Sudden Changes/Внезапные перемены

Дисклеймер: Я не владею «Гарри Поттером». Драко сидел в гостиной и ждал возвращения матери. Он удивился, почему она не вышла вместе с ними с отцом, но ему не пришлось долго ждать ответа: через несколько минут появилась Нарцисса. Она опустилась на стул и уставилась на огонь. — Что ж, неплохо получилось, — саркастически заметил он. Нарцисса бросила на него испепеляющий взгляд. — Драко, пожалуйста. — Что? Это была катастрофа. Почему ты задержалась? — Я задержалась, чтобы попросить мистера Поттера поговорить с Кассиопеей от моего имени. Они явно близки. — Ты… что? — воскликнул Драко. Она бросила на него взгляд, от которого у него сжалось сердце. Он опустился перед ней на колени. — Что ты от меня хочешь, Драко? Она моя дочь! Я готова забыть о разногласиях, лишь бы вернуть свою дочь! — воскликнула она, и по её щекам покатились слёзы. — Прости, мама. Я не должен был кричать. — Ничего страшного, Драко. Я просто не знала, что ещё делать. Где твой отец? — спросила она. Драко отвернулся. — Он в гневе выбежал из комнаты и заперся там, куда всегда уходит, когда речь заходит о Касси. Нарцисса тяжело вздохнула, в её голосе слышалась печаль. — Конечно. Я бы очень хотела… — начала она, но тут дверь с грохотом распахнулась, и вошёл Северус Снейп. — О, хорошо, вот и ты. Нарцисса, где Люциус? Мы должны были встретиться, а я нигде не могу его найти в этом чудовище, которое ты называешь домом, — заметил Северус. Он посмотрел на Нарциссу и увидел, что по её щекам текут слёзы. — Что случилось? Что такое? — О, Северус! — воскликнула она, вскочила и бросилась к нему в объятия. Драко оглянулся и едва сдержал смех, увидев ужас на лице Северуса. — Что за чёрт? Успокойся, женщина! Расскажи, что случилось, — сказал он, неловко похлопывая её по спине. Ему удалось усадить её обратно в кресло и отодвинуться самому. — Мы нашли её, Северус. Мы нашли её, и она ненавидит нас! — причитала она. Северус подавил желание закатить глаза. — Нашёл кого именно? — Кассиопея. Мы нашли её, — ответила Нарцисса. Северус потрясённо посмотрел на неё. Он взглянул на Драко, который кивнул головой в знак согласия. — Но Люциус сказал мне, что она мертва. Он казался таким уверенным. Где она? — О, это лучшая часть, — усмехнулся Драко, — Она была с Поттером. Северус развернулся к Драко с выражением недоверия на лице. — Поттер? Она была на площади Гриммо? — Площадь Гриммо? О боже, неужели там живёт мистер Поттер? Я даже не узнала это место. Хотя, наверное, это логично. Он ведь был крестником Сириуса, не так ли? — проговорила Нарцисса. Драко видел, как в голове Северуса крутятся шестерёнки, пока тот обдумывает услышанное. Ему показалось, что он услышал, как тот прошептал: «Поттер» — и продолжил размышлять. — О боги, — прошептал Северус, осознав, кем, скорее всего, была Кассиопея. — Что такое, Северус? — Кажется, я могу вам помочь. — Правда? — Нарцисса впервые с тех пор, как вернулась в поместье, посмотрела на него с надеждой. — Возможно. Я ничего не обещаю, но посмотрю, что можно сделать. — Спасибо, Северус. Ты понятия не имеешь, что это для меня значит. — Ну, в конце концов, она моя крестница. Я дам тебе знать, — сказал он и вышел из комнаты, полы его мантии развивались за спиной. Гарри всё ещё стоял у подножия лестницы, не зная, что делать. Он понимал, что Гермиона, скорее всего, захочет побыть одна, но не был уверен, что ей стоит оставаться одной. Для любого человека известие о том, что его усыновили, стало бы большим потрясением. А если бы выяснилось, что Малфои — его биологические родители? Это уже совсем другое дело. Он содрогнулся при мысли о том, что у него может быть брат‑Малфой. Это просто катастрофа. Как раз в тот момент, когда он решил рискнуть и потревожить Гермиону, раздался стук в парадную дверь. — Вот уж не думал, что этот день может стать ещё хуже, — пробормотал он, увидев, кто стоит на пороге. — И я тоже рад тебя видеть, Поттер. — Да уж, входи. — Где она? — Кто? — Не прикидывайся дурачком, Поттер. Гарри вздохнул. — Она наверху. Полагаю, ты знаешь? — Да. Я только что из Поместья. Я собираюсь пойти поговорить с ней. — Удачи, — фыркнул Гарри. Северусу не нравилось иметь дело с Поттером. Несмотря на то, что их отношения стали гораздо лучше, чем до войны, они никогда не станут друзьями, как бы Гермиона ни пыталась их сблизить. Поднимаясь по лестнице в её комнату, Северус вспоминал, как сблизился с маленькой гриффиндоркой. Именно её смекалка спасла ему жизнь после того, как проклятая змея разодрала ему шею и горло. Она, видимо, собрала все зелья, которые, по её мнению, могли им пригодиться. Поскольку она знала, что Волан‑де‑Морт любит использовать свою змею в качестве оружия, у неё были противоядие и зелье для восстановления крови. До сих пор она не рассказывает ему, как ей удалось раздобыть противоядие для Нагайны. Он пролежал в магической коме три недели, пока не пришёл в себя. Когда он наконец очнулся, она сидела рядом с его кроватью и крепко спала, держа его за руку. Он отдёрнул руку, чем разбудил её, и продолжил вести себя как обычно — как последний мерзавец. Однако она не ушла и смогла пробраться в его жизнь и сердце. Сказать, что он был удивлён таким поворотом событий, — значит не сказать ничего. Он был в шоке. Если он был в таком шоке, то можно только представить, что сейчас чувствует Гермиона. Стоя перед её дверью, он пытался придумать, что именно сказать. Он поднял руку и тихонько постучал. — Не сейчас, Гарри, пожалуйста. — Я ужасно оскорблён тем, что ты приняла меня за этого болвана. Он услышал какой‑то шорох, дверь распахнулась, и он впервые увидел свою крестницу. Какое‑то время они просто стояли и смотрели друг на друга. Он подумал, что она прекрасна и похожа на Нарциссу. Однако, если присмотреться и хорошо знать её прежнюю внешность, можно было заметить, что она не так уж сильно изменилась. Но он не удивился, что Малфоям и в голову не пришло, что они смотрят на Гермиону Грейнджер. Она выглядела спокойной, единственным признаком волнения на её бесстрастном лице были слегка покрасневшие глаза. — Не то чтобы я не рада тебя видеть, Северус, — рада, конечно, — но что ты здесь делаешь? — Можно войти? Она отодвинулась, чтобы дать ему пройти. Он сел на подоконник, который, как он знал, был её любимым местом. Это было красивое эркерное окно, по бокам которого она поставила встроенные книжные полки. Это было её любимое место. Она подошла и села рядом. — Они ведь просили тебя прийти, да? — Нет. Это была моя идея. Возможно, они ещё не додумались, но как только Драко сказал, где они тебя нашли, я понял, что это ты. — Если ты здесь для того, чтобы убедить меня их увидеть, то можешь проваливать со своей язвительностью куда подальше. Северус приподнял бровь. Это было на неё не похоже. — Гермиона, ты же знаешь, что Драко — мой крестник, верно? — Конечно, знаю. Все это знают, учитывая, как много он болтал в школе. — Учитывая это, как ты думаешь, кто твой крёстный? Она резко подняла голову и недоверчиво посмотрела на него. Он с трудом подавил желание рассмеяться. — Ты мой крёстный? — Да. Я здесь не для того, чтобы уговаривать тебя делать что‑то, чего ты не хочешь. Все эти годы я часто задавался вопросом, всё ли у тебя в порядке, в безопасности ли ты. Я пришёл, чтобы увидеться с тобой и, возможно, дать тебе пищу для размышлений. — Я слушаю.