Как бабочки укротили клыки и когти

Флаттершай шла по лесной тропе, не оглядываясь. И напрасно: за ней следили с самого утра. В кустах хрустнула ветка. Девушка замерла. — Здесь кто-то есть? — спросила она в пустоту. Тишина. Она пожала плечами и двинулась дальше. Но Энджел, прижавшийся в корзинке, вдруг забеспокоился: начал теребить лапкой руку хозяйки, тыкая мордочкой назад. — Энджел, какой же ты трусишка, — улыбнулась Флаттершай. — Кто там может быть? Кролик не унимался. Он был напуган до дрожи и отчаянно пытался предупредить ничего не подозревавшую девушку. — Прекрати, малыш. Мы почти дошли... Хриплый, тягучий голос прозвучал у самого уха: — Зря ты так, фея моя... Флаттершай окаменела. Сквозь ткань сарафана она почувствовала чужое прикосновение — длинные когти скользнули по её спине. Она медленно, со стуком в горле, обернулась. Существо, возникшее перед ней, не поддавалось описанию. Словно искусный, но безумный скульптор соединил в одном теле обрывки разных созданий: голова коня, рога — один козий, другой олений; крыло летучей мыши и птичье крыло; львиная лапа и орлиная когтистая лапа; копыто козы и лапа ящерицы; хвост змеи, что лениво извивался в траве. Из пасти торчал один острый клык, между густых кустистых бровей горели драконьи глаза — хищные, янтарные. — Бу! — существо резко подалась вперёд. Флаттершай взвизгнула и бросилась бежать. Она мчалась, не разбирая дороги, пока чудовище не оказалось прямо перед ней. Оно прижало её к земле, нависло сверху, лишая возможности вырваться. — Меня не надо бояться, цветочек, — прошептал монстр, проводя орлиной лапой по её щеке. Флаттершай пискнула и задрожала. — Отпусти... Я хочу домой... — Я же подружиться пытаюсь! — существо раскатисто захохотало. В тот же миг в небе сверкнула молния и грянул гром. Девушка зажмурилась. — Ты такая трусишка... Мне это нравится, — сказал он уже тише. — Так и быть, отпущу. Назовусь на прощание: Дискорд, древний дух раздора и хаоса. Прощай! Щелчок львиной лапы — и Флаттершай оказалась на полу собственной хижины. Целая, невредимая, но содрогающаяся от слёз. Она прижала к себе Энджела и прошептала: — Мне страшно... Что это было за существо? Кролик лишь ткнулся носом в её щеку. Всю ночь она ворочалась, а уснув, видела беспокойные сны. --- Утро встретило её головной болью и тяжестью во всём теле. Вчерашние воспоминания ударили как наковальня: гибрид, назвавший себя духом хаоса, его янтарные глаза, его голос... Она устало побрела к кадушке умыться, но обессиленно облокотилась о край. В отражении воды — бледное, осунувшееся лицо. Еле как ополоснулась, вытерлась, взглянула в зеркало — стало чуть лучше. Расчесала волосы и оставила их распущенными. Нарезала морковь проснувшемуся Энджелу. Тот ел медленно, задумчиво поглядывая на хозяйку. Потом взял кружочек моркови и прискакал к ней. Флаттершай надкусила — кролик удовлетворённо вернулся к миске. Она оделась: майка, длинная юбка салатового цвета, жёлтый вязаный кардиган. Сварила овсянку с клубникой. С каждой ложкой настроение поднималось — возможно, дело было просто в голоде. Вспомнив обещание, данное родителям, она собралась в деревню — на этот раз с ночёвкой. — Энджел, идёшь? — Кролик кивнул. Они вышли. Проходя по тому самому месту, где вчерашняя тьма настигла её, Флаттершай поёжилась. --- Деревня встретила её привычным шумом: голоса, мычание коров, смех детей. Она постучалась в отчий дом. Дверь открыл отец, тут же расплывшись в улыбке. — Проходи, доченька. Мать с братом заждались. Матушка обняла её, Зефир повис на шее: — Сестрёнка пришла! Я плохо спал, думал о тебе! — А я обещала, значит, приду, — погладила она брата по голове. — Чем займёшься? — спросила матушка. — Хочу устроить пикник с подругами. Здесь, на полянке. — Чудесная мысль! — обрадовался отец. — А я можно с тобой? — Зефир сделал щенячьи глаза. — Если не будешь баловаться, — разрешила матушка. — Флаттершай за старшую. Мальчик радостно закричал. Флаттершай обошла всех подруг с приглашением. К вечеру корзинка с едой была собрана, компания — в сборе. --- Поляна утопала в цветах и сочной траве. Жёлтое одеяло расстелили, еду разложили: яблоки и сидр от Эппл Джек, пирожные от Рарити, леденцы от Радуги, арбуз от Пинки, тортик от Искорки, клубника и персики от Флаттершай. Дети шумели, взрослые болтали и смеялись. Энджел мирно грыз морковь в плетёной корзинке. Идиллию нарушил шорох в кустах. — Вы слышали? — тихо спросила Флаттершай. — Сахарок, говори громче! — отмахнулась Эппл Джек, отпив из бутылки. Никто не обратил внимания. Даже вечно бдительная Искорка. Флаттершай почувствовала, как противные мысли лезут в голову. Взяв бутылочку сидра, она встала: — Хочу проветриться. Освободить голову от ненужного. Друзья лишь пожали плечами. Она отошла к опушке. Неглубоко — чтобы не заблудиться. Вдохнула, выдохнула. Вдруг за спиной раздался знакомый мрачный голос: — О, милая... Ты очень симпатичная в этом нарядце. Он мелькнул перед ней — и всё. А через секунду лес огласил отчаянный визг. Флаттершай выбежала на поляну: запыхавшаяся, в слезах, с ветками в волосах и пятном сидра на юбке. Друзья обступили её. — Там... нечто... похожее на гибрида... — выдохнула она дрожащим голосом. Искорка тут же открыла книгу в фиолетовой обложке: — Я читала про драконикусов... — Они существуют? — прошептала Флаттершай. — Хватит панику разводить! — рявкнула Эппл Джек. — Детей только пугаете. Большинство успокоилось. Но Флаттершай до самого вечера не отпускало тревожное чувство. По просьбе Искорки она описала существо: голова коня, рога козы и оленя, драконьи глаза, туловище невиданной породы, змеиный язык и хвост, лапы орла и льва, крылья летучей мыши и птицы, копыто козы и лапа ящерицы. — Глаза... пугали больше всего, — закончила она. Повисло молчание. Только Пинки, как всегда, сохранила позитив: — Да это же весело! Разные животные в одном — круто! — Пинки, это не весело, — осадила её Искорка. — Оно преследует меня, — тихо сказала Флаттершай. Три минуты никто не проронил ни слова. Даже дети притихли. — Ладно, по домам, — решительно объявила Эппл Джек. Все разошлись. Искорка вызвалась проводить Флаттершай до родительского дома, чтобы той не было страшно. — Ты правду говорила? Оно правда появилось и сегодня? — спросила Спаркл в пути. — А почему, по-твоему, я так перепугана? — с ноткой истерики ответила Флаттершай. Искорка понимающе кивнула и замолчала. У порога они обнялись. А из лесной чащи за ними наблюдал он. Коварный, терпеливый, голодный до её страха... и до чего-то ещё, чему сам не мог подобрать имени. — Мы дома, матушка! — позвала Флаттершай, переступая порог. За ужином отец спросил, как прошёл день. Девушка перечислила: посидели, поели, пообщались. Умолчала лишь о том, что её снова настигло чудовище. Зефир взахлёб рассказывал, как они со Спайком мерились силой. Родители смеялись. А Флаттершай в глубине души надеялась, что он больше не потревожит её. Но верилось в это с трудом. ______