Подчинись мне

Голова раскалывалась. Илья с трудом разлепил веки — секунды тянулись бесконечной вечностью, прежде чем сознание прояснилось. Он огляделся: комната в доме Рамиля. Омега медленно попытался поднять руку — и в ту же секунду острая боль пронзила тело, разливаясь огненными ручейками из предплечья. Повернув голову, он увидел иглу капельницы, впившуюся в вену. Илья с усилием приподнялся — и в этот миг дверь распахнулась. На пороге появился врач-бета в белоснежном халате, со стетоскопом на шее. За ним шагнул Рамиль, впиваясь взглядом в омегу. — Очнулся? Хорошо. Давай-ка осмотрю тебя, — омега нервно вжался в подушку. — Послушай, ты в безопасности. Пока ты здесь, никто тебя не тронет. Мальчик, раненный жестокостью альфы, метнул в Рамиля гневный взгляд: — Нельзя говорить о безопасности, когда рядом такой садист, — пробормотал юноша. — Этот человек наслаждается чужой болью, физической и моральной. Альфа ухмыльнулся и шагнул ближе, ткнув пальцем в сторону Ильи: — Эй, малыш, забыл, кто твой хозяин? — в голосе звучала насмешка. — Мне плевать на врачебные запреты. У меня хватит власти наказать тебя за дерзость. В этот миг гнев вспыхнул в груди Ильи ярким, обжигающим пламенем. Презрительный, полный вызова взгляд озлобленного ребенка уперся в альфу. Но юноша взял себя в руки, подавил бушующую внутри ярость. — Прошу вас, господин, возьмите себя в руки, — врач приложил усилия, чтобы смягчить гнев альфы. — У господина Рамиля, конечно, есть свои предпочтения, но он не чета Дмитрию, — обернувшись к мальчику, добавил он. — Не возражаете, если я проведу тщательный осмотр? Врач опустил руку на плечо омеги, слегка сжав его, пытаясь успокоить. — Ты здесь в безопасности, — повторил он, глядя прямо в глаза. — Не позволяй страху и ненависти завладеть тобой. — Пусть он выйдет, — раздался уверенный голос омеги. — Не нарывайся, — альфа нахмурился, в голосе мелькнуло недоумение. — Я хочу, чтобы он ушёл. И чтобы меня отправили домой, — ровно, словно всё уже решено, произнёс Илья. Рамиль хотел возразить, но врач остановил его и вывел из комнаты. — Он ушёл. Мы провели анализы и осмотр. На теле ссадины, небольшие разрывы анального отверстия, нервное истощение. Но не волнуйся: всё поддаётся лечению, я уже назначил препараты. Твоё здоровье для меня крайне важно, я лично прослежу за выздоровлением. — Почему вы это делаете? Зачем помогаете этому жестокому человеку? Пожалуйста, помогите мне сбежать. — Моя профессия — врач, я всегда готов помогать. Мы с Рамилем друзья с детства, хоть я и старше. Мы не всегда согласны, но в трудные минуты я на его стороне. Сейчас главное — твоё здоровье. Когда поправишься, сможешь высказать всё Рамилю и задать вопросы. — Ты ведь любишь Рамиля? — вдруг спросил доктор. — Я не хочу… — начал Илья, понимая, что его чувства к альфе смутны. Но отрицать, что парень ему нравится, он не мог. Омега опустил глаза. — Он мне нравится. Только, пожалуйста, не говорите ему. — Не скажу, — заверил врач. Илья отвёл взгляд. — А вы не могли бы позвать Олю? Она работает здесь горничной, — попросил мальчик. — Конечно, позову. А ты пока отдохни, — ответил бета… Прошло несколько дней с возвращения в этот дом. Рамиль не обращал на омегу внимания; юноша почти не видел его, кроме как за завтраком. Душа мальчика обрела покой: он словно оказался на своей территории, читал книги, которые давала Ольга, и рисовал к ним иллюстрации. Но всё равно он жаждал вернуться домой. План побега уже созревал в голове, почти готовый к воплощению. Наступила ночь. Илья тихо выбрался через кухонное окно. Запомнив дорогу, он шёл налево несколько часов. Когда желудок заурчал от пустоты, он наткнулся на небольшой городок — маленький, почти заброшенный. У переулка заметил нескольких мужчин. — Извините, вы не знаете, где здесь отдел полиции? — спросил мальчик. Они обернулись и медленно приблизились. Это должно было насторожить Илью, но он стоял молча. — А зачем тебе полиция? — один из них схватил его за руку. — Мне нужна помощь, — юноша попытался вырваться, но мужчина был силён, а взгляд его — суров. Илья не успел пикнуть: его затащили в переулок и прижали к стене. — Что происходит? Я просто хотел найти полицию! — закричал омега. Но один из незнакомцев ударил его головой о стену — в глазах потемнело, голова закружилась. — Здесь такие слова не любят. И таких, как ты, тоже, — произнёс один из парней. — Что будем с ним делать? — А пока вот что, — сказал тот, кто держал мальчика, вытаскивая шприц из кармана и вонзая иглу в руку омеги. Илья почувствовал, как мышцы расслабляются, и когда мужчина отпустил его, он рухнул на землю. Дальше мальчик помнил лишь смутные обрывки. Кто-то снял с него штаны, что-то холодное вошло в тело, но он был слишком слаб, чтобы сопротивляться. Потом — голос Рамиля, сильная боль — и темнота. Очнулся Илья в той же комнате. Лежа на кровати, заметил капельницу, подключённую к руке. Осторожно отсоединив её, он направился к двери. Потянул за ручку — заперто. Альфа снова запер его. Но вдруг за дверью послышались шаги. Она резко распахнулась, ударив его по лбу, и Илья упал. — Вставал. Зачем встал? — голос Рамиля. Он помог подняться, усадил на кровать рядом с собой. — Зачем? — Что — зачем? Зачем я сбежал? — возмутился Илья. — Ты серьёзно спрашиваешь? Держишь меня здесь против воли. Я хочу домой! Парень встал, вышел. Перед тем как закрыть дверь, бросил: — Подумай. Но мальчик не стал размышлять — просто лёг спать. Проснулся он, когда за окном уже светало, хотя не знал, сколько времени. Голова всё ещё кружилась, но он снова подошёл к двери. Она была открыта. Он направился на кухню — пусто. В комнате Ольги — никого. Весь дом окутан молчанием. На столе лежала записка: «После твоего побега решил наказать тебя. Месяц проведёшь один в этом доме». Илья разозлился, вернулся в комнату и с силой хлопнул дверью. — Как он посмел? Юноша провёл весь вечер в «своей» комнате, плача. Обессилев от слёз, он уснул. Утром проснулся поздно — время сбилось окончательно. Встал, побрёл в ванную. Глаза болели, живот громко урчал, но аппетита не было. Просто вернулся в комнату, сел на кровать и задумался до вечера. «Хочет лишить меня мира? Какое право он имеет?» — мысленно вопрошал омега. Обычно Илья любил одиночество, тишину и покой, но сейчас не мог позволить себе никаких удовольствий — он был заперт. «А если попробовать сбежать снова?» Он бросился к кухонному окну — решётки. Обошёл все окна — везде решётки. Попытался вскрыть двери — силы иссякли. Даже нашёл вход на чердак, но там не было ни окон, ни дверей. Дом — без выхода. Он один на целый месяц. — Я не выдержу! — в отчаянии мальчик забился в угол кухни, прижав колени к груди. Живот урчал, из глаз текли слёзы, голова кружилась. И он уснул прямо на холодном полу. Пробудился от ледяного холода, пронизывающего тело. Едва поднялся и побрёл в ванную: ноги дрожали, походка была шаткой, в горле жгло. Омега чувствовал себя невыносимо слабым. С трудом набрав ванну, он лёг в неё. На краю лежало лезвие, приготовленное заранее. — Я больше не могу! Нет, я не выдержу! Илья крепко сжал лезвие — оно врезалось в ладонь. Он сделал небольшой порез на запястье, потом, будто набравшись сил, полоснул сильнее. Кровь хлынула, голова закружилась. Но внезапно он осознал, что совершил ошибку. Попытался выбраться из ванны — тщетно. Тут взгляд упал на телефон. С трудом дотянувшись, он удивился, откуда он здесь, ведь Илья был уверен, что в доме нет никакой техники, кроме кухонной. Он набрал первый попавшийся номер. В трубке раздался голос альфы: — Алло. — Рамиль, я… — слова давались с трудом: кровь текла рекой, голова кружилась всё сильнее. — Что случилось? Омега слышал тревожный голос, но не смог произнести ни слова. И потерял сознание.