Ты даже не представляешь

Они медленно, почти не дыша, приблизились друг к другу. Между ними оставалось всего несколько сантиметров, и Уилл ясно ощущал горячий жар, исходящий от тела Майка. В этот раз всё было иначе. Майк сам наклонился первым. Он осторожно, но уверенно преодолел оставшееся расстояние и поцеловал Уилла. Его губы были тёплыми, чуть дрожащими от волнения, но поцелуй получился глубоким и искренним. Без той неловкости и внезапности, что были в прошлые разы, когда Уилл сам решался на этот шаг. Этот поцелуй ощущался совсем по-другому. Намного приятнее и слаще. В нём не было страха и отчаяния, только тихая, дрожащая нежность и растущее желание. Губы Майка двигались медленно, пробуя и изучая. Уилл тихо выдохнул ему в рот. Майк сразу взял его лицо в обе тёплые, чуть шершавые от мозолей на пальцах ладони. Он углубил поцелуй, наклоняя голову Уилла так, как ему было удобно. А потом, не разрывая поцелуя, мягко, но настойчиво положил Уилла на спину, на старый матрас. Майк навис сверху, не отрываясь от его губ. Его тело было тяжёлым и горячим, колено осторожно легло между ног Уилла. Поцелуй стал глубже и настойчивее. Уже не робкий, а жадный, полный давно сдерживаемого тепла. Руки Майка всё ещё держали лицо Уилла, большие пальцы нежно гладили его скулы. Уилл почувствовал, как всё внутри него вспыхнуло ярким, обжигающим пламенем. — Всегда мечтал ощутить твои красивые губы на моих… — выдохнул Уилл, на секунду отстраняясь от Майка, чтобы вдохнуть воздуха. Майк смотрел на него сверху вниз. Глаза были тёмными, зрачки расширены, а на щеках горел яркий румянец. Он выглядел одновременно застенчивым и невероятно смелым. — Я и правда тебе нравлюсь, да? — спросил он тихо, почти шёпотом. Слишком застенчиво для того, что он сейчас делал. Уилл медленно, нежно, с лёгкой дрожью в уголках губ улыбнулся.  — Да, мой Паладин… Я от Вас с ума схожу. Майк издал тихий, дрожащий стон и снова наклонился. Их губы встретились уже без всякой нерешительности. Глубоко, горячо и жадно. Отрываясь лишь на короткие мгновения, чтобы вдохнуть, они продолжали говорить, но уже совсем другим, низким и хриплым голосом. — Ты… мой священный свет, мой рыцарь — прошептал Уилл, целуя уголок его губ, потом скулу, потом снова возвращаясь к губам.  Майк прикусил его нижнюю губу и тут же смягчил это поцелуем, тяжело дыша. — А ты… мой Клирик, — выдохнул он между поцелуями. — Предназначенный мне самой судьбой… Я только сейчас понял, насколько мы созданы друг для друга.  Уилл тихо застонал, запуская пальцы в его волосы и слегка потянув. — Наш союз… благословен богами, — прошептал он. — Паладин и его верный Клирик… связанные навеки. Майк отстранился всего на пару сантиметров, тяжело дыша, и посмотрел Уиллу прямо в глаза. На его губах играла смущённая, но очень тёплая улыбка. — До этого дня… — хрипло произнёс он, — я и не подозревал, что Клирик может исцелять своими губами. Уилл тихо, счастливо рассмеялся прямо ему в рот и снова потянул Майка вниз, в новый, ещё более глубокий поцелуй. Уилл не подозревал, что ему так понравится эта игра. За все годы тайной влюблённости у него было множество нежных, отчаянных и жарких фантазий о Майке. Но сейчас, под этим низким потолком подвала, Майк открывал в нём что-то совершенно новое. Каждое слово, произнесённое в этом пафосном тоне, каждое движение его губ отдавалось острой, сладкой пульсацией где-то глубоко внизу живота. Уилл экспериментально, осторожно двинул бёдрами вверх. Майк инстинктивно, мгновенно овтетил. Он прижался сильнее, медленно и уверенно прокатываясь по нему всем телом. Твёрдый, горячий член Майка скользнул по его собственному через тонкую ткань брюк, и Уилл дрожаще, почти с облегчением выдохнул. Они начали тереться друг о друга. Медленно, глубоко, в едином ритме. Каждое движение было тягучим и сладким. Уилл чувствовал, как горячая, твёрдая плоть Майка прижимается к нему, как их бёдра идеально ложатся друг на друга, как ткань между ними становится всё более влажной и горячей. Каждый толчок посылал волны острого удовольствия вверх по позвоночнику, заставляя Уилла выгибаться и тихо, хрипло стонать в губы Майка. — Мой… Паладин… — выдохнул Уилл между поцелуями, его голос дрожал. — Ты так… идеально… наполняешь меня своей силой… Майк застонал ему в рот, сильнее прижимаясь бёдрами, и низко, хрипло прошептал прямо в губы: — Мой священный Клирик… Твоё тело — это храм, который я так хочу… осквернить… и благословить одновременно… Уилл выгнулся сильнее, сильнее вжимаясь в него, и их движения стали чуть быстрее и настойчивее. Жар между ними нарастал, ткань уже почти не мешала, она только усиливала трение. Каждый толчок был глубоким и скользящим. Уилл чувствовал, как член Майка пульсирует и твердеет ещё сильнее, как его собственный отвечает тем же, как их дыхание сбивается в один прерывистый, влажный ритм. — Ты… исцеляешь меня своими движениями… — выдохнул Майк, запуская пальцы в волосы Уилла — Каждый раз, когда ты прижимаешься ко мне, я чувствую, как твоя святая сила… проходит сквозь меня… Майк издал низкий, дрожащий стон и сильнее навалился сверху. — Я хочу полностью… наполнить тебя своей силой, мой Клирик… — прошептал он хрипло, глубоко и жадно целуя Уилла. Уилл, не прерывая поцелуя, обхватил Майка за плечи и одним уверенным движением перевернул их. Теперь он навис сверху, прижимая Майка своим весом к матрасу. Майк тихо, удивлённо выдохнул ему в губы, но не сопротивлялся. Наоборот, его руки тут же легли Уиллу на спину, притягивая ближе. Уилл медленно провёл ладонью вниз по его телу. По груди, по животу, чувствуя, как под его пальцами напрягаются мышцы. Наконец рука накрыла горячий, твёрдый выступ под тканью брюк. Майк резко выдохнул и выгнулся навстречу. — Вы позволите мне… прикоснуться к Вашему священному мечу, о доблестный Паладин? — прошептал Уилл хрипло, почти касаясь губами его губ. — Всё, что Вы пожелаете… — выдохнул Майк, его голос дрожал от возбуждения. — Мой Клирик… я в Вашей полной власти. Уилл отстранился, чтобы посмотреть на него. Глаза Майка были тёмными, а губы припухшими. Уилл медленно расстегнул его штаны и стянул их вниз вместе с боксерами. Член Майка тяжело вырвался на свободу. — О, мой паладин… — выдохнул Уилл с улыбкой, глядя на него. — Ваш меч поистине велик и могуч… Он достоин самых священных ритуалов. Майк застонал от этих слов, закрыв глаза и выгнувшись. Уилл дрожащей рукой обхватил его и начал медленно двигать ладонью вверх-вниз. — Уилл… — хрипло позвал Майк. — Что, мой Паладин? Майк приоткрыл глаза, тяжело дыша. — Не могли бы Вы… Эмм… Воспользоваться священным маслом для ритуала? Чтобы… чтобы ваши прикосновения были ещё более… благословенными. Уилл тихо, возбуждённо выдохнул. — Ох, точно… простите меня. Он нехотя отстранился, встал и быстро подошёл к шкафу. Руки дрожали, пока он лихорадочно рылся в своих вещах. Смазка никак не находилась. Сердце колотилось всё сильнее. Вдруг Майк за это время остынет, испугается, передумает? Эта мысль заставляла его нервничать ещё больше. Наконец пальцы нащупали маленькую бутылочку. Уилл резко обернулся. Майк всё так же лежал на матрасе. Штаны и боксеры спущены до бёдер, член тяжело лежал на животе. Он смотрел на Уилла тёмными, горящими глазами, не отводя взгляда ни на секунду. На его лице не было ни страха, ни сомнения, только нетерпение и желание. Уилл вернулся к матрасу, сжимая в руке маленькую бутылочку. Руки всё ещё слегка дрожали. Он выдавил немного прохладной смазки на ладонь, разогрел её между пальцами и снова обхватил горячий, пульсирующий член Майка. Он до сих пор не мог поверить. Ещё утром этот день казался очередным проклятием, а теперь перед ним лежал полураздетый Майк с разметавшимися тёмными волосами, тяжело дышащий и стонущий под его рукой. Это было почти слишком хорошо, чтобы быть правдой. — Так хорошо? — тихо спросил Уилл, медленно проводя ладонью вверх-вниз. — Да… — выдохнул Майк, выгнувшись. — Только я… Он замялся, явно смущаясь. Уилл остановился, не убирая руку. — Говори, направляй меня.  — Можно… чуть сильнее у основания, — выдохнул Майк. Уилл сразу послушался. Он крепче обхватил член у самого основания и медленно провёл рукой вверх, сжимая сильнее. — Вот так? — спросил он низким голосом. — Да… именно так, — Майк прикрыл глаза и выгнулся сильнее. — И… чуть быстрее… пожалуйста. Уилл ускорил движения, внимательно следя за каждым вздохом и дрожью в теле Майка. Его рука скользила уже более уверенно, размазывая смазку. — А головку… — прошептал Майк, краснея ещё сильнее. — Можешь… большим пальцем… круговыми движениями… Уилл тут же выполнил просьбу. Большой палец начал описывать медленные, влажные круги по чувствительной головке, одновременно продолжая двигать рукой вверх-вниз. Майк громко застонал, запрокидывая голову назад. Его бёдра задрожали. — Вот так… — выдохнул он. — Боже, именно так… Уилл улыбнулся, не переставая работать рукой. Он запоминал каждую мелочь: как Майк реагирует на сильное сжатие у основания, как ему нравится, когда большой палец медленно кружит по головке, как его дыхание сбивается, когда Уилл слегка проводит ногтем по уздечке. — Ещё что-нибудь? — мягко спросил Уилл, наклоняясь ближе и целуя Майка под ухом. — Скажи мне всё, мой Паладин… Я хочу сделать это идеально для тебя. Майк тяжело дышал, пальцы вцепились в простыню. — Чуть… сильнее… сверху, — выдохнул он. — И… можешь… второй рукой… слегка прижимать снизу… очень нежно… Уилл сразу добавил вторую руку, нежно обхватывая и слегка прижимая, одновременно ускоряя движения первой. Майк издал долгий, дрожащий стон, выгнувшись всем телом. — Да… вот так… о боже, Уилл… Уилл продолжал смотреть на него, запоминая каждую реакцию, каждый звук, каждое движение бёдер. Он учился. Запоминал. Чтобы в следующий раз уже не спрашивать. — Уилл… — Майк издал полу-стон, полу-слово. — Да? — Уилл не останавливал руку, продолжая размеренно двигать ею. — Я… я близко… — Позволите ли вы своему верному Клирику принять Ваши священные дары в уста, о Паладин? — низко, с лёгкой дрожью в голосе спросил Уилл. Майк только хрипло выдохнул, не в силах ответить словами. Он почти судорожно кивнул. — Угу… Уилл не стал медлить. Он скользнул ниже, прижался губами к горячей, влажной головке и медленно взял её в рот, продолжая уверенно двигать рукой у основания. Язык обвился вокруг, лаская чувствительную кожу. Майк громко застонал, выгнувшись всем телом, пальцы впились в простыню. Через несколько секунд его бёдра задрожали, дыхание стало прерывистым. Уилл почувствовал, как член в его рту резко набух, а потом Майк кончил, наполняя рот Уилла. Уилл проглотил, не отрываясь, продолжая ласкать его языком, пока последний спазм не прошёл по телу Майка. Только после этого Уилл медленно отстранился и лёг рядом, тяжело дыша. Майк тут же попытался повернуться, опуская руку к штанам Уилла, где явно проступал напряжённый, болезненно твёрдый бугор. — Нет… подожди, — мягко остановил его Уилл, перехватывая запястье. Ему самому было тяжело. Член стоял так сильно, что уже граничило с болью, ткань брюк неприятно натирала. Пока Майк кончал ему в рот, Уилл был на грани, он едва сдержался, чтобы не кончить прямо в штаны. — Но… ты… — попытался возразить Майк, всё ещё тяжело дыша и глядя на очевидную эрекцию Уилла. — Да, да, мы с этим разберёмся, — быстро сказал Уилл. — Сначала я хочу узнать, как тебе было. Майк моргнул, всё ещё в лёгком тумане. — Это было просто… великолепно, Уилл. Думал, ты понял, когда я кончал тебе в рот. Уилл усмехнулся, но взгляд остался серьёзным и внимательным. — Да. Но я бы хотел знать все подробности. Я хочу знать всё, что тебе нравится. Майк смущённо отвёл взгляд, щёки снова вспыхнули. — Почему ты выбираешь разговор обо мне, когда твой член… ну… всё ещё стоит? — Не знаю, — Уилл пожал плечами. — Может, я просто одержим идеей сделать тебе хорошо. Майк тихо выдохнул, явно поражённый. — Ого… вау. Ты удивляешь меня всё больше и больше. — Так ты расскажешь? Майк помолчал, собираясь с силами. — Мне… мне нравится, когда со мной больше говорят… но не спрашивают каждый раз «можно?» или «так хорошо?». Просто… делают. Как будто точно знают, чего я хочу. Это… очень возбуждает. — Почему? — мягко спросил Уилл, не отводя взгляда.  Майк покраснел ещё сильнее, но всё-таки ответил, глядя в потолок: — Потому что… когда спрашивают каждый раз, я начинаю думать. А когда просто делают, я могу просто чувствовать. Не анализировать. Не бояться, что я слишком много хочу. Уилл медленно кивнул, запоминая каждое слово. — Понятно… А что ещё? Майк помолчал, потом тихо продолжил: — Я думаю, мне бы очень понравилось, если бы меня целовали вот сюда, — он провёл пальцами по внутренней стороне своего бедра. — Это место… очень чувствительное. Когда я дрочу сам, я почти всегда сжимаю там рукой. Иногда сильно, иногда просто держу. Мне нравится ощущение… будто меня там удерживают. Фиксируют. — Почему именно там? — тихо спросил Уилл, явно заинтригованный. — Не знаю… — Майк пожал плечами, смущённо улыбнувшись. — Там кожа тоньше. Уилл внимательно смотрел на него, не пропуская ни одной детали. — А ещё? — мягко подтолкнул он. — Что ещё тебе нравится? Говори всё. Майк резко выдохнул и закрыл лицо рукой, явно переполненный смущением. — Боже, Уилл… ты действительно хочешь всё это знать? — Да, — ответил Уилл без малейшего колебания. — Я хочу знать всё, что тебе нравится. Каждую мелочь. — Мне это очень приятно, — тихо ответил Майк, всё ещё тяжело дыша. — Но… ну ты  только не обижайся, есть кое-что ещё. — Что? Говори как есть, я не обижусь, — мягко сказал Уилл. Майк отвёл взгляд, явно смущаясь. — Эти обсуждения… они важны, да. Но я бы хотел, чтобы у меня тоже была возможность позаботиться о тебе. Потому что так я чувствую себя глупо… когда я уже кончил, а ты нет. Уилл тепло и понимающе улыбнулся. — Ладно, я это понимаю. Но раз уж мы всё равно говорим, у меня ещё один важный вопрос. Последний, обещаю. — Говори. Уилл внимательно посмотрел на него. — Майк… тебя не смущает то, чем мы сейчас занимаемся? Майк помолчал, потом честно кивнул. — Смущает. — Ты хочешь, чтобы мы это обсудили? — Я пока не знаю, что тебе сказать, Уилл, — Майк провёл рукой по лицу. — Я в каком-то ступоре. Сегодня утром я проснулся, будучи в отношениях с Эл. Потом она меня бросила… и вот я уже поцеловался со своим лучшим другом, он мне только что дрочил, а теперь мы на полном серьёзе обсуждаем интимные вопросы. Я вообще не понимаю, как сюда попал. Уилл тихо усмехнулся. — Звучит странно. — Да, — Майк тоже слабо улыбнулся. — Но при этом… такое ощущение, будто я там, где и должен находиться. Уилл кивнул. — Хочешь, оставим этот разговор, когда ты поймёшь больше? — Да. А теперь… — Майк опустил взгляд ниже, на штаны Уилла. — Я могу позаботиться о тебе? Однако за время их разговора возбуждение Уилла немного спало, и его член уже не стоял так очевидно. Майк разочарованно выдохнул. — Видишь, о чём я? — сказал он. — Разговоры нужны, но только в другое время. Уилл улыбнулся и слегка пожал плечами. — Я уверен, у тебя быстро получится вернуть меня в строй. — Да, я только… У меня пересохло в горле, я пойду попью воды, ладно? Уилл мгновенно напрягся. Он слишком хорошо помнил, чем закончилась предыдущая попытка Майка подняться по этой лестнице. — Нет, лежи тут, — быстро сказал он, вставая. — Я сам тебе принесу. Только никуда не вставай, хорошо? Майк посмотрел на него снизу вверх с мягкой, немного удивлённой улыбкой. — Мне нравится Ваша забота, Клирик. Уилл усмехнулся и направился к лестнице. Он уже подошёл к двери, когда сзади раздался голос Майка: — Эй, Уилл. — Да? — Уилл обернулся. Майк смотрел на него с лёгким прищуром и едва заметной улыбкой. — Как ты узнал, что меня заводят ролевые игры? Уилл на секунду замер, а потом ответил с лёгкой, загадочной улыбкой: — Просто… это похоже на тебя. С этими словами он поднялся наверх, оставив Майка одного в подвале с задумчивым выражением лица. Уилл быстро налил воду из кувшина на кухне и почти бегом спустился обратно в подвал. Сердце колотилось, он уже слишком много раз видел, как Майк умирает, и каждую минуту всё больше боялся момента, когда это произойдет.  Но Майк был жив. Он лежал полуголый на матрасе Уилла, всё ещё тяжело дыша, с разметавшимися волосами и лёгким румянцем на щеках. Уилл облегчённо выдохнул. — Примите в дар этот свежайший нектар, — сказал он с улыбкой, протягивая стакан. Майк приподнялся на локте, благодарно улыбнулся и залпом выпил почти весь стакан. На секунду его лицо расслабилось, а потом резко исказилось. Глаза расширились от боли и шока. Он судорожно схватился за горло, пытаясь вдохнуть. Лицо побледнело, потом начало краснеть. Изо рта вырвался хриплый, сдавленный звук. — Что такое? — испуганно спросил Уилл, бросаясь к нему. Майк пытался что-то сказать, но вместо слов из горла вырвался только сиплый, мучительный кашель. Он согнулся пополам, прижимая руку к груди и животу. По лицу градом катился пот. — Это… — прохрипел он, задыхаясь, — это… не вода… там… аммиак… или… чистящее… Глаза Майка закатились. Тело начало биться в судорогах. Он попытался вдохнуть, но вместо воздуха изо рта вырвался только страшный, булькающий звук. Кожа на лице и шее быстро покрылась красными пятнами. Уилл в ужасе смотрел, как Майк задыхается, как его тело выгибается в последних конвульсиях. Через несколько секунд Майк обмяк. Голова бессильно откинулась назад, глаза остались открытыми и остекленевшими. Уилл закрыл глаза. 07:23. — Откуда в кувшине с водой вообще взялся аммиак? — раздражённо спросил себя Уилл, тяжело вздохнув. Он провёл ладонью по лицу и встал.

***

На этот раз он повторил все свои действия почти в точности, как в прошлый цикл, только ушёл из школы не с последнего урока, а с предпоследнего. Дел сегодня было больше.

***

Уилл вошёл в дом и сразу в прихожей наткнулся на Карен. — Уилл! Дорогой, ты что-то рано сегодня, — сказала она, явно обеспокоенная. — Ээ… да, не хотел оставаться на спорт, — спокойно ответил Уилл. Карен тепло улыбнулась, с лёгкой заговорщической искоркой в глазах. — Хорошо, оставим это в секрете от Джойс, — она ему подмигнула. — Проходи, и не пугайся. У нас на кухне мастер, раковина совсем барахлит. Я Теда уже раз двадцать просила посмотреть, но ему всё некогда, — затараторила она. Уилл улыбнулся ей в ответ и прошёл на кухню. Там, склонившись над раковиной, стоял сантехник и что-то откручивал. — Мистер, — позвал его Уилл. — Да? — мастер повернулся. Он выглядел совсем молодо. Опыт у него явно был небольшой. — Если вам понадобится аммиак, не наливайте его, пожалуйста, в кувшин, из которого мы пьём воду. Он подошёл к шкафам, достал пустую стеклянную банку и протянул её мастеру. — Воспользуйтесь лучше этим. — Спасибо Вам, молодой человек, — сантехник улыбнулся, явно удивлённый такой предусмотрительностью.

***

После того, как Уилл оставил письмо на кровати Майка, он тихо спустился в подвал и тщательно запер дверь.  Сегодня у него была важная цель. Он хотел дойти до чего-то большего и собирался как следует к этому подготовиться. Уилл подошёл к шкафу и почти сразу нашёл маленькую бутылочку смазки, после вчерашней заминки он точно запомнил, где она лежит. Он сжал её в руке, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Он быстро разделся, оставшись полностью голым, и лёг на свой матрас.  Уилл выдавил немного прохладной смазки на пальцы и начал медленно растирать её, согревая между ладонями. Пальцы слегка дрожали. Это был его первый раз. По-настоящему первый. Он никогда раньше не делал ничего подобного даже с собой, и мысль о том, что скоро здесь будет Майк… заставляла его одновременно нервничать и сильно возбуждаться. Уилл закрыл глаза и вспомнил вчерашний, если так можно было сказать, день. Как Майк лежал под ним, как тяжело дышал, как стонал, когда Уилл двигал рукой. Как его член пульсировал в ладони и как он выгибался. Эти воспоминания мгновенно отозвались жаром внизу живота. Член Уилла уже стоял, тяжёлый и чувствительный. Он глубоко вдохнул, раздвинул ноги и медленно провёл смазанными пальцами ниже, между ягодиц. Прикосновение было прохладным и непривычным. Уилл слегка прикусил губу, стараясь расслабиться. Он осторожно начал кружить пальцем вокруг входа, постепенно надавливая, проникая внутрь на одну фалангу. Он продолжал вспоминать Майка. Его стоны, его дрожащие бёдра, его мокрые от поцелуев губы и от этих мыслей тело расслаблялось быстрее. Второй палец присоединился к первому. Уилл тихо выдохнул, чувствуя лёгкое жжение и странное, непривычное давление. Он медленно двигал пальцами, растягивая себя, привыкая к ощущениям, и не мог перестать думать о том, как скоро на этом месте будет уже не его рука. Когда пальцы внутри него перестали вызывать только дискомфорт и начали приносить непривычное, тёплое удовольствие, он дрожаще выдохнул и добавил вторую руку. Пальцы одной руки продолжали медленно двигаться внутри, осторожно, но уже увереннее, слегка сгибаясь и нащупывая чувствительную точку. Вторая рука обхватила его твёрдый, пульсирующий член у самого основания. Уилл тихо застонал. Он начал медленно двигать рукой вверх-вниз, в том же ритме, в котором двигались пальцы внутри. Каждое движение было долгим и глубоким, ладонь скользила от основания до головки, большой палец нежно размазывал выступившую влагу по чувствительной коже. Пальцы внутри при этом продолжали работать, то медленно, то чуть быстрее, то слегка надавливая на ту самую точку, от которой по позвоночнику разливалась острая, сладкая волна. Мысли Уилла полностью заполнил Майк. Он вспомнил, как Майк дрожал перед оргазмом. Это воспоминание заставляло Уилла двигаться быстрее. Он сжимал себя крепче, ускоряя движения, одновременно глубже проникая пальцами внутрь. Теперь его тело начало мелко дрожать. — Майк… — вырвалось у него шёпотом. Удовольствие нарастало стремительно. Ноги Уилла напряглись, бёдра задрожали. Он уже не сдерживал прерывистые, полные отчаяния и желания стоны. Рука на члене двигалась быстро и жёстко, пальцы внутри ритмично массировали чувствительную точку. — Майк… — снова выдохнул он, уже громче. Оргазм накрыл его мощно волной. Тело выгнулось дугой, и он почувствовал, как мышцы внутри сильно сжались вокруг пальцев. Уилл резко выдохнул и кончил с именем Майка на губах. Сперма брызнула на живот и грудь, пачкая кожу. Он продолжал медленно двигать рукой, выжимая из себя последние волны удовольствия, пока не обмяк на матрасе, тяжело дыша. Уилл лежал ещё несколько минут, тяжело дыша и глядя в потолок с тихой, удовлетворённой улыбкой. Он был доволен собой.  Наконец он медленно поднялся, взял старую футболку, которая валялась рядом, и тщательно вытер ею живот и грудь. Он встал и не спеша переоделся в чистые вещи. Движения были спокойными, почти ленивыми, тело всё ещё приятно гудело. Бутылочку со смазкой он оставил прямо на полу возле матраса, так, чтобы она была под рукой.  Уилл сел за старый деревянный стол, включил тусклую лампу и достал портрет Майка. Карандаш привычно лёг в пальцы. Он посмотрел на недорисованное лицо и улыбнулся. Сегодня он собирался всё довести до совершенства.

***

— Я хочу полностью… наполнить тебя своей силой, мой Клирик… — прошептал Майк. Уилл ответил глубоким поцелуем, а потом одним уверенным движением перевернул их. Теперь он навис сверху, прижимая Майка своим весом к матрасу. Майк тихо выдохнул ему в губы, но не сопротивлялся, только сильнее притянул Уилла к себе. Уилл медленно стянул с Майка футболку, проводя ладонями по его груди и плечам. Отбросив ткань в сторону, он наклонился и начал покрывать поцелуями его тело, от ключиц вниз по груди, по рёбрам и по животу. Каждый поцелуй сопровождался тихими словами: — Ты будто сделан из самого тонкого фарфора… — шептал Уилл, целуя ложбинку между ключицами. — Такой красивый… такой идеальный. Мне нравится каждый сантиметр твоего тела, каждая линия мышц… каждое место, где я чувствую, как бьётся твоё сердце. Майк тихо стонал под ним, выгибаясь навстречу губам Уилла, пальцы запутались в его волосах. Уилл спустился ещё ниже. Без единого вопроса он расстегнул штаны Майка и медленно стянул их вниз вместе с боксерами. Член Майка тяжело вырвался наружу, уже полностью твёрдый и влажно блестевший. Уилл наклонился и прижался губами к внутренней стороне его бедра, туда, где кожа была особенно нежной и чувствительной. Он крепко сжал бедро рукой и начал покрывать эту зону медленными, влажными поцелуями, иногда слегка прикусывая кожу зубами. Майк резко выгнулся и громко застонал. — Боже… ты что, читаешь мои мысли? — выдохнул он дрожащим, поражённым голосом. Уилл оторвался от внутренней стороны бедра Майка, оставив на коже влажный след от поцелуев. Не говоря ни слова, он потянулся рукой под край матраса и достал бутылочку со смазкой, которую заранее оставил там. Он выдавил щедрую порцию прохладной жидкости на ладонь, разогрел её между пальцами и обхватил горячий, пульсирующий член Майка. Теперь его движения были уверенными, он уже знал, чего хочет Майк. Уилл крепко сжал ладонь у самого основания, точно так, как тот просил, и начал медленно, но сильно двигать рукой вверх-вниз. Большой палец при этом описывал влажные, настойчивые круги по чувствительной головке, размазывая смазку. Второй рукой он нежно, но уверенно прижимал снизу, слегка массируя. — Мой Паладин доволен? — тихо спросил Уилл, не отрывая взгляда от его лица. Майк выгнулся и громко застонал, запрокидывая голову назад. — Да… Уилл сразу ускорился, сжимая сильнее, как Майк любил. Движения стали ритмичными, глубокими и уверенными. Каждый раз, когда рука доходила до головки, большой палец медленно и дразняще кружил по ней. Майк начал тяжело дышать и дрожать. Он вцепился пальцами в простыню, извиваясь под Уиллом. — Уилл… — вырвалось у него хрипло. — Ты… ты слишком хорошо это делаешь… Уилл наклонился ближе, целуя его в шею, и прошептал прямо в ухо низким, тёплым голосом: — Я знаю всё, мой Паладин… Каждое твоё желание. Он продолжал работать рукой. Сильно, быстро, идеально подстраиваясь под каждый вздох и дрожь Майка. Смазка тихо чавкала между пальцами, делая каждое движение ещё более скользким и непристойным. Майк стонал уже не сдерживаясь, выгибаясь навстречу руке Уилла, и выглядел так, будто вот-вот потеряет контроль. Когда Уилл почувствовал, как бёдра Майка начинают дрожать, он больше не стал спрашивать. Он молча скользнул ниже, обхватил рукой основание члена и взял горячую, влажную головку в рот. Это оказалось заметно сложнее, чем в прошлый раз, когда он просто принял финальный момент. Теперь приходилось глубоко и ритмично работать, контролируя дыхание и горло. Уилл попытался взять глубже. Его горло сразу же резко сжалось, и он чуть не подавился, глаза невольно увлажнились. Он отстранился, тяжело дыша через нос, и мысленно сделал пометку на будущее. Он попробовал снова, чуть изменив угол головы и расслабив горло. На третий раз получилось лучше, губы скользнули ниже, язык плотно прижался снизу. Уилл начал медленно двигать головой вверх-вниз, одновременно продолжая дрочить рукой у основания. Майк громко, хрипло застонал, пальцы судорожно запутались в его волосах. Уилл заглатывал так глубоко, насколько мог, облизывая языком каждую чувствительную точку и слегка посасывая головку на выходе. Он работал сосредоточенно, жадно запоминая каждую реакцию Майка. — Я близко… — выдохнул Майк дрожащим, срывающимся голосом. Уилл сразу ускорился. Он начал дрочить быстрее и сильнее, одновременно глубже беря в рот и активно работая языком.  Майк резко выгнулся, сильно вцепившись в волосы Уилла, и кончил ему в рот. Уилл проглотил всё, не останавливаясь, продолжая ласкать его губами и рукой, пока последний спазм не прошёл по телу Майка. Только после этого Уилл медленно отстранился, тяжело дыша. Он вытер губы тыльной стороной ладони и лёг обратно сверху, нависая над Майком. Майк, всё ещё тяжело дыша, сам потянулся к нему и поцеловал. Глубоко и горячо, без малейшего отвращения. Уилл на секунду напрягся, переживая, что после этого Майк может почувствовать неловкость или отстраниться. Но того, кажется, ничего не смущало. Наоборот, он целовал Уилла ещё настойчивее, словно хотел попробовать себя на его губах. — Ты идеальный… — прошептал Майк ему в губы, голос дрожал от возбуждения. — Ты так меня чувстуешь… — Ммм… — Уилл застонал прямо в его рот, целуя глубоко и жадно. — Теперь я хочу, чтобы ты наполнил меня своей силой, Паладин… Не отрываясь от поцелуя, Уилл быстро стянул с себя одежду. Футболка и штаны полетели на пол. Он снова лёг сверху на Майка, полностью голый. Ощущения стали совершенно другими, намного острее, горячее, почти невыносимо приятными. Теперь между ними не было никакой ткани. Горячая, гладкая кожа скользила по коже. Уилл медленно, но настойчиво тёрся об него всем телом, чувствуя, как твёрдый, уже снова наливающийся член Майка прижимается к его животу и бёдрам. Каждый толчок, каждое движение бёдер заставляло их члены скользить друг по другу. Майк громко, хрипло застонал, запуская руки в волосы Уилла и прижимая его ещё ближе. Его бёдра инстинктивно двинулись вверх, усиливая трение. Уилл почувствовал, как член Майка быстро твердеет под ним, становясь всё горячее и твёрже с каждым движением. — Боже… — выдохнул Майк, выгибаясь. — Ты… ты такой горячий… Уилл только тихо, дрожаще застонал в ответ, сильнее прижимаясь бёдрами, наслаждаясь этим новым, невероятно интенсивным ощущением кожи на коже. Уилл потянулся рукой в сторону и достал бутылочку со смазкой, которая лежала рядом с матрасом. Не отрывая взгляда от Майка, он выдавил немного прохладной жидкости на ладонь, разогрел её и снова провёл рукой по члену Майка несколько раз. Медленно и тщательно покрывая его блестящим слоем. Майк смотрел на это заворожённо, почти не дыша. Его глаза были тёмными, губы приоткрыты, грудь быстро поднималась и опускалась. Уилл приподнялся выше, всё ещё оставаясь сверху, и потянулся рукой к себе. Он выдавил ещё смазки и осторожно провёл пальцами между ягодицами, тщательно смазывая себя. Майк не отводил взгляда, наблюдая за каждым движением с почти благоговейным выражением. Уилл обхватил рукой твёрдый, горячий член Майка и направил его к себе, медленно опускаясь. — Подожди… подожди, — вдруг хрипло сказал Майк, хватая Уилла за бёдра. Уилл замер. — А подготовка? — голос Майка был напряжённым, но заботливым. Уилл мягко улыбнулся, глядя на него сверху вниз. — Ваш Клирик уже готов к Вам, мой Паладин. Майк несколько раз моргнул, а потом на его лице медленно появилась ухмылка. — Ты хочешь сказать, что ты ушёл со школы, чтобы… чтобы подрочить и растянуть себя? Уилл на секунду осознал, как это звучит со стороны, и тихо рассмеялся. — Э… ну да. — И часто ты так делаешь? — спросил Майк, всё ещё с этой лёгкой, смущённой ухмылкой. — Нет, — честно ответил Уилл. — Просто сегодня мой Паладин особенно хорошо выглядел и защищал мою честь… и я не мог стереть его образ перед глазами. — Это звучит горячо… но… — Майк замялся, слегка покраснев. — Но что? — Я бы хотел сам заняться этим в следующий раз. Уилл удивлённо приподнял брови. — Ты бы хотел подготовить меня? — Конечно, я бы хотел, — тихо, но уверенно ответил Майк. — Оу… ну прости, я не знал, что окажусь тут с тобой, — слишком легко соврал Уилл.  Он снова обхватил рукой скользкий, горячий член Майка и направил его точно к себе. Он медленно опустился, прижимаясь входом к головке. Член Майка оказался заметно больше и толще, чем его пальцы. Уилл почувствовал, как тугое, почти болезненное давление резко усилилось. Он тихо выдохнул сквозь зубы и начал очень медленно опускаться ниже, сантиметр за сантиметром. Лицо Майка было напряжённым, а глаза широко раскрытыми, он заворожённо смотрел на Уилла, не решаясь пошевелиться. Когда Уилл наконец принял его полностью, до самого основания, он замер, тяжело дыша. Ощущение наполненности было ошеломляющим. Внутри всё пульсировало и сжималось вокруг члена Майка. Через несколько долгих секунд тело начало привыкать. Уилл медленно поднял бёдра и опустился снова, потом ещё раз. Движения были осторожными, но всё более уверенными. С каждым подъёмом и опусканием удовольствие становилось сильнее и острее. Майк смотрел на него снизу вверх, не отрывая взгляда. Глаза были тёмными, губы приоткрыты, дыхание прерывистое. — О, мой Клирик… — выдохнул он хрипло. — Ты принимаешь меня так глубоко… так идеально… Как будто твоё тело создано именно для меня. Уилл тихо застонал и начал двигаться чуть быстрее, поднимаясь выше и опускаясь глубже, чувствуя, как член Майка скользит внутри него, заполняя каждую частичку. — Да… именно так, мой Паладин… — прошептал он, закрывая глаза. — Наполни меня… своей священной силой… полностью… Майк издал низкий, дрожащий стон и крепче сжал бёдра Уилла, но всё ещё позволял ему полностью контролировать ритм. Уилл продолжал двигаться на нём. Быстро, глубоко, наслаждаясь каждым ощущением. Он поднимался почти до самого конца и опускался обратно, чувствуя, как твёрдый член Майка заполняет его полностью. Каждый толчок посылал по телу горячую волну удовольствия. Дыхание Уилла стало прерывистым, а стоны тихими и низкими. Майк смотрел на него снизу вверх затуманенным взглядом, пальцы крепко сжимали бёдра Уилла. Его собственное дыхание тоже сбилось, тело блестело от пота. — Уилл, подожди… — вдруг резко сказала Майк. Он схватился рукой за свою грудь, прямо над сердцем. Пальцы впились в кожу. — Мне… Мне… больно… — прошептал он едва слышно слабым и испуганным голосом.  Уилл мгновенно замер. — Майк? Глаза Майка расширились от боли. Лицо начало бледнеть на глазах. Он попытался вдохнуть глубже, но дыхание стало коротким. Вторая рука тоже поднялась к груди, будто он пытался удержать сердце внутри. — Нет… нет, только не это… — прошептал Уилл в панике, всё ещё сидя на нём. — Майк, нет… пожалуйста, не сейчас… Майк смотрел на него с мучительной смесью боли и страха. Губы шевельнулись, но вместо слов вырвался только слабый, хриплый выдох. Тело под Уиллом начало дрожать, мышцы напряглись в судороге. — Майк! — Уилл схватил его за лицо обеими руками. — Нет, нет, нет… держись… пожалуйста, держись… Тело Майка резко выгнулось в последней конвульсии, глаза закатились, а потом он обмяк под Уиллом. Руки безвольно упали на матрас. Грудь больше не поднималась. Уилл сидел на нём, всё ещё чувствуя внутри тёплый, уже начавший слабеть член Майка, и смотрел на его неподвижное лицо. — Нет… — тихо, отчаянно прошептал он. — Только не это… не сейчас… Он закрыл глаза. 07:23. Майк умер прямо во время секса. Уилл лежал с закрытыми глазами и думал, что компания бы точно посмеялась, если бы он когда-нибудь рассказал эту историю. Но ему было совсем не смешно. Он старался забыть, что произошло, чтобы это не осталось травмой на всю жизнь.  Итак, по новой.

***

На этот раз Уилл снова ушёл с последнего урока. Времени на долгую подготовку себя уже не требовалось.

***

Уилл быстро доехал до дома Уилеров, заскочил на кухню и решительно вылил всё содержимое кувшина в раковину. Затем поднялся в комнату Майка, аккуратно положил свежее письмо на его кровать и спустился в подвал. Уже в третий раз он сел за стол, включил тусклую лампу и достал портрет. Карандаш привычно лёг в пальцы. Уилл посмотрел на почти готовое лицо Майка и тихо выдохнул.

***

Когда Уилл почувствовал, как бёдра Майка начинают дрожать, он не стал ждать. Он скользнул ниже, обхватил рукой основание горячего, пульсирующего члена и уверенно взял влажную головку в рот. На этот раз он уже точно знал, под каким углом нужно наклонить голову, расслабив горло. Он заглотил глубже, чем в прошлый раз, и не закашлялся. Губы плотно обхватили ствол, язык прижался снизу. Майк громко, хрипло застонал, пальцы мгновенно впились в волосы Уилла. Уилл начал медленно отсасывать. Глубоко, с влажным чавкающим звуком. Он двигал головой вверх-вниз, каждый раз заглатывая почти до самого основания, а потом медленно поднимался, сильно работая языком по головке и уздечке. Рука у основания двигалась в том же ритме. Крепко, уверенно, сжимая именно так, как любил Майк. — Уилл… — выдохнул Майк дрожащим голосом, выгибаясь. — Как у тебя… так хорошо получается?.. Уилл только тихо, вибрирующе застонал в ответ, не вынимая член изо рта. Вибрация заставила Майка резко дёрнуться и громко застонать. — Ты… ты будто знаешь все мои слабые места… — продолжал Майк, тяжело дыша и сжимая волосы Уилла. — Откуда ты… знаешь, как именно… мне нравится…  Уилл поднял на него тёмный, полный желания взгляд и специально заглотил ещё глубже, обхватив языком головку и медленно отстраняясь, проводя языком по всей длине. — Я просто предназначен для тебя, мой Паладин… — хрипло ответил он, прежде чем снова взять его в рот ещё глубже. Майк издал низкий, почти животный стон и сильнее вцепился в волосы Уилла.

***

Не отрываясь от поцелуя, Уилл потянулся рукой в сторону, нащупал бутылочку со смазкой и протянул её Майку. Тот взял её дрожащими пальцами, глаза горели тёмным, почти хищным огнём. Уилл наклонился ближе, целуя его в уголок губ, и прошептал: — Овладейте мной, мой Паладин… Я хочу быть полностью под Вашей властью. Возьмите своего Клирика… так, как только Вы можете. Глаза Майка вспыхнули. В них загорелось что-то новое. Смесь удивления, желания и жажды. Он смотрел на Уилла так, будто видел его впервые. — Вы позволите мне… Войти в ваш священный храм? — спросил он хрипло. Уилл улыбнулся, медленно кивая. — Я отдаюсь Вам полностью, мой рыцарь. Возьмите меня так, как Вам будет угодно. Майк издал тихий, дрожащий стон. Уилл слез с него и лёг рядом, привставая на коленях и красиво отводя бёдра назад, открываясь. Майк выдавил смазку на пальцы, разогрел её и потянулся к нему. Уилл почувствовал, как тёплые, длинные пальцы Майка мягко скользнули между ягодиц. Они были заметно длиннее его собственных, это ощущение было совершенно иным. Более глубоким, более уверенным, более… чужим, но невероятно возбуждающим. Когда первый палец медленно вошёл в него, Уилл тихо застонал, выгибаясь.  Ощущение было совсем другим, когда он находился в таком положении, полностью открытый, отданный на милость Майка. Майк начал осторожно растягивать его. Немного неумело, но очень бережно. Он медленно двигал пальцем внутри, потом добавил второй, прислушиваясь к каждому звуку Уилла. — Вот так? — спросил он. — Не слишком сильно? — Чуть глубже… и согни пальцы… — прошептал Уилл. — Да… вот так… Боже, Майк… Майк послушно выполнял всё, что ему говорили, постепенно набираясь уверенности. Его пальцы двигались всё увереннее, растягивая, массируя, находя ту самую точку, от которой по телу Уилла пробегали яркие вспышки удовольствия. На секунду в голову Уилла проскользнули вопросы. Как долго для Майка это всё будет впервые? Сколько успеет выучить сам Уилл, пока не выберется из этой петли?  Но он быстро отогнал навязчивые мысли. Сейчас ему не хотелось думать о петле. Он хотел просто чувствовать длинные, горячие, осторожные и всё более смелые пальцы Майка внутри себя. Уилл закрыл глаза и полностью отдался этим ощущениям, тихо постанывая каждый раз, когда Майк попадал особенно удачно. Движения пальцев Майка внутри стали глубже и настойчивее, и Уилл уже не мог сдерживать себя. Он начал инстинктивно двигать бёдрами, ища хоть какое-то облегчение.  Каждый толчок пальцев Майка заставлял его выгибаться и тихо, отчаянно стонать. Он уже открыл рот, чтобы попросить Майка остановиться и войти в него, как тот вдруг сам медленно вытащил пальцы.  Уилл услышал тихий звук, Майк снова выдавил смазку, видимо, тщательно покрывая свой член. Через несколько секунд Уилл почувствовал, как руки раздвигают его ягодицы, и к нему прижимается горячая, скользкая головка. Майк вошёл в него очень медленно. Уилл тихо, протяжно застонал, чувствуя, как толстая, горячая плоть постепенно раздвигает его внутри. Ощущение было совершенно другим, гораздо более полным, глубоким и обжигающим, чем пальцы. Майк входил миллиметр за миллиметром, давая Уиллу время привыкнуть, и когда он наконец вошёл до самого конца, Уилл выгнулся и тяжело выдохнул, дрожа всем телом. Майк наклонился сверху, прижимаясь грудью к его спине, и начал нежно, горячо целовать его шею сзади. — Ты такой… тесный… — выдохнул он Уиллу в затылок. Они не могли больше говорить ни в каком стиле. Только стоны. Глубокие, хриплые, почти животные. Майк начал двигаться, сначала медленно и осторожно, потом всё глубже и настойчивее. Каждый толчок заставлял Уилла стонать громче, вжимаясь лицом в матрас. Майк слегка подтолкнул его вниз, укладывая полностью на живот, и навис сверху всем телом. Теперь Уилл мог свободно тереться своим членом о матрас при каждом толчке Майка.  Ощущение стало невыносимо хорошим. Уилл уже не мог переживать. Все мысли о прошлом цикле, о петле, о страхе исчезли. Осталось только это — жаркое, мокрое, глубокое скольжение внутри, вес Майка сверху, его горячее дыхание на шее и ритмичные, сильные толчки. — Майк… — вырвалось у него почти жалобно. Он кончил первым. Резко, сильно и долго. Тело содрогнулось, член пульсировал, выплёскивая сперму на матрас. Уилл стонал, вжимаясь лицом в простыню, дрожа всем телом. Майк последовал за ним почти сразу. Он глубоко вонзился, и замер, изливаясь внутрь Уилла длинными, горячими толчками. Он прижимался к Уиллу всем телом, будто хотел слиться с ним полностью. Они лежали так долго, тяжело дыша, покрытые потом, всё ещё соединённые. Майк наконец медленно вышел из Уилла и лёг рядом. Его тело всё ещё дрожало. Он нежно повернул Уилла к себе лицом, обхватил ладонью его щёку и медленно, глубоко, с невероятной, почти трепетной нежностью поцеловал. Этот поцелуй был совсем другим: без спешки, без отчаяния, только тепло, благодарность и что-то очень светлое. — Я как будто сплю… — прошептал Майк, отстраняясь всего на пару сантиметров и глядя Уиллу в глаза. — Почему? — спросил Уилл с мягкой, чуть дрожащей улыбкой. Майк провёл большим пальцем по его нижней губе, словно не мог поверить, что всё это реально. — Я даже не знал, что мечтал об этом всю жизнь, Уилл. Ты идеальный… Это было идеально. — Прямо идеально? — Уилл усмехнулся, но в глазах мелькнула уязвимость. — Да, — Майк кивнул, не отводя взгляда. — Я представить не мог, что такое может случиться. Но я… как будто там, где должен находиться. Уилл, я не знаю… это звучит как безумие. Я только расстался со своей девушкой и даже не поговорил с ней… но я… Боже, я не хочу прожить и дня без тебя. Я хочу, чтобы ты был рядом. Хочу чувствовать тебя. Всегда. От этих слов у Уилла всё внутри болезненно и сладко сжалось. Сердце сдавило так сильно, что на секунду стало трудно дышать. — Я… я бы тоже хотел, Майк, — прошептал он едва слышно. Майк нежно гладил его лицо кончиками пальцев. Скулы, брови, губы, висок, словно пытался запомнить каждую черту на ощупь. Потом он снова прижался к нему губами. — Я люблю тебя, — прошептал Майк прямо в его губы, почти беззвучно. — Ты любишь меня? — удивлённо спросил Уилл. Он знал, как тяжело даются Майку такие слова. Помнил, как ему приходилось подталкивать его, чтобы тот наконец сказал это Эл. А теперь Майк произнёс их сам. Ему. Без давления. Просто так. Майк прикрыл глаза ладонью, будто пытался спрятаться от собственного признания. Его щёки горели ярким румянцем. — Я думаю… да. Нет, я знаю, — тихо ответил он. Голос был хриплым, чуть дрожащим, но абсолютно искренним. — Уилл, я не знаю, что со мной происходит прямо сейчас. В смысле… я всегда любил тебя, конечно. Я просто… не осознавал, как сильно. Сегодня я почувствовал что-то невероятное, как будто моя душа вышла из тела и поднялась куда-то в небеса. Я правда думаю, что мы были предназначены друг другу. Иначе я не представляю, как ты мог угадать столько мелочей… которые довели меня до лучших оргазмов в моей жизни. Уилл лежал неподвижно, глядя на него. В груди разливалась тёплая, почти болезненная волна. Смесь счастья, вины и острой, щемящей нежности. Он не ожидал услышать это так скоро, так открыто, так беззащитно. Майк наконец убрал ладонь от лица и растерянно, но очень нежно посмотрел на него. — Это безумие, да? — тихо спросил он. — Да, — тихо ответил Уилл. На лице Майка мгновенно появилось испуганное, почти растерянное выражение. Глаза расширились, будто он только что осознал, насколько далеко зашёл своими словами, и теперь боялся, что сказал слишком много, слишком рано. — Эй, эй… — Уилл мягко провёл ладонью по его растрёпанным тёмным волосам, успокаивая. — Я тоже тебя люблю. Майк с явным облегчением выдохнул. На его лице медленно расцвела тёплая, немного неуверенная улыбка. Он крепче притянул Уилла к себе и обнял, зарываясь лицом в его шею, словно боялся, что тот исчезнет. Они лежали тесно прижавшись друг к другу. Ноги переплелись, руки обнимали спины, дыхание постепенно выравнивалось. Матрас под ними был старым и грязным, тела липкими от пота и спермы Уилла. Из Уилла медленно вытекала сперма Майка, пачкая бёдра и простыню. Но Уиллу совершенно не хотелось вставать. Не просто потому, что всё тело налилось приятной, тяжёлой усталостью. А потому, что он не знал, потеряет ли он Майка снова. Не знал, сколько ещё ему осталось лежать вот так, в этих объятиях, чувствуя его тепло, его дыхание на своей коже и стук сердца у самого уха. Майк прижал его ещё крепче, словно тоже почувствовал эту хрупкость момента, и тихо поцеловал в висок.

Они пролежали так в тёплой, липкой тишине почти двадцать минут. Но постепенно ощущения стали совсем неприятными. Сперма засохла на коже и стянула её холодной, неудобной плёнкой, которая начала неприятно тянуть на животе, бёдрах и между ног. Уилл не знал, что делать. Ему отчаянно не хотелось позволять Майку встать. Но встать самому и оставить его одного тоже пугало. Петля времени сильно изменила его, сделав настоящим параноиком. В конце концов он всё-таки заставил себя подняться. Уилл подошёл к шкафу, достал чистое полотенце, взял бутылку воды, которую подготовил на случай, если Майку снова захочется пить, и щедро смочил ткань. Вернувшись к матрасу, он сначала тщательно вытер себя, а потом нежно  вытер Майка осторожными и заботливыми движениями. Потом Уилл взял своё бельё, быстро оделся сам и помог одеться Майку. Майк молча поднимал бёдра, позволяя ему это делать, и смотрел на Уилла с тихой, немного растерянной нежностью. После всех манипуляций Уилл лёг обратно к Майку. Тот лежал полусонный, с лёгкой, счастливой улыбкой на губах. Уилл повернул голову и посмотрел на часы. Было уже 18:23. Одиннадцать часов. Он продержался целых одиннадцать часов в этом цикле. Так далеко он ещё никогда не заходил. На лице Уилла медленно расползлась настоящая, светлая улыбка. Он сделал это. Наконец-то сделал. Майк приоткрыл глаза и, не говоря ни слова, раскрыл объятия, подзывая его к себе. Уилл сразу придвинулся и устроился в этих тёплых руках. И тогда Уилл понял. Ему было нужно не только признаться Майку в чувствах. Ему нужно было получить взаимный ответ.  Кто бы мог подумать, что Майка Уилера нужно было просто свести с ума в постели, чтобы он наконец-то увидел правду. Стоп. Но ведь… Раз у Уилла всё получилось… Теперь он вырвется из временной петли. Наступит завтра. Настоящее завтра. В котором Эл будет на связи. В котором он окажется обманщиком, который заставил Майка поверить в разрыв с ней и переспать с ним. Тем самым Уилл потеряет любой шанс когда-либо быть с Майком по-настоящему. Даже зная, что это возможно. А самое ужасное, что они даже не смогут быть друзьями. Уилл резко отодвинулся. Майк уже мирно спал рядом, слегка приоткрыв губы, с расслабленным, счастливым выражением лица. По щеке Уилла медленно прокатилась горячая слеза. Он так расслабился. Поверил, что для него нет последствий, что начал делать всё, что взбредёт в голову. Возможно, сейчас нужно было разбудить Майка и признаться ему во всём. Рассказать правду о петле, о письме, о том, как он всё подстроил. Но Уиллу так отчаянно хотелось насладиться ещё хоть немного этим теплом. Ощущением, что его любят. Ощущением, что человек, в которого он был влюблён годами, наконец-то лежит рядом и обнимает его так, будто никогда не отпустит. Он разберётся завтра. Уилл повернулся к Майку и положил руку ему на грудь. Сердце Майка не билось. Он умер во сне.