Четверка (The four)

Когда они добрались до особняка, машины уже были аккуратно припаркованы вокруг каменного фонтана посреди двора, вода тихо падала и эхом отдавалась в ночи. Оскар и Льюис прибыли и тяжелая тишина большого зала окутала их, как только они вошли. Тишина, которая казалась дорогой и контролируемой. Этот прекрасный дом был полной противоположностью тому, кем они были на самом деле. Снаружи все выглядело идеально. Богатые. Властные. Прекрасная жизнь. Идеальный дом. Они жили вместе как партнеры, которые бок о бок построили нечто успешное. Но внутри, за этими отполированными стенами и дорогой мебелью, их жизни были залиты кровью и сделками, о которых никто не говорил. Заброшенные склады. Пустые улицы. И места, куда никто не осмеливался заходить, — вот где они обычно работали. Далеко от таких мест, как этот особняк, который выглядел так, будто все чисто. Оружие. Именно с этим они и имели дело, именно этим они были известны в темных кругах, в которых вращались. Если кому-то нужно было оружие, они точно знали, к кому обратиться. Хотя у них были конкуренты, за эти годы они приблизились к вершине, став одними из лучших в своем деле, и мало кто по-настоящему мог считать себя их соперниками. Они уже знали, где их ждут остальные, поэтому не стали терять времени: они медленно шли по холодной кремовой плитке, их шаги были тихими, но уверенными, и поднялись по лестнице. Льюис открыл деревянную дверь в конце коридора и без колебаний вошел. Оскар последовал за ним и закрыл дверь, отгородившись от остальной части особняка. На несколько секунд в комнате воцарилась тишина, пока они оба не сели на кожаные кресла напротив стола. В воздухе внутри стоял густой дым. Сигарета горела между пальцами Дженсона, когда он откинулся на спинку кресла за столом, наблюдая сквозь дымку за тремя мужчинами перед собой. — Ты видел их лица? — спросил он. Его взгляд остановился на Оскаре. В их словах не было гнева. Только спокойный, острый вопрос. Он знал, что Оскар не глуп. И тот факт, что он выжил, уже говорил ему достаточно. — Они держались подальше, я подошёл. Я их не узнал. Новые, — твёрдо сказал Оскар, не отрывая взгляда от Дженсона. Дженсон медленно кивнул и сделал ещё одну затяжку сигареты: — А оружие? — спросил он. Цена, предложенная этим фальшивым покупателем, была слишком высока, слишком идеальна, чтобы ей доверять. Они подготовили для этой сделки лучшее оружие. Оружие, которое уже давно должно было исчезнуть. — Я сомневался во всём этом. В цене и во всём остальном. Я не взял с собой оружие. Оно в безопасности, — ответил Оскар. Все в комнате тут же повернулись к нему. — Ты, блять, шутишь, — громко воскликнул Шарль, его лицо выражало шок. По комнате разнесся тихий смех. Дженсон рассмеялся, явно довольный. — В любом случае, я этого от тебя и ожидал, — сказал он с ноткой гордости в голосе. — Я потерял своих людей, — сердито произнес Оскар, крепко сжав зубы. — Мы их найдем, Оскар, — твердо сказал Льюис, пытаясь успокоить его, хотя, казалось, это не сработает. — Они появятся. Если они осмелились сделать все это однажды, они осмелятся сделать это снова, — сказал Дженсон, медленно затягиваясь сигаретой, зажатой между пальцами. — Сотри это злобное выражение с лица, Оскар. Ты молодец. Оскар кивнул, но выражение его лица не изменилось, и напряжение на его лице осталось прежним. — Как тебе вообще удалось сбежать? Они явно пришли тебя убить, — спросил Шарль. Оскар пощипал переносицу, внезапно вспомнив мальчика в желтой толстовке. Он выглядел слишком невинным для всего этого. — Мне помог один парень. Впустил меня к себе домой, — сказал Оскар, опуская руку. — Хм... тогда это будет романтическая история. Вот что вы однажды расскажете своим детям, — сказал Шарль, а затем, шутливо изменив тон, добавил: — Папа, как вы познакомились с моим другим папой? Оскар посмотрел на него скучающим взглядом, пока Шарль смеялся над собственной шуткой. Дженсон и Льюис тоже слегка улыбнулись. — Я вызову врача по поводу твоей руки, — сказал Льюис, и Оскар кивнул. Один за другим они встали и вышли из прокуренной комнаты, направляясь по тихим коридорам особняка к своим комнатам. Когда Оскар добрался до своей комнаты, он сел на край кровати и обхватил голову руками. Это был ещё один тяжёлый день, тяжелее обычного. Голова сильно болела, и усталость глубоко проникла в его тело. В его голове возникли два зелёных глаза. «И мороженое помогает. От всего. Если ты злишься, оно тебя успокаивает. Если тебе грустно, оно делает тебя немного счастливее. А если ты счастлив... оно просто делает тебя счастливее». Он закрыл глаза. Этот мальчик спас его от смерти. И он даже не поблагодарил его. Что ж... он никогда никого не благодарил.

***

В клубе, как всегда, было шумно: громкая музыка сотрясала стены, голоса сливались в один постоянный, тяжелый звук, который никогда не прекращался. Оскар предпочел бы потратить время на поиски тех, кто пришел за ним прошлой ночью, но на сегодня уже была назначена другая сделка, и работа всегда была на первом месте. Так что это пришлось отложить. Эта сделка происходила внутри клуба, что делало ситуацию еще хуже. Клубы были его самыми нелюбимыми местами: слишком шумно, слишком многолюдно, слишком хаотично. К счастью, они находились в подвале, далеко от основного зала, где гремела музыка, а люди были набиты битком. Здесь, внизу, шум все еще был, но более отдаленный, более сдержанный, словно приглушенное давление, а не что-то невыносимое. Он засунул руки в карманы и наблюдал за мужчиной перед собой, который слишком долго смотрел на ящики, не принимая решения. — Так, — спросил мужчина, глядя на Оскара. — Какой мне взять? Раздражение мгновенно нарастало. Он ненавидел эту часть работы. Таких людей, которые приходят покупать оружие, толком не понимая, что перед ними. — Зависит от того, для чего тебе это нужно, — коротко ответил он, не пытаясь скрыть своего безразличия. Он взглянул на часы. Почти двенадцать минут. Двенадцать минут пустой траты времени, пока этот человек не мог принять простое решение. Его терпение на исходе. — Ну же, приятель. Помоги мне немного. Это же не убьет тебя, правда? — сказал мужчина. За спиной Оскара Алекс замер, затаив дыхание, даже не осознавая этого. Незнакомец так разговаривает с Оскаром? Он, должно быть, сошел с ума. Алекс лишь надеялся, что Оскар сегодня в хорошем настроении, потому что если нет, то потом придется разгребать последствия: кровь на полу, тела, которые нужно убирать, проблемы, которые нужно будет решить. Именно поэтому он и был здесь — он обычно не появлялся на сделках Льюиса или Шарля, если только дело не было рискованным. Они были спокойнее, с ними было проще работать. Но Оскар... Оскар был непредсказуем. А это означало, что Алекс должен был быть рядом чаще, чем хотелось бы. Оскар медленно пошёл вперед. Он остановился прямо перед мужчиной, полез в одну из коробок и вытащил Glock 19 калибра. — Два варианта, — ровным тоном ответил он. — Glock 19 калибра... или 17. Позади него Алекс наконец выдохнул, сдерживая дыхание. Хорошо. Оскар был в хорошем настроении. Пока что. Оскар легко двигал пистолетом в руке, движение было естественным и отработанным, словно это было просто продолжением его самого после многих лет использования оружия. — Glock 19 — практичный выбор. Меньше, легче носить, легче спрятать. Парни низшего звена, курьеры, все, кто много перемещается, — это то, что они действительно будут использовать. Он справляется со своей задачей. Никаких проблем. Он положил его обратно в коробку, не глядя. Затем он взял Glock 17 из другой коробки. — Glock 17 — это другое. Большая рамка, больше патронов, лучший контроль в сложных ситуациях. Его нелегко спрятать, но если кто-то стоит на страже или вы ожидаете неприятностей, он более уместен, — сказал он спокойным и размеренным тоном. Мужчина внимательно слушал, на этот раз действительно задумываясь. — Оба надежны. Оба повсюду. Легко перемещать, легко заменять, не слишком дорогие, — продолжил Оскар. — Если бы это зависело от меня? Отдайте большинству своих людей Glock 19. Оставьте 17-й для тех, кому вы доверяете, когда что-то пойдет не так. Он положил пистолет на место, затем отошел и снова сунул руку в карманы. Через секунду он вытащил свой пистолет другой рукой. Это оружие было другим: более детальное, более изысканное, что-то, что сразу бросалось в глаза даже тому, кто мало что понимал. Он слегка повернул его в руке, ровно настолько, чтобы мужчина увидел. — FN Five-seven. Редкий, дорогой, точный. Он стреляет малокалиберными патронами с высокой скоростью, а это значит, что он бьет сильнее, чем кажется. — Его голос оставался спокойным, почти небрежным, словно он говорил о чем-то обыденном. — Он легкий, удобный в обращении, и отдача низкая для его возможностей. Вот почему его используют профессионалы. Так что, если вы держите его в руках... — он сделал небольшую паузу, не отрывая взгляда от мужчины, — от вас ожидается, что вы точно знаете, что делаете. Мужчина уставился на пистолет, затем снова на Оскара, явно неуверенный. — Думаешь, мне стоит купить это для своих людей? — спросил он, слегка указывая на оружие Оскара. Оскар медленно покачал головой, его выражение лица стало серьезным. — Нет. Ты не можешь себе этого позволить, — твердо сказал он. Его взгляд был прикован к пистолету в руке, словно он внимательно рассматривал каждую его деталь, в то время как другая рука оставалась неподвижной в кармане. На мгновение показалось, что он почти забыл о стоящем перед ним человеке. — Я просто говорю... если ты будешь продолжать тратить мое время и не определишься в следующие тридцать секунд, — продолжил он, сохраняя неизменный, спокойный и ровный тон, — пуля из этого FN Five-7 может попасть тебе в мозг. В его голосе не было гнева. Никакого повышения тона. Он все еще смотрел на пистолет, совершенно спокойно, словно говорил о чем-то обычном. Именно это и усугубило ситуацию. Весь подвал словно замер на несколько секунд. Даже отдаленный шум ночного клуба наверху на мгновение стих. Губы мужчины приоткрылись от шока, лицо побледнело. — Ч-что? Оскар наконец взглянул на часы, та же стрелка, что и раньше, слегка двигала пистолетом. — Осталось двадцать секунд, — спокойно сказал он. Мужчину тут же охватила паника. Он тяжело сглотнул, слегка подняв руки, словно это могло его защитить. — Да-да, хорошо. Я возьму оба. Оскар перестал смотреть на часы и одобрительно кивнул. — Хороший выбор. Он без колебаний закрыл ящики и жестом показал своим людям на сумки, которые уже были проверены ранее, сумки, полные денег, тяжелые и аккуратно упакованные. Мужчина все еще был явно потрясен — он дрожал. Он быстро жестом указал мужчинам позади себя, и они шагнули вперед, поднимая коробки, не говоря ни слова. Через несколько секунд они уже поднимались по лестнице. И вот так, внезапно, их не стало. Ни звука. Никаких следов. Как будто их здесь и не было. — Кажется, я только что обмочился, — сказал Алекс, коротко и нервно рассмеявшись, когда напряжение наконец спало. Оскар коротко взглянул на него. — Я думал, ты уже к этому привык, — сказал он, совершенно невозмутимо. Он взял сумки с деньгами, которые один из телохранителей положил поближе, и направился к маленькой двери в углу подвала, той, которая сливалась со стеной, если не знать о её существовании. Не сбавляя темпа, он бросил мешки в темноту внутри и снова закрыл дверь, как будто это была обычная рутинная часть работы. — Никогда. Я никогда к этому не привыкну, — ответил Алекс, подняв брови и опустившись на деревянный стул посреди комнаты. — И тебе удалось продать оба... — Оскар. — Голос Льюиса прорезал пространство, когда он спускался по лестнице, слегка отражаясь от бетонных стен подвала. Оскар повернул голову к нему, его брови уже нахмурились. — Что? Льюис держал в руке телефон, экран все еще горел. Звук продолжался. С неизвестного номера. Сначала он ничего не сказал. Он просто подошел ближе и слегка поднял руку, предлагая телефон Оскару. — Это тот же номер, с которого ты звонил мне вчера вечером, — сказал он. Хмурое выражение лица Оскара усилилось. Этот парень? Зачем он ему звонит сейчас? Он взял телефон и поднес его к уху. — Что? — коротко спросил он. Голос, ответивший ему, был не тем, которого он помнил. Это был не тот мальчик. Этот голос был незнакомым, грубым и наполненным чем-то более мрачным. — Оскар ебаный Пиастри. Ты вчера хорошо бегал. Челюсть Оскара мгновенно сжалась, зубы стиснулись. Это был он. Ублюдок, которого он искал. — Твой парень тебе помог, да? — продолжил голос насмешливым тоном. — Надеюсь, ты не против, если я залью кровью всё его тело. Челюсть Оскара задергалась. Они держали мальчика. Они держали его. — Оставьте его в покое. Он незнакомец, — сказал Оскар сквозь стиснутые зубы, голос его был тихим, но сдержанным. Этот мальчик не имел к этому никакого отношения. Он просто помог ему. Ему не место в этом мире. — Он? Посмотрим. Думаю, пока оставлю его здесь, — сказал мужчина, после чего раздался короткий, жестокий смех. Затем в трубке послышался звук. Приглушенный. Сопротивление. Оскар сразу узнал его. Это был он. Ему закрыли рот, но он все еще пытался кричать, пытался сопротивляться. Оскар крепче сжал трубку: — Пришли адрес.