Frankly, my dear, I don't give a damn

В субботу утром Токио встретил Шикамару серым небом и холодным ветром. Он припарковал машину у особняка Сабаку ровно в семь тридцать, как и было указано в расписании Темари. Дворецкий открыл дверь почти сразу, будто уже ждал его появления. — Нара-сан. — Доброе утро. Шикамару снял обувь и вошёл внутрь дома. В особняке было непривычно тихо — видимо, большая часть семьи ещё спала после какого-то очередного приёма или делового ужина. Темари уже стояла в коридоре. На секунду Шикамару даже слегка завис, потому что сегодня она выглядела слишком обычной. На ней были джинсы и белый мягкий свитер, а волосы были собранны в низкий хвост. — Доброе утро, Темари-сама. Она подняла на него взгляд. — Доброе утро. Рядом с ней стоял небольшой светлый чемодан с логотипом какого-то слишком дорогого бренда, название которого Шикамару даже не пытался запомнить. Парень молча взял чемодан. — Я отнесу. Темари коротко кивнула и снова опустила взгляд на бумаги в своих руках. Шикамару вышел на улицу и открыл багажник машины. Рядом уже лежала его старая спортивная сумка — потёртая, тёмная и явно купленная лет пять назад на распродаже возле станции Сибуя. Он поставил рядом чемодан Темари и почти сразу поморщился. Эти две вещи выглядели рядом настолько нелепо, будто случайно оказались в одном кадре из двух абсолютно разных жизней. Старая сумка студента, который выискивал скидки в супермаркете и чемодан наследницы семьи Сабаку, стоимость которого, вероятно, была больше той цены, что он платил за свою квартиру. — Проблематично, — тихо пробормотал Шикамару себе под нос и захлопнул багажник. Дворецкий уже стоял возле входа рядом с Темари. — Желаю вам хорошей дороги, Темари-сама. — Спасибо, — спокойно ответила девушка. Она села на заднее сиденье. Шикамару занял место за рулём, включил навигатор и почти сразу машина плавно покинула территорию особняка Сабаку. Несколько минут в салоне стояла тишина. Шикамару смотрел на дорогу, стараясь не думать о том, что они проведут вместе два дня вдали от Токио, в фамильном доме Сабаку, где, по словам Темари, почти не ловила связь. Мозг тут же очень услужливо напомнил ему, что отсутствие связи — отличный способ совершать ошибки. Он тихо вздохнул. На заднем сиденье Темари уже читала какие-то документы. Шикамару мельком посмотрел в зеркало заднего вида. Она что-то тихо перечитывала про себя, иногда делая пометки ручкой на полях. Её лицо снова было абсолютно спокойным и собранным. Шикамару крепче сжал руль. Конечно. Потому, что всё, что случилось в его квартире для Темари, вероятно, ничего не значило — просто момент слабости и попытка вырваться из клетки хотя бы на пару часов. А он, как идиот, продолжал вспоминать её дыхание у себя под ухом. Серое небо постепенно сменялось более светлым, а город — редкими пригородами и узкими дорогами, уходящими ближе к холмам. Примерно через сорок пять минут навигатор наконец сообщил о прибытии. Шикамару свернул на узкую каменную дорогу, ведущую к старому храму, скрытому среди высоких кедров. Место выглядело отрезанным от мира — тихим, холодным и слишком спокойным. Он остановил машину возле каменных ступеней. Темари сразу отложила бумаги. Стоило ей выйти из автомобиля, как у входа в храм тут же появились несколько монахов в тёмных одеждах. Они синхронно поклонились ей. — Темари-сама. Девушка спокойно ответила поклоном. — Благодарю за приглашение. Шикамару тоже вышел из машины и быстро склонил голову, скрестив руки перед собой. Один из монахов шагнул чуть вперёд. — Для вас уже подготовили кимоно и обувь к церемонии. — Хорошо. После этого Темари повернулась к Шикамару и достала телефон. — Шикамару. — Да? Она быстро открыла карту и показала ему адрес. — Поезжай в фамильный дом Сабаку. Оставь вещи там и возвращайся за мной через час. Шикамару взглянул на экран. Адрес находился всего в нескольких километрах от храма, среди лесистой части пригорода Йокохамы. — Понял. Темари убрала телефон в сумку. — Дом будет открыт. Смотритель уже должен был всё подготовить. Шикамару коротко кивнул. — Хорошо. Девушка повернулась к монахам и те, слегка улыбнувшись, пригласили её следовать за ними. Шикамару проводил её взглядом, затем сел в машину и завёл мотор. Навигатор показывал всего несколько километров до особняка Сабаку. Чем дальше он ехал, тем тише становилось вокруг. Дорога уходила глубже в пригород Йокохамы — мимо старых домов, небольших рисовых полей и редких магазинчиков с выцветшими вывесками. Через несколько минут впереди наконец показались высокие деревянные ворота, которые были открыты. Он медленно въехал на территорию и почти сразу понял одну странную вещь — вокруг было слишком тихо. Ни охраны. Ни прислуги. Только ветер слегка качал деревья во внутреннем дворе. Шикамару заглушил двигатель и нахмурился. Главная дверь дома оказалась не заперта. — Очень безопасно, — пробормотал он себе под нос. Парень всё же взял чемоданы и вошёл внутрь. Дом оказался огромным. Традиционный японский стиль, тёмное дерево, татами, раздвижные двери с бумажными вставками — всё выглядело так, будто сюда случайно перенесли прошлый век и очень дорого его отреставрировали. Внутри пахло деревом, чаем и чем-то едва уловимо старым. Шикамару поставил вещи в коридоре и медленно осмотрелся. На стенах висели фотографии семьи Сабаку — старые, выцветшие снимки госпожи Чиё в молодости. Раса — ещё совсем молодой, в строгом костюме рядом с какой-то женщиной, которую Шикамару раньше никогда не видел. Потом — фотографии детей. Канкуро с глупой улыбкой и испачканным краской лицом. Совсем маленький Гаара, серьёзный даже в детстве. И Темари. Шикамару невольно остановился возле одной из фотографий. Маленькая Темари стояла на стуле в ярко-жёлтом платье, явно пытаясь казаться выше. Волосы были собраны в смешные четыре хвостики, а улыбалась она так широко и искренне, что Шикамару на секунду даже растерялся, потому что нынешняя Темари Сабаку почти никогда так не улыбалась. Шикамару медленно прошёл дальше по коридору и заметил приоткрытую дверь, ведущую наружу. За ней оказался небольшой внутренний сад, с каменной дорожкой и небольшим прудом, в котором медленно двигались карпы. Шикамару вышел наружу и остановился возле деревянной веранды. Ветер здесь был чуть прохладнее. Он машинально достал телефон, проверяя сообщения, но почти сразу нахмурился — связь была отвратительной, одна полоска и та постоянно исчезала. — Вот же проблематично… Шикамару заблокировал телефон и убрал его обратно в карман, потом опустил взгляд на пруд. Вода слегка рябила от ветра. Вокруг было настолько тихо, что это начинало немного давить на нервы. Он прошёлся по первому этажу, заглядывая в комнаты скорее по привычке телохранителя, чем из любопытства. Обычно в подобных домах всегда находился хотя бы кто-то из прислуги — повар, смотритель, охрана. Особенно если речь шла о семье Сабаку. Но здесь не было вообще никого. Парень вышел обратно в коридор и задумчиво оглядел дом. — Неужели они оставляют такой особняк пустым?.. Он снова вышел наружу и обошёл территорию вокруг дома. Небольшой сад, каменные дорожки, старый сарай для инструментов у дальнего забора. Шикамару медленно остановился посреди двора, потом поднял взгляд на дом и вдруг осознал, что сегодня, похоже, он будет ночевать в доме, вместе с Темари. Только она и он — без охраны, прислуги или свидетелей, в месте, где почти не ловит связь. Парень задумался о том, что, вообще-то, мог бы просто переночевать в машине. Идея сразу показалась ему удивительно разумной — безопасная дистанция, никаких случайных ночных разговоров. Шикамару задумчиво посмотрел в сторону автомобиля, припаркованного возле дома, потом представил, как просыпается утром с окончательно мёртвой спиной, потому что сиденья в машине явно не предназначались для полноценного сна. — Моя поясница точно не скажет мне «спасибо», — пробормотал он себе под нос. Хотя, если честно, его спина сейчас волновала значительно меньше, чем собственный самоконтроль. Шикамару засунул руки в карманы брюк и снова посмотрел на дом. Проблема заключалась в том, что после всего произошедшего оставаться наедине с Темари в этом месте было крайне плохой идеей, но и сбежать он не мог. Парень посмотрел на часы, затем тихо вздохнул — он будет думать о решении данной ситуации потом, сейчас нужно было ехать обратно. Оставшийся день прошёл в бесконечных поездках. После церемонии в храме, Темари пришлось посетить ещё несколько встреч — сначала какой-то благотворительный обед при монастыре, потом разговор с представителями старой семьи из Йокохамы, затем ещё один визит, о котором Шикамару узнал уже по дороге. Большую часть времени он ждал её в машине. Иногда — у входа, другой раз — в коридорах старых зданий, где пахло ладаном и деревом. Темари держалась идеально, с безупречной осанкой и ровным голосом. К вечеру небо окончательно потемнело. Когда машина наконец свернула к фамильному дому Сабаку, Шикамару уже чувствовал усталость где-то глубоко под кожей. Он остановил автомобиль возле дома и вышел первым и открыл перед ней дверь. Темари медленно выбралась наружу. Несколько секунд она просто стояла возле входа, глядя на дом так, будто пыталась вспомнить что-то очень далёкое. Шикамару молча наблюдал за ней, потом всё же подошёл ближе и открыл перед ней входную дверь. — Темари-сама. Она коротко кивнула и вошла внутрь. Дом встретил их всё той же тишиной. Девушка остановилась в коридоре и медленно стянула обувь, потом вдруг подняла руку и коснулась деревянной стены возле входа — очень осторожно, будто проверяла, что всё это реально. Её пальцы медленно скользнули по старому дереву. Шикамару стоял чуть позади и наблюдал за ней. Через несколько секунд Темари тихо произнесла: — Здесь раньше было очень шумно. Шикамару слегка нахмурился. Она всё ещё смотрела на стену. — Бабушка ругалась на Канкуро. Отец постоянно говорил по телефону. Я бегала по дому, а Гаара прятался где-нибудь с книгой. Мама… не позволяла слугам готовить что-либо, потому, что делала это сама. Темари медленно обернулась к нему. Несколько секунд она молчала, будто собираясь с мыслями, а потом неожиданно спокойно сказала: — Шикамару… если ты не против, я бы хотела, чтобы ты спал сегодня в моей комнате. Парень замер. Темари отвела взгляд чуть в сторону. — Мне не нравится ночевать здесь одной. Шикамару осторожно выдохнул. — Темари-сама… я могу отвезти вас обратно в Токио. Она сразу покачала головой. — Нет. Здесь никто не звонит мне каждые десять минут. Никто не спрашивает про сделки, помолвку или Учиха. И… когда-то здесь моя семья была счастлива. После этих слов в коридоре стало совсем тихо. Шикамару почувствовал, как внутри снова неприятно сжалось что-то слишком человеческое для телохранителя, потому что сейчас перед ним стояла не наследница семьи Сабаку и не его начальница, а просто очень уставшая девушка, которая не хотела оставаться одна в большом пустом доме. — Хорошо. Я останусь с вами, Темари-сама. Девушка слегка кивнула в знак благодарности. Он подошёл к чемоданам и взял оба сразу. Темари направилась вглубь дома, Шикамару последовал за ней по длинному коридору, освещённому мягким жёлтым светом старых ламп. Ночью дом казался ещё тише. Темари остановилась возле одной из раздвижных дверей и открыла её. — Это моя комната. Шикамару вошёл следом и невольно огляделся. Комната оказалась большой, но удивительно уютной. Татами, низкий столик у окна, старый шкаф из тёмного дерева и футон, который уже был подготовлен ко сну. За тонкими бумажными дверями тихо шумел сад. Здесь всё выглядело совсем иначе, чем в токийском особняке Сабаку, не было той показной роскоши и холода. Девушка поставила сумку на низкий столик и спокойно сказала: — Я приму ванну. Шикамару кивнул. — Понял. Темари уже собиралась выйти, но остановилась у двери. — В холодильнике должна быть еда. Смотритель дома обычно оставляет что-нибудь заранее. — Хорошо. Она снова коротко кивнула и ушла. Дверь за ней тихо закрылась и почти сразу Шикамару почувствовал, как внутри начинает медленно подниматься очень нехорошее напряжение. Парень заранее понимал: если она снова выйдет к нему в одном полотенце, его самоконтроль окончательно покинет этот мир, особенно после целого дня рядом с ней. — Проблематично, — обречённо пробормотал он. Чтобы хоть как-то отвлечься и не начать заранее сходить с ума, Шикамару быстро вышел из комнаты и направился на кухню. В холодильнике действительно обнаружилось несколько аккуратно упакованных контейнеров с едой. Парень открыл один из них и почти сразу увидел нигири. Он достал несколько штук и сел за кухонный стол. Тишина в доме всё ещё ощущалась странно. Шикамару задумчиво жевал нигири, стараясь думать о чём угодно, кроме Темари в ванной несколькими комнатами дальше. Получалось откровенно плохо. Когда он вернулся в комнату, внутри уже пахло шампунем и чем-то сладким, едва уловимым. Темари сидела у низкого столика спиной к двери и медленно расчёсывала влажные волосы. На ней был белый махровый халат, слишком большой для неё. Услышав шаги, она слегка обернулась. — Нашёл еду? — Ага. Желаете порцию? — Нет, спасибо, я не голодна. Ты тоже можешь принять ванну. Это… моя рекомендация, — спокойно сказала она. Шикамару невольно усмехнулся. — Звучит, как приказ. — После дороги от тебя пахнет сигаретами и заправкой. — Будни телохранителя. На губах Темари мелькнула слабая улыбка. Шикамару молча подошёл к своей старой спортивной сумке и присел рядом с ней, начиная искать чистое бельё и пижаму. Темари тем временем продолжала расчёсывать волосы, будто происходящее было совершенно обычным, хотя для Шикамару в этой поездке уже давно не осталось ничего обычного. Он достал вещи и поднялся, потом медленно снял пиджак. В комнате стояла напольная вешалка, а вторую рубашку он с собой не брал, поэтому мысль помять единственную нормальную рубашку вызывала почти физическую боль. Шикамару начал расстёгивать пуговицы, одну за другой. Он снял рубашку, оставаясь топлес, и потянулся к вешалке, аккуратно расправляя ткань. Только после этого Шикамару обернулся и почти сразу замер. Судя по всему, Темари уже какое-то время смотрела на него. Расчёска в её руке остановилась где-то на середине движения. Шикамару почувствовал, как внутри опять начинает медленно подниматься то самое опасное напряжение, потому что взгляд Темари был слишком внимательным и совершенно не похожим на взгляд женщины, которой безразлично то, что она видит. Несколько секунд никто из них ничего не говорил, потом девушка очень медленно отвела взгляд обратно к своим волосам и совершенно ровным голосом произнесла: — У тебя очень красивое тело. Шикамару чуть не уронил вешалку. — Спасибо. Парень вышел из спальни, зашёл в ванную и закрыл за собой дверь. Пар тут же окутал помещение. Ванная здесь тоже была старой, традиционной — тёмное дерево, камень и глубокая купель, в которую уже медленно набиралась горячая вода. Он подошёл к зеркалу и посмотрел на своё отражение. — Отлично выглядишь, Нара, — Шикамару упёрся руками в край раковины и тяжело выдохнул. — Но даже не думай об этом, слышишь меня? Несколько секунд он молча смотрел себе в глаза, потом тихо, почти обречённо добавил: — Она — твоя работа. И это должно оставаться проблемой исключительно профессионального характера. Его организм был категорически не согласен с этой формулировкой. Мозг уже начал очень услужливо подкидывать ему мысли, от которых становилось трудно дышать. Например о том, что под этим белым халатом Темари, скорее всего, ничего нет. Шикамару резко открыл кран с холодной водой и умыл лицо. — Нет. Вода стекала по щекам, но помогало откровенно плохо, потому что память тоже решила сегодня работать против него. Он помнил её дыхание у себя в квартире. Помнил её взгляд. — Проблематично… Шикамару снова плеснул в лицо холодной водой, потом наконец стянул с себя брюки, носки и трусы, и забрался в горячую ванну. Тело почти сразу расслабилось от тепла. Он медленно откинул голову назад и закрыл глаза. Тишина вокруг только ухудшала ситуацию. Стоило ему остаться одному, как мысли начинали окончательно выходить из-под контроля. Может, стоит просто… решить проблему самостоятельно? Шикамару открыл один глаз и уставился в потолок. Это уже был какой-то новый уровень отчаяния, но, с другой стороны, если это поможет перестать думать о Темари в соседней комнате… он тут же представил, как потом выйдет обратно и будет смотреть ей в глаза после подобного. — Нет. Ни за что. Шикамару закрыл лицо ладонью и тихо простонал. Ему двадцать с лишним лет. Он студент юридического. Взрослый человек. Почему тогда сейчас ощущает себя подростком, которого впервые оставили наедине с красивой девушкой? Парень просидел в ванной почти сорок минут. Сначала он пытался просто расслабиться. Потом — перестать думать, затем — перестать думать о Темари. Последний пункт оказался абсолютно невыполнимым. Горячая вода давно начала остывать, а его мозг всё ещё продолжал издеваться над ним, подсовывая слишком яркие картинки и слишком опасные мысли. В какой-то момент Шикамару уже просто сидел, откинув голову на край ванны и мрачно глядя в потолок. — Я взрослый человек, — тихо напомнил он себе. Организм, судя по всему, был с этим не согласен. Пальцы на руках и ногах постепенно сморщились настолько, что стало слегка неприятно. Только тогда Шикамару наконец тяжело выдохнул и всё-таки вылез из ванны. — Всё. Хватит. Он быстро вытерся полотенцем и потянулся было за одеждой и замер. Несколько секунд Шикамару тупо смотрел на пустую корзину возле двери, потом медленно закрыл глаза — он забыл чистую пижаму и бельё. Тихо выругавшись себе под нос, парень всё же обвязал полотенце вокруг бёдер и осторожно приоткрыл дверь ванной. В доме было тихо. Он быстро прошёл по коридору и скользнул обратно в комнату, уже заранее готовясь извиняться за свой внешний вид перед Темари и объяснять, что он просто забыл вещи, но слова так и не сорвались с языка. Девушка уже спала. Шикамару замер у двери. Она лежала на футоне, повернувшись чуть набок. Волосы растрепались по подушке мягкими светлыми прядями, а дыхание было ровным и тихим. Белый халат слегка сполз с одного плеча, открывая тонкую кожу. В комнате царила такая спокойная тишина, что Шикамару вдруг почувствовал странное, болезненное тепло где-то под рёбрами. Он тихо подошёл ближе, потом осторожно наклонился к футону, чтобы подтянуть одеяло выше и укрыть её плечо. В этот момент Темари едва заметно пошевелилась. Шикамару замер. Девушка медленно приоткрыла глаза и несколько раз сонно моргнула, будто не сразу поняла, где находится. — Темари-сама, — тихо начал он. — Простите, я просто хотел… Он не договорил, потому что Темари вдруг медленно подняла руки и обвила ими его шею. Шикамару тихо выдохнул от неожиданности, а в следующую секунду она притянула его ближе к себе и поцеловала. Поцелуй мгновенно разрушил остатки самоконтроля, которые парень ещё пытался удержать весь этот день. Шикамару осторожно опустился ближе к ней, одной рукой упираясь в футон рядом с её головой, а другой — притягивая её к себе. Полотенце на его бёдрах давно стало совершенно бессмысленной деталью, как и все те попытки держать дистанцию, которыми он мучил себя последние дни. Их поцелуй стал глубже. В движениях Темари было что-то отчаянное, будто она слишком долго запрещала себе хотеть хоть чего-то для себя. Шикамару почувствовал, как внутри окончательно ломается всё то здравомыслие, которым он так гордился всю жизнь, потому что, когда её тело оказалось так близко к его, все сомнения вдруг начали стремительно уходить куда-то очень далеко. Да, это было неправильно — она была его начальницей, а через несколько месяцев её ждала помолвка с другим мужчиной. Но сейчас Темари лежала под ним, запускала пальцы в его влажные после ванны волосы и просила его не останавливаться так, будто в этом мире существовали только они двое и Шикамару пропал окончательно. Он целовал её медленно, уже без прежней нервной осторожности, чувствуя, как она тянется к нему навстречу. Её ладони скользили по его плечам и спине, а дыхание становилось всё сбивчивее с каждым новым поцелуем. Шикамару осторожно провёл рукой по её волосам и прижал девушку ближе к себе, больше не пытаясь остановить происходящее. В эту ночь ему впервые за долгое время хотелось перестать быть разумным человеком. Он целовал Темари медленно и внимательно, будто пытался запомнить каждую секунду происходящего, потому что где-то глубоко внутри всё ещё был уверен — ничего подобного в его жизни больше не повторится. Шикамару ловил каждый её вздох так внимательно, словно от этого зависело что-то важное. Ему нравилось видеть, как медленно исчезает её привычная настороженность, как постепенно рушится та холодная, идеальная маска, которую Темари носила перед всем миром. С ним она наконец позволяла себе быть живой, настоящей и, кажется, именно это сводило Шикамару с ума сильнее всего. Он медленно скользил губами по её коже, наслаждаясь тем, как она вздрагивает от каждого прикосновения. В какой-то момент Темари тихо выдохнула его имя таким голосом, что у него внутри всё окончательно перевернулось. После этого Шикамару уже перестал пытаться мыслить здраво. Время будто растворилось. За бумажными дверями шумел ночной сад, где-то далеко стучал бамбуковый фонтан, а в комнате становилось всё теплее от их сбившегося дыхания и спутанных одеял. Шикамару проснулся непривычно поздно. Первое, что он почувствовал — тепло одеяла и приятный запах шампуня Темари на подушке рядом. Второе — пустоту. Парень резко открыл глаза, затем сел, окончательно просыпаясь. Сердце неприятно дёрнулось где-то под рёбрами. — Чёрт. Он быстро оглядел комнату. Рядом с ним было аккуратно сложенное одеяло, но не было Темари. Парень тут же вскочил с футона, кое-как натянул трусы, потом брюки. Рубашку он застёгивал уже на ходу, совершенно не заботясь о том, что волосы после сна торчали в разные стороны. Мозг уже начал услужливо подкидывать самые неприятные варианты. Она уехала. Решила сделать вид, что ничего не было или ещё хуже — кто-то из семьи приехал раньше времени. Шикамару вылетел в коридор почти бегом и замер. Темари спокойно стояла на кухне возле турки. На ней снова были те же джинсы и белый свитер, будто вчерашней ночи вообще не существовало. Волосы были собраны в хвост, а в руках она держала кружку с кофе. Услышав шаги, девушка обернулась. Её взгляд медленно скользнул по нему сверху вниз. На секунду на её губах мелькнула едва заметная улыбка. — Доброе утро, Шикамару. Он тяжело выдохнул. — Доброе… Темари чуть приподняла бровь, внимательно посмотрев на его растрёпанные волосы. — В распущенных волосах, конечно, есть свой шарм, — спокойно заметила она. — Но в случае нападения это довольно серьёзное преимущество для противника. Шикамару машинально коснулся затылка. — Вы сейчас критикуете мой внешний вид или читаете лекцию по самообороне? — И то, и другое. Она отпила кофе так невозмутимо, будто обсуждала прогноз погоды. Шикамару несколько секунд молча смотрел на неё, потом тихо усмехнулся. — Темари-сама, я… — Садись, — перебила она совершенно спокойным тоном. — Я сварила свежий кофе. Шикамару послушно подошёл к столу и сел напротив неё. Темари подвинула к нему чашку. От кофе поднимался горячий пар, а кухня всё ещё казалась слишком уютной для того разговора, который, судя по её взгляду, сейчас должен был начаться. Несколько секунд девушка молча крутила чашку в руках, потом медленно выдохнула. — То, что произошло прошлой ночью… мне понравилось. Шикамару едва не поперхнулся первым же глотком кофе, но Темари продолжила тем же ровным, деловым голосом: — И я бы хотела это повторить. Но в следующий раз тебе стоит использовать презерватив. Шикамару уставился на неё поверх чашки. Она говорила об этом с таким спокойствием, будто обсуждала своё расписание на следующую неделю или перенос деловой встречи. Темари тем временем невозмутимо продолжила: — Я не могу появляться с тобой в лав-отелях. И обычные отели тоже не подойдут — кто-нибудь обязательно заметит. Шикамару всё ещё молчал. — Твоя квартира вполне подходит, — добавила она. — Иногда можно использовать и мою комнату. На этом моменте он всё-таки медленно поставил чашку обратно на стол. — Темари-сама… Она подняла на него взгляд. — Вы сейчас серьёзно пытаетесь организовать наш тайный роман как рабочий график? На секунду в её глазах мелькнуло что-то похожее на смущение, но Темари тут же снова вернула себе привычное спокойствие. — Это не роман, Шикамару. Просто секс. Она слегка нахмурилась. — Ты против? Что-то внутри неприятно кольнуло. Шикамару сам не понял, почему именно эти слова про «просто секс» вдруг так задели его. В конце концов, именно так всё и должно было быть. Временная связь между двумя людьми из разного мира, которые вообще не должны были оказаться в подобной ситуации. Парень отвёл взгляд к чашке с кофе, стараясь не показать ничего на лице. Темари всё ещё внимательно смотрела на него, будто пыталась понять, о чём он думает. Шикамару заставил себя спокойно пожать плечами. — Нет, — ровно ответил он. — Я не против. Темари едва заметно расслабилась после этих слов. Шикамару сделал глоток кофе, скрывая за этим движением собственное раздражение на самого себя. — Хорошо, — тихо произнесла она. — Тогда договорились. Темари спокойно поднялась из-за стола и подошла к раковине вместе со своей чашкой. Шикамару молча наблюдал за ней несколько секунд. Утренний свет мягко падал через окно кухни, подсвечивая светлые пряди её волос. Всё происходящее вдруг снова стало казаться слишком нормальным и именно поэтому в голову ему пришла совершенно нехарактерная, откровенно плохая идея, особенно для человека, который обычно думал прежде, чем что-то делать. Пусть он никогда не станет её парнем, не будет человеком, с которым она появится на публике. Пусть её фамилия, статус и жизнь никогда по-настоящему не позволят ему занять место рядом с ней. Но… парень медленно выдохнул. Он может стать тем, кого она не сможет забыть. Тем, рядом с которым её ледяная маска наконец перестанет существовать. Итачи Учиха мог иметь сколько угодно денег, фамильного влияния и дорогих колец для помолвки, но Шикамару сделает всё, чтобы Темари хотелось возвращаться именно к нему. Парень медленно поднялся. Темари включила воду, даже не оборачиваясь, но почти сразу замерла, когда он подошёл вплотную со спины. Она резко выдохнула от неожиданности. Шикамару наклонился чуть ближе к её уху. — А если я захочу немного импровизации? Темари очень медленно выключила воду, потом спокойно спросила: — Смотря что ты имеешь в виду. На губах Шикамару появилась едва заметная усмешка. — Судя по всему, в моей новой должности есть одна крайне важная обязанность, — он медленно скользнул рукой к её талии. — Делать так, чтобы тебе было хорошо. Темари замерла. Шикамару почувствовал, как она чуть тише вдохнула, когда его пальцы коснулись пуговицы на её джинсах. — Не хотелось бы тебя разочаровать, — тихо продолжил он у самого её уха. — Это было бы крайне проблематично. После этих слов Темари очень медленно повернула голову в его сторону, будто собиралась что-то ответить, но не успела, потому что Шикамару осторожно притянул её ближе к себе и поцеловал в шею, пока одна его рука быстро расстегнула молнию и нырнула в её бельё. Темари тихо выдохнула, прикрывая глаза. Он чувствовал, как она постепенно расслабляется в его руках, как напряжение уходит из её плеч, и от этого внутри становилось опасно тепло. Девушка слегка наклонила голову назад, отдаваясь прикосновениям, а Шикамару поймал себя на совершенно дурацкой мысли о том, что ему начинает нравиться видеть её такой — живой, растерянной и не идеальной. Несколько секунд на кухне были слышны только тихие стоны девушки и стук воды, капающей из крана. Шикамару аккуратно сжал её грудь другой рукой, чувствуя, как она едва заметно вздрагивает от каждого прикосновения. — Шикамару… — тихо выдохнула она. Он улыбнулся ей в шею и чуть замедлился. — Мм? Темари повернулась к нему вполоборота и посмотрела тем самым взглядом, от которого у обычно переставал нормально работать мозг. — Нам нужно уезжать через час. — Это проблема будущего Шикамару. На её губах появилась короткая улыбка. Парень медленно провёл пальцами по её запястью, потом осторожно развернул девушку к себе лицом. Темари не сопротивлялась, только смотрела на него слишком спокойно для человека, который ещё несколько дней назад говорил про субординацию и границы. Он наклонился ближе и снова поцеловал её — уже медленнее. Темари ответила почти сразу. Её руки скользнули по его плечам, цепляясь за ткань рубашки, но Шикамару не дал ей раздеть себя. Он ловко стянул с неё джинсы вместе с бельем, посадил её на край стола и стал медленно опускаться вниз, не разрывая зрительного контакта. — Ты сейчас слишком уверен в себе, — тихо произнесла она. На губах Шикамару появилась ленивая усмешка. — Это потому что вы сами повысили мне самооценку, Темари-сама. Она тихо выдохнула от того, как его руки медленно скользнули по её бёдрам. Потом Шикамару наклонился ближе, касаясь губами внутренней стороны её бедра, и почувствовал, как Темари едва заметно вздрогнула. Он наслаждался каждым мгновением этой странной, опасной близости. Тем, как девушка постепенно переставала контролировать себя. Как её пальцы всё крепче цеплялись за его распущенные волосы, как она всё чаще сбивалась с дыхания, несмотря на все попытки оставаться спокойной и собранной. Темари простонала его имя, цеплялась пальцами за его волосы и всё чаще теряла контроль над дыханием, когда он медленно проводил губами по её коже. Шикамару внимательно следил за её реакцией, всё сильнее теряя способность мыслить разумно от каждого тихого вздоха Темари. Он медленно провёл ладонями по её бёдрам, а потом чуть ускорился, наслаждаясь тем, как она едва заметно вздрагивает от каждого прикосновения. Темари резко выдохнула и выгнулась навстречу ему, запрокидывая голову назад. Белый свитер сполз с одного плеча, волосы рассыпались по спине. Он не отпускал её, продолжая медленно и уверенно доводить её до той грани, после которой девушка уже совершенно перестала скрывать свои эмоции. Темари тихо застонала его имя и крепче вцепилась пальцами в его плечи, когда по её телу прошла лёгкая дрожь. Только тогда Шикамару наконец замедлился. Он осторожно провёл ладонями по её бёдрам, успокаивающе поглаживая её кожу, давая ей время перевести дыхание, потом медленно поднялся обратно к её лицу. Он придержал её за талию, а Темари положила голову ему на плечо, всё ещё тяжело дыша. Её щёки слегка порозовели, а взгляд стал непривычно мягким и немного расфокусированным. Шикамару чувствовал, как собственное возбуждение неприятно пульсирует где-то внизу, но он упрямо пытался держать себя в руках. Темари постепенно приходила в себя после накатившей дрожи. Её пальцы медленно скользнули по его шее, а потом девушка чуть приподняла голову, встречаясь с ним взглядом. На этот раз в её глазах не было ни привычной холодности, ни попытки снова спрятаться за маской. Несколько секунд она просто смотрела на него, потом тихо произнесла: — Подобная импровизация… может быть допустимой. Шикамару невольно усмехнулся. — Вот как? Темари чуть отвела взгляд, будто сама понимала, насколько абсурдно сейчас звучит её официальный тон. — Но только в исключительных случаях, — добавила она уже спокойнее. — Конечно, Темари-сама. Он специально произнёс это с максимально серьёзным видом. Темари сразу прищурилась. — Ты сейчас издеваешься надо мной? — Никогда бы не посмел. На её губах всё-таки появилась короткая улыбка, совсем лёгкая, но именно от неё у Шикамару внутри снова опасно потеплело, потому что эта улыбка предназначалась только ему. Девушка медленно выдохнула и отстранилась первой, будто снова вспомнила о времени. Она аккуратно коснулась пальцами его груди, словно успокаивая и себя, и его одновременно. — Мне нужно привести себя в порядок, — тихо сказала Темари. Шикамару нехотя отпустил её талию. Девушка спокойно спрыгнула со стола и быстро натянула бельё, потом джинсы, поправила свитер, стараясь вернуть себе привычный идеально собранный вид, хотя щёки всё ещё оставались слегка розовыми. Шикамару поймал себя на том, что ему слишком нравится видеть её такой. — Подготовь машину, — уже спокойнее сказала она. — Нам скоро выезжать. С ним снова говорила наследница семьи Сабаку, но теперь Шикамару уже слишком хорошо видел, что скрывается под этой маской. Он невольно усмехнулся уголком губ. — Как скажете, Темари-сама. Темари поправила волосы, быстро возвращая себе тот идеально собранный вид, который обычно видели окружающие. Потом серьёзно взглянула на него поверх плеча. — И ещё кое-что, Шикамару. Он поднял на неё взгляд. — Мм? Темари скрестила руки на груди. — На людях ты должен соблюдать дистанцию. Никакого флирта. Никаких слишком долгих взглядов. И никаких намёков на то, что происходит между нами. Последние слова она произнесла чуть тише. Шикамару несколько секунд молча смотрел на неё, потом коротко кивнул. — Я понимаю. Темари внимательно следила за его реакцией, будто проверяя, не начнёт ли он сейчас спорить или обижаться, но Шикамару слишком хорошо понимал, насколько опасной была даже сама мысль об их связи. Если кто-то узнает — проблемы начнутся у них обоих. У неё — скандал перед помолвкой. У него… Шикамару мысленно представил лицо Расы Сабаку и то, что сделает с ним его охрана. — И ещё, — Темари чуть отвела взгляд. — Я могу доплачивать тебе за… новые обязанности. Шикамару моргнул, потом тихо хмыкнул себе под нос. Конечно, у Темари даже «просто секс» превращался в деловой контракт, но самое отвратительное заключалось в том, что какая-то очень уставшая часть его мозга сразу начала считать, сколько именно денег ему бы сейчас не помешало. Нормальный человек на его месте, возможно, уже согласился бы на любые бонусы (Наруто, к примеру, уже бы прикидывал в сколько процентов может вырасти его оклад), но почему-то именно сейчас это вдруг показалось Шикамару неправильным, будто деньги моментально превратят всё происходящее между ними во что-то слишком холодное. — Меня устраивает моя нынешняя зарплата. Темари слегка нахмурилась. — Ты уверен? Он вообще не был уверен ни в чём после вчерашней ночи, а особенно — в собственном банковском счёте, но Шикамару только сунул руки в карманы брюк и лениво пожал плечами. — Справлюсь как-нибудь. Темари лишь коротко кивнула, будто разговор был окончательно закрыт. — Хорошо. После этого девушка развернулась и направилась в сторону ванной. Через несколько секунд за ней тихо закрылась дверь. Шикамару остался стоять посреди кухни. Тишина в доме снова стала какой-то странной. Он медленно выдохнул, потом взглянул на стол — на недопитый кофе и фрукты в корзине. Парень провёл рукой по волосам, затем достал из кармана резинку и привычным движением собрал волосы в хвост. Сразу стало чуть легче думать. Он вышел в коридор, надел обувь и направился к машине, чтобы загрузить вещи обратно в багажник. Утренний воздух оказался прохладным. Шикамару открыл багажник и поставил внутрь свою старую спортивную сумку рядом с чемоданом Темари. От этого зрелища он почему-то снова невесело усмехнулся. Шикамару захлопнул багажник чуть резче, чем собирался. Мысль о возвращении в Токио одновременно раздражала и дразнила его. Раздражала — потому что он прекрасно понимал, что стоит им вернуться обратно, как Темари снова станет идеальной наследницей семьи Сабаку — спокойной, холодной, прямой и рядом с ней опять появится Итачи Учиха, с его безупречными костюмами, спокойным голосом и дорогими кольцами для помолвки. От одной мысли об этом внутри неприятно скребло что-то очень похожее на ревность, хотя он вообще не имел на неё никакого права, но одновременно со всеми этими невесёлыми мыслями, возвращение в Токио дразнило его, потому что теперь между ними уже не осталось той безопасной границы. Они её переступили и теперь Шикамару всё чаще ловил себя на опасной мысли о том, какую именно черту они переступят следующей. — Проблематично… — тихо пробормотал он себе под нос, прислоняясь к машине. И, что хуже всего, впервые за долгое время эта проблема ему даже нравилась.