Связанные. Финал

Драко приземлился в лесу, когда небо на востоке уже начало сереть, но звёзды ещё не погасли. Густые кроны скрывали их от возможных преследователей, но и дезориентировали, вокруг были только стволы, мох и холодная земля. Он спрыгнул с метлы, подхватил обмякшую Кэтрин и осторожно опустил на влажную траву. — Кэтрин, очнись, — он потрепал её по щеке. Она что-то пробормотала, не открывая глаз: — Дай поспать… закрой окно… холодно… Драко усмехнулся, чувствуя, как внутри отпускает напряжение. Жива. Он щёлкнул палочкой: «Люмос». Свет выхватил из темноты лесную поляну, кусты, папоротники и больше ничего. Ни души. Только тишина, нарушаемая редким криком ночной птицы. Но когда он осмотрел плечо Кэтрин, сердце сжалось. Сквозь разорванную пижаму проступала кровь. Рана была глубокая. Драко аккуратно снял с неё мантию, стянул с себя рубашку, оторвал рукав и туго перевязал её плечо. Кэтрин зашипела сквозь зубы, но не проснулась. Через несколько минут она открыла глаза, резко села, вскрикнув: — Гарри! Где Гарри? — Тихо, тихо, — Драко придержал её за здоровое плечо. — Мы на безопасном расстоянии. Но взлетать снова нельзя — нас засекут. И тебе нельзя колдовать. Видимо, Волан-де-Морт отследил твою магию, когда ты превращалась в феникса. Кэтрин поёжилась, посмотрела на окровавленную повязку и поморщилась. — Я в порядке. Могу идти. — В лесу? Босиком? — он поднял бровь. — А у тебя есть другие предложения? Он покачал головой. Они двинулись наугад, продираясь сквозь кусты, перешагивая через корни. Рассвет наступал медленно, но неумолимо, небо из чёрного стало сиреневым, потом розовым, потом золотым. — Как ты узнала, что за нами охотятся? — спросил Драко, когда они вышли на тропу. — Патронус Гарри, — ответила Кэтрин, придерживая раненую руку. — Он меня нашёл. Предупредил. Наверное, у Гарри было видение. — Твой брат спас нас, — тихо сказал Драко, и в его голосе прозвучало нечто похожее на уважение. Они вышли на поляну, и перед ними открылось озеро. Тёмно-зелёные склоны гор отражались в воде, которая на рассвете отливала медью и старым золотом. Было тихо, холодно и очень красиво. Они спустились к воде, смыли с рук и ног грязь. Драко помог Кэтрин промыть рану — она извивалась, кусала губы, но когда он строго сказал «замри», подчинилась. Вода обжигала холодом, но смывала запёкшуюся кровь. И вдруг они услышали странный звук, мощный, как взмах огромных крыльев. Над озером показалась тень. Драко и Кэтрин подняли головы и увидели серого дракона — огромного, с горящими глазами. А с его спины одна за другой в воду нырнули три фигуры. Драко мгновенно прикрыл Кэтрин собой, выставив палочку. — Пожиратели? — прошептала она. Но из воды, фыркая и отплёвываясь, вынырнули три мокрые головы. И Кэтрин узнала рыжие вихры Рона Уизли. — Рон! — закричала она, подпрыгивая от неожиданности. — Гарри! Гермиона! Вы живы! Она замахала рукой, и трое друзей, тяжело дыша, поплыли к берегу. Выбрались на скользкую траву, мокрые, грязные, измученные. Гарри первым добежал до сестры, схватил её за плечи, не веря своим глазам. — Кэтрин! Ты как? — Жива, как видишь, — она улыбнулась, хотя лицо её было бледным. Рон упал на траву, задыхаясь. — Мы сбежали из Гринготтса! На драконе! — выпалил он. — Ты бы видела эту рожу у гоблинов! Гермиона, мокрая до нитки, поправила волосы и строго посмотрела на Драко. — А ты что здесь делаешь? — Спасаю вашу драгоценную Поттер, — усмехнулся он. — В который раз. Гарри перевёл взгляд с сестры на Малфоя, потом снова на сестру. Кэтрин молчала, но её рука лежала на локте Драко, и этого было достаточно. — Поттеры, — сказал Драко, взявшись за голову, — вы удивляете меня каждый день. Гарри, Рон и Гермиона переоделись в сухое — одежду нашлась в расшитой сумке Гермионы, которая, казалось, вмещала всё на свете. Кэтрин, сидя на камне, наблюдала, как они отжимают мокрые вещи и развешивают на кустах. Когда последняя футболка была натянута на ветку, она не выдержала: — Вы нашли самый эффектный способ перемещения. На драконе ещё никто не летал. Рон усмехнулся, потирая руки, на которых уже затягивались ожоги от драконьей чешуи. — Ну что, подведём итоги? — сказал он, глядя, как восстанавливается кожа. — В плюсе у нас — крестраж. — В минусе… — Гарри сквозь зубы капал бадьяном на ожог, проступавший сквозь дыру на джинсах, — остались без меча. — Он поднял глаза на сестру и тепло улыбнулся. — Зато ты жива. — Остались без меча, — повторил Рон. Гарри вытащил из кармана сброшенной мокрой куртки золотую чашу и поставил её на траву перед собой. Солнечные лучи заплясали на гладких боках, и чаша засверкала, притягивая взгляды. Пятеро сидели в кружок, попивая тыквенный сок из фляги, и смотрели на мерцающий крестраж. Каждый думал о своём. — По крайней мере, на шею это не повесишь, — заметил Рон, утирая рот тыльной стороной ладони. Гермиона взглянула через озеро, туда, где на дальнем берегу всё ещё стоял дракон, опустив морду к воде. — Как вы думаете, с ним всё будет хорошо? — спросила она. — Ты прямо как Хагрид! — фыркнула Кэтрин. — Это же дракон, Гермиона! Уж как-нибудь он о себе позаботится. Ты лучше о себе беспокойся. — А что? — Гермиона удивлённо моргнула. — Не знаю даже, как тебе сказать, — отозвался Рон. — Понимаешь, кто-нибудь мог заметить, что мы ограбили «Гринготтс». Кэтрин сделала глоток и принялась подводить итоги, загибая пальцы: — Дневник Тома Реддла уничтожен. Кулон Слизерина — тоже. Чаша украдена. Что ещё? — Перстень Марволо, — сказал Гарри. — С ним покончено. — Диадема Кандида Когтевран, — добавил Рон. — Осталась в Хогвартсе, если только её не украли. — И змея Нагини, — тихо закончила Гермиона. — Но она всегда с Ним. Кэтрин обвела взглядом друзей, задержалась на Драко, который сидел чуть поодаль, обхватив колени, и не участвовал в разговоре. Ей показалось, что он напряжён, как пружина. — Сколько осталось? — спросила она. Гарри вытянул руку, принялся загибать пальцы: — Перстень, дневник, кулон, чаша, диадема, Нагини. Шесть. — Что же делать теперь? — вдруг спросил Драко, и его голос прозвучал глухо, почти безразлично, но Кэтрин знала, это маска. За ней билась тревога. Гарри выпрямился, расправил плечи. В его глазах зажёгся тот самый огонь, который когда-то вёл его к философскому камню, к Тайной комнате, к пророчеству. Дракон на другом берегу вдруг взмахнул крыльями и поднялся в воздух, обдав их волной ветра и песка. Он улетал на запад, туда, где солнце уже клонилось к горизонту. Гермиона склонилась над плечом Кэтрин, аккуратно снимая пропитанную кровью повязку. Её пальцы дрожали то ли от холода, то ли от пережитого ужаса, но работали быстро и умело. Она достала из своей бездонной сумки пузырёк с мазью, пахнущей лавандой и чем-то горьким, и толстым слоем нанесла на рану. Кэтрин зашипела сквозь зубы, но через несколько секунд боль отступила. — Спасибо, — выдохнула она, осторожно поводя плечом. — Ты — волшебница, Грейнджер. — Лучшая на курсе, — фыркнул Рон, но в его голосе слышалась гордость. — Теперь нам нужно в Хогвартс, — сказал он. — Там спрятана диадема. Там мы должны найти последний путь. Гарри уже поднялся, сжимая в руке мантию-невидимку. Рон потянулся к крестражу, золотая чаша зловеще блеснула в лучах солнца. — Стойте, стойте! — воскликнула Гермиона, загораживая собой Рона. — Нельзя же вот так сразу! Нужно составить план, подумать о… — Ты представляешь себе, что он сделает, когда поймёт, что перстень и медальон пропали? — перебил Гарри, и его глаза сузились. — Вдруг он захочет перепрятать хогвартский крестраж? Решит, что там всё-таки недостаточно надёжно? — А как же мы туда попадём? — Гермиона не сдавалась. — Сначала переместимся в Хогсмид, — ответил Гарри, накидывая мантию на плечи. — А там что-нибудь придумаем. Нужно посмотреть, какая вокруг школы защита. Давай под мантию, Кэтрин! На этот раз будем держаться вместе. — Не поместимся… — Там уже темно, никто наши ноги не заметит. Кэтрин посмотрела на мантию, потом на себя, на Драко. Четверо под ней ещё как-то умещались, но пятеро — это было безумие. Она открыла рот, чтобы возразить, но Драко опередил её: — Я могу переместить её в школу. Надеюсь, Пожиратели ещё думают, что я на их стороне. Я приведу её к Снейпу. Гарри долго смотрел на него — испытывающе, недоверчиво, но кивнул. Снейпу он не доверял, но он знал, что тот защитит Кэтрин. — Хорошо. Но если с ней что-то случится… — Не случится, — отрезал Драко. Кэтрин обняла брата крепко, как в детстве. Потом Рона, тот похлопал её по спине, сказал: «Держись, Поттер». Гермиону, она шепнула на ухо: «Береги себя». — Встретимся в Хогвартсе, — сказал Гарри, натягивая мантию на голову, и трое друзей исчезли, оставив после себя только вмятину в траве и запах озона. Драко аккуратно взял Кэтрин за здоровую руку, поднёс к губам и поцеловал. — Закрой глаза, — сказал он. Она зажмурилась. Мир сжался в тугую пружину, а потом развернулся обратно, выбросив их в холодном каменном коридоре. Ноги Кэтрин коснулись знакомого пола, она узнала бы этот пол где угодно: подземелье Хогвартса. Воздух разорвал вопль. Нечеловеческий, ледяной. Кэтрин почувствовала, как каждая жилка в теле затрепетала, это сигнал тревоги, магия замка почувствовала их вторжение. — Бежим! — шепнул Драко, и они понеслись вниз по лестнице, сворачивая за углы, минуя знакомые двери. Наконец они влетели в кабинет зельеварения и дверь за ними захлопнулась с глухим стуком. Снейпа не было. В кабинете царил полумрак, только свечи мерцали на столах, и в воздухе витал запах сушёных трав. Кэтрин рванула к рабочему столу профессора, начала лихорадочно перебирать свитки, пузырьки, записи, хоть что-то, чтобы призвать его. Но это не потребовалось. Дверь открылась, и Северус Снейп шагнул в кабинет, чёрный, как сама ночь, с развевающейся мантией. Сначала его лицо исказила ярость, кто посмел проникнуть в его святая святых? — но потом он увидел Кэтрин. Увидел её зелёные глаза, каштановые волосы, бледное, но живое лицо. Гнев исчез, сменившись недоверием. А потом удивлением. Он резко притянул её к себе, обнял как отец, который боится, что дочь снова исчезнет. Кэтрин почувствовала запах его мантии, дым, порох, старые пергаменты. — Что вы наделали? — прошептал он, отстраняясь. — Ворваться в Хогвартс без предупреждения… Вас могли убить! — На нас напали, — выдохнула Кэтрин. — Дом Тео сожгли. Нам некуда было идти. Лондон тоже небезопасен — Пожиратели знают о доме на площади Гриммо. — Она права, — добавил Драко. — Мы сражались в воздухе, едва оторвались. Её ранили. Снейп перевёл взгляд на перевязанное плечо Кэтрин, и его лицо омрачилось. — Надо привести тебя в порядок. Что с рукой? — Уже лучше, — ответила Кэтрин. — Гермиона обработала. Снейп кивнул, прошёлся по кабинету, собираясь с мыслями. — Гарри Поттер был замечен в Хогсмиде, — сказал он, не оборачиваясь. — Весь замок на ушах. Пожиратели рыщут повсюду. Кэтрин шагнула к нему: — Профессор… прикройте его, пожалуйста. Он мой брат. — Я не могу рисковать своим положением, — жёстко ответил Снейп. — Если Волан-де-Морт узнает… — Прошу вас, — она смотрела ему прямо в глаза своими зелёными, мамиными глазами. — Ради моей матери. Снейп замер. Долго смотрел на неё, потом отвернулся и тихо сказал: — Я сделаю всё возможное. Он взял их за руки — Кэтрин и Драко — и трансгрессировал на месте, в гостиную старост. Здесь было тихо, светло, пахло пылью и старыми книгами. Большое окно выходило на озеро, и солнечные лучи золотили паркет. — Это комната старост. Сейчас она пустует, — пояснил Снейп. — Приведите себя в порядок, отдохните. Не показывайтесь никому. Еды вам пришлют. Он посмотрел на Кэтрин долгим, тяжёлым взглядом и исчез.

***

Кэтрин приняла душ в маленькой ванной комнате, примыкавшей к гостиной старост. Горячая вода смыла кровь, пыль, страх, всё, что налипло за эту бесконечную ночь. Она стояла под струями, пока кожа не покраснела, а потом надела найденную в шкафу школьную форму — юбку, свитер, мантию. Всё было великовато, но чисто. Драко уже переоделся в свою форму — чёрный костюм, белую рубашку, галстук. Он сидел у камина, глядя на огонь, и Кэтрин показалось, что он вернулся в прошлое, в те времена, когда их главной проблемой были экзамены и Снейп. Она села рядом, протянула руки к пламени. Какое-то время они молчали. Обсуждать что-то сейчас казалось бессмысленным, все мысли были о Гарри. Его могли поймать, могли убить, а она ничего не могла сделать. Драко вдруг положил голову ей на колени, и она машинально провела рукой по его светлым волосам. — Что же будет дальше? — прошептала она. Он не ответил сразу, только прикрыл глаза. — Хогвартс изменился, — сказал он наконец. — Все входы защищены заклятиями, на выходе — Пожиратели и дементоры. Кэрроу, двое пожирателей, следят за дисциплиной. — Это та блондинка, что поймала меня в первый день? — спросила Кэтрин. Драко кивнул. — Они не только преподают. Они отвечают за наказания. Большие любители, эти Кэрроу. — Вроде Амбридж? — Ну, Амбридж рядом с ними — кроткая овечка. Все учителя должны доносить им о каждом проступке. Но они этого не делают, если есть хоть малейшая возможность — ненавидят их так же сильно, как мы. — Он помолчал. — Амикус преподает то, что раньше было защитой от Тёмных искусств. Теперь это Тёмные искусства в чистом виде. От нас требуют тренировать Круциатус на тех, кого оставили после уроков за провинность. Кэтрин ужаснулась. — А Алекто, его сестра, преподаёт магловедение — теперь обязательный предмет. Мы должны слушать, что маглы — вроде животных, тупые и грязные, и что нормальный порядок скоро будет восстановлен. — Хорошо, что Блейз не появляется в Хогвартсе, — сказала Кэтрин. — Хотя бы дома он в безопасности. Драко кивнул, и в его глазах промелькнула благодарность. — Ещё немного, и Волан-де-Морт прибудет в Хогвартс, — сказала Кэтрин, решившись. — Ему нужно найти свой крестраж. Я расскажу тебе, если пообещаешь не задавать лишних вопросов. Она рассказала ему о крестражах, коротко, без деталей, но достаточно, чтобы он понял, почему они здесь. Драко слушал молча, только пальцы его сжались в кулаки. — Я не собираюсь больше сидеть здесь, — сказала Кэтрин, вставая. — Есть лишь одно место, где может быть спрятан крестраж. Она натянула на голову капюшон мантии и направилась к двери. Драко пошёл за ней, не задавая вопросов. Они поднялись на восьмой этаж, туда, где, как знала Кэтрин, скрывалась Выручай-комната. Коридоры были пусты — уже наступил поздний вечер, и ученики разошлись по спальням. Только портреты провожали их любопытными взглядами, но никто не окликнул. Кэтрин трижды прошла мимо пустой стены, думая о том, что ей нужно убежище для тех, кто сражается против Тёмного Лорда. Стена дрогнула, и появилась дверь. Кэтрин толкнула её и замерла. Это была не привычная захламленная комната, где они когда-то тренировались с Отрядом Дамблдора. Внутри оказалось огромное пространство, похожее на роскошный шалаш или невероятных размеров каюту парохода. С потолка свисали разноцветные гамаки, вдоль стен, обшитых тёмными деревянными панелями, вились навесные галереи, украшенные яркими гобеленами. Книжные полки ломились от фолиантов, в углу стояло несколько метёлок, а на столике большой радиоприёмник. Ученики, которые здесь прятались, обернулись на звук. Кэтрин узнала Невилла, Симуса, Лаванду Браун, близнецов Патил, Терри Бута, Эрни Макмиллана, Энтони Голдстейна, Майкла Корнера — и многих других. Все они смотрели на неё и Драко с недоверием и надеждой. — Эй, Гарри! — крикнул кто-то. — Тут твоя сестра! Гарри вынырнул из толпы, обнял Кэтрин так крепко, что она едва не задохнулась. — Это укрытие, — сказал он, отстраняясь. — Пока хоть один из нас внутри, дверь не откроется. Невилл придумал. — Но все думали, что ты мертва, Кэтрин, — сказал Симус, подходя ближе. — А Драко… мы думали, он Пожиратель. — Он был им, — тихо ответила Кэтрин. — Но теперь он с нами. Драко ничего не сказал, только кивнул. — Мы здесь уже около двух недель, — продолжил Симус. — И если нужны новые гамаки, они тут же появляются. А когда пришли девчонки, вдруг образовался отличный туалет с душем. Кэтрин оглядела знакомые лица. В груди потеплело, эти люди сражались, прятались, рисковали. Ради неё, ради Гарри, ради будущего, в котором не будет Тёмного Лорда. — Мы должны идти дальше, — сказал Гарри, и все замолчали. — А что мы будем делать, Гарри? — спросил Симус. — В чём твой план? Гарри напрягся, шрам на лбу снова горел, и Кэтрин видела, как он борется с чужой яростью. — У нас — у меня, Рона и Гермионы — есть одно дело, — сказал он осторожно. — Дамблдор поручил его именно нам троим. — Мы — Отряд Дамблдора, — ответил Невилл. — Мы все время держались вместе, сохраняли наш Отряд, пока вы где-то скитались. — Не то чтобы это была увеселительная прогулка, — заметил Рон. — Я ничего такого не говорю, но непонятно, почему вы нам не доверяете. Каждый, кто здесь, боролся и оказался здесь потому, что его преследовали Кэрроу. Каждый доказал свою верность Дамблдору и тебе, Гарри. Кэтрин обернулась на шум у стены. Из прохода появились Джинни, Фред, Джордж и Ли Джордан. Фред замер, увидев её. Его лицо вытянулось, глаза расширились, живая Кэтрин Поттер стояла перед ним, та, которую он когда-то любил, которую потерял, которую оплакивал. Забыв все обиды и недосказанности, они рванули друг к другу. Фред обнял её первым так крепко, что затрещали рёбра, потом Джордж прижал к себе, и Кэтрин почувствовала, как по щекам текут слёзы. Они были живы. Все они были живы. — Так в чём ваш план, Гарри? — спросил Джордж, отпуская Кэтрин. — Да нет никакого плана, — растерянно ответил Гарри. Боль в шраме мешала думать. — То есть мы будем составлять его по ходу? — усмехнулся Фред. — О, это я люблю! — Он подмигнул Кэтрин, так как делал это раньше, когда они были вместе. Кэтрин не слушала их перепалку. Она вдруг заметила, что Драко исчез. Его не было среди теснившихся у книжных полок учеников, не было у выхода. Она огляделась, встала на цыпочки, но ни светлой макушки, ни чёрной мантии нигде не увидела. Внутри всё напряглось. Она знала, он вышел потому, что считал, что это не его место. Среди Отряда Дамблдора, среди тех, кого он когда-то презирал, а теперь должен был называть союзниками. Ей хотелось броситься за ним, но Гарри сжимал её плечо, и голоса друзей сливались в гул. — Потом, — прошептала она себе. — Я найду тебя потом. — Ладно, — спокойно сказал Гарри Рону и Гермионе. — Хорошо, — обратился Гарри к собравшимся в комнате, и тут же наступила полная тишина. Фред и Джордж, развлекавшие шуточками Кэтрин и тех, кто сидел поблизости, замолкли на полуслове, и все уставились на него с взволнованной готовностью. — Нам нужно найти одну вещь, — сказал Гарри. — Одну вещь… которая поможет нам одержать победу над Сами-Знаете-Кем. Она находится здесь, в Хогвартсе, но мы не знаем где. Возможно, она принадлежала Кандиде Когтевран. Слышал кто-нибудь о подобном предмете? Например, о вещи, отмеченной ее орлом? Он с надеждой посмотрел на маленькую группу когтевранцев: Падму, Майкла, Терри и Чжоу, однако ответила ему Полумна, присевшая к Джинни на подлокотник кресла. — Ну, есть ведь ее потерянная диадема. Я рассказывала тебе о ней, Гарри, помнишь? Исчезнувшая диадема Кандиды Когтевран. Мой отец пытался создать ее копию. — Да, Полумна, но исчезнувшая диадема, — сказал Майкл Корнер, закатывая глаза, — она именно что исчезла. Вот в чем загвоздка. — Когда она исчезла? — спросила Кэтрин. — Говорят, много веков назад, — откликнулась Чжоу, и сердце у Гарри упало. — Профессор Флитвик рассказывал, что она исчезла вместе с самой Кандидой. Диадему искали, но, — она обратилась к остальным когтевранцам, — никаких следов обнаружить не удалось. Или я ошибаюсь? Все покачали головами. — Простите, а что вообще такое «диадема»? — спросил Рон. — Что-то вроде венца или короны, — ответила Кэтрин. — Говорят, что диадема Кандиды Когтевран обладала магическими свойствами — она придавала ума тому, кто ее наденет. — Да. Сифоны для мозгошмыгов, которые мой отец… — начала Полумна, но Гарри не дал ей договорить. — И никто из вас никогда не видел ничего, что было бы на нее похоже? Кэтрин сделала шаг вперед, убирая руку из теплой руки Фреда. Её голос прозвучал тихо, но уверенно: — А что, если диадема не просто исчезла? Что, если её спрятали намеренно? Такие вещи не теряются случайно. Кто-то мог украсть её, чтобы использовать в своих целях. Или спрятать от чужих глаз. — Ты права, — Гарри взглянул на сестру с надеждой. — Но кто и зачем? — Волан-де-Морт, — ответила Кэтрин, и в комнате стало тише. — Он коллекционирует древние артефакты. Я не знаю, как он связан с диадемой, но если она связана с основательницей Когтевран… он мог захотеть заполучить её для одного из своих крестражей. — Крестражей? — переспросил кто-то из учеников, но Гарри жестом остановил вопросы. — Мы должны найти её, — сказал Гарри, сжимая кулаки. — Любая зацепка. — Я могу отвести тебя в нашу общую гостиную, — предложила Чжоу, нарушая тишину. — Там у нас статуя Кандиды с этой диадемой на голове. Может быть, это натолкнёт на мысль. — Хорошая идея, — кивнула Кэтрин. — Но Гарри, я пойду с тобой. Две пары глаз лучше, чем одна. И… — она огляделась, понижая голос, — я знаю кое-что о том, как Темный Лорд прячет свои тайны. В Италии я изучала древнюю магию. Возможно, смогу почувствовать след. Гарри кивнул, благодарно сжав её плечо. Они обменялись быстрыми взглядами — и в этом взгляде было больше, чем слова. — Тогда идём, — сказал он, и Кэтрин, прихватив палочку, двинулась следом за ним и Чжоу к выходу из Выручай-комнаты. — Как нам выйти из комнаты? — спросил Гарри у Невилла. — Сюда, — Невилл подвёл его, Полумну и Кэтрин к углу, где из небольшого чулана открывался выход на крутую лестницу. — Выход оказывается каждый раз в другом месте, поэтому они и не могут его найти, — пояснил он. — Плохо только, что мы никогда не знаем, где очутимся, когда выйдем. Осторожнее, Гарри, по ночам коридоры патрулируют. — Ничего, — сказал Гарри. — До скорого, Невилл. Кэтрин молча кивнула другу и, поправив капюшон мантии, шагнула вслед за братом и Полумной. Они быстро зашагали по лестнице — длинной, освещённой факелами и делающей резкие повороты в самых неожиданных местах. Кэтрин старалась ступать бесшумно, хотя сердце колотилось где-то в горле. После всего, что случилось сегодня, красться по ночному Хогвартсу казалось почти нормальным. Наконец перед ними выросла сплошная стена. — Залезай сюда, — сказал Гарри Полумне. Он достал мантию-невидимку и набросил её на них обеих. — Кэтрин, прижмись ближе. — Только если ты обещаешь не наступать мне на пятки, — шепнула она, и в голосе её прозвучала тень былой усмешки. Гарри легонько толкнул стену. Она раздвинулась от его прикосновения, и они выскользнули наружу. Кэтрин оглянулась, стена мгновенно сомкнулась за ними, как будто её и не было. Они стояли в тёмном коридоре, где пахло пылью и древними камнями. Гарри порылся в мешочке, висевшем у него на шее, и вытащил Карту Мародёров. Держа её у самого носа, он определил, где они находятся. — За мной, — прошептал он. Они двинулись по коридору. Кэтрин не раз случалось красться по замку среди ночи — ещё в бытность ученицей, когда они с Гарри нарушали правила, — но никогда ещё у неё так бешено не колотилось сердце. Никогда ещё не было так важно добраться до цели незамеченной. Она держалась чуть позади, прижимаясь спиной к стене в узких местах, и следила за каждым поворотом. Дважды им пришлось остановиться, пропуская призраков, которые плыли по своим делам. Кэтрин задерживала дыхание, когда мантию задевало холодное сияние, и молилась, чтобы их не заметили. Гарри каждую минуту ожидал встречи с Пивзом, но полтергейст, к счастью, не появлялся. — Сюда, Гарри, — чуть слышно выдохнула Полумна, беря его за рукав и подталкивая к винтовой лестнице. Кэтрин шагнула следом, чувствуя, как кружится голова от бесконечных ступеней. Она никогда раньше не была в башне Когтеврана. Лестница вела всё выше и выше, и наконец они добрались до двери — без ручки и без замочной скважины. Сплошное полотно из старинного дерева, а посередине — бронзовый молоток в форме орла. Полумна протянула бледную руку и один раз стукнула. Этот тихий стук прозвучал в ушах Кэтрин пушечным выстрелом. Клюв орла открылся, и оттуда раздался нежный, мелодичный голос: — Что было раньше — феникс или огонь? — М-м… Как ты думаешь, Гарри? — спросила Полумна. — Что? Разве тут нужен не просто пароль? — удивился Гарри. — Нет, — отозвалась Полумна. — Нужно ответить на вопрос. — А если ответишь неправильно? — спросила Кэтрин, нахмурившись. — Тогда придётся ждать кого-то, кто сумеет ответить правильно, — сказала Полумна. — Так вот и учишься, понимаешь? — Беда в том, что нам сейчас некогда дожидаться других, — проворчал Гарри. — Я понимаю, — серьёзно ответила Полумна. — Думаю, ответ такой: круг не имеет начала. — Верное рассуждение, — сказал голос, и дверь распахнулась. Кэтрин вошла следом за Гарри и Полумной и замерла. Гостиная Когтеврана оказалась огромной круглой комнатой, полной воздуха и света от тысяч звёзд, мерцавших на купольном потолке. Стены прорезали арочные окна с шелковыми занавесями, сине-бронзовыми, как ночное небо. Пол был ультрамариновый, и по нему, казалось, плыли созвездия. В нише напротив входа стояла беломраморная статуя Кандиды Когтевран — Гарри узнал её по гипсовому слепку, который видел у Полумны. Статуя смотрела на них загадочной полуулыбкой, и на её голове красовалась изящная диадема, вырезанная из мрамора. Гарри сбросил мантию-невидимку, подошёл к статуе и взобрался на постамент, чтобы прочесть надпись. — Ума палата дороже злата, — прочитал он вслух. — Так что ты, похоже, беднее последнего нищего, дурак безмозглый, — насмешливо прокаркал хрипловатый голос. Кэтрин резко обернулась. У входа, заслоняя дверь, стояла сутулая фигура Алекто Кэрроу. Её жирный палец уже коснулся Чёрной метки на запястье. Кэтрин не раздумывала ни секунды. — Экспеллиармус! — крикнула она, и из её палочки вырвался алый луч. Но Алекто, уже ожидавшая нападения, отпрыгнула в сторону, и заклинание ударило в стену. — Вот ты где, Поттер! — прошипела она, скаля зубы. — И сестрица твоя — живая, надо же. Сами-Знаете-Кто будет так рад! Гарри спрыгнул с постамента, выставив палочку. Полумна прижалась к стене, но её глаза горели спокойной решимостью. — Отойди, Алекто, — сказал Гарри. — Я не хочу с тобой драться. — А ты и не будешь, — усмехнулась она и нажала на метку. Зелёная вспышка осветила комнату, и где-то в замке завыла сирена. Кэтрин стиснула палочку. — Он идёт, — прошептала она. От удара Гарри Алекто упала. Гарри успел накинуть мантию на себя, сестру и Полумну. Когтевранцы в ужасе перешептывались. Потом раздалась, без всякого предупреждения, целая очередь громких хлопков, как будто кто-то стрелял по двери из ружья. — АЛЕКТО! Если он явится, а Поттера у нас нет… Ты что, хочешь, чтобы с нами случилось то же, что с Малфоями? ОТКЛИКНИСЬ! — завыл Амикус, тряся дверь изо всех сил, однако она не поддавалась. Все когтевранцы отступили назад, а самые трусливые начали взбираться обратно по лестнице в свои спальни. Кэтрин уже подумывала распахнуть дверь и оглушить Амикуса заклятием, пока Пожиратели смерти не предприняли еще чего-нибудь, как вдруг раздался другой, хорошо знакомый голос. — Чем вы занимаетесь, позвольте вас спросить, профессор Кэрроу? — Пытаюсь открыть треклятую дверь! — завопил Амикус. — Сходите за Флитвиком! Пусть немедленно откроет! — Но разве там нет вашей сестры? — спросила профессор Макгонагалл. — Разве профессор Флитвик не пропустил её туда сегодня вечером по вашей настоятельной просьбе? Может быть, она могла бы открыть вам дверь? Тогда не пришлось бы будить среди ночи половину замка! — Да не отзывается она, старая ты хрычовка! А ну давай сама открывай! Живо, кому говорят! — Пожалуйста, если вам угодно, — произнесла профессор Макгонагалл убийственно холодным тоном. Раздался мягкий удар дверного молотка, и мелодичный голос снова спросил: — Куда деваются исчезнувшие предметы? — В небытие, то есть во всё, — ответила профессор Макгонагалл. — Изящная формулировка, — откликнулся орлиный клюв, и дверь распахнулась. Немногие когтевранцы, ещё остававшиеся в гостиной, завидев на пороге размахивающего палочкой Амикуса, со всех ног бросились к лестнице. Сгорбленный, как и его сестра, с рыхлым бледным лицом и маленькими глазками, он мигом увидел распростёртое на полу неподвижное тело Алекто и издал вопль страха и ярости. — Что натворили эти щенки? — завопил он. — Я буду пытать их всех Круциатусом, пока они не признаются, кто это сделал… А что скажет Тёмный Лорд? — взвизгнул он, ударяя себя кулаком по лбу. — Поттера мы не поймали, а эти свиньи убили Алекто и смылись! — Ваша сестра всего лишь под действием Оглушающего заклятия, — с раздражением сказала профессор Макгонагалл, склонившаяся над Алекто. — С ней всё будет в порядке. — Не будет, разрази тебя гром! — рявкнул Амикус. — Ничего с ней не будет в порядке, когда сюда явится Тёмный Лорд! Она вызвала его, я знаю, я чувствовал жжение в Метке, и теперь он думает, что мы поймали Поттера! — Поймали Поттера? — резко переспросила профессор Макгонагалл. — Что значит «поймали Поттера»? — Он сказал нам, что Поттер, возможно, попытается проникнуть в башню Когтеврана, и велел вызвать его, если мы поймаем мальчишку! — Зачем Поттеру проникать в башню Когтеврана? Он на моём факультете! — в голосе Макгонагалл звучала, помимо раздражения и недоверия, едва уловимая нота гордости, и Гарри почувствовал, что его просто распирает от нежности к Минерве Макгонагалл. — Нам сказано, могёт такое быть, что он сюда припрется! — ответил Кэрроу. — Я почём знаю! Профессор Макгонагалл выпрямилась и обвела комнату своими блестящими глазами. Дважды они скользнули прямо по тому месту, где стояли Гарри, Полумна и Кэтрин под мантией-невидимкой. Кэтрин замерла, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Она сжала палочку крепче, готовая в любой момент выскочить. — Мы можем свалить это дело на детей, — сказал Амикус, и его туповатое лицо вдруг приобрело хитрое выражение. — Ага, так мы и сделаем. Скажем, на Алекто напала здешняя детвора, — он посмотрел на звездчатый потолок, над которым располагались спальни, — и заставила её тронуть Метку, поэтому вышла ложная тревога… И пусть он с ними разбирается. Парой ребят больше или меньше — какая разница? — Нет, — выдохнула Кэтрин, и в тишине гостиной её шёпот прозвучал отчётливо. Гарри схватил её за руку, но она уже рванулась вперёд, откинув край мантии. — Не смейте трогать детей! — Кэтрин шагнула из невидимости, направив палочку на Амикуса. Её зелёные глаза горели холодной яростью. — Это я оглушила вашу сестру. Но вы не притронетесь ни к одному ученику. Профессор Макгонагалл на мгновение замерла, узнав её, но быстро пришла в себя. — Мисс Поттер! — воскликнула она, и в её голосе смешались удивление и надежда. — Жива, как видите, — коротко бросила Кэтрин, не сводя глаз с Пожирателя. Амикус взвизгнул, отшатнувшись, но тут же поднял палочку. — Поттер! Две Поттер! Да Темный Лорд озолотит меня! — Посмей только тронуть кого-то из нас, — тихо сказала Кэтрин, — и ты не доживёшь до его прихода. Трое стояли плечом к плечу, и в их глазах читалась одна решимость. — Экспеллиармус! — крикнул Гарри, и палочка Амикуса вылетела у него из руки. Кэрроу рухнул на колени, завывая, но Кэтрин шагнула к нему, наставив палочку на его лицо. — Остановитесь! — приказала Макгонагалл, подходя ближе. — Мы должны убираться отсюда, пока не явился Тёмный Лорд. Мисс Поттер, мистер Поттер, вы идёте со мной. Кэтрин опустила палочку, бросила последний взгляд на Амикуса, который трясся от страха и бешенства, и последовала за профессором. Гарри и Полумна зашагали следом. — Вы живы, — повторила Макгонагалл, когда они вышли в коридор. — Это чудо, но сейчас некогда расспрашивать. Нам нужно подготовить замок к обороне. — К обороне? — переспросила Кэтрин, ускоряя шаг. — Тёмный Лорд идёт сюда, — ответила Макгонагалл. — И мы встретим его так, как подобает Хогвартсу.

***

Они бежали по коридорам, и Патронусы один за другим покидали их — серебристые тени растворялись в воздухе, словно утренний туман. Клетчатый халат профессора Макгонагалл шуршал по каменному полу, а Гарри, Полумна и Кэтрин трусили за ней, укрытые мантией-невидимкой. Кэтрин прижималась к брату плечом, чувствуя, как бьётся его сердце, и сжимала палочку в потной ладони. Они спустились ещё на два этажа, когда услышали звук других шагов — спокойных, размеренных, не похожих на топот бегущих учеников. Гарри, которому по-прежнему не давал покоя шрам, услышал их первым. Он полез было в мешочек на шее за Картой Мародёров, но не успел её вытащить, как и Макгонагалл заметила, что они не одни. Она остановилась, взяла волшебную палочку на изготовку и спросила: — Кто здесь? — Я, — ответил низкий голос. Из-за стоявших в коридоре рыцарских доспехов вышел Северус Снейп. Кэтрин почувствовала, как Гарри напрягся рядом. При виде Снейпа в нём вскипела ненависть — старая, глубокая, как шрам на лбу. Кэтрин, напротив, смотрела на профессора с болью. Она знала то, чего не знал Гарри: Снейп рисковал жизнью, играя свою роль. Но сейчас было не до объяснений. Снейп был не в пижаме, а в обычной своей чёрной мантии и тоже держал палочку на изготовку. — Где Кэрроу? — спокойно спросил он. — Я думаю, там, где вы велели им быть, Северус, — ответила профессор Макгонагалл. Кэтрин замерла под мантией, чувствуя, как Снейп обшаривает взглядом воздух позади и вокруг профессора — как будто знал, что Гарри здесь. Гарри вскинул палочку, готовясь к борьбе. Кэтрин положила руку ему на запястье, прошептав: «Не сейчас». — Я полагал, — сказал Снейп, — что Алекто захватила человека, незаконно проникшего на нашу территорию. — Вот как? — удивилась профессор Макгонагалл. — На каком же основании вы так полагали? Снейп слегка согнул левую руку, на которой возле локтя была выжжена Чёрная Метка. — Ах да, конечно! — фыркнула профессор Макгонагалл. — У вас, Пожирателей смерти, свои особые каналы связи — как я могла забыть! Снейп сделал вид, что не слышит. Он всё ещё пристально всматривался в воздух вокруг неё и постепенно подступал ближе, как будто сам не замечая, что делает. — Я не знал, что сегодня ваша очередь патрулировать коридоры, Минерва. — У вас есть возражения? — Мне хотелось бы знать, что подняло вас с постели в столь поздний час. — Мне послышался подозрительный шум. — Вот как? Но здесь вроде бы совсем тихо. — Снейп взглянул ей прямо в глаза. — Минерва, вы видели Гарри Поттера? Если да, то я вынужден настаивать… Профессор Макгонагалл сделала молниеносный выпад — Гарри никогда бы не поверил, что она способна на такое. Её волшебная палочка рассекла воздух, и мгновение Гарри ожидал, что Снейп сейчас упадет замертво. Однако его Щитовые чары сработали так стремительно, что Макгонагалл слегка покачнулась. Она направила палочку на факел на стене, и он вылетел из подставки. Гарри, собиравшемуся наслать на Снейпа заклятие, пришлось оттащить в сторону Полумну, чтобы на неё не упало пламя, тут же превратившееся в огненное кольцо, которое заполонило коридор и полетело на Снейпа точно лассо. — Ложись! — крикнула Кэтрин, выскакивая из-под мантии. Она взмахнула палочкой, и серебряный щит возник перед Полумной, отражая сноп искр. Теперь огонь превратился в огромную чёрную змею, Макгонагалл обратила её в столб дыма, который в мгновение ока сгустился и обернулся роем разящих кинжалов. Снейпа спасло от них лишь то, что он укрылся за стоявшими тут же доспехами, и кинжалы со звоном вонзились один за другим в нагрудные латы. — Минерва! — произнёс визгливый голос. Обернувшись — и по-прежнему заслоняя Полумну от мечущихся по коридору заклятий, — Кэтрин увидела профессоров Флитвика и Стебль, бегущих к ним в пижамах, и толстяка Слизнорта, переваливающегося в их кильватере. — Нет! — взвизгнул Флитвик, поднимая волшебную палочку. — Больше вы в Хогвартсе никого не убьёте! Заклятие Флитвика ударилось в доспехи, которые Снейп сделал своим прикрытием. Они с грохотом ожили. Снейп вырвался из сокрушительных железных объятий и послал доспехи влёт на своих противников. Гарри с Полумной едва успели отскочить, когда они врезались в стену и разбились на куски. Кэтрин, стоявшая чуть позади, прикрыла их щитом, и осколки отскочили от невидимой стены. Когда Гарри снова поднял глаза, Снейп уже спасался бегством, а Макгонагалл, Флитвик и Стебль дружно метали ему вслед молнии. Снейп влетел в дверь классной комнаты, и в следующее мгновение Гарри услышал крик Макгонагалл: — Трус! ТРУС! — Что там такое? Что случилось? — волновалась Полумна. Гарри помог ей подняться на ноги, Кэтрин подхватила мантию-невидимку, и они помчались по коридору, волоча её за собой. Забежав в пустой класс, они обнаружили профессоров Макгонагалл, Флитвика и Стебль стоящими у разбитого окна. — Он выпрыгнул! — сказала профессор Макгонагалл Гарри с Полумной. Кэтрин подошла к окну, вглядываясь в темноту. — Вы хотите сказать, что он мёртв? — Гарри рванулся к окну, не обращая внимания на потрясённые восклицания, вырвавшиеся у Флитвика и Стебль при его внезапном появлении. — Нет, куда там, — с горечью сказала Макгонагалл. — В отличие от Дамблдора, он имел при себе волшебную палочку… ну и выучился, видать, кой-каким штукам от своего хозяина. Гарри пронизала дрожь ужаса: он увидел вдали огромную, похожую на летучую мышь фигуру, летевшую сквозь тьму к наружным стенам замка. Кэтрин тоже увидела — и её сердце ухнуло вниз. За их спинами раздались тяжёлые шаги и одышливое дыхание: Слизнорт наконец догнал остальных. — Гарри! — воскликнул он, потирая широченную грудь под изумрудной пижамой. — Кэтрин! Какой сюрприз… Минерва, объясни, пожалуйста… Северус… что… — Наш директор взял кратковременный отпуск, — сказала профессор Макгонагалл, указывая на дыру в оконном стекле, имевшую очертания Снейпа. — Профессор! — закричал Гарри, прижимая руки ко лбу. Он видел под собой озеро, полное инферналов, чувствовал, как призрачная зелёная лодка утыкается носом в подземный берег и из неё выходит Волан-де-Морт, жаждущий убийства. — Профессор, нужно срочно забаррикадировать школу, он летит сюда! — Отлично! Сюда летит Тот-Кого-Нельзя-Называть! — сообщила Макгонагалл остальным преподавателям. Стебль и Флитвик ахнули. Слизнорт издал тихий стон. — Поттеру нужно кое-что сделать в замке по приказу Дамблдора. Мы должны пустить в ход все доступные нам способы защиты, пока Поттер будет выполнять задание. — Вы, конечно, понимаете, что никакие наши усилия не способны отражать Сами-Знаете-Кого до бесконечности? — пропищал Флитвик. — Однако задержать его мы можем, — откликнулась профессор Стебль. — Спасибо, Помона, — сказала профессор Макгонагалл, и волшебницы обменялись мрачно-понимающим взглядом. — Я предлагаю установить сперва базовую защиту по нашим границам, затем собрать каждому своих учеников и встретиться в Большом зале. Большинство из них нужно будет эвакуировать, но если среди совершеннолетних найдутся такие, что захотят остаться и бороться вместе с нами, им, я полагаю, не следует чинить препятствий. — Профессор, — сказала Кэтрин, выступая вперёд, — я остаюсь. Макгонагалл кивнула, и в её глазах блеснула гордость. — Тогда идите, мисс Поттер. Время не ждёт. Профессор удалилась быстрым шагом, бормоча: — Тентакула. Дьявольские силки. Дремоносные бобы… Да, посмотрю я, как Пожиратели смерти с ними справятся. — Я могу действовать прямо отсюда, — сказал Флитвик и направил волшебную палочку на разбитое окно, хотя из-за малого роста вряд ли мог что-нибудь через него увидеть. Он принялся бормотать сложнейшие заклинания, и до Гарри донёсся странный порывистый шум, как будто Флитвик выпустил вихри разгуливать по территории замка. — Профессор, — сказал Гарри, подходя к маленькому преподавателю заклинаний, — простите, что прерываю вас, но это очень важно. Вы не знаете, где находится диадема Кандиды Когтевран? — Протего хоррибилис… Диадема Кандиды Когтевран? — визгливо пропищал Флитвик. — Конечно, прибавка ума никогда не помешает, Поттер, но боюсь, что в этой ситуации толку от неё будет не много! — Я просто спросил… Вы не знаете, где она? Вы её когда-нибудь видели? — Видел? Никто из ныне живущих её не видел! Она же исчезла в незапамятные времена, мальчик мой! Гарри почувствовал смесь отчаянного разочарования и паники. Кэтрин положила руку ему на плечо. — Мы найдём её, Гарри. Обязательно найдём. — Мы встретимся с вами и вашими когтевранцами в Большом зале, Филиус! — сказала профессор Макгонагалл, жестом приглашая Гарри и Полумну следовать за собой. Они были уже у двери, когда Слизнорт разразился речью. — Честное слово, — выдохнул он, весь бледный и потный, и его моржовые усы задрожали, — ну и суматоха! Не уверен, Минерва, что это разумно. Он уж сумеет проложить себе путь в школу, не сомневайтесь, и все, кто пытались его задержать, окажутся в ужаснейшей опасности… — Я ожидаю вас и ваших слизеринцев в Большом зале через двадцать минут, — сказала профессор Макгонагалл. — Если вы хотите эвакуироваться вместе с учениками, мы вас не задерживаем. Но при любой попытке саботировать наше сопротивление или поднять на нас оружие внутри замка мы, Гораций, будем сражаться с вами не на жизнь, а на смерть. — Минерва! — в ужасе ахнул он. — Факультету Слизерин пора определиться, на чьей он стороне, — отрезала профессор Макгонагалл. — Отправляйтесь будить ваших учеников, Гораций. Кэтрин задержалась на секунду, бросила взгляд на разбитое окно, за которым клубилась тьма, и поспешила за братом. Профессор Макгонагалл остановилась посреди коридора и подняла волшебную палочку. — Пиертотум… О боже мой, Филч, только не сейчас! Старый смотритель на всех парах ковылял по коридору с криками: — Ученики не в постелях! Ученики в коридорах! — Потому что им так велено, идиот безмозглый! — рявкнула Макгонагалл. — Идите сделайте наконец что-нибудь полезное! Найдите Пивза! — П-пивза? — пролепетал Филч, как будто впервые слышал это имя. — Да, Пивза, болван, Пивза! Как будто вы не жалуетесь на него непрерывно уже четверть века! Приведите его сию минуту! Филч явно подумал, что профессор Макгонагалл сошла с ума, однако послушно захромал прочь, опустив голову и что-то тихо бормоча. — А теперь — Пиертотум локомотор! — крикнула профессор Макгонагалл. По всему коридору статуи и доспехи соскочили со своих постаментов. По стуку и треску над головой и под ногами Гарри понял, что то же самое происходит на всех этажах замка. — Хогвартс в опасности! — воскликнула профессор Макгонагалл. — Охраняйте границы, защищайте нас, выполняйте свой долг перед школой! С громом и скрежетом толпа движущихся статуй прошествовала мимо Гарри. Некоторые были меньше, некоторые — больше натуральной величины. Среди них были и животные, а лязгающие доспехи потрясали мечами и размахивали медными шарами на цепях. — А теперь, Поттер, — сказала Макгонагалл, — вам, мисс Лавгуд и мисс Поттер стоит сходить за вашими друзьями и привести их в Большой зал. А я пойду подниму остальных гриффиндорцев. Они расстались на ближайшей лестничной площадке, и Гарри с Полумной побежали к тайному входу в Выручай-комнату. Кэтрин на секунду задержалась, глядя им вслед, потом повернулась и помчалась вниз — туда, где, по её расчётам, мог быть Драко. По дороге ей попадались толпы школьников, по большей части в дорожных мантиях поверх пижам; учителя и старосты вели их в Большой зал. — Это был Поттер! — Гарри Поттер! — Это был он, честное слово, я его видел! Но Гарри не оборачивался. Кэтрин бежала в противоположную сторону, и сердце её колотилось где-то в горле. Драко нужен был ей сейчас, перед битвой, перед тем, как они оба могли погибнуть. Велика вероятность, что это их последний вечер вместе. Кто-то точно умрёт. И она должна была успеть сказать ему то, что не успела за все эти годы.