгуку. Совсем немного. Даже не осознавая этого. Но герцог почувствовал движение сразу. Его пальцы незаметно коснулись локтя Тэхёна — коротко, едва ощутимо. Без лишней нежности. Без демонстрации чувств. Просто напоминая: «Я рядом.» И этого оказалось достаточно. Комок в горле понемногу исчез. Как бы ни смотрели на него придворные... Пока рядом стоял Чонгук, Тэхён больше не чувствовал себя одиноким. Джин медленно обернулся к своей свите, обведя собравшихся долгим, внимательным взглядом. Усталость по-прежнему лежала тяжёлой тенью на его лице, но теперь сквозь неё проступало совсем другое чувство — искреннее облегчение человека, который наконец переступил порог собственного дома. Он на мгновение задержал взгляд на Святом отце, затем на брате. — Если бы не Святой отец и герцог,. Негромко произнёс король, — Это восстание стоило бы империи куда дороже. Чонгук ничего не ответил. Он лишь привычно выпрямился, словно слова благодарности касались кого угодно, только не его. Для него всё произошедшее давно перестало быть подвигом — он просто исполнил свой долг. Но затем Джин посмотрел на Тэхёна. Совсем иначе. Тэхён, до этого старательно державшийся немного позади, почувствовал этот взгляд почти физически. Невольно подняв голову, он встретился глазами с королём и тут же смутился, не понимая, почему внимание вдруг оказалось приковано именно к нему. Небольшая пауза показалась бесконечной. — А если бы не жених Его Светлости... Спокойно продолжил Джин, — Я бы вообще не вернулся домой живым. Площадь словно замерла. Даже шум ветра между башнями стих, уступая место звенящей тишине. Тэхён почувствовал, как внутри всё оборвалось. Он совсем не ожидал, что король скажет это вслух. Тем более — перед всей придворной свитой. Ему захотелось сделать шаг назад. Спрятаться за широким плечом Чонгука. Исчезнуть из десятков устремлённых на него взглядов. Чонгук заметил это мгновенно. Не раздумывая, герцог сделал полшага вперёд. Совсем немного. Но этого оказалось достаточно, чтобы невольно оказаться между Тэхёном и большей частью собравшихся. Не демонстративно. Просто инстинктивно. Он даже не задумался над этим движением. Мира первой нарушила тишину. Её тонкие брови удивлённо приподнялись, а привычная лукавая улыбка исчезла так быстро, словно её никогда и не было. — Жених?.. Она снова посмотрела на Тэхёна. Теперь уже совсем иначе. Не как на случайного спутника герцога. Не как на простого деревенского юношу. А как на человека, которого сам король публично поставил рядом с самым опасным человеком империи. Илай моргнул несколько раз подряд. — Жених?.. В его голосе звучало не недоверие. Скорее настоящее потрясение. Он знал Чонгука только по рассказам. Легендарный герцог. Полководец. Человек, которого боялись даже самые влиятельные аристократы. О нём говорили почти как о живом оружии. И сейчас этот самый человек спокойно стоял рядом с юношей, выглядевшим настолько обычным, что Илай никак не мог соединить два этих образа воедино. Он невольно сделал шаг ближе. Потом ещё один. Янтарные глаза буквально впились в лицо Тэхёна, словно пытаясь найти ответ, которого никто не собирался произносить вслух. «Это он?... Тот самый человек, который спас короля?... И именно его выбрал Герцог?..» Даже Элеонора не сумела скрыть своего удивления. Она привыкла владеть собой. За годы службы рядом с королём женщина научилась не выдавать эмоций ни словом, ни взглядом. Но сейчас выдержка всё же дала трещину. Её взгляд медленно скользнул от Чонгука к Тэхёну. Потом обратно. Она внимательно изучала их обоих, вспоминая каждое движение герцога с момента его прибытия. То, как он помог юноше спуститься с лошади. Как почти незаметно закрывал его собой. Как ни разу не позволил никому приблизиться слишком близко. Она поняла. Всё это было не случайностью. Чонгук даже не пытался скрывать своего отношения. Сам герцог продолжал молча стоять рядом с Тэхёном. Со стороны он казался совершенно спокойным. Но внутри невольно следил за каждой реакцией. За Мирой. За Элеонорой. За Илаем. Особенно за Илаем. Чонгук слишком хорошо умел читать людей. И потому почти сразу понял: В глазах юноши нет ни насмешки. Ни презрения. Только искреннее любопытство. И... восхищение. Это слегка удивило герцога. Он слишком привык к тому, что люди либо опасаются его, либо начинают искать выгоду. Такая открытая реакция казалась почти детской. Тэхён же чувствовал себя так, словно оказался под десятком ярких прожекторов. Щёки горели. Он не знал, куда смотреть. Каждый новый взгляд заставлял сердце биться всё быстрее. И лишь когда тёплая ладонь Чонгука незаметно легла ему на пояс, он смог глубже вдохнуть. Жест был почти незаметным. Но Тэхён сразу понял его смысл. «Я рядом.» Всего два безмолвных слова. И этого оказалось достаточно. Он медленно поднял голову. — Я сделал лишь то, что должен был... Тихо произнёс Тэхён. Голос прозвучал удивительно ровно. Хотя внутри всё ещё дрожало. Илай будто только этого и ждал. Его лицо буквально просияло. Он быстро подошёл ближе, остановившись всего в нескольких шагах. Прижал ладонь к груди. И неожиданно для всех глубоко поклонился. — Благодарю вас... Он поднял голову. В янтарных глазах стояла такая искренняя благодарность, что Тэхён растерялся окончательно. — Спасибо, что спасли Его Величество. Вся империя обязана вам гораздо больше, чем сможет когда-либо отплатить. Тэхён беспомощно перевёл взгляд на Чонгука. Он совершенно не понимал, как реагировать на подобные слова. Герцог тоже оказался удивлён. Не самим поклоном. А тем, насколько искренним он был. Ни капли придворной игры. Ни единого признака лести. Лишь человек, который действительно был благодарен за жизнь дорогого ему короля. — Пожалуйста... не нужно... Смущённо пробормотал Тэхён. — Прошу вас... поднимитесь. Илай сразу же выпрямился. И улыбнулся. Тепло. Совершенно открыто. Будто они были знакомы уже много лет. После этого он вновь повернулся к Джину и легко коснулся его предплечья. Жест получился таким естественным, что никто даже не удивился. Кроме Тэхёна. Он заметил, что король даже не взглянул на руку Илая. Словно давно привык к подобным прикосновениям. Словно они были чем-то совершенно обычным. — Мой король. Мягко произнёс Илай. — Вы все ужасно устали после дороги и войны. Нашим гостям стоит сначала отдохнуть. — Покои уже подготовят. Сразу же подхватила Элеонора, вновь становясь безупречно собранной. — Всё будет готово ещё до захода солнца. — А воинам нужен горячий ужин. Сулыбкой добавила Мира. — Победы плохо празднуются на пустой желудок. Джин тихо рассмеялся. На этот раз легко. Совсем по-домашнему. — И правда... Что это мы стоим посреди площади? Он хлопнул в ладони, привлекая внимание свиты. — Святой отец, можете вернуть воспитанников в Центральный храм. Им тоже необходим отдых. Намджун спокойно кивнул. — Чонгук, проводи солдат в гарнизон. Пусть их накормят и разместят. Герцог коротко склонил голову. — Как прикажете. — А после этого... Джин посмотрел сначала на брата, потом на Тэхёна и едва заметно улыбнулся. — Ваши покои будут готовы. Вечером жду вас обоих за ужином. Тэхён поспешно повторил поклон вслед за Чонгуком. Выпрямившись, он снова почувствовал на себе взгляд Илая. Но теперь этот взгляд уже не пугал. В нём больше не было изучающего любопытства. Только искреннее желание познакомиться. И почему-то именно это заставило Тэхёна впервые с момента прибытия подумать, что, возможно, этот огромный холодный дворец всё же не окажется для него таким чужим.

-----------

Они уже достаточно отошли от дворцовых ворот. Шум площади постепенно стихал за спиной, сменяясь размеренным звоном оружия и усталыми шагами солдат, которых Чонгук вёл к казармам. Тэхён несколько минут молчал. Он явно пытался переварить всё, что только что увидел. В голове до сих пор никак не укладывалась одна-единственная мысль. Наконец он не выдержал. — Чонгук... Тот покосился на него. — М? Тэхён помедлил. — А... кто это вообще был? — Кто именно? — Ну... Тэхён совсем смутился. — Эти люди рядом с королём. Хосок, шедший чуть позади с Юнги на плече, уже начал подозревать, к чему всё идёт, и незаметно прикусил губу, чтобы не рассмеяться раньше времени. Чонгук же ответил так спокойно, будто речь шла о погоде. — Гарем моего брата. Тэхён резко остановился. — Чего?.. Он даже не сразу понял, что продолжает стоять посреди дороги. — Гарем. Повторил Чонгук. — Подожди... настоящий гарем?! Чонгук спокойно кивнул. — Да. — Но... Тэхён беспомощно развёл руками. — Какой ещё гарем?! — Самый обычный. — Да ничего не обычный! Почти возмутился Тэхён, торопливо догоняя его. — Он же... он же король! Я думал... Он запнулся. — Что думал? — Не знаю... Что у него должна быть... жена. Хосок всё-таки тихо фыркнул себе под нос. Чонгук едва заметно усмехнулся. — Может быть и жена. — И... гарем? — И гарем. — Это вообще нормально? — Для императоров и королей? Более чем. Тэхён окончательно потерялся. Его мир, в котором существовали лечебные травы, лесные тропы и суровые зимы, сейчас буквально трещал по швам. — Но... зачем ему столько людей? Чонгук на мгновение задумался. — Элеонора, та женщина, что встретила нас первой... раньше была няней моей племянницы. Тэхён сразу стал серьёзнее. — После её смерти... Чонгук коротко кивнул. — Они оба потеряли очень дорогого человека. Джин позволил ей остаться рядом. Со временем это стало чем-то большим, чем просто благодарность. Тэхён молча слушал. — А другая леди ? — Леди Мира? Танцовщица. Однажды брат увидел её во время праздника на городской площади. Чонгук усмехнулся. — Как он сам говорил... не смог пройти мимо. — Просто... увидел? — Просто увидел. — И всё? — И всё. Тэхён недоверчиво покачал головой. — Вот так просто... — Иногда всё действительно так просто. Некоторое время они шли молча. Потом Тэхён снова нахмурился. — Подожди... Он посмотрел на Чонгука. — А Илай? — Что Илай? — Он же совсем молодой. Тэхён оглянулся, словно юноша всё ещё мог идти где-то позади. — Он выглядит... ну... почти как я. Чонгук вдруг остановился. Медленно повернулся к нему. И приподнял бровь. — Правда? — Да. — То есть это тебя удивляет? — Конечно! — А то, что я старше тебя почти так же, как и Джин... Он сделал короткую паузу. — Это тебя совсем не смущает? Тэхён замер. Потом медленно осознал сказанное. И густо покраснел. — Это... Он отвёл взгляд. — Это другое. — Другое? — Другое! — Почему? — Потому что... Тэхён беспомощно открыл рот. Закрыл. И наконец обречённо выдохнул: — Просто другое. Несколько секунд Чонгук смотрел на него совершенно серьёзно. А потом не выдержал. Смех вырвался неожиданно громко. Настолько искренне, что даже несколько солдат впереди удивлённо обернулись. Тэхён ошеломлённо посмотрел на него. За весь поход он почти забыл, что Чонгук вообще умеет смеяться. Сейчас же суровый герцог исчез без следа. Перед ним стоял просто человек, которому было по-настоящему весело. Даже Хосок не выдержал и тихо рассмеялся. — Ладно... Наконец выдохнул Чонгук, успокаиваясь. — Насчёт Илая я и сам мало что знаю. Он пожал плечами. — Раньше его здесь не было. — Совсем? — Совсем. — Значит... — Видимо, брат решил разнообразить список своих фаворитов. — То есть раньше... — Только женщины. Тэхён снова задумался. — Но... Он вспомнил, как Илай почти привычным движением коснулся руки Джина. Как сам король смотрел на него. — Кажется... он отличается от остальных. Чонгук бросил на него короткий взгляд. — Отличается. — Ты тоже заметил? — Конечно. Он немного помолчал. — Джин не стал бы держать человека за талию перед всей свитой, если бы тот ничего для него не значил. Эти слова прозвучали спокойно. Без осуждения. Как простая констатация факта. Позади послышалось тихое хмыканье. Юнги лениво зевнул на плече Хосока. Приоткрыв жёлтые глаза, будто полностью соглашаясь, что жизнь при дворе порой бывает страннее любой сказки. Тэхён ещё какое-то время молчал. Потом тихо признался: — Всё это... очень сложно. Чонгук посмотрел на него и вдруг мягко поправил съехавший воротник его плаща. Совсем привычным движением. — Не забивай этим голову. — Но... — У них своя жизнь. Он слегка улыбнулся. — У нас — своя. Тэхён встретился с ним взглядом. — Правда? — Правда. Чонгук посмотрел вперёд, где уже виднелись казармы. — Сейчас меня куда больше волнует совсем другое. — Что? — Найдётся ли во дворце ужин, способный накормить человека после нескольких недель похода. Хосок тихо рассмеялся. — Вот теперь я узнаю нашего герцога. — Не радуйся раньше времени. Невозмутимо ответил Чонгук. — Если кухня меня разочарует, жаловаться я буду очень громко. В этот раз рассмеялся уже и Тэхён. Впервые с тех пор, как они вошли в столицу.